АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075 http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-6274/22 

Екатеринбург

11 октября 2022 г.

Дело № А07-22681/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 05 октября 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 11 октября 2022 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Павловой Е. А.,

судей Новиковой О. Н., Морозова Д. Н.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьиФИО1 рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 29.04.2022 по делу № А07-22681/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного судаот 04.07.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

Судебное заседание проведено с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Калининского районного суда г. Уфы.

В судебном заседании в помещении Калининского районного суда г. Уфы принял участие представитель ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 02.07.2020).

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 30.11.2020 ФИО2 (далее - должник) признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5 (финансовый управляющий ФИО5).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостанот 29.04.2022 процедура реализации имущества ФИО2 завершена, к должнику в отношении требований «Газпромбанк» (акционерное общество) (далее – общество «Газпромбанк», Банк, кредитор) не применены правила об освобождении от исполнения обязательств. В остальной части ФИО2 освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного судаот 04.07.2022 определение от 29.04.2022 оставлено без изменения.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО2 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит постановление от 04.07.2022 отменить, изменить определение от 29.04.2022 в части неприменения правил об освобождении от исполнения обязательств перед обществом «Газпромбанк».

В кассационной жалобе должник ссылается на несоответствие выводов судов представленным в материалы дела доказательствам, неправильное применение судами норм материального и процессуального права. Заявитель кассационной жалобы указывает, что при заключении кредитных договоров намеривался оплачивать задолженность; планировал закупать сельскохозяйственную продукцию (злаковые) в Республике Казахстан и реализовывать его на территории Российской Федерации. Причиной невозможности исполнения обязательств перед кредиторами являлось наступление форс-мажорного обстоятельства, которым является, по его мнению, эпидемиологическая ситуация, вызванная вспышкой новой коронавирусной инфекции. По мнению кассатора, отсутствуют обстоятельства препятствующие освобождению от исполнения обязательств, поскольку в период процедуры реализации имущества он сотрудничал с финансовым управляющим и кредиторами, представлял запрашиваемую информацию; отсутствуют документы, доказывающие, что должник при заключении кредитных договоров действовал незаконно, в том числе совершил мошеннические действия. Как указывает должник, само по себе непредставление достоверной информации о размере заработной платы не свидетельствует о злоупотреблении должником его правами с целью уклонения от исполнения обязательств, поскольку Банк не лишен возможности самостоятельно запрашивать сведения из пенсионного фонда, налоговой службы, бюро кредитной истории. Должник полагает, что общество «Газпромбанк» как профессиональный участник рынка кредитования должен был и мог самостоятельно проверить платежеспособность заемщика, был вправе отказать в предоставлении кредита. Таким образом, как полагает кассатор, Банк самостоятельно несет все риски наступления неблагоприятных последствий.

В отзыве на кассационную жалобу общество «Газпромбанк» просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения, считает их законными и обоснованными.

Законность обжалуемых судебных актов проверена кассационным судом в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

При рассмотрении спора судами установлено и  из материалов дела следует, что сформирован реестр требований кредиторов в общейсумме 5 648 238,57 рублей. Требования кредиторов не погашены.

Текущие расходы составили 301 767,26 руб.

Из представленного финансовым управляющим отчета и ответов государственных органов усматривается, что какое-либо имущество, за счет которого возможно пополнение конкурсной массы и удовлетворение требований кредиторов, не установлено. Доказательства, свидетельствующие о возможности обнаружения имущества должника и формирования конкурсной массы, не представлены.

Согласно финансовому анализу, признаков фиктивного и преднамеренного банкротства не выявлено.

В связи с завершением всех мероприятий в процедуре банкротства финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества должника суды пришел к выводу о доказанности наличия всех необходимых и достаточных оснований для завершения процедуры реализации имущества ФИО2 на основании статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Судебные акты в части завершения процедуры реализации имущества ФИО2 лицами, участвующими в деле, не обжалуются, кассатор выражает несогласие с  судебными актами в части неприменения правил об освобождении должника от исполнения обязательств перед обществом «Газпромбанк». 

