179/2023-35993(1) 

 

 ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ 

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001 

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А44-2850/2021

г. Вологда

03 августа 2023 года

 

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе  председательствующего Корюкаевой Т.Г., судей Селецкой С.В. и Шумиловой Л.Ф.  

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы  общества с ограниченной ответственностью «ВИП» и ФИО2 на определение Арбитражного суда Новгородской области  

от 04 апреля 2023 года по делу № А44-2850/2021, 

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «АТКП»  24.05.2021 обратилось в Арбитражный суд Новгородской области (далее – суд)  с заявлением о признании ООО «Управляющая организация «ВИП-Новгород»  (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>; адрес: 173003, Новгородская область,  Великий Новгород, ул. Большая Санкт-Петербургская, д. 22, оф. 3; далее –  Общество, должник) несостоятельным (банкротом).  

Определением суда от 27.05.2021 возбуждено дело о несостоятельности  (банкротстве) Общества.  

Решением суда от 05.07.2021 (резолютивная часть объявлена 02.07.2021)  должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении его введена  процедура конкурсного производства.  

Определением суда от 26.11.2021 конкурсным управляющим Общества утвержден ФИО3. 

Определением суда от 25.07.2022 ФИО3 освобожден от  исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника. С 27.10.2022 в  данной должности утвержден ФИО4.  

Конкурсный кредитор должника ООО «ВИП» (далее – Компания)  14.04.2022 обратился в суд с заявлением о признании недействительными  сделок должника и применении последствий недействительности сделок, в  котором, с учетом уточнения, просил:  

- признать недействительными сделками платежи по выплате дивидендов  в размере 900 000 руб., совершенные 03.05.2018, 08.05.2018, 15.05.2018,  27.12.2018 должником в пользу ФИО2;  

- признать недействительными сделками договоры займа от 19.06.2018  

 № 18, от 23.07.2018 № 19, от 10.08.2018 № 20, от 06.09.2018 № 21, от 04.10.2018   № 22, заключенные ФИО2 и должником;  

- признать недействительными сделками платежи по договорам займа 

от 19.06.2018 № 18, от 23.07.2018 № 19, от 10.08.2018 № 20, от 06.09.2018 № 21,  от 04.10.2018 № 22 в размере 1 056 894 руб., совершенные должником в пользу  ФИО2;  

- признать недействительными сделками платежи с назначением  «заработная плата по реестру в соответствии с договором 43023281 от  07.05.2018», совершенные со счета ООО «ВИП-Новгород» в пользу  

ФИО2 на основании следующих реестров: реестр от 11.05.2018 № 3  (платеж 11.05.2018 на сумму 100 703 руб. 54 коп.); реестр от 25.05.2018 № 14  (платеж 25.05.2018 на 100 000 руб. 00 коп.); реестр от 10.08.2018 № 41 (платеж  10.08.2018 на сумму 95 055 руб. 03 коп.); реестр от 11.09.2018 № 52 (платеж  11.09.2018 на сумму 100 666 руб. 57 коп.); реестр от 10.10.2018 № 62 (платеж  10.10.2018 на сумму 139 364 руб. 00 коп.); реестр от 09.11.2018 № 72 (платеж  09.11.2018 на сумму 233 484 руб. 67 коп.); реестр от 11.12.2018 № 85 (платеж от  11.12.2018 на сумму 278 616 руб. 47 коп.); реестр от 29.12.2018 № 92 (платеж от  29.12.2018 на сумму 115 675 руб. 00 коп.); реестр от 29.12.2018 № 94 (платеж от  29.12.2018 на сумму 187 000 руб. 00 коп.); реестр от 21.01.2019 № 6 (платеж от  21.01.2019 на сумму 200 000 руб. 00 коп.); реестр от 07.02.2019 № 10 (платеж от  07.02.2019 на сумму 250 000 руб. 00 коп.); реестр от 08.02.2019 № 12 (платеж от  08.02.2019 на сумму 150 145 руб. 64 коп.); реестр от 22.02.2019 № 15 (платеж от  22.02.2019 на сумму 200 000 руб. 00 коп.); реестр от 12.03.2019 № 20 (платеж от  12.03.2019 на сумму 193 013 руб. 63 коп.); реестр от 28.03.2019 № 26 (платеж  от 28.03.2019 на сумму 175 000 руб. 00 коп.); реестр от 10.04.2019 № 30 (платеж  от 10.04.2019 на сумму 221 125 руб. 31 коп.); реестр от 08.05.2019 № 41 (платеж  от 08.05.2019 на сумму 107 387 руб. 24 коп.); реестр от 18.06.2019 № 55 (платеж  от 18.06.2019 на сумму 89 254 руб. 22 коп.); реестр от 08.07.2019 № 66 (платеж  от 08.07.2019 на сумму 79 591 руб. 93 коп.); реестр от 09.08.2019 № 77 (платеж  от 09.08.2019 на сумму 196 822 руб. 48 коп.); реестр от 10.09.2019 № 88 (платеж  от 10.09.2019 на сумму 224 582 руб. 70 коп.); реестр от 10.10.2019 № 94 (платеж  от 10.10.2019 на сумму 297 844 руб. 06 коп.); реестр от 08.11.2019 № 101  (платеж от 08.11.2019 на сумму 496 318 руб. 39 коп.); реестр от 27.11.2019  

