Арбитражный суд Хабаровского края

г. Хабаровск, ул. Ленина 37, 680030, www.khabarovsk.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

дело № А73-20521/2023

г. Хабаровск

15 мая 2024 года

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 02.05.2024.

Арбитражный суд Хабаровского края в составе  судьи  Леонова Д.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Катковой Н.А.,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению Приамурского межрегионального управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования (ИНН 

<

***>, адрес: 680000, 

<

...>)

к Акционерному обществу «Хабаровский речной торговый порт» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 680011, 

<

...>)

о взыскании ущерба в размере 147 752 956 руб. 80 коп.,

при участии в судебном заседании:

от Приамурского межрегионального управления: ФИО1 представитель по доверенности от 14.02.2024 №02-90/06;

от Общества: ФИО2 представитель по доверенности от 28.05.2021 № 27АА1737791, ФИО3 представитель по доверенности от 28.02.2022 № 27АА1834791; ФИО4 представитель по доверенности от 10.01.2024 № 2 (путем использования системы веб-конференции); ФИО5 представитель по доверенности от 10.01.2024 № 1 (путем использования системы веб-конференции).

Установил:

Дальневосточное межрегиональное управление Федеральной службы по надзору в сфере природопользования (далее – истец, Дальневосточное межрегиональное управление) обратилось в Арбитражный суд Хабаровского края с иском к Акционерному обществу «Хабаровский речной торговый порт» (далее – ответчик, Общество) о взыскании ущерба, причиненного водному объекту, в размере 147 752 956,80 руб.

Определением от 23.01.2024 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельного требования относительно предмета спора, привлечено Приамурское межрегиональное управление Федеральной службы по надзору в сфере природопользования (далее - Приамурское межрегионального управление).

Определением от 26.02.2024 удовлетворены ходатайства Приамурское межрегионального управления и Дальневосточное межрегиональное управления о процессуальном правопреемстве и произведена замена истца - Дальневосточного межрегионального управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования на правопреемника – Приамурское межрегиональное управление Федеральной службы по надзору в сфере природопользования. Этим же определением  Приамурское межрегионального управление исключено из состава третьих лиц, не заявляющих самостоятельного требования относительно предмета спора.

В судебном заседании представитель истца поддержала требования.

Общество представило письменный отзыв о несогласии с заявленными требованиями. В судебном заседании представители ответчика, поддержав доводы, изложенные в отзыве, просили в удовлетворении заявленных требований отказать.

В ходе судебного разбирательства арбитражным судом установлены следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела, 15.08.2017 около 07 часов 00 минут (хабаровского времени) при следовании по маршруту «Морской порт Николаевск-на-Амуре - вахтовый поселок Унчи Охотского района Хабаровского края» в районе 59-го буя Сахалинского фарватера Амурского лимана (координаты местности 53?01?86"№141?39'21"Е) затонула безэкипажная баржа «БПМ-105», буксируемая морским буксиром «Восток» (судовладелец - ОАО «Хабаровский речной торговый порт», порт регистрации ФИО6 Сахалинская область) с грузом каменного угля в количестве 667 биг-бегов общей массой 952,1 тонн.

В момент затопления баржи на борту буксира находилось 10 членов экипажа, никто из которых не пострадал. Из объяснений членов экипажа судна и вахтенного журнала следует, что при следовании указанным маршрутом в благоприятных погодных условиях экипаж судна в 07.00 час 14.08.2017 обнаружил крен на правый борт и деферент на корму. При осмотре баржи в 09.37 час была обнаружена водотечность корпуса, после чего принимались меры по откачке воды из трюма баржи. В 05.35 час в связи с опасным креном и деферентом баржи, капитан принял решение отвести буксир и отдать буксирный трос. В 07.00 час баржа перевернулась, в 09.30 час 15.08.2017 полностью затонула.

Указанные обстоятельства отражены в заключении № 08/17 по расследованию аварийного случая на море, утвержденного начальником Амурского управления государственного морского и речного надзора Федеральной службы по надзору в сфере транспорта.

Установив, что затопление баржи с грузом произошло по вине Общества, Дальневосточное межрегиональное управление на основании Методики исчисления размера вреда, причиненного водному объекту, утвержденному приказом Минприроды России от 13.04.2009 № 87 (далее – Методика № 87) произвело исчисление вреда, причиненному водному объекту в связи затоплением баржи и угля, находящегося в барже и направило Обществу требование от 31.07.2023 № 16/11651 о добровольном возмещении вреда водному объекту на сумму 147 752 956,80 руб. в течение 30 дней со дня получения требования.

Неисполнение в установленный срок данного требования послужило основанием для обращения Дальневосточного межрегионального управления в арбитражный суд с рассматриваемым исковым заявлением.

