АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

 

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-1702/2022

28 июля 2022 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 26 июля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 28 июля 2022 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Кучеренко С.О.,

судей Кушнаревой И.Ф., Никитина Е.О.

при участии:

от индивидуального предпринимателя ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 20.11.2020;

от других участвующих в деле лиц, представители не явились

рассмотрев в проведенном с использованием систем видеоконференц-связи судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1

на определение Арбитражного суда Амурской области от 21.12.2021, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 12.05.2022

по делу № А04-4169/2020

по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>)

третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора: ФИО3

о включении требования в реестр требований кредиторов должника

в рамках дела о признании акционерного общества «Туранлес»                           (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, адрес: 675004, 

<

...>) несостоятельным (банкротом)

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Амурской области от 08.06.2020 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «Форест ДВ» (далее – ООО «Форест ДВ») о признании акционерного общества «Туранлес» (далее – АО «Туранлес», общество, должник) несостоятельным (банкротом).

Определением от 13.10.2020 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим должником утвержден ФИО4.

07.12.2020 в арбитражный суд обратился индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – ИП ФИО1) с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника 24 262 390 руб. основного долга и 4 190 435,58 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Определением Арбитражного суда Амурской области от 10.12.2020 заявление принято судом к рассмотрению, заявителю разъяснено, что о дате рассмотрения его требования будет сообщено дополнительно, после введения процедуры, следующей за процедурой наблюдения.

Решением суда первой инстанции от 24.03.2021 АО «Туранлес» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО5 (определением суда от 06.04.2022 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником, новым конкурсным управляющим утвержден ФИО6).

Определением от 29.03.2021 судом назначено судебное заседание               по рассмотрению заявления ИП ФИО1

К участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен ФИО3 (определение от 12.05.2021).

Определением арбитражного суда от 21.12.2021 требования                        ИП ФИО1 в сумме 28 452 825,58 руб. (из них: основной долг - 24 262 390 руб., сумма процентов за пользование чужими денежными средствами - 4 190 435,58 руб.) признаны обоснованными, подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»               (далее - Закон о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда                       от 12.05.2022 определение суда первой инстанции от 21.12.2021 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ИП ФИО1 просит определение суда первой инстанции от 21.12.2021 и постановление суда апелляционной инстанции от 12.05.2022 отменить в части признания требований заявителя подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве (удовлетворяемых за счет имущества оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ, включить требования ИП ФИО1 в третью очередь реестра требований кредиторов АО «Туранлес». По мнению заявителя жалобы, у судов, которые признали реальность договоров займа и передачи денежных средств между ФИО1 и должником, задолго до возникновения у последнего признаков банкротства, не имелось оснований для выводов о компенсационном характере фиксирования и понижения очередности удовлетворения заявленных требований. Отмечает, что по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве и статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции) ИП ФИО1                        не является заинтересованным или аффилированным лицом по отношению к должнику. Указывает, что суды не привели нормы права, в соответствии с которыми пришли к выводу о необходимости понижения очередность удовлетворения требований заявителя. Приводит доводы о том, что не является и никогда не являлся участником общества с ограниченной ответственностью «Амурлес» (далее – ООО «Амурлес»). Ссылаясь на анализ финансового состояния ООО «Туранлес», составленный временным управляющим ФИО4, указывает на отсутствие финансового и имущественного кризиса у должника в период предоставления ИП ФИО1 займов обществу, а именно в период с 2017 по 2018 годы.

В судебном заседании, проведенном в соответствии со статьей 153.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Амурской области, представитель                        ИП ФИО1 поддержал доводы кассационной жалобы, настаивал на ее удовлетворении.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе путем размещения соответствующей информации на сайте арбитражного суда в сети «Интернет», своих представителей для участия в судебном заседании суда кассационной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции по правилам статей 284, 286 АПК РФ в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из обжалуемых судебных актов, суды обеих инстанции, признавая требования ИП ФИО1 обоснованными в заявленном размере, но, подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, руководствовались следующим.

Согласно положений части 1 статьи 223 АПК РФ и статьи 32 Закона            о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ,                                с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенном статьями 71 и 100 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

В соответствии с пунктами 3 - 5 статьи 71, пунктами 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве, разъяснениями постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35                           «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование  кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Как установлено судами и следует из материалов дела, требования заявителя основаны на заключенных между ИП ФИО1 (займодавец) и ООО «Туранлес» (заемщик) договорах займа: от 21.02.2017 на сумму 5 000 000 руб., со сроком действия до 31.12.2017; от 23.03.2017 на сумму 9 995 000 руб., со сроком действия до 31.12.2017; от 26.05.2017 на сумму 4 500 000 руб., со сроком действия до 31.12.2017; от 13.06.2018 на сумму 4 650 000 руб., со сроком действия до 31.12.2018; от 15.10.2018 на сумму 4 100 000 руб., со сроком действия до 31.12.2018.