 Возражая против освобождения должника от обязательств, общество «Газпромбанк» указывал на то, что должник действовал недобросовестно, заключая в декабре 2019 года кредитные договоры сразу с четырьмя кредитными учреждениями, предоставляя банку недостоверную информацию;

при заключении кредитного договора от 24.12.2019 с обществом «Газпромбанк» ФИО2 представлены недостоверные сведения, имеется большая разница при указании информации о фактически полученных доходах  по справкам о доходах за 2018 год от 20.12.2019 и за 2019 год от 10.12.2019, представленным должником в Банк  и  справкам о доходах за 2018 год от 29.03.2019 № 2875 и за 2019 года от 04.02.2020 № 2625, представленным финансовым управляющим  при обращении к суду с ходатайством о завершении процедуры банкротства должника; информация за один и тот же период трудовой деятельности значительно отличается друг от друга; должником предоставлена недостоверная информация об уровне своего дохода на момент получения кредита.

По мнению Банка, должник предоставлял недостоверные сведения о себе, искусственно подтверждая платежеспособность, вводя в заблуждение банк при получении денежных заемных средств, вел себя недобросовестно, что является основанием для не освобождения должника от обязательств.

Иными кредиторами, включенными в реестр требований кредиторов должника, возражений относительно освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств не заявлено.

Рассматривая вопрос об освобождении должника от исполнения обязательств перед кредиторами, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались следующим.

При применении процедуры банкротства завершение расчетов с кредиторами влечет освобождение гражданина-банкрота от дальнейшего исполнения требований кредиторов и, как следствие, от их последующих правопритязаний (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве), что позволяет такому гражданину выйти законным путем из создавшейся финансовой ситуации и вернуться к нормальной экономической жизни без долгов.

            В силу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если: вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной (административной) ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное (фиктивное) банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина; гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения управляющему или суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе, совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество. 

          В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

  Как следует из разъяснений, изложенных в пунктах 45, 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 №45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан" (далее - постановление Пленума №45), следует, что согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

  Освобождение должника от неисполненных им обязанностей зависит от добросовестности его поведения, в том числе при принятии на себя обязательств, сотрудничества с судом и финансовым управляющим при проведении процедуры банкротства.

 Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абзацы 17, 18 статьи 2 и статья 213.30 Закона о банкротстве), а также с учетом разъяснений постановления Пленума №45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на накопление долговых обязательств без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное) суд, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

 Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 25), при наличии обоснованного заявления участвующего в деле лица о недобросовестном поведении должника либо при очевидном для суда отклонении действий должника от добросовестного поведения суд при рассмотрении дела исследует указанные обстоятельства и ставит на обсуждение вопрос о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 ГК РФ). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

При этом, несмотря на действие указанной выше презумпции, должник вправе представлять свои доказательства, обосновывающие его добросовестное поведение при ведении процедуры банкротства. Кроме того, при определении добросовестности поведения должника суду следует принимать во внимание и причину, в результате которой возникла его неплатежеспособность.

  Последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств, лишь в случае сокрытия им необходимых сведений (размер дохода, место работы, кредитные обязательства в других кредитных организациях и т.п.) либо предоставления заведомо недостоверной информации.

          Исследовав материалы дела, доводы и возражения сторон в порядке, установленном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций установили, что ФИО2 при получении в банке кредитных денежных средств указал в анкете искаженную и недостоверную информацию об уровне дохода и трудовой деятельности, и предоставил кредитору не соответствующие действительности документы (справки о доходах). Доказательств обратного в материалы дела должником не представлено.

Судами также принято во внимание заключение кредитных договоров в течение короткого период времени (декабрь 2019 года) кредитных договоров с четырьмя банками, требования которых включены в реестр требований кредиторов должника, на значительные суммы и не информирование каждого последующего кредитора при подписании кредитных договоров об уже полученных кредитах, факта получения кредитных денежных средств, не приведших к фактическому погашению задолженности каждого кредитора, а также не представление доказательств в обоснование доводов о расходовании полученных по кредитным договорам средств.

