СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город Томск Дело № А45-19248/2017  Резолютивная часть постановления объявлена 17 сентября 2018 года.  

Постановление изготовлено в полном объеме 20 сентября 2018 года. 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Фроловой Н.Н. судей Иванова О.А.  Логачева К.Д. 

при ведении протокола судебного заседания  секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в судебном заседании  апелляционную жалобу Магакеляна Гайка Гвардиковича ( № 07АП-4091/2018 (5))  на определение от 16.05.2018 Арбитражного суда Новосибирской области (судья  Ничегоряева О.Н.) по делу № А45-19248/2017 по заявлению ФИО2 о включении требования в размере 21 820 593 руб. в реестр требований  кредиторов должника - общества с ограниченной ответственностью «Научно- производственное объединение «Сибирские медицинские технологии» (633011,  

<

...>, ИНН 

<

***>,  ОГРН 

<

***>),  

В судебном заседании приняли участие: от ФИО2: не явился (извещен) от иных лиц: не явились (извещены) 

УСТАНОВИЛ:

определением от 20.10.2017 Арбитражного суда Новосибирской области в отноше- нии общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объ- единение «Сибирские медицинские технологии» (далее –ООО «НПО «СМТ»,  

должник), введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляю- щим утвержден Ларичкин Валерий Юрьевич.  

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» 28.10.2017. 

27.11.2017 в Арбитражный суд Новосибирской области поступило заявление  ФИО2 (далее – ФИО2, кредитор, заявитель) о  включении требования в размере 21 820 593 рублей в реестр требований кредиторов должника – ООО «НПО «СМТ».  

Определением от 16.05.2018 Арбитражного суда Новосибирской области суд  отказал в удовлетворении заявления ФИО2 о включении требования в размере 21 820 593 рублей в реестр требований кредиторов должника.  

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился с  апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять по делу новый  судебный акт, ссылаясь на нарушение судом материального и процессуального  права, неполное выяснение обстоятельств имеющих значение для дела, несоответ- ствие выводов суда обстоятельствам дела.  

Указав, что само по себе наличие аффилированности между сторонами не  свидетельствует о злоупотреблении правом. Не согласен с выводом суда о том, что  заключенные договоры имеют притворный характер и возникли из корпоративных  отношений. Не согласен с выводами суда, что заявитель не истребовал займы у  должника, так как в материалы дела представлена переписка между сторонами с  требованием о возврате займа и просьбами о продлении срока возврата займов. Выводы суда о том, что заключением спорных договоров намеренно создавалась ис- кусственная задолженность должника-банкрота не соответствуют материалам дела,  так как в период заключения договоров (2009, 2010 года) должником велась актив- ная хозяйственная деятельность и признаков несостоятельности в то время не  усматривалось. Судом не учтено, что заемные средства пошли на покупку дорого- стоящего оборудования.  

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и ме- сте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не  явились.  

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей  123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рас- смотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.  

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив  в соответствии со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации законность и обоснованность определения Арбитражного суда Новосибирской области, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.  

Как следует из материалов дела, между ФИО2 и ООО «НПО  «СМТ» заключен договор № б/н беспроцентного займа от 20.10.2009, согласно которого Займодавец передает заемщику, в собственность денежные средства в размере 900 000 рублей, а заемщик обязуется возвратить займодавцу сумму займа в  срок до 31.12.2009 (пункт 1.1 договора).  

24.03.2010 между ФИО2 и ООО «НПО «СМТ» заключен договор   № З-24/03/10, согласно которого займодавец передает заемщику, в собственность  денежные средства в размере 20 920 593 рубля, а заемщик обязуется возвратить  займодавцу сумму займа в срок до 31.12.2010 (пункт 1.1 договора).  

24.03.2010 платежным поручением № 2 ФИО2 перечислил в адрес  должника 20 920 593 рубля с назначением платежа «оплата по договору беспро- центного займа З-24/03/10 от 24.03.2010».  

Платежным поручением № 12 от 20.10.2009 ФИО2 перечислил в ад- рес должника 900 000 рублей с назначением платежа «оплата по договору беспро- центного займа б/н от 20.10.2009».  

Дополнительными соглашениями № 1 от 20.12.2010 и № 2 от 23.12.2013, № 1 от  21.12.2009 и № 2 от 24.12.2012 срок возврата денежных средств по договорам займа   № З-24/03/10 от 24.03.2010, № б/н от 20.10.2009 был продлен до 31.12.2016.  