 № 109 (платеж от 27.11.2019 на сумму 250 000 руб. 00 коп.); реестр от  03.12.2018 № 110 (платеж от 03.12.2019 на сумму 250 000 руб. 00 коп.); реестр  

от 10.01.2019 № 113 (платеж от 10.12.2019 на сумму 298 554 руб. 39 коп.);  реестр от 17.12.2019 № 115 (платеж от 17.12.2019 на сумму 250 000 руб.  

00 коп.); реестр от 25.12.2019 № 116 (платеж от 25.12.2019 на сумму 

500 000 руб. 00 коп.); реестр от 30.12.2019 № 120 (платеж от 30.12.2019 на  сумму 75 000 руб. 00 коп.); реестр от 31.12.2019 № 124 (платеж от 31.12.2019 на  сумму 86 953 руб. 32 коп.); реестр от 31.12.2019 № 123 (платеж от 31.12.2019 на  

сумму 606 923 руб. 83 коп.); реестр от 09.01.2020 № 1 (платеж от 09.01.2020 на  сумму 150 000 руб. 00 коп.); реестр от 29.01.2020 № 3 (платеж от 29.01.2020 на  сумму 300 000 руб. 00 коп.); реестр от 05.02.2020 № 4 (платеж от 05.02.2020 на  сумму 225 000 руб. 00 коп.); реестр от 10.02.2020 № 7 (платеж от 10.02.2020 на  сумму 134 228 руб. 00 коп.); реестр от 10.02.2020 № 6 (платеж от 10.02.2020 на  сумму 169 688 руб. 83 коп.) реестр от 18.02.2020 № 8 (платеж от 18.02.2020 на  сумму 125 000 руб. 00 коп.);  

- применить последствия недействительности указанных сделок в виде  взыскания с ФИО2 в пользу должника 9 061 307 руб. 55 коп.  

К участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не  заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора,  привлечен бывший генеральный директор и ликвидатор Общества ФИО5.  

Определением суда от 04.04.2023 признаны недействительными сделки  по перечислению Обществом денежных средств в пользу ФИО2 за  период с 21.01.2019 по 18.02.2020 в общем размере 2 950 000 руб., применены  последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в  конкурсную массу должника 2 950 000 руб. В удовлетворении остальной части  заявленных требований отказано.  

ФИО2 с вынесенным определением суда от 04.04.2023 не  согласился в части признания недействительной сделки по перечислению  должником денежных средств в пользу ФИО2 за период с 21.01.2019  по 18.02.2020 в общем размере 2 950 000 руб., в апелляционной жалобе просит  в указанной части судебный акт отменить и отказать в удовлетворении  заявленных требований в полном объеме. В обоснование жалобы апеллянт  ссылается на то, что платежи от 25.05.2018, 28.03.2019, 21.01.2019, 07.02.2019,  22.02.2019, 27.11.2019, 17.12.2019, 03.12.2019, 25.12.2019, 30.12.2019,  29.01.2020, 05.02.2020, 09.01.2020, 18.02.2020 не являлись выплатой заработной  платы, поскольку ФИО2 не был работником должника, таким способом  Обществом выплачивались ему дивиденды. По мнению апеллянта, вывод суда  первой инстанции о наличии у должника признаков неплатежеспособности в  период совершения оспариваемых сделок, а именно в период с 21.01.2019 по  18.02.2020 не основан на имеющихся в деле доказательствах и противоречит  им.  