Денежные средства по спорным договорам займа внесены на счет должника займодавцем, что подтверждается квитанцией-ордером                          от 21.02.2017 № 45, от 23.03.2017 № 55, от 26.05.2017 № 64277, платежным поручение от 13.06.2018 № 16, от 15.10.2018 № 56.

29.11.2019 ИП ФИО1 направил в адрес общества претензию,                         в соответствии с которой просил в срок до 31.12.2019 возвратить суммы займа, а также проценты за пользование чужими денежными средствами                в следующем размере: по договору займа от 21.02.2017 - 737 431,50 руб.;              по договору займа от 23.03.2017 - 1 444 628,31 руб.; по договору займа                  от 21.05.2017 - 663 688,37 руб.; по договору займа от 13.06.2018 -                 297 942,23 руб.; по договору займа от 15.10.2018 - 66 140 руб.

Согласно входящему штампу указанная претензия получена должником 12.12.2019 вх. 682, однако ответа на нее не последовало.

Ссылаясь на вышеперечисленные обстоятельства, ИП ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника 24 262 390 руб. основного долга и 4 190 435,58 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами.

В подтверждение возможности передачи займов в указанном размере, заявителем представлены: налоговая декларация по налогу, уплачиваемая               в связи с применением упрощенной системы налогообложения за отчетный год – 2015, согласно которой сумма полученных доходов за налоговый период – 27 893 961 руб.; налоговая декларация по налогу, уплачиваемая в связи с применением упрощенной системы налогообложения за отчетный год – 2016, согласно которой сумма полученных доходов за налоговый период - 10 116 279 руб.; налоговая декларация по налогу, уплачиваемая в связи               с применением упрощенной системы налогообложения за отчетный год – 2017, согласно которой сумма полученных доходов за налоговый период – 3 251 473 руб.; налоговая декларация по налогу, уплачиваемая в связи                   с применением упрощенной системы налогообложения за отчетный год – 2018, согласно которой сумма полученных доходов за налоговый период – 28 749 466 руб.

Также заявителем представлены выписка по счету Master Card Black хххх хххх ххх4 1303/основная, из которой следует, что за период с 01.01.2013 по 31.12.2018 общая сумма пополнений составила 46 981 518,93 руб., общая сумма списаний 46 871 350,99 руб., списана комиссии на сумму 8 322,94 руб.; а также выписка по счету № 40817810803010488395 за период с 28.01.2010 по 11.08.2020 с наименованием операций – зачисление на счет по поручению клиента, прием наличных денежных средств на счет (вклад), а также списание на основании исполнительных документов (№ п/п 1040 на сумму 500 руб., № п/п 1041 на сумму 500 руб., № п/п 1042 на сумму 500 руб., № п/п 1644 на сумму 500 руб., № 2101 на сумму 500 руб.), из которой следует, что общий размер операций (рублевый эквивалент) составил 59 497 557,83 руб.

В отсутствие доказательств оплаты, требования кредитора в сумме 28 452 825,58 руб. (из них: основной долг - 24 262 390 руб., сумма процентов за пользование чужими денежными средствами - 4 190 435,58 руб.) признаны судами обоснованными. В указанной части спор между участвующими в деле лицами отсутствует.

Предметом кассационного обжалования является вывод судов о понижении очередности требования ИП ФИО1

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

Вместе с тем в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор судебной практики от 29.01.2020) обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

В пункте 3 Обзора от 29.01.2020 указано, что требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

Как разъяснено в пункте 3.1 Обзора от 29.01.2020 контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ). Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункт 8 статьи 63 ГК РФ (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие, «юридическое» родство или свойство), но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

В абзаце 4 пункта 3.2 Обзора от 29.01.2020 отмечено, что невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, пункт 2 статьи 811, статьи 813 ГК РФ), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

При рассмотрении требований в ситуации включения в реестр требований аффилированного кредитора выработаны критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, - на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства, в частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

В соответствии с содержащимися в Обзоре судебной практики от 29.01.2020 разъяснениями, в том числе с учетом приведенных подходов о распределении бремени доказывания, суду необходимо дополнительно установить: являлся ли кредитор контролирующим должника лицом; если кредитор являлся аффилированным с должником лицом, предоставил ли он финансирование под влиянием контролирующего должника лица; каково было имущественное положение общества в момент предоставления финансирования.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ и установив, что ФИО1 в период                     с 02.04.2014 по 20.01.2020 являлся учредителем  ООО «Амурлес»                      (ИНН 

<

***>) с размером доли - 50 %, в период с 21.01.2020 по настоящее время является учредителем ООО «Амурлес» (ИНН 

<

***>) с размером доли - 37,50%, которое является учредителем акционерного общества «Туранлес» с размером доли - 90% с 14.01.2016 по настоящее время), суды пришли к обоснованному выводу, что по смыслу статьи           19 Закона о банкротстве заявитель и должник являются заинтересованными лицами.

