ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-3754/2021

25 мая 2023 года

г. Санкт-Петербург

/суб2

 

Резолютивная часть постановления объявлена     18 мая 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  25 мая 2023 года

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Юркова И.В.

судей  Аносовой Н.В., Барминой И.Н.

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1

 

при участии:  

от конкурсного управляющего представитель ФИО2, доверенность от 30.09.2021;

от ФИО3 представитель ФИО4, доверенность от 17.02.2022;

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-6623/2023) ФИО3 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.01.2023 по делу № А56-3754/2021/суб.2, принятое по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Информационные технологии» к ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности, в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Информационные технологии»,

третье лицо: финансовый управляющий имуществом ФИО3, 

 

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о банкротстве ООО «Информационные технологии» конкурсный управляющий заявил о привлечении бывшего руководителя и единственного участника должника ФИО3 к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Определением суда от 31.01.2023 ФИО3 привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Информационные технологии», производство по заявлению в части определения размера ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. 

В апелляционной жалобе ФИО3 просит отменить определение от 31.01.2023, поскольку, по ее мнению, конкурсным управляющим не доказаны обстоятельства, способные послужить основанием для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности; отсутствует причинно-следственная связь между поведением ответчика и объективным банкротством должника; выдача поручительств в пользу кредитной организации не может быть расценена как неразумные или недобросовестные действия.

В судебном заседании представитель ответчика поддержал доводы апелляционной жалобы, а представитель конкурсного управляющего возражал против ее удовлетворения. 

Исследовав имеющиеся в деле документы и выслушав представителей лиц, участвующих в споре, апелляционный суд считает, что обжалуемое определение подлежит отмене с принятием нового решения об отказе в удовлетворении заявления.

В силу статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции Федерального закона от 29.07.2017  № 266-ФЗ, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника (пункт 1).

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо (пункт 2).

В качестве основания для привлечения ФИО3 в субсидиарной ответственности конкурсный управляющий сослался на совершение должником в 2018-2020 годах обеспечительных сделок по обязательствам ООО «НПО Санкт-Петербургская электротехническая компания» перед ПАО Сбербанк и Банком ВТБ (выдача поручительств, предоставление имущества в залог), на оценку заложенных вещей значительно ниже их рыночной стоимости. 

Между тем в определении Верховного Суда российской Федерации от 25.03.2021 № 310-ЭС20-18954 сформулирована правовая позиция, согласно которой совершение подобного рода сделок не может послужить основанием для привлечения контролирующего должника лица у субсидиарной ответственности, если не приведены веские аргументы, свидетельствующие о значительном отклонении поведения от сложившейся практики, в частности, о том, что поручитель действовал злонамеренно: цель привлечения независимого кредитного финансирования группой, объединяющей заемщика и лиц, выдавших обеспечение, в действительности ими не преследовалась, им было очевидно, что в дальнейшем обязательства заведомо не будут исполнены. 

В настоящее время на рынке кредитования сложилась устойчивая банковская практика, в соответствии с которой организации, входящие в одну группу, привлекаются банками в качестве поручителей по обязательствам друг друга. Сама по себе выдача таких поручительств в пользу кредитной организации, настаивающей на дополнительном обеспечении, не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении руководителя поручителя по отношению к его кредиторам даже в ситуации, когда поручитель с целью реализации общегрупповых интересов, а не для причинения вреда кредиторам, принимает на себя солидарные обязательства перед банком в объеме, превышающем его финансовые возможности, полагая при этом, что в перспективе результат деятельности группы позволит погасить обязательства ее членов перед кредиторами.

Не основан на законе подход, согласно которому одно лицо, входящее в группу, не должно предоставлять антикризисное финансирование другому члену группы, находящемуся в сложном состоянии, под страхом привлечения руководителя поручителя к субсидиарной ответственности. 

В данном случае в ходе судебного разбирательства не выявлены признаки злонамеренного поведения поручителя. На наличии таких признаков конкурсный управляющий не ссылался. В материалах спора отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что выдача должником поручительств, передача имущества в залог выходят за пределы обычной коммерческой практики. 

В свою очередь, оценочная стоимость заложенного имущества, включаемая в договор, носит, по своей сути, учетный характер и применяется в дальнейшем для целей отражения требования залогового кредитора в реестре, определения объема его прав при голосовании на собраниях кредиторов должника и при принятии решений в рамках процедур банкротства. Однако обязательство должника признается обеспеченным залогом в целом независимо от упомянутой учетной оценки заложенного объекта (за исключением случая, когда обязательство обеспечивалось залогом не в полном объеме, а только в части). Окончательная стоимость заложенного имущества для целей проведения расчетов формируется в момент его реализации. В случае продажи заложенного имущества по цене, превышающей оценочную стоимость, объем реально погашаемых требований залогового кредитора зависит от фактически полученной выручки и не ограничен оценочной стоимостью. Указанная правовая позиция изложена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 12.12.2016 № 310-ЭС16-10887, от 09.04.2018 № 308-ЭС17-20281, от 28.10.2021 № 206-ЭС21-10251 и включена в пункт 18 «Обзора судебной практики № 1 (2017)» (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017). В связи с этим нельзя признать отклонение залоговой стоимости вещей, указанной в договорах, от их рыночной стоимости  обстоятельством, повлекшим за собой объективное банкротство должника.

Обеспечительные сделки совершены должником в интересах кредиторов, а не во вред их имущественным правам. Предоставление вещей в залог не препятствует владению и пользованию ими, в связи с чем не способно повлечь за собой несостоятельность их собственника. Оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника не имеется. Обжалуемое определение суда необходимо отменить, в удовлетворении заявления отказать.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 31.01.2023 по делу № А56-3754/2021/суб.2 отменить.

В удовлетворении заявления отказать.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.В. Юрков

Судьи

 

Н.В. Аносова

 И.Н. Бармина