Компания с определением суда от 04.04.2023 не согласилась в части  отказа в удовлетворении заявленных требований, обратилась в Четырнадцатый  арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит его отменить и  принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в  полном объеме. В обоснование своей позиции ссылается на то, что все  оспариваемые сделки были совершены с целью причинения вреда  имущественным правам имевшихся на тот момент кредиторов в связи с тем,  что на момент их совершения должник уже отвечал признакам  неплатежеспособности (недостаточности имущества), а также сделки были  совершены в отношении заинтересованного лица (единственного участника)  безвозмездно. В результате совершения оспариваемых сделок причинен вред  

имущественным правам кредиторов, поскольку они были направлены на  умышленное уменьшение стоимости имущества должника, при этом стороны  сделок ФИО5 и ФИО2 знали и должны были знать об указанной  цели должника к моменту их совершения, так как являлись генеральным  директором и единственным участником должника соответственно.  

Компания возражала против удовлетворения апелляционной жалобы  ФИО2 по основаниям, изложенным в отзыве.  

ФИО2 в отзыве возражал против удовлетворения апелляционной  жалобы Компании.  

ФИО5 в отзыве на апелляционные жалобы возражал против  удовлетворения жалобы Компании, просил удовлетворить апелляционную  жалобу ФИО2 в полном объеме.  

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и  месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в  связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156,  266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК  РФ), пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства,  регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности  судов общей юрисдикции и арбитражных судов».  

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и  обоснованность судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции  приходит к следующим выводам.  

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ 

«О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1  статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются  арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с  особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими  вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Как следует из материалов дела, 03.05.2018, 08.05.2018, 15.05.2018 и  27.12.2018 Общество перечислило в пользу ФИО2 денежные средства  в общем размере 900 000 руб. с наименованием платежа «оплата дивидендов».  

Кроме того, 19.06.2018, 21.06.2018, 23.07.2018, 10.08.2018, 06.09.2018,  04.10.2018 Общество перечислило в пользу ФИО2 денежные средства  в общем размере 1 056 894 руб. с наименованием платежа «оплата по договору  займа».  

Также согласно представленным сведениям публичного акционерного  общества «Сбербанк России» Обществом в пользу ФИО2 совершены  платежи на общую сумму 3 050 000 руб., а именно: по реестру от 25.05.2018  

 № 14 (платеж 25.05.2018 на 100 000 руб.); реестру от 21.01.2019 № 6 (платеж от  21.01.2019 на сумму 200 000 руб.); реестру от 07.02.2019 № 10 (платеж от  07.02.2019 на сумму 250 000 руб.); реестру от 22.02.2019 № 15 (платеж от  22.02.2019 на сумму 200 000 руб.); реестру от 28.03.2019 № 26 (платеж от  28.03.2019 на сумму 175 000 руб.); реестру от 27.11.2019 № 109 (платеж от  27.11.2019 на сумму 250 000 руб.); реестру от 03.12.2019 № 110 (платеж от  

03.12.2019 на сумму 250 000 руб.); реестру от 17.12.2019 № 115 (платеж от  17.12.2019 на сумму 250 000 руб.); реестру от 25.12.2019 № 116 (платеж от  25.12.2019 на сумму 500 000 руб.); реестру от 30.12.2019 № 120 (платеж от  30.12.2019 на сумму 75 000 руб.); реестру от 09.01.2020 № 1 (платеж от  09.01.2020 на сумму 150 000 руб.); реестру от 29.01.2020 № 3 (платеж от  29.01.2020 на сумму 300 000 руб.); реестру от 05.02.2020 № 4 (платеж от  05.02.2020 на сумму 225 000 руб.); реестру от 18.02.2020 № 8 (платеж от  18.02.2020 на сумму 125 000 руб.).  

Полагая, что данные перечисления денежных средств совершены с  нарушением пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статей 10, 168, 170  Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), Компания  обратилась в суд с настоящим заявлением.  

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в  порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.  

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации (далее – ВАС РФ) от 23.12.2010 № 63 «О некоторых  вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление № 63) разъяснено,  что по правилам этой главы Закона о банкротстве могут, в частности,  оспариваться: действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых  обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником  денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в  собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение  обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление  отступного и т. п.).  

Статьей 68 АПК РФ в числе основополагающих принципов доказывания  в арбитражном процессе установлен принцип допустимости доказательств,  заключающийся в том, что обстоятельства дела, которые согласно закону  должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут  подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.  