Также судами принято во внимание, что, несмотря на установленные договорам займа даты возврата заемных средств соответствующую претензию в адрес должника заявитель направил только 29.11.2019,                        т.е. спустя год и два года соответственно с момента наступления обязанности должника возвратить заемные средства; разумных пояснений об экономической целесообразности продолжения заемных отношений по заключению договоров от 13.06.2018, 15.10.2018 при наличии неисполненных предыдущих обязательств по возвращению заемных средств, в срок установленных договорами от 21.02.2017, 23.03.2017, 26.05.2017, заявителем не приведено.

Временным управляющим при подготовке Анализа финансового состояния АО «Туранлес» сделан вывод о том, что рентабельность активов на конец анализируемого периода (с 31.12.2012 по 31.12.2020) имеет отрицательное значение, из чего следует, что предприятие использует активы с убытком, при этом на всем промежутке анализируемого периода наблюдается ухудшение показателя и по состоянию на 31.12.2020 значение равно 29,96%; норма чистой прибыли на конец анализируемого периода                (с 31.12.2012 по 31.12.2020) менее 10 %, что свидетельствует о достаточно низкой доходности хозяйственной деятельности предприятия.

Кроме того, согласно финансовому анализу чистая прибыль должника по итогам 2016 года составила 5 531 тыс. руб., по итогам 31.12.2017 –               4 355 тыс. руб., по итогам 31.12.2018 – 1 181 тыс. руб., по итогам 31.12.2019 – убыток в размере 77 953 тыс. руб. Коэффициент абсолютной ликвидности (значение которого должно быть не менее 0,2) составлял по итогам 2016 года 0,02, по итогам 31.12.2017 – 0,05, по итогам 31.12.2018 – 0,02, по итогам 31.12.2019 – 0; коэффициент текущей ликвидности (основной показатель платежеспособности предприятия, который должен находиться в диапазоне 1,0 – 2,0) в анализируемый период времени также был ниже порогового значения в указанные периоды: 0,19, 0,30, 0,23, 0,18 соответственно, равно как обеспеченность обязательств должника его активами.

ФИО1, будучи участником ООО «Амурлес», которое является мажоритарным учредителем должника, не мог не знать об имевшихся у АО «Туранлес» затруднениях, выдавая ему беспроцентные займы и не требуя их возврата по истечении сроков действия договоров.

В связи с установленным, судебные инстанции обоснованно заключили, что вышеприведенные фактические обстоятельства и поведение сторон не соответствуют общепринятым взаимоотношениям независимых друг от друга лиц и не могут быть признаны экономически целесообразными для индивидуального предпринимателя, основной целью которого является извлечение прибыли, что, в свою очередь, свидетельствует о компенсационном финансировании деятельности должника.

Надлежащего обоснования экономической целесообразности указанных действий кредитора (доказательств наличия разумных экономических причин предоставления финансирования, отличных от мотивов предоставления компенсационного финансирования) при рассмотрении настоящего спора судам первой и апелляционной инстанций не представлено.

По результатам исследования и оценки всех доказательств, с учетом конкретных обстоятельств дела, установив, что на дату предоставления заемных денежных средств ФИО1 являлся аффилированным по отношению к должнику лицом, проанализировав хозяйственную деятельность общества, проверив наличие экономических причин предоставления финансирования, суды пришли к выводу, что договоры займа заключались в условиях недостаточности собственных денежных средств общества, в связи с чем, с учетом правовых позиций, изложенных в Обзоре судебной практики от 29.01.2020, признали требования заявителя подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, после удовлетворения требований независимых кредиторов.

Таким образом, при вынесении обжалуемых судебных актов, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела наличия всей необходимой и достаточной совокупности оснований для признания требований кредитора обоснованными и подлежащими удовлетворению в очередности перед распределением ликвидационной квоты, и из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 АПК РФ).

Суд округа полагает, что судами первой и апелляционной инстанций при рассмотрении настоящего спора правильно определен круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, правильно определены законы и иные нормативные акты, которые следовало применить по настоящему делу, дана оценка всем имеющимся в деле доказательствам с соблюдением требований законодательства.

Приведенные в кассационной жалобе иные доводы признаются судом округа несостоятельными, поскольку противоречат совокупности имеющихся в материалах обособленного спора доказательств, получивших надлежащую правовую оценку судов первой и апелляционной инстанции и не опровергают правильности принятых по делу судебных актов, сводятся к несогласию с выводами судов, направлены на переоценку имеющихся                    в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств,             что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, частью 2 статьи 287 АПК РФ.

Процессуальных нарушений, перечисленных в части 4 статьи 288              АПК РФ, влекущих безусловную отмену судебных актов, не допущено.

При таких обстоятельствах обжалуемые определение и постановление судов отмене, а кассационная жалоба удовлетворению, не подлежат.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Амурской области от 21.12.2021, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 12.05.2022            по делу № А04-4169/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                       С.О. Кучеренко

 

Судьи                                                                                И.Ф. Кушнарева

Е.О. Никитин