Возражая против заявленных требований Общество указывает, что судебными актами суда общей юрисдикции, имеющими преюдициальное значение для рассмотрения настоящего дела установлено, что затопление баржи не могло привести к причинению вреда окружающей среде; судебными актами также установлено, что несамоходная баржа не включена в Перечень имущества, удаление которого является обязательным в соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 109 Кодекса торгового мореплавания (приказ Минтранса от 05.10.2022 № 404) в связи с чем не могла причинить вред окружающей среде; истцом не доказан факт негативного воздействия на окружающую среду в связи с затоплением баржи с грузом угля; требование о возмещении вреда вследствие затопления угля каменного необоснованно в силу того, что уголь не был обнаружен на дне водоема, а кроме того каменный уголь является безопасным для окружающей среды; Общество не подлежит привлечению к гражданско-правовой ответственности, поскольку инцидент по затоплению баржи произошел вследствие непреодолимой силы; при расчете ущерба истцом неверно определен вес баржи, а также необоснованно не учтены расходы Общества по подъему затонувшего судна.

Выслушав представителей участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, арбитражный суд приходит к следующим выводам.

На основании статьи 58 Конституции Российской Федерации каждый обязан сохранять природу и окружающую среду, бережно относиться к природным богатствам.

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от 10.01.2002 № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» (далее – Федеральный закон № 7-ФЗ) хозяйственная и иная деятельность юридических лиц, оказывающая воздействие на окружающую среду, должна осуществляться на основе платности природопользования и возмещения вреда окружающей среде.

Под негативным воздействием на окружающую среду понимается воздействие хозяйственной и иной деятельности, последствия которой приводят к негативным изменениям качества окружающей среды (статья 1 Федерального закона № 7-ФЗ).

Согласно статье 4 Федерального закона № 7-ФЗ объектами охраны окружающей среды от загрязнения, истощения, деградации, порчи, уничтожения и иного негативного воздействия хозяйственной и (или) иной деятельности являются компоненты природной среды, природные объекты и природные комплексы.

Юридические и физические лица, причинившие вред окружающей среде в результате ее загрязнения, истощения, порчи, уничтожения, нерационального использования природных ресурсов, деградации и разрушения естественных экологических систем, природных комплексов и природных ландшафтов и иного нарушения законодательства в области охраны окружающей среды, обязаны возместить его в полном объеме в соответствии с законодательством (пункт 1 статьи 77 Федерального закона № 7-ФЗ).

В соответствии со статьей 78 Федерального закона № 7-ФЗ возмещение вреда может осуществляться посредством взыскания причиненных убытков и (или) путем возложения на ответчика обязанности по восстановлению нарушенного состояния окружающей среды. Выбор способа возмещения причиненного вреда при обращении в суд осуществляет истец.

Частью 1 статьи 56 Водного кодекса Российской Федерации (далее - ВК РФ) запрещен сброс в водные объекты и захоронение в них отходов производства и потребления, в том числе выведенных из эксплуатации судов и иных плавучих средств (их частей и механизмов).

Владелец затонувшего судна обязан обеспечить подъем затонувшего судна (пункт 1 статьи 47.1 Кодекса внутреннего водного транспорта Российской Федерации).

Статьей 68 ВК РФ предусмотрено, что лица, виновные в нарушении водного законодательства, несут административную, уголовную ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации. Привлечение к ответственности за нарушение водного законодательства не освобождает виновных лиц от обязанности устранить допущенное нарушение и возместить причиненный ими вред.

В пункте 3 статьи 77 Федерального закона № 7-ФЗ указано, что вред окружающей среде, причиненный субъектом хозяйственной и иной деятельности, возмещается в соответствии с утвержденными в установленном порядке таксами и методиками исчисления размера вреда окружающей среде, а при их отсутствии исходя из фактических затрат на восстановление нарушенного состояния окружающей среды, с учетом понесенных убытков, в том числе упущенной выгоды. При этом методика исчисления размера вреда, причиненного объектам охраны окружающей среды, в том числе водным, вследствие нарушения соответствующего законодательства во всяком случае не может носить произвольный характер и должна строиться исходя из количественных параметров негативного воздействия на окружающую среду.

В силу статьи 69 ВК РФ лица, причинившие вред водным объектам, возмещают его добровольно или в судебном порядке. Методика исчисления размера вреда, причиненного водным объектам вследствие нарушения водного законодательства, утверждается в порядке, установленном Правительством Российской Федерации. Ответственность граждан и юридических лиц за причинение ущерба водным объектам наступает в соответствии с общими требованиями Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде» (далее - Постановление Пленума № 49) разъяснено, что основанием для привлечения лица к имущественной ответственности является причинение им вреда, выражающееся в негативном изменении состояния окружающей среды, в частности ее загрязнении, истощении, порче, уничтожении природных ресурсов, деградации и разрушении естественных экологических систем, гибели или повреждении объектов животного и растительного мира и иных неблагоприятных последствиях (статьи 1, 77 Закона № 7-ФЗ).