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на  которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений  (статья 65 АПК РФ).  

В рассматриваемом случае спорные платежи в период с 19.06.2018 по  18.02.2020 совершены в течение трех лет до принятия судом заявления о  признании должника банкротом (27.05.2021), следовательно, могут быть  оспорены только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Платежи от 03.05.2018, 08.05.2018 и 15.05.2018 с наименованием  «выплата дивидендов» на общую сумму 400 000 руб. и от 25.05.2018 по реестру   № 14 с наименованием платежа «заработная плата» на сумму 100 000 руб.  совершены более чем за три года до принятия заявления о несостоятельности  (банкротстве) должника, следовательно, не могут быть оспорены на основании  пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов,  может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка  была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании  должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате  ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если  другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту  совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая  сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если  она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов  должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности  имущества должника.  

Согласно этой норме для признания сделки недействительной по данному  основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие  совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью  причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения  сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона  сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту  совершения сделки (пункта 7 постановления № 63).  

При недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает  в признании сделки недействительной по данному основанию.  

Из материалов дела усматривается, что ФИО2 с 11.10.2017 по  настоящее время является единственным участником (учредителем) должника,  то есть лицом, заинтересованным по отношению к должнику (статья 19 Закона  о банкротстве).  

Судом установлено, что на момент совершения сделок у Общества  имелись неисполненные обязательства перед его кредиторами.  

Исходя из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации,  изложенной в определении от 23.08.2018 № 301-ЭС17-7613 (3), системный  анализ действующих положений об оспаривании сделок по специальным  основаниям (например, сравнение пунктов 1 и 2 статьи 61.2 или пунктов 2 и 3  статьи 61.3 Закона о банкротстве) позволяет прийти к выводу, что по мере  приближения даты совершения сделки к моменту, от которого отсчитывается  период подозрительности, законодателем снижается стандарт доказывания  недобросовестности контрагента как условия для признания сделки  недействительной, и в данном случае приведенные выше сомнения в  добросовестности ответчика, как стороны сделки должны истолковываться в  пользу истца и перелагать бремя процессуальной активности на другую  сторону, которая становится обязанной раскрыть добросовестный характер  мотивов своего поведения и наличие у сделки разумных экономических  оснований.  

Устойчивые, неустранимые впоследствии признаки несостоятельности  наблюдались у должника и ранее, в 2018 году.  

В январе 2019 года должник фактически прекратил расчеты с Компанией  в рамках агентского договора от 11.01.2012 № 1, задолженность по которому за  

2018 год размере 19 337 067 руб. 71 коп. впоследствии включена в реестр  требований кредиторов должника.  

Кроме того, в 2018 году на стороне Общества возникло и не исполнено  обязательство по возврату ООО «АТКП» неосновательного обогащения в  сумме 1 500 855 руб. 00 коп., требование по которому включено в реестр  должника и подтверждено решением суда от 17.02.2020 по делу  

 № А44-7742/2019. 

Согласно бухгалтерской отчетности должника, представленной  Управлением Федеральной налоговой службы по Новгородской области по  запросу суда, чистая прибыль Общества за 2016 год составила 3 951 000 руб.,  при этом капитал и резервы – 5 706 000 руб.  

В 2017 и 2018 годах результатом финансовой деятельности Общества  явился убыток в размере 10 835 000 руб. и 10 615 000 руб. соответственно.  

С 2017 года у должника наблюдается признак недостаточности  имущества: в 2017 году общая сумма обязательств (кредиторская  задолженность, краткосрочные заемные обязательства, другие краткосрочные  обязательства) составила 31 288 тыс. руб. при декларированных активах в  размере 23 478 тыс. руб.; в 2018 году эти показатели составили 45 949 тыс. руб.  и 25 170 тыс. руб. соответственно.  

Изложенное в совокупности позволяет прийти к выводу о том, что  платежи, совершенные Обществом в адрес ФИО2 как минимум с  конца 2018 года отвечают критериям недействительности, указанным в пункте  2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Поскольку доказательств наличия правовых оснований для перечисления  денежных средств ФИО2 в соответствии с реестрами от 21.01.2019,  07.02.2019, 22.02.2019, 28.03.2019, 27.11.2019, 03.12.2019, 17.12.2019,  25.12.2019, 30.12.2019, 09.01.2020, 29.01.2020, 05.02.2020, 18.02.2020 с  наименованием платежа «заработная плата», в том числе доказательств того,  что ФИО2 в спорный период являлся работником должника, в  материалы дела не представлено, суд первой инстанции обоснованно признал  указанные платежи недействительной сделкой.  

