ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

улица Ленина, дом 100б, Чита, 672000,  http://4aas.arbitr.ru  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А19-17991/2019

09 сентября 2022 года

г. Чита

 

Резолютивная часть постановления объявлена  07 сентября 2022 года

Полный текст постановления изготовлен  09 сентября 2022 года

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Н. А. Корзовой, судей Д. В. Басаева, Н. В. Ломако, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Иркутская энергосбытовая компания» на определение Арбитражного суда Иркутской области от 29 июня 2022 года по делу №А19-17991/2019 об отказе в удовлетворении объединенных заявлений конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Тубинский» ФИО2 и общества с ограниченной ответственностью «Иркутская энергосбытовая компания» о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Тубинский» (адрес: 666654, Иркутская обл., Усть-Илимский р-он, 

<

...>; ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом).

В судебное заседание 07.09.2022 в Четвертый арбитражный апелляционный суд явился представитель общества с ограниченной ответственностью «Иркутская энергосбытовая компания» ФИО4 по доверенности от 14.12.2021. 

Иные лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. Кроме того, они извещались о судебных заседаниях по данному делу судом первой инстанции, соответственно, были осведомлены о начавшемся процессе.

Руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 123, частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие надлежащим образом извещенных иных лиц, участвующих в деле. 

Судом установлены следующие обстоятельства.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 26.05.2020 общество с ограниченной ответственностью «Тубинский» (далее – ООО «Тубинский», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена арбитражный управляющий ФИО2.

Конкурсный управляющий ФИО2 14.03.2021 обратилась в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением, впоследствии уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по статьям 61.11 и 61.12 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее – Закона о банкротстве) и о взыскании с ответчика в порядке субсидиарной ответственности 6 422 663 руб. 33 коп.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 26.11.2021 ООО «Иркутскэнергосбыт» привлечено к участию в рассмотрении настоящего обособленного спора   в качестве созаявителя.

Общество с ограниченной ответственностью «Иркутскэнергосбыт» (далее – ООО «Иркутскэнергосбыт») 28.10.2021  обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с впоследствии уточенным заявлением, в котором просит привлечь ФИО3 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве,  взыскать с ФИО3 в порядке субсидиарной ответственности  16 939 602 руб. 90 коп.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 28.02.2022 заявление конкурсного управляющего ООО «Тубинский» ФИО2 к ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности и заявление ООО «Иркутскэнергосбыт» к ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 29 июня 2022 года в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, общество с ограниченной ответственностью «Иркутская энергосбытовая компания» обжаловало его в апелляционном порядке. Заявитель в своей апелляционной жалобе выражает несогласие с определением суда первой инстанции, ссылаясь на то, что суд ошибочно пришел к выводу об отсутствии доказательств, безусловно свидетельствующих о том, что необходимой причиной банкротства должника послужили действия ФИО3, выраженные в неприятии мер по взысканию дебиторской задолженности.

У конкурсного управляющего ФИО2 не было возможности взыскания дебиторской задолженности ввиду отсутствия документов в отношении должников, кроме выписок по лицевым счетам, соответственно, возможность взыскания дебиторской задолженности утрачена по вине ФИО3, факт подтверждения направления коробок с документами ФИО3 в материалах дела отсутствует.

По списанной задолженности приказом о списании задолженности №2 от 16.10.2022 в отношении должников, которые умерли, отсутствует информация об обращении ФИО3 в службу судебных приставов за взысканием, либо направлении претензий в адрес Администрации. Мероприятия по взысканию дебиторской задолженности являются одними из основных мер по выходу из кризисной ситуации.

Конкурсный кредитор ООО «Иркутскэнергосбыт» считает, что в общей сложности ФИО3 не были проведены исчерпывающие мероприятия по взысканию в порядке дебиторской задолженности в размере 4 309 558,48 руб., в частности не предпринимались меры ко взысканию дебиторской задолженности, что в свою очередь привело к невозможности удовлетворения требований кредиторов, и стало причиной банкротства должника.

В судебном заседании апелляционного суда представитель ООО «Иркутскэнергосбыт» доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержал в полном объеме. 