Согласно пункту 8 Постановления № 49 по общему правилу в соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 77 Закона об охране окружающей среды лицо, причинившее вред окружающей среде, обязано его возместить при наличии вины. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Исходя из приведенных положений следует вывод о том, что споры о возмещении вреда окружающей среде подлежат разрешению с учетом как специального законодательства, регулирующего отношения в области природопользования, так и норм гражданского законодательства, устанавливающего общие положения об обязательствах вследствие причинения вреда (параграф 1 главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для возложения гражданско-правовой ответственности в виде возмещения вреда необходимо в совокупности наличие таких условий как наступление вреда и его размер, противоправность поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда и причинно-следственная связь между противоправным поведением и наступившими вредными последствиями.

В данном случае факт затопления баржи, подтверждается материалами дела и не оспаривается лицами, участвующими в деле.

В свою очередь, Общество указывает, что затопление баржи не привело к причинению ущерба, поскольку указанная баржа безопасна для окружающей среды.

При этом Общество ссылается на выводы, отраженные в апелляционном определении Хабаровского краевого суда от 24.11.2022 по делу №33-7740/2022, которые, по мнению Общества, имеют преюдициальное значение для рассмотрения настоящего спора.

Из апелляционного определения Хабаровского краевого суда от 24.11.2022 по делу №33-774/2022 (в суде первой инстанции № 13-140/2020) следует, что вступившим в законную силу решением Кировского районного суда г. Хабаровска от 07.11.2017 удовлетворен иск Николаевского-на-Амуре транспортного прокурора, предъявленный в интересах неопределенного круга лиц, к ОАО «Хабаровский речной торговый порт» о понуждении к совершению определенных действий. На ОАО «Хабаровский речной торговый порт» возложена обязанность до конца навигации 2018 года осуществить подъем и удаление из акватории Амурского лимана Татарского пролива затонувшей баржи «БПМ-105» с грузом каменного угля в количестве 667 биг-бегов общей массой 952,1 тонн.

19.11.2018 возбуждено исполнительное производство № 33999/18/27020-ИП в отношении АО «Хабаровский речной торговый порт».

Определениями Кировского районного суда г. Хабаровска от 13.03.2019, 28.01.2020, 13.01.2021 должнику предоставлялись отсрочки исполнения решения, последняя - до конца навигации 2021 года.

Решение Кировского районного суда г. Хабаровска от 07.11.2017 не исполнено.

Определением Николаевского-на-Амуре городского суда Хабаровского края от 22.04.2022 Обществу отказано в удовлетворении заявления о прекращении исполнительного производства.

Апелляционным определением Хабаровского краевого суда от 23.06.2022 вышеуказанное определение отменено, разрешен вопрос по существу. Прекращено исполнительное производство №33999/18/27020-ИП от 19.11.2018 в отношении АО «Хабаровский речной торговый порт», возбужденное судебным приставом-исполнителем ОСП по Николаевскому району Управления федеральной службы судебных приставов по Хабаровскому краю и Еврейской автономной области.

Определением Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 14.10.2022 отменено апелляционное определение Хабаровского краевого суда от 23.06.2022, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

При новом рассмотрении определением Хабаровского краевого суда от 24.11.2022 по делу №33-774/2022 определение Николаевского-на-Амуре городского суда Хабаровского края от 22.04.2022 отменено, исполнительное производство №33999/18/27020-ИП от 19.11.2018 в отношении АО «Хабаровский речной торговый порт» прекращено.

В качестве преюдициальных для рассмотрения настоящего дела заявитель считает выводы Хабаровского краевого суда, отраженные в абзаце седьмом страницы 8 вышеуказанного определения, о том, что обстоятельства, существовавшие на момент принятия судом решения от 07.11.2017 изменились, непосредственная угроза мореплаванию и причинения вреда окружающей среде отсутствует.

В соответствии с частью 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Заявляя довод о преюдициальных выводах, изложенных в апелляционном определении, заявитель не учел, что по смыслу части 3 статьи 69 АПК РФ преюдициальными могут быть признаны только обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением суда общей юрисдикции по гражданскому делу, а не выводы, изложенные в данном судебном акте.

В данном случае, из апелляционного определения Хабаровского краевого суда не усматривается, что этим судом установлены обстоятельства, которые свидетельствует об отсутствии причинения вреда водному объекту в связи с затоплением судна.

Напротив, в данном определении (стр. 7) судом указано следующее «безусловно, даже само по себе затонувшее судно без горюче-смазочных материалов и груза в виде угля не может благоприятно воздействовать на окружающую среду, частью которой оно не является».

Действительно, затонувшее судно не является естественным компонентом экосистемы водного объекта, в котором оно затонуло, является инородным телом, в связи с чем его размещение в водном объекте объективно представляет угрозу причинения ущерба водному объекту, ставит под угрозу нарушение права граждан на благоприятную окружающую среду, закрепленных Конституцией Российской Федерации и Законом об охране окружающей среды. При этом отсутствие очевидных негативных последствий такого нахождения затопленного судна не может свидетельствовать об отсутствии ущерба как такового ввиду особенностей экологического ущерба, который не поддается в полной мере объективной оценке и может проявиться по истечении значительного периода времени после совершения экологического нарушения.