Платеж в пользу ФИО2 по реестру «заработная плата» от  25.05.2018 на сумму 100 000 руб. совершен более чем за три года до принятия  заявления о несостоятельности (банкротстве) должника, следовательно, не  может быть оспорен на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

При этом, отказывая в удовлетворении заявления в части признания  недействительными платежей по реестру от 11.05.2018 № 3 (платеж 11.05.2018  на сумму 100 703 руб. 54 коп.); реестру от 10.08.2018 № 41 (платеж 10.08.2018  на сумму 95 055 руб. 03 коп.); реестру от 11.09.2018 № 52 (платеж 11.09.2018 на  сумму 100 666 руб. 57 коп.); реестру от 10.10.2018 № 62 (платеж 10.10.2018 на  сумму 139 364 руб. 00 коп.); реестру от 09.11.2018 № 72 (платеж 09.11.2018 на  сумму 233 484 руб. 67 коп.); реестру от 11.12.2018 № 85 (платеж от 11.12.2018  на сумму 278 616 руб. 47 коп.); реестру от 29.12.2018 № 92 (платеж от  29.12.2018 на сумму 115 675 руб. 00 коп.); реестру от 29.12.2018 № 94 (платеж  от 29.12.2018 на сумму 187 000 руб. 00 коп.); реестру от 08.02.2019 № 12  

(платеж от 08.02.2019 на сумму 150 145 руб. 64 коп.); реестру от 12.03.2019  

 № 20 (платеж от 12.03.2019 на сумму 193 013 руб. 63 коп.); реестру от  10.04.2019 № 30 (платеж от 10.04.2019 на сумму 221 125 руб. 31 коп.); реестру  

от 08.05.2019 № 41 (платеж от 08.05.2019 на сумму 107 387 руб. 24 коп.);  реестру от 18.06.2019 № 55 (платеж от 18.06.2019 на сумму 89 254 руб. 22 коп.);  реестру от 08.07.2019 № 66 (платеж от 08.07.2019 на сумму 79 591 руб. 93 коп.);  реестру от 09.08.2019 № 77 (платеж от 09.08.2019 на сумму 196 822 руб.  

48 коп.); реестру от 10.09.2019 № 88 (платеж от 10.09.2019 на сумму 

224 582 руб. 70 коп.); реестру от 10.10.2019 № 94 (платеж от 10.10.2019 на  сумму 297 844 руб. 06 коп.); реестру от 08.11.2019 № 101 (платеж от 08.11.2019  на сумму 496 318 руб. 39 коп.); реестру от 10.12.2019 № 113 (платеж от  10.12.2019 на сумму 298 554 руб. 39 коп.); реестру от 31.12.2019 № 124 (платеж  от 31.12.2019 на сумму 86 953 руб. 32 коп.); реестру от 31.12.2019 № 123  (платеж от 31.12.2019 на сумму 606 923 руб. 83 коп.); реестру от 10.02.2020  

 № 7 (платеж от 10.02.2020 на сумму 134 228 руб. 00 коп.); реестру от  10.02.2020 № 6 (платеж от 10.02.2020 на сумму 169 688 руб. 83 коп.), суд  правомерно указал, что данные платежи совершены не в пользу ФИО2,  а в пользу третьих лиц – ФИО6, ФИО7, ФИО8,  ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13,  ФИО5, в связи с чем в указанной части заявленные требования  удовлетворению не подлежали.  

В период с 19.06.2018 по 04.10.2018 Общество перечислило в пользу  ФИО2 денежные средства в общем размере 1 056 894 руб. с  наименованием платежа «оплата по договору займа».  

В материалы дела представлены копии договоров займа, заключенных  между должником (заимодавец) и ФИО2 (заемщик) от 04.10.2018  

 № 22 на сумму 100 000 руб., от 06.09.2018 № 21 на сумму 150 000 руб., от  10.08.2018 № 20 на сумму 100 000 руб., от 23.07.2018 № 19 на сумму  

456 894 руб., от 19.06.2018 № 18 на сумму 250 000 руб. (т. 2 л.д.160-167). 