Должником обязательства по возврату денежных средств не исполнены. 

Полагая, что образовавшаяся задолженность подлежит включению в реестр  требований кредиторов должника, ФИО2 обратился в арбитражный суд с  заявлением.  

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований,  исходил из того, что поскольку договоры займа заключены между аффилированными лицами, на беспроцентных условиях и на большой срок, не установив экономические мотивы в совершении указанных действий, пришел к выводу об отсут- ствии правовых оснований для включения требования кредитора в реестр требований кредиторов должника  

Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодатель- ству и фактическим обстоятельствам дела.  

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Согласно пункту 1 статьи 4 Закона о банкротстве состав и размер денежных  обязательств, возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании  должника банкротом и заявленных после принятия арбитражным судом такого заявления, определяются на дату введения первой процедуры, применяемой в деле о  банкротстве.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 71 Закона о банкротстве для целей участия  в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к  должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения  о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд,  должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных  документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.  

Согласно пунктам 3, 4, 5 статьи 71 Закона о банкротстве при наличии возра- жений относительно требований кредиторов арбитражный суд проверяет обоснованность требований и наличие оснований для включения указанных требований в  реестр требований кредиторов. Требования кредиторов, по которым поступили возражения, рассматриваются в заседании арбитражного суда. По результатам рас- смотрения выносится определение о включении или об отказе во включении указанных требований в реестр требований кредиторов. В определении арбитражного  суда о включении требований в реестр требований кредиторов указываются размер  и очередность удовлетворения таких требований.  

Требования кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований  

для включения в реестр требований кредиторов. По результатам такого рассмотре- ния арбитражный суд выносит определение о включении или об отказе во включении требований в реестр требований кредиторов. Указанные требования могут быть  рассмотрены без привлечения лиц, участвующих в деле.  

Исходя из разъяснений, данных в пункте 26 постановления Пленума ВАС РФ  от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмот- рением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100  ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий  относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заяв- лять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование  кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о  банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть при- знаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.  

Исходя из указанных норм права, арбитражному суду необходимо по суще- ству проверить доказательства возникновения задолженности и применения мер  ответственности на основе положений норм материального права.  

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение  включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение при- водит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснован- ные требования, а также должника и его учредителей (участников).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 807, пунктом 1 статьи 810 Гражданского  кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, опреде- ленные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую  же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей  того же рода и качества в срок и в порядке, которые предусмотрены договором  займа.  

Сумма займа считается возвращенной в момент передачи ее займодавцу или  зачисления соответствующих денежных средств на его банковский счет (пункт 3  статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Согласно пункту 1 статьи 814 Гражданского кодекса Российской Федерации,  если договор займа подписан с условием использования заемщиком полученных  

средств на определенные цели (целевой заем), заемщик обязан обеспечить возмож- ность осуществления займодавцем контроля за целевым использованием суммы  займа.  

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других  вещей.  

В обоснование требования ФИО2 в материалы дела представлены  договоры беспроцентных займов № З-24/03/10 от 24.03.2010, № б/н от 20.10.2009,  дополнительные соглашения к ним, платежные поручения, акт сверки взаимных  расчетов.  

Согласно расчету кредитора задолженность составила 21 820 593 рубля. 

Доказательств возврата денежных средств должником в материалы дела не  представлено.  

Вместе с тем, из материалов дела следует, что на момент заключения договоров ФИО2 и ООО «НПО «СМТ» являлись аффилированными лицами, что  подтверждается представленным в материалы дела документами.  

Из представленных в материалы дела документов, следует, что на момент заключения договоров (в период с 14.08.2009 по 08.08.2017) единственным участником ООО «НПО «СМТ» (100% долей в уставном капитале должника) являлось ЗАО  Агентство «Афина Паллада» (ИНН 

<

***>), владельцем которого (99,98% ак- ций (119025 штук) в период с 2008 по 01.11.2017 являлся ФИО2, что под- тверждается выпиской из реестра акционеров по состоянию на 15.09.2008 (л.д. 70),  акцептом от 13.08.2009, уведомлением от 14.08.2009, решением единственного  участника ООО «НПО «СМТ» от 08.08.2017 (приложение к отзыву временного  управляющего должника от 29.01.2018 в электронном деле).  