В этой связи судом также отклоняются доводы заявителя со ссылкой на отсутствие баржи в Перечне затонувшего имущества, удаление которого является обязательным в соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 109 КТМ РФ, о том, что затопление баржи не могло повлечь причинение ущерба.

Кроме того, суд исходит из того, что в соответствии с пунктом 2 Правил разработки и утверждения перечня затонувшего имущества, удаление которого является обязательным в соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 109 Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 02.08.2022 № 1373 в перечень включается затонувшее или севшее на мель судно или часть такого судна, включая имущество, которое находится или находилось на борту такого судна, либо имущество, которое было утеряно с судна и находится на мели, затонуло или дрейфует в море, либо судно, которое почти затонуло или село на мель или которое может затонуть или сесть на мель, если не будут предприняты меры по оказанию помощи находящемуся в опасности судну или находящемуся на нем имуществу, при наличии обстоятельств, указанных в пунктах 2 и 3 статьи 109 Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации.

Пунктом 3 указанных Правил установлено, что исполнительные органы субъектов Российской Федерации, к побережьям которых ближе всего расположено затонувшее имущество, направляют в Федеральное агентство морского и речного транспорта предложения для включения в перечень, содержащие предусмотренные пунктом 4 настоящих Правил сведения (далее - предложения субъектов Российской Федерации), с приложением документов, которые подтверждают наличие обстоятельств, указанных в пунктах 2 и 3 статьи 109 Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации, а также сведения, содержащиеся в предложениях субъектов Российской Федерации.

Предложения субъектов Российской Федерации и приложенные к ним документы при необходимости прорабатываются Федеральным агентством морского и речного транспорта с капитанами соответствующих морских портов и направляются в Министерство транспорта Российской Федерации в срок не позднее 30 календарных дней со дня поступления предложений субъектов Российской Федерации и приложенных к ним документов.

Министерство транспорта Российской Федерации на основании предложений субъектов Российской Федерации и приложенных к ним документов, направленных Федеральным агентством морского и речного транспорта, разрабатывает перечень или проект изменений, которые вносятся в перечень, в срок не позднее 20 календарных дней со дня поступления предложений субъектов Российской Федерации и приложенных к ним документов.

Таким образом, включение затонувших судов в соответствующий Перечень инициируется исполнительными органами субъектов Российской Федерации, к побережьям которых ближе всего расположено затонувшее имущество, а соответственно само по себе несовершение этими органами указанных действий и не включение затонувшего судна в Перечень не может свидетельствовать об отсутствии причинения вреда водному объекту в связи с затоплением судна.

Кроме того, прекращая исполнительное производство о возложении на Общество обязанности по подъему затонувшей баржи, суд в апелляционном определении от 24.11.2022 по делу №33-774/2022 исходил из обстоятельств, имевших место на дату вынесения данного определения, а не на дату затопления судна.

Так, в названном определении судом отражено, что обстоятельства, существовавшие на момент вынесения решения Кировским районным судом                                г. Хабаровска от 07.11.2017 изменились, непосредственная угроза мореплаванию и причинения вреда окружающей среде отсутствует. При этом суд исходил из того, что с момента затопления баржи прошло более пяти лет.

Таким образом, этим определением суда не устанавливались обстоятельства причинения вреда затоплением судна, имевшие место в течение пяти лет нахождения судна в затопленном состоянии, в связи с чем доводы Общества об отсутствии факта причинения вреда со ссылкой на вышеназванный судебный акт, судом отклоняются.

Доводы Общества о том, что инцидент по затоплению баржи произошел вследствие непреодолимой силы, что исключает возложение на Общество обязанности по возмещению ущерба, судом отклоняются.

По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункта 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации в пункте 7 Постановления Пленума № 49, по смыслу статьи 1064 ГК РФ, статьи 77 Закона об охране окружающей среды лицо, которое обращается с требованием о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, представляет доказательства, подтверждающие наличие вреда, обосновывающие с разумной степенью достоверности его размер и причинно-следственную связь между действиями (бездействием) ответчика и причиненным вредом.

Дальневосточное межрегиональное управление представило в материалы дела заключение № 08/17 по расследованию аварийного случая на море, утвержденное 30.10.2017 начальником Амурского управления государственного морского и речного надзора Федеральной службы по надзору в сфере транспорта.

Данное заключение подготовлено по результатам расследования аварийного случая, выразившегося в потере остойчивости и плавучести баржи с БПМ-105 с грузом угля каменного.

Согласно данному заключению 17.07.2017 во время погрузки баржи береговым боцманом ФИО7 внешним осмотром было обнаружено наличие воды и водотечность корпуса в кормовом отсеке (трюме) баржи левого борта. В присутствии представителя судовладельца 18.07.2017 водотечность была устранена методом установки временного цементного ящика. При этом судовладелец не сообщил в РС о нарушении герметичности корпуса баржи и о временной заделке обнаруженной водотечности корпуса.

13.08.2017 караван, состоящий из судна-буксировщика «Восток» и буксируемого объекта баржа БМП-105, вышел в рейс по маршруту: порт Николаевск-на-Амуре – поселок Унчи (побережье Охотского моря).  Плавание каравана проходило в обычном режиме в соответствии с условиями буксировки при благоприятных гидрометеорологических условиях.