По условиям договора займа от 04.10.2018 № 22 Общество (заимодавец)  предоставило ФИО2 (заемщик) 100 000 руб. на срок до 04.04.2019 с  уплатой процентов в размере 9 % единовременно при возврате полной суммы  займа.  

По условиям договора займа от 06.09.2018 № 21 Общество (заимодавец)  предоставило ФИО2 (заемщик) 150 000 руб. на срок до 06.03.2019 с  уплатой процентов в размере 9 % единовременно при возврате полной суммы  займа.  

По условиям договора займа от 10.08.2018 № 20 Общество (заимодавец)  предоставило ФИО2 (заемщик) 100 000 руб. на срок до 31.12.2018 с  уплатой процентов в размере 9 % единовременно при возврате полной суммы  займа.  

По условиям договора займа от 23.07.2018 № 19 Общество (заимодавец)  предоставило ФИО2 (заемщик) 456 894 руб. срок до 24.12.2018 с  уплатой процентов в размере 9 % единовременно при возврате полной суммы  займа.  

По условиям договора беспроцентного займа от 19.06.2018 № 18  Общество (заимодавец) предоставило ФИО2 (заемщик) займ в размере  250 000 руб. на срок до 14.09.2018.  

Факт предоставления займов подтверждается банковской выпиской. 

Мнимость (безденежность) договоров займа опровергается материалами  дела, доказательств притворности оспариваемых сделок не представлено, в  связи с этим суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении  заявления Компании как в части признания недействительными договоров  займа от 19.06.2018 № 18, от 23.07.2018 № 19, от 10.08.2018 № 20, от 06.09.2018   № 21, от 04.10.2018 № 22, заключенных ФИО2 и должником, так и в  части признания недействительными сделками платежей по перечислению  ФИО2 в период с 19.06.2018 по 04.10.2018 согласованных сумм  займов.  

Также Общество 03.05.2018, 08.05.2018, 15.05.2018 и 27.12.2018  перечислило в пользу ФИО2 денежные средства в общем размере  900 000 руб. с наименованием платежа «оплата дивидендов».  

Оспариваемый платеж 27.12.2018 совершен в течение трех лет до  возбуждения дела о банкротстве, следовательно, он подпадает под действие  пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Иные платежи от 03.05.2018, 08.05.2018 и 15.05.2018 с наименованием  «выплата дивидендов» на общую сумму 400 000 руб. совершены более чем за  три года до принятия заявление о несостоятельности (банкротстве) должника,  следовательно, не могут быть оспорены на основании пункта 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве.  

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 29 Закона № 14-ФЗ общество не  вправе выплачивать участникам общества прибыль, решение о распределении  которой между участниками общества принято, если на момент выплаты  общество отвечает признакам несостоятельности (банкротства) в соответствии  с федеральным законом о несостоятельности (банкротстве) или если указанные  признаки появятся у общества в результате выплаты.  

В результате совершения оспариваемого платежа произошло уменьшение  размера имущества должника, что причинило вред имущественным интересам  его кредиторов.  

Доводы ФИО2 о том, что выплате на оснований решений,  принятых в 2018 году, подлежали дивиденды за прошлые периоды (2016–2017  годы) подлежат отклонению.  

Будучи участником Общества при принятии решения о выплате  дивидендов, ответчик обладал доступом к финансовой документации должника  на основании пункта 3 статьи 50 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ  «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) и  должен был знать о наличии у Общества признаков неплатежеспособности.  

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные сторонами  доказательства, судом сделан обоснованный вывод о том, что заявителем  доказана вся совокупность обстоятельств, необходимых для признания  указанной сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о  

банкротстве, а именно: в результате сделки по выплате денежных средств  произошло уменьшение активов должника, приведшее к частичной утрате  возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по  обязательствам должника за счет его имущества, то есть выплата была  совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, в  результате ее совершения причинен вред имущественным правам кредиторов,  ФИО2 знал об указанной цели должника.  

Вместе с тем, суд первой инстанции, делая в мотивировочной части  обжалуемого определения правильный вывод о том, что ответчиком не  представлено в материалы дела надлежащих доказательств правомерности  указанной выплаты, в резолютивной части не отразил указанный вывод.  

Таким образом, заявление Компании также подлежит удовлетворению в  части перечисления Обществом 27.12.2018 в пользу ФИО2 денежных  средств в размере 500 000 руб. с наименованием платежа «оплата дивидендов».  

Правовые основания для удовлетворения заявления Компании в  остальной части апелляционным судом не установлены, в связи с чем  определение суда первой инстанции подлежит изменению.  