Проанализировав обстоятельства  дела и  представленные доказательства,  приняв во внимание, что должником по кредитному договору с обществом «Газпромбанк» совершены только два платежа по кредиту, суды сочли, что  у должника при заключении кредитного договора отсутствовало имущество, достаточное для осуществления погашения  кредита и должник, заведомо зная о недостоверности представляемых им документах, указанных в них сведений о доходах, при возникновении и исполнении своих обязательств перед кредитором - «Газпромбанк» (акционерное общество), скрыл достоверные данные; должником предоставлена недостоверная информация об уровне своего дохода на момент получения кредита.

Из вышеприведенных обстоятельств, как отмечено судами,  усматривается, что должник, заключая кредитный договор с банком, принял на себя заведомо неисполнимое обязательство, указав для получения в банке кредитных денежных средств в анкете искаженную и недостоверную информацию об уровне дохода, что свидетельствует о предоставлении банкам заведомо ложных сведений о доходах, что исключает возможность применения в отношении должника положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве  и возможность освобождения его от долгов.

Совокупность установленных обстоятельств позволила судам сделать выводы о том, что подобное поведение должника не отвечает требованиям Закона о банкротстве, устанавливающим стандарт добросовестного поведения граждан в процедуре их банкротства, ввиду чего основания для освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами в данном конкретном случае отсутствуют.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела считает выводы судов соответствующими конкретным фактическим обстоятельствам настоящего дела и основанными на верном применении положений действующего законодательства, регулирующих спорные правоотношения.

 По общему правилу, ординарным способом прекращения гражданско-правовых обязательств является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации).

 При применении процедуры банкротства завершение расчетов с кредиторами влечет освобождение гражданина-банкрота от дальнейшего исполнения требований кредиторов и, как следствие, от их последующих правопритязаний (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве), что позволяет такому гражданину выйти законным путем из создавшейся финансовой ситуации и вернуться к нормальной экономической жизни без долгов.

Такой подход к регулированию потребительского банкротства ставит основной его целью социальную реабилитацию гражданина.

Между тем, поскольку институт банкротства - это крайний, экстраординарный способ освобождения от долгов, так как в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им, названная цель ориентирована исключительно на добросовестного гражданина, призвана к достижению компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств.

Реабилитационная цель института банкротства граждан должна защищаться механизмами, исключающими недобросовестное поведение граждан.

Предусмотренные Законом о банкротстве обстоятельства, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств (пункты 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве), все без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.

Проверка добросовестности осуществляется как при наличии обоснованного заявления стороны спора, так и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались. При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзацы 4 - 5 пункта 1 постановления Пленума № 25).

Если должник при возникновении или исполнении своих обязательств, на которых конкурсный кредитор основывал свое требование, действовал незаконно (например, скрыл или умышленно уничтожил имущество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности), то в силу абзаца 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве эти обстоятельства также лишают должника права на освобождение о долгов, о чем указывается судом в судебном акте (пункт 2 статьи 223.6 Закона о банкротстве).

Злостное уклонение от погашения задолженности выражается в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности. Такое уклонение обычно не ограничивается простым бездействием; как правило, поведение должника активно, он продолжительное время совершает намеренные действия для достижения своей противоправной цели. Злостное уклонение следует отграничивать от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения домашнего хозяйства или стечения жизненных обстоятельств.

Задача суда при разрешении вопроса об освобождении должника от исполнения требований кредиторов состоит в установлении истинных намерений при вступлении в правоотношения с кредиторами, объективных мотивов возникновения обстоятельств, приведших к невозможности исполнения должником принятых на себя обязательств.

Вопреки доводам кассационной жалобы об отсутствии в поведении должника признаков недобросовестности, в рассматриваемом деле суды обратили внимание на поведение должника при принятии на себя долговых обязательств, а также при раскрытии обстоятельств расходования денежных средств и погашения кредитов, предоставления сведений банку при оформлении кредитов и заключили, что подобное поведение свидетельствует об отклонении от стандартов добросовестного поведения должника