14.08.2017 в 06:50 вахтенной службой было обнаружено появление крена на правый борт и дифферента на корму буксируемой баржи.

В 09:37 после вскрытия горловины лаза в отсек (трюм) баржи в районе 13-37 шпангоута было обнаружено большое количество воды в отсеке. Двумя судовыми погружными насосами начали откачку воды. В 11:34 дифферент на корму увеличился до 5 градусов. В последующем крен на барже увеличился до 5 градусов на правый борт, дифферент на корму увеличился до 10-12 градусов. Кормовая часть баржи с находившимся там грузом погрузилась в воду. В 07:00 час. 15.08.2017 баржа с дифферентом на корму легла на правый борт и перевернулась, оставаясь на плаву вверх днищем, а 09:30 час. затонула.

Согласно выводам, отраженным в заключении причиной аварийного случая явилось поступления забортной воды во внутренние отсеки баржи из-за нарушения герметичности.

Судовладелец в нарушение п.п. 5.2 ч 1 «Правил классификационных освидетельствований судом в эксплуатации» (НД № 2-020101-01) при обнаружении дефектов и неисправностей, влияющих на безопасность судна (сквозные отверстия в кормовой части корпуса баржи) не сообщил об этом представителю РС; капитан судна в нарушение требований стати 61 КТМ не принял должных мер по обеспечению безопасности плавания судна, а также предотвращения вреда судну, находящемуся на судне грузу; в нарушение п. 5.2 ч. 5 (Якорное швартовое устройство) документа БМП/14-900IМВ.010 после обнаружения крена и дифферента поставил баржу на её собственный якорь; в нарушение требований РС (п.1.7, 1.6 Акта освидетельствования) о запрете использовать дизель-генератор баржи для выборки якоря, дал команду на запуск дизель-генератора баржи для подачи электропитания на двигатель шпиля для выборки якорь-цепи баржи; при принятии решения отбуксировать баржу на мель, при выходе из строя шпиля баржи, не произвел аварийную отдачу якоря-цепи баржи.

Также в заключении отмечено, что во время буксировки баржи по фарватерам Амурского лимана с момента выхода из порта и до момента обнаружения крена, кроме ударов волн о корпус другого внешнего воздействия на буксируемый объект не возникало; расстояния от места обнаружения крена и дифферента на буксируемой барже до ближайшего порта-укрытия Рыбновск составляло 19 морских миль и при условии продолжения движения каравана со средней скоростью 5 узлов, время хода до порта укрытия составила бы примерно 4 часа.

По мнению Общества, с большой долей вероятности, водотечность корпуса могла возникнуть в ходе его столкновения с неизвестным предметом по ходу движения, что свидетельствует о случайности произошедшего, а не о виновных действиях судовладельца.

Однако, доводы Общества о столкновении баржи с неизвестным предметом по ходу движения какими-либо доказательствами не подтверждены и основаны лишь на ничем не обоснованных предположениях, тогда как в пункте 12 заключения отражено, что с момента выхода из порта Николаевск-на-Амуре до обнаружения крена на буксируемом объекте, столкновений со средствами навигационного оборудования, другими объектами, посадок на мель и касаний грунта не было. Данные выводы основаны на объяснительной капитана буксира «Восток» от 17.08.2017.

В свою очередь, в кормовой части баржи имелись сквозные отверстия, через которые поступала вода во внутренние отсеки во время стоянки в порту.

Несмотря на то, что водотечность была устранена методом установки временного цементного ящика, суд считает, что в данном случае имеются основания полагать, что баржа находилась в ненадлежащем техническом состоянии, а судовладельцем не было принято мер по установлению причин и условий поступления воды во внутренние отсеки баржи во время стоянки в порту в целях исключения риска образования сквозных отверстий в корпусе в последующем, в том числе во время движения.

В связи с этим, судом отклоняются доводы Общества об отсутствии причинно-следственной связи между  водотечностью корпуса в кормовом отсеке, которая была устранена 18.08.2017 методом установки временного цементного ящика и нарушением герметичности корпуса, которое привело к потере устойчивости и плавучести с последующим опрокидыванием и затоплением.

В данном случае, водотечность корпуса во время стоянки была обнаружена в кормовой части баржи и при этом, согласно заключению, во время движения баржи также был обнаружен существенный дифферент на корму, который впоследствии увеличился и именно кормовая часть первой погрузилась в воду.

Указанные обстоятельства в своей совокупности свидетельствуют о том, что у кормовой части баржи имелись существенные проблемы, связанные с герметичностью корпуса, которые при должной степени осмотрительности могли быть обнаружены и устранены судовладельцем.