Таким образом, участие ФИО2 в деятельности должника осуществ- лялась через ООО Агентство «Афина Паллада».  

С учетом положений статьи 19 Закона о банкротстве должник и кредитор яв- ляются заинтересованными лицами.  

Арбитражный суд первой инстанции правомерно указал, что договоры беспроцентных займов № З-24/03/10 от 24.03.2010, № б/н от 20.10.2009 заключены  между аффилированными лицами.  

Исходя из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056 (6), при представлении  доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с  

лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требо- ванию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по  опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое ли- цо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы  совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключен- ного соглашения.  

 Указанное распределение бремени доказывания обусловлено необходимостью  установления обоснованности и размера спорного долга, возникшего из договора, и  недопущения включения в реестр необоснованных требований (созданных фор- мально и направленных на искусственное формирование задолженности с целью  контролируемого банкротства либо имевшихся в действительности, но фактически  погашенных (в ситуации объективного отсутствия у арбитражного управляющего  документации должника и непредставлении такой документации аффилированным  лицом), поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.  

 Судом первой инстанции правомерно установлено, что денежные средства по  договорам предоставлены должнику на условиях не доступных для иных участников гражданского оборота (беспроцентный заем, срок возврата - 7 и 6 лет соответ- ственно), что является нетипичным для участников гражданского оборота.  

 Суд усматривает очевидное отклонение действий участников гражданского  оборота – кредитора и должника от добросовестного поведения, и пришел к выводу  о том, что действия ФИО2 и должника направлены на искусственное со- здание задолженности должника-банкрота для последующего распределения кон- курсной массы в пользу «дружественного» кредитора, заявление кредитора подано  с противоправной целью уменьшения в интересах должника количества голосов,  приходящихся на долю независимых кредиторов.  

Вышеизложенное свидетельствует о том, что при заключении договоров у  ФИО2, являвшимся аффилированным лицом по отношению к должнику,  отсутствовали разумные экономические мотивы.  

Доказательств, опровергающих указанные обстоятельства, в материалы дела  не представлено.  

Утверждения подателя жалобы об обратном, основаны на неверном толкова- нии норм права и обстоятельств дела.  

Довод подателя жалобы о том, что сторонами не могла намеренно создаваться  искусственная задолженность должника-банкрота, так как в период заключения  договоров (2009, 2010 года) должником велась активная хозяйственная деятель- ность и признаков несостоятельности в то время не усматривалось, судом апелляционной инстанции отклоняется.  

Данный довод не опровергает выводов суда об аффилированности сторон, от- сутствии экономической целесообразности займа для кредитора.  

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как след- ствие, нарушений прав его кредиторов, к доказыванию обстоятельств, связанных с  возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные  требования (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах,  связанных с рассмотрением дел о банкротстве»)  

Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решени- ях, процедуры банкротства носят публично-правовой характер (постановления от  22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П и др.). Публично-правовой целью инсти- тута банкротства является обеспечение баланса прав и законных интересов лиц,  участвующих в деле о банкротстве, имеющих различные, зачастую диаметрально  противоположные интересы. Эта цель достигается посредством соблюдения за- крепленного в части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации принципа, в  соответствии с которым осуществление прав и свобод человека и гражданина не  должно нарушать права и свободы других лиц.  

Включение необоснованной задолженности в реестр требований кредиторов  должника в целях влияния на ход дела о банкротстве затрагивает не только частные  интересы должника и его кредитора, но и всех иных кредиторов, вовлеченных в  процесс банкротства, препятствуя справедливому рассмотрению дела о несостоятельности и окончательному его разрешению (как в части определения судьбы  должника и его имущества, так и в части распределения конкурсной массы между  добросовестными кредиторами).  

По смыслу норм Закона о банкротстве, единственной надлежащей целью об- ращения кредитора в арбитражный суд с заявлением о признании должника несо- стоятельным (банкротом) должно являться получение от должника удовлетворения  своих требований в результате производства по делу о банкротстве. Для кредитора  реальное получение денежных средств в счет уплаты соответствующей задолжен- 

ности должно являться достаточным, при условии, что кредитор полагает себя доб- росовестным.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые  исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребле- ние правом в иных формах.  

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной  статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите  принадлежащего ему права (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской  Федерации).  