Должник, настаивавший на том, что его поведение являлось добросовестным, не представил в подтверждение данного довода хоть сколько-нибудь значимых документальных доказательств, которые могли бы быть исследованы судами наряду с доводами кредитора, вследствие чего принял на себя негативные последствия несовершения процессуальных действий, никаких пояснений по указанным обстоятельствам, позволяющих устранить возникшие сомнения относительно отклонения его действий от добросовестного поведения, не представил, не раскрыв в достаточной мере обстоятельств  принятия и исполнения кредитных обязательств, источников доходов, а также порядка распоряжения средствами, полученными от кредитора (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

Указанные обстоятельства в совокупности с тем, что должник принял на себя значительные по объему обязательства, превышающие уровень его подтвержденных доходов, при этом представляя кредитору недостоверные сведения о своих доходах,  позволили судам прийти к выводам о том, что, заключая последовательно несколько кредитных договоров на значительные суммы,  должник не мог не осознавать непосильность принятых долговых обязательств, равно как и предоставляя недостоверные сведения о доходах не мог не осознавать их недостоверность, подобное поведение являлось недобросовестным  и, по сути, лишило кредитора возможности рассчитывать на удовлетворение его требований.

В свою очередь, недобросовестное поведение должника исключает возможность использования особого порядка освобождения от погашения задолженности через процедуры банкротства.

Суд округа при установленном судами факте неправомерного поведения должника оснований для удовлетворения кассационной жалобы по приведенным в ней доводам не усматривает. Несогласие должника с выводом суда о недобросовестности, основанным на установленных фактических обстоятельствах и совокупной оценке доказательств по делу, не может служить основанием для отмены судебных актов, поскольку направлено на переоценку доказательств (статья 286 АПК РФ).

Доводы должника о возможности банков как профессиональных участников кредитного рынка проверить данные анкеты-заявления не опровергают выводы судов о его недобросовестном поведении при получении кредитных средств и в дальнейшем при исполнении кредитных обязательств, а статус кредитора не освобождает заемщика от обязанности действовать добросовестно при заключении и исполнении кредитного договора.

В той ситуации, когда гражданин, принимая на себя финансовые обязательства, изначально недобросовестен (в отличие от случаев необъективной оценки своих финансовых возможностей или возникновения ситуации трудных жизненных обстоятельств, которые в итоге приводят к его финансовой несостоятельности), применение механизма освобождения должника от обязательств не представляется возможным.

Общество «Газпромбанк» на момент одновременного обращения должника в несколько кредитных организаций за получением кредитов не могло заблаговременно предполагать о вероятности преднамеренного увеличения кредитной нагрузки заемщика в большем размере, чем он указал в анкете с учетом предоставленной справки о доходах, содержащей недостоверные сведения.

         Довод кассатора о том, что он планировал оплачивать задолженность, осуществлять деятельность по закупке и реализации сельскохозяйственной продукции и получать в результате данной деятельности доход, достаточный для погашения кредитов, но данные планы не реализовал в связи  с  появлением новой коронавирусной инфекции, о возникновении которой он не мог знать,  также отклонен, поскольку был предметом рассмотрения судов, получил правовую оценку и не был принят во внимание, так как документов, подтверждающих закупку, либо  осуществление иных действий в рамках осуществления указанной  деятельности, в материалы дела должником не представлено.

        Иные доводы, приведенные кассатором, судом округа также рассмотрены и  отклонены, поскольку выводов судов не опровергают и  не свидетельствуют о наличии оснований для отмены вынесенных судебных актов, фактически направлены на переоценку обстоятельств, установленных судами, что не входит в полномочия суда округа.

          Выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на применении норм права, подлежащих применению к рассматриваемым правоотношениям.

Доводы заявителя кассационной жалобы не содержат обстоятельств, которые не были проверены и учтены судами при рассмотрении дела и могли повлиять на законность судебного акта либо опровергнуть выводы судов. Оснований для переоценки выводов судов, установленных ими фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств у суда округа в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не имеется.

Процессуальных нарушений, в том числе являющихся в силу норм части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены судебных актов, судами при рассмотрении настоящего дела не допущено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения. 

Руководствуясь ст. 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 29.04.2022 по делу № А07-22681/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.07.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий           Е.А. Павлова 

Судьи           О.Н. Новикова 

                                                                                                Д.Н. Морозов