Поэтому доводы Общества со ссылкой на заключения заведующего кафедрой Международного и морского права ФГБОУ ВО «ГУМРФ имени адмирала С.О. Макарова», д.ю.н. профессора ФИО8 о том, что  приведенные в заключении Амурского УГМРН от 30.10.2017 выводы (п. 10.3, п. 10.4) представляются недостаточно обоснованными. Авторы Заключения должны были указать, что явилось причиной «Поступления забортной воды во внутренние отсеки (трюма) баржи, и если это нарушение герметичности корпуса, то должна была быть указана причина, например, старение корпуса, касание грунта или иного объекта, коррозия, происшествие при швартовке или погрузке, недостаточная тщательность осмотра корпуса при осуществлении классификации РМРС. То есть, разрушение герметичности корпуса и поступление воды во внутренние отсеки могло служить версией, которая должна была быть опровергнута или подтверждена в ходе расследования, что на самом деле сделано не было и судовой технический акт обследования после затопления баржи не изготовлялся» судом отклоняются, как не свидетельствующие о доказанности обстоятельства того, что вред причинен не по вине Общества.

С учетом указанных обстоятельства судом отклоняются и доводы Общества о том, что, баржа полностью удовлетворяла требованиям РС поскольку  в период с 17.05.2017 по 26.06.2017 БМП-105 по заявке судовладельца прошло внеочередное освидетельствование на подтверждение класса с освидетельствованием подводной части корпуса, по результатам которого  выдано классификационное свидетельство со сроком очередного освидетельствования 26.06.2019.

Как указывалось выше, бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Вопреки указанному правилу, Общество, не представляя относимых и достаточных доказательств отсутствия своей вины в затоплении баржи, фактически  возлагает на истца бремя доказывания своей вины в затоплении баржи.

Ссылки Общества на Апелляционное определение от 24.11.2022 по делу                              № 33-7740/2022, в котором отражено, что баржа не была затоплена собственником преднамеренно, а затонула в результате чрезвычайного непредвиденного (аварийного) случая, судом отклоняются.

Действительно, оснований полагать, что Судовладелец затопил баржу преднамеренно, не имеется. Однако, в определении от 24.11.2022 по делу № 33-7740/2022 не устанавливались обстоятельства, свидетельствующие о том, что баржа затонула в результате чрезвычайного непредвиденного (аварийного) случая, тогда как в силу части 3 статьи 69 АПК РФ решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, именно по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о доказанности вины Общества в затоплении баржи, что предполагает возложение на Общество обязанности по возмещению ущерба в связи с затоплением этого судна.

В ходе судебного разбирательства Общество указывало, что каменный уголь не относится к веществам, загрязняющим окружающую среду, что исключает возможность удовлетворения требования о компенсации ущерба, причиненного водному объекту вследствие затопления груза судна – угля каменного. По мнению Общества, каменный уголь не может быть отнесен к отходам производства и потребления, является естественным по отношению к водной среде, поскольку научно доказано, что месторождения угля могут находиться под водой, а сам каменный уголь может попадать в водный объект естественным путем. Полагает, что общеизвестные сведения о свойствах каменного угля свидетельствуют в пользу того, что сам по себе факт попадания каменного угля в водный объект не приводит к ухудшению показателей воды, а анализ информации из открытых источников в сети «Интернет» показал, что месторождения угля могут находиться в самих водных объектах.

Указанные  доводы Общества судом отклоняются.

Частью 1 статьи 56 Водного кодекса Российской Федерации (далее - ВК РФ) запрещен сброс в водные объекты и захоронение в них отходов производства и потребления, в том числе выведенных из эксплуатации судов и иных плавучих средств (их частей и механизмов).

В соответствии со статьей 1 Федерального закона от 24.06.1998 N 89-ФЗ «Об отходах производства и потребления» отходы производства и потребления  - вещества или предметы, которые образованы в процессе производства, выполнения работ, оказания услуг или в процессе потребления, которые удаляются, предназначены для удаления или подлежат удалению в соответствии с настоящим Федеральным законом. К отходам не относится донный грунт, используемый в порядке, определенном законодательством Российской Федерации, а также вскрышные и вмещающие горные породы, которые подлежат использованию в соответствии с Законом Российской Федерации от 21.02.1992 № 2395-I «О недрах».

Каменный уголь относится к полезным ископаемым, однако в рассматриваемом случае, груз каменного угля, затопленный вместе с баржей, не является естественным компонентом экосистемы водного объекта  - Амурского лимана, в котором он затонул, поскольку непосредственно в Амурском лимане данный уголь не добывался и его размещение в данном водном объекте не предполагалось. Следовательно, для экосистемы водного объекта данный груз каменного угля является инородным объектом

При этом затопление груза каменного угля привело к утрате данным грузом своих потребительских свойств и невозможность его использования в целях, для которых данный уголь был добыт, а, следовательно в таком случае данный груз следует считать отходом.

Доводы Общества о том, что в результате лабораторных исследований угля, аналогичного затопленному установлено, что содержание наиболее токсичных элементов – в пределах нормативов и, соответственно, представленная проба угля, не имеет токсичности по отношению к окружающей среде, судом отклоняются, поскольку как указывалось выше, попадание каменного угля в водный объект не являлось естественным процессом, а отсутствие очевидных негативных последствий затопления угля не может свидетельствовать об отсутствии ущерба как такового ввиду особенностей экологического ущерба, который не поддается в полной мере объективной оценке и может проявиться по истечении значительного периода времени после совершения экологического нарушения.