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений  раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», положения  Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих  нормы гражданского права (статья 3 Гражданского кодекса Российской Федерации), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами  гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса  Российской Федерации.  

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации,  при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении  гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны дей- ствовать добросовестно.  

В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто  не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного  поведения.  

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота,  учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в  том числе в получении необходимой информации.  

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской  Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разум- ность их действий предполагаются, пока не доказано иное.  

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда,  

если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.  

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в  зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а  также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной  стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2  статьи 10 ГК РФ).  

Доводы заявителя жалобы о том, что само по себе наличие аффилированности  между сторонами не свидетельствует о злоупотреблении правом, и что указание  суда на притворный характер сделок не обоснован, судом апелляционной инстанции отклоняются.  

Как указал Верховный суд Российской Федерации в определении Верховного  Суда РФ от 21.02.2018 N 310-ЭС17-17994(1,2) действующее законодательство о  банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) с должником кредиторов по граж- данским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. При этом  сама по себе выдача займа участником должника не свидетельствует о корпоратив- ном характере требования по возврату полученной суммы для целей банкротства  (определения Верховного Суда Российской Федерации от 30.03.2017 N 306-ЭС16- 17647, от 06.08.2015 N 302-ЭС15-3973).  

Вместе с тем, исходя из конкретных обстоятельств дела суд вправе переква- лифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного  капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве), при- знав за спорным требованием статус корпоративного.  

Соответствующая правовая позиция отражена в определениях Верховного  Суда Российской Федерации от 06.07.2017 N 308-ЭС17-1556.  

Так, в случаях невозможности продолжения хозяйственной деятельности в  обычном режиме, как правило, связанных с недостаточностью денежных средств,  экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения  предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в  

целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж),  а также докапитализации на иные нужды.  

Соответствующие вложения могут оформляться как путем увеличения устав- ного капитала, так и предоставления должнику займов либо иным образом.  

Материалами дела установлено, что ФИО2 (займодавец) и должник  (заемщик), являлись аффилированными лицами, условия представления займов не  типичны для стандартных рыночных операций (займы были предоставлены без  установления процента, должник не предоставил обеспечение по обязательству, в  условиях длительного неисполнения заемщиком своих обязательств кредитор не  предпринимал мер по взысканию долга).  

 В поведении заявителя как фактического собственника должника и конечного  бенефициара бизнеса должника усматривается злоупотребление правом в форме  осуществления докапитализации принадлежащей ему компании не путём внесения  денежных средств в уставный капитал предприятия, а путём заключения притвор- ных сделок по предоставлению займов. Тем самым заявитель намеренно разделил  бремя рисков получения должником убытков при ведении хозяйственной деятельности между собой и независимыми кредиторами.  

Ссылки заявителя о том, что в материалы дела представлена переписка между  сторонами с требованием о возврате займа и просьбами о продлении срока возврата  займов, в условиях повышенных стандартов доказывания в деле о банкротстве и  при установлении фактических обстоятельств дела, судом апелляционной инстанции признаются несостоятельными.  

Из представленной в материалы дела переписки между кредитором и должником, следует, что должник без указания причин невозможности исполнения обязательств, без предоставления встречного обеспечения, обращался к кредитору с  просьбой продления срока договора на 3 года, а позднее еще на 3 года.  

Оценивая представленные доказательства, апелляционным судом принимает- ся во внимание, что указанные обстоятельства являются нетипичными для участников гражданского оборота.  

Ссылка подателя жалобы на то, что судом не учтено, что заемные средства  пошли на покупку дорогостоящего оборудования, судом апелляционной инстанции  признается несостоятельной, документально не подтвержден.  

Кроме того, суд принимает во внимание, что доказательств указывающих и  подтверждающих цели использования заемных денежных средств должником, в  материалы дела не представлено.  

 Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявления ФИО2 о включении требования в реестр требований  кредиторов должника.  

Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием  для отмены обжалуемого судебного акта.  

 При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне  и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем дока- зательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не  допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для  его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.  

Руководствуясь статьями 258, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 16.05.2018 Арбитражного суда Новосибирской области по делу №  А45-19248/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу Магакеляна Гайка  Гвардиковича - без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий од- ного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной  жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.  

Председательствующий Н.Н. Фролова  

Судьи О.А.Иванов  К.Д.Логачев