В данном обособленном споре ФИО2 по существу вменялось то,  что он как лицо, аффилированное с Обществом, знал о неплатежеспособности  последнего и в пределах трех лет до возбуждения дела о банкротстве Общества  совершил с ним сделку по выводу имущества должника-банкрота от  возможных правопритязаний его кредиторов, то есть им во вред.  

При доказанности юридического состава этих признаков  недействительности сделок они подлежали квалификации по части 2 статьи  61.2 3акона о банкротстве как специальной норме, регулирующей основания  подозрительных сделок должника.  

Вместе с тем, в обоснование требования об оспаривании сделок  Компания посчитала также возможным заявить и основания статей 10, 168  

ГК РФ. 

Действительно, наличие в законодательстве о банкротстве специальных  оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду  квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление  правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 постановления  

 № 63, пункт 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32 «О  некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям,  предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности  (банкротстве)»). В то же время исходя из того, что совершение подозрительной  сделки по сути является также злоупотреблением права, но со специальным  юридическим составом признаков, указанных в статье 61.2 Закона о  банкротстве, судебная коллегия полагает, что, вопреки доводам Компании и  выводам суда, квалификация по статьям 10 и 168 ГК РФ должна применяться  субсидиарно к специальным нормам. Произвольная или двойная квалификация  одного и того же правонарушения как по специальным, так и по общим нормам  противоречит принципам правовой определенности и предсказуемости.  

Одним из обязательных признаков недействительности подозрительной  сделки является причинение вреда кредиторам должника. В силу принципа  состязательности сторон судебного спора (статья 9 АПК РФ) и правовых норм,  регулирующих доказывание обстоятельств дела (статьи 65, 66 АПК РФ) факт  причинения вреда должен доказываться лицом, оспаривавшим сделку. Его  процессуальный оппонент несет бремя опровержения этих обстоятельств.  

В рассматриваемом случае Компанией доказательств наличия пороков,  выходящих за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве,  которые позволяли бы сделать вывод о недействительности оспариваемых  платежей по основаниям статей 10 и 168 ГК РФ, не представлено.  

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм  процессуального права, которые в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ  могли бы повлечь отмену обжалуемого судебного акта, судом апелляционной  инстанции не установлено.  

За рассмотрение восьми требований Компании (о признании  недействительными пяти договоров займа, о признании недействительными  платежей по выплате дивидендов, платежей по договорам займа, платежей с  назначением «заработная плата…») подлежала уплате государственная  пошлина в общем размере 48 000 руб. Заявителем при обращении в суд  уплачена государственная пошлина в размере 12 000 руб., в остальной части  предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины.  

С учетом результатов рассмотрения обособленного спора (частичного  удовлетворения двух требований) уплаченная заявителем государственная  пошлина в размере 12 000 руб. остается на Компании, дополнительно с  Компании и ФИО2 в доход федерального бюджета надлежит взыскать  24 000 руб. и 12 000 руб. соответственно.  

Кроме того, с Компании в связи с фактическим отказом в удовлетворении  ее апелляционной жалобы в доход федерального бюджета подлежит взысканию  3 000 руб. государственной полшины.  

Руководствуясь статьями 268–272 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный  суд  

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Новгородской области от 04 апреля  2023 года по делу № А44-2850/2021 изменить, изложив его резолютивную  часть в следующей редакции:  

«Заявление общества с ограниченной ответственностью «ВИП» о  признании недействительными сделок должника и применении последствий  недействительности сделки удовлетворить частично.  

Признать недействительной сделку по перечислению обществом с  ограниченной ответственностью «ВИП-Новгород» в пользу ФИО2 денежных средств в общем размере 3 450 000 руб. за период с  27.12.2018 по 18.02.2020.  

Применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с  ФИО2 в конкурсную массу общества с  ограниченной ответственностью «ВИП-Новгород» 3 450 000 руб.  

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказать. 

Взыскать с ФИО2 в доход федерального  бюджета 12 000 руб. государственной пошлины.  

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ВИП» в доход  федерального бюджета 24 000 руб. государственной пошлины».  

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ВИП» в доход  федерального бюджета 3 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение  апелляционной жалобы.  

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия  в Арбитражный суд Северо-Западного округа.  

Председательствующий Т.Г. Корюкаева  

Судьи С.В. Селецкая 

Л.Ф. Шумилова