В ходе судебного разбирательства Обществом заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы и вынесении на разрешение экспертом следующих вопросов: 1) определить, возможно ли считать каменный уголь материалом или природным компонентом и не принимать его как отход при расчете размера компенсации вреда окружающей среде в соответствии с нормами «Методики исчисления размера вреда, причиненного водным объектам вследствие нарушения водного законодательства»; 2) определить, соответствует ли произведенный расчет размера вреда в связи с затоплением груза каменного угля нормам «Методики исчисления размера вреда, причиненного водным объектам вследствие нарушения водного законодательства».

Судом отказано в удовлетворении ходатайства в силу отсутствия основания для назначения экспертизы, поскольку по мнению суда, разрешение поставленных вопросов не требуют специальных познаний, а является исключительной компетенцией суда.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что истец правомерно произвел расчет ущерба, причиненного водному объекту как в связи с затопление баржи, так и в связи с затоплением угля каменного.

Тот факт, что в последующем, при водолазных обследованиях уголь не был обнаружен, при отсутствии доказательств его подъема, не свидетельствует об отсутствии ущерба и оснований для освобождения ответчика от  ответственности.

Как следует из материалов дела и не оспаривается лицами, участвующими в деле, в месте затопления баржи имеет место быть сильное течение. Таким образом, с учетом того, каменный уголь не растворяется в воде, имеются основания полагать, что груз угля был вымыт течениями по значительной площади водного объекта, т.е. фактически по прежнему находится в водном объеме.

Исчисление размера вреда, причиненного водным объектам сбросом и захоронением в них отходов производства и потребления, в том числе выведенных из эксплуатации судов и иных плавучих средств (их частей и механизмов), других крупногабаритных отходов производства и потребления (предметов), производится по формуле № 5 (пункт 17 Методики № 87), Ус = Кв x Кин x Hс x В,

где: Ус -  размер  вреда,  причиненного  водным  объектам сбросом и захоронением в  них  отходов  производства  и потребления,  в  том  числе выведенных  из эксплуатации судов и иных  плавучих средств (их частей и механизмов),  других  крупногабаритных  отходов  производства и потребления (предметов), тыс. руб.;

Кв ,Кин - коэффициенты, значения которых определяются в соответствии с пунктом 11 настоящей Методики;

Hс -  такса для исчисления размера вреда, причиненного водным объектам сбросом  и  захоронением  в  них  отходов производства и потребления, в том числе выведенных из эксплуатации судов и иных плавучих средств (их частей и механизмов),  других  крупногабаритных  отходов  производства и потребления (предметов), принимается равной 40 тыс. руб./т.

В - тоннаж брошенных судов и иных плавучих средств (их частей и механизмов), других крупногабаритных отходов производства и потребления (предметов), определяется в соответствии с пунктом 25 настоящей Методики, т.

Проверив содержащиеся в заявлении расчеты размера вреда, суд установил, что истцом правильно определены размеры коэффициентов Кв-0,9; Кин – 3,128.

Вместе с тем, применительно к расчету размера вреда в связи с затоплением баржи, суд находит недоказанным примененный при расчете тоннаж баржи.

В соответствии с пунктом 25 Методики № 87 тоннаж (масса) брошенных, полузатопленных и затопленных судов, других плавучих средств и крупногабаритных отходов производства и потребления (предметов) определяется по данным, полученным из актов инженерно-водолазного обследования судов, других плавучих средств и иных крупногабаритных отходов производства и потребления (предметов), актов освидетельствования судна, документов, содержащих инженерно-технические характеристики судна, другого плавучего средства и иных крупных предметов.

Масса баржи, примененная истцом при расчете вреда, составляет 360 т.

При этом истец исходил из выводов экспертного заключения от 29.07.2022 № 48 ФГБУ «ТОтехмордирекция».

Однако, Общество не согласно с этим значением массы баржи в связи с тем, что фактически масса баржи составляет 316,91 тн.

Суд находит указанные доводы Общества обоснованными.

Так, согласно письму Сахалинского отделения Дальневосточного филиала Российского морского регистра судоходства от 18.04.2023 № 172-с-82183, водоизмещение баржи БПМ-105, согласно информации об остойчивости, составляет 316,91 т.

Письмом от 05.02.2024 № 172-1-22056 на запрос Общества Сахалинское отделение Дальневосточного филиала Российского морского регистра судоходства сообщило, что водоизмещение судна является его весом в порожнем в метрических тоннах.

Таким образом, уполномоченным органом на основании технической документации на баржу (сведения об остойчивости) подтверждено, что вес баржи составляет 316,91 т., а не 360 т.

В связи с этим судом отклоняются доводы истца, со ссылкой на экспертное заключение от 29.07.2022 №48 ФГБУ «ТОтехмордирекция», о том, что вес баржи составляет 360 т.

Отклоняя ссылки истца на экспертное заключение, суд исходит также из того, что вес баржи в данном заключении фактически определен на основании материалов тендера № 2938445912 от 12.05.2022 на выполнение работ по подъему затонувшей баржи, размещенного Обществом.

В технической части документации тендера отражено, что масса баржи составляет 362,85 т.

Данное обстоятельство подтверждено также письмом ФГБУ «ТОтехмордирекция» от 21.03.2024 № 246, в котором отражено следующее: «в соответствии с поставленным в заявке на подготовку экспертного заключения вопросом: определить массу порожнего судна – безэкипажной баржи БПМ – 105, регистровый номер 030487, затонувшего в районе 59-го буя Сахалинского фарватера Амурского лимана 15.08.2017, масса судна экспертом была установлена 362,85 т. Полагаем, что данный показатель был взят экспертом из исходных документов и материалов, используемых для проведения экспертизы, а именно из материалов тендера от 12.05.2022 № 2938445912, на выполнение работ по подъему (судоподъему) затонувшего объекта – баржа БПМ – 105 из-под воды в Амурском лимане (техническое задание)».

В свою очередь, представители Общества в ходе судебного разбирательства указали, что при подготовке документации по подъему баржи  сотрудником Общества была допущена ошибка при указании массы баржи, поскольку указанная масса не соответствует техническим данным.

Принимая во внимание приведенные обстоятельства, суд приходит к выводу о недоказанности истцом примененного при расчете ущерба тоннажа баржи в размере 360 т., как не подтвержденного документами, поименованными в пункте 25 Методики № 87.

При этом суд считает подтвержденным допустимыми доказательствами факт того, что масса баржи составляет 316,91 т. и именно данный показатель подлежит применению при расчете ущерба.

Следовательно, размер вреда, причиненный затоплением баржи, составляет 35 686 601,28 руб.

Вред, причиненный затоплением груза – угля каменного, в размере 107 214 076,80 руб. определен истцом верно.

Таким образом, общий размер ущерба, причиненного водному объекту в связи с затоплением баржи с грузом угля каменного, составляет 142 900 678,08 руб.

Доводы Общества о том, что при расчете подлежащего возмещению ущерба подлежат учету расходы Общества по подъему затонувшего судна, судом отклоняются.

В пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде» разъяснено, что при определении размера причиненного окружающей среде вреда, подлежащего возмещению в денежной форме согласно таксам и методикам, должны учитываться понесенные лицом, причинившим соответствующий вред, затраты по устранению такого вреда.

Общество полагает, что при расчете вреда подлежат учеты его расходы, понесенные в целях подъема баржи. К таким расходам Общество относит затраты на привлечение сторонних специализированных организаций, осуществляющих работы по подъему и буксировке баржи, проведения водолазных работ и т.д., затраты по приобретению оборудования для проведения работ, затраты по эксплуатации собственного флота, затраты на приобретение материалов, затраты на командировочные расходы, затраты на заключение договоров подряда на выполнение иных работ, необходимых для подъема баржи.

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 16 «Обзора судебной практики по вопросам применения законодательства об охране окружающей среды» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 24.06.2022), согласно которой зачет понесенных причинителем вреда затрат на рекультивацию лесного участка, лесовосстановление (лесоразведение) в счет возмещения вреда в денежной форме возможен только в случае завершения полного комплекса работ и при условии, что такие работы выполнены до дня вынесения решения судом, следует, что зачет расходов, понесенных в целях устранения вреда, возможен только в случае, если работы, на проведение которых понесены соответствующие расходы, повлекли реальное устранение причиненного вреда.

Однако, в рассматриваемом случае причинение вреда обусловлено самим фактом затопления судна с грузом, а на дату рассмотрения настоящего дела в суде, доказательств подъема судна и находившегося в нем груза угля каменного не представлено.

Следовательно, оснований для учета заявленных Обществом расходов при расчете вреда не имеется.

На основании изложенного, заявленные требования подлежат удовлетворению частично и с Общества в доход бюджета подлежит взысканию 142 900 678 руб. 08 коп. в возмещение ущерба, причиненного водному объекту.

В остальной части заявленные требования удовлетворению не подлежат.

Государственная пошлина на основании статьи 110 АПК РФ подлежит распределению пропорционально удовлетворенным требованиям.

В связи с этим с Общества в федеральный бюджет подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 193 432,00 руб.

Приамурское межрегиональное управление от уплаты государственной пошлины освобождено.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Требования Приамурского межрегионального управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «Хабаровский речной торговый порт» в доход бюджета 142 900 678 руб. 08 коп. в возмещение ущерба, причиненного водному объекту.

В остальной части в удовлетворении заявленных требований отказать.

Взыскать с Акционерного общества «Хабаровский речной торговый порт» в федеральный бюджет государственную пошлину в сумме 193 432,00 руб.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия (изготовления его в полном объеме), если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Шестой арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения.

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через Арбитражный суд Хабаровского края.

 

Судья                                                                                                                           Д.В. Леонов