Конкурсный управляющий ФИО2  в отзыве на апелляционную жалобу просит апелляционную жалобу удовлетворить, считает обжалуемый судебный акт   подлежащим отмене по основаниям, указанным в апелляционной жалобе кредитора.

06.09.2022 от ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу, который направлен в адрес участников спора посредством электронной почты  06.09.2022 в 17:51.

 Представитель ООО «Иркутскэнергосбыт» пояснил, что  не имел возможности ознакомления с отзывом, возражает относительно приобщения его к материалам дела. 

Протокольным определением от 07.09.2022 апелляционный суд отказал в приобщении отзыва ФИО3 на апелляционную жалобу к материалам спора ввиду незаблаговременного направления его лицам, участвующим в деле, и отсутствия возможности у них для ознакомления с отзывом, тогда как ответчик должен был  раскрыть доказательства, на которые он  ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, в срок, достаточный для получения отзыва и ознакомления с ним, а не накануне судебного заседания (часть 3 статьи 65, часть 3 статьи 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив правильность применения норм материального и соблюдения норм процессуального права в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции указанного Федерального закона).

Таким образом, правильными являются выводы суда первой инстанции о том, что в данном случае подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции, Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)».

Вместе с тем процессуальный порядок рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности регламентируется положениями Закона  о банкротстве  в редакции от 29.07.2017 № 266-ФЗ, тогда как для определения оснований привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению положения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» № 127-ФЗ от 26.10.2002 (далее – Закона о банкротстве) в редакции, действовавшей в момент совершения оспариваемых действий.

В пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 137 от 27.04.2010 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (Закон № 73-ФЗ), разъяснено, что положения статьи 10 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" в редакции Закона № 73-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности имели место после дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ (Закон № 73-ФЗ вступил в силу с 05.06.2009).

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ, то применению подлежат положения статьи 10  Закона о банкротстве  в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 73-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Учитывая вышеизложенное, нормы о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц были определены законодателем в разное время следующими положениями: 

статья 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009  № 73-ФЗ  действует по отношению к нарушениям, совершенным в период с 05.06.2009  по 29.06.2013;

статья 10 Закона о банкротстве  в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-Ф3  действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.06.2013 по 29.07.2017;

глава III.2 Закона о банкротстве  в редакции Федерального закона от 29.07.2017  № 266-ФЗ  действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.07.2017. 

Из заявления следует, что основанием для привлечения  к субсидиарной ответственности заявлено несколько не связанных между собой обстоятельств, имеющих различное правовое регулирование, разные предметы доказывания, разные способы определения размера  обязательств, входящих в объем субсидиарной ответственности:

за неисполнение обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом (статья 61.12 Закона о банкротстве );

за совершение ответчиком действий (бездействия), приведшим к ситуации, когда полное погашение требований кредиторов невозможно   (пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Как следует из материалов обособленного спора и установлено судом первой инстанции, руководителем ООО «Тубинский» с 14.06.2018 являлась ФИО3

Обращаясь с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий ФИО2 и конкурсный кредитор ООО «Иркутскэнергосбыт» указали, что обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом возникла у ФИО3 с 01.10.2018.

Отказывая в удовлетворении заявления в части указанных  требований к ответчику, суд первой инстанции исходил из того, что большую часть активов должника составляла дебиторская задолженность населения за коммунальные услуги, должник после указанной даты продолжал осуществлять деятельность,  поэтому невозможно с достоверностью установить наличие у ООО «Тубинский» по состоянию на 01.09.2018, а также в иную дату в период с 01.09.2018 по 17.07.2019 (дата обращения ООО «Тубинский» в суд с заявлением о признании его  банкротом), безусловных признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества должника.

Кроме того, судом первой инстанции учтено, что основным видом деятельности должника является управление эксплуатацией жилищного фонда за вознаграждение или на договорной основе, поэтому доход, получаемый ООО «Тубинский», складывался из платежей населения и организаций. 

Суд первой инстанции указал, что невозможность возместить понесенные предприятием расходы возникла в связи с низкой платежной дисциплиной населения и установлением тарифов для населения, которые не совпадают с экономически обоснованными тарифами.

Рассмотрев заявление в части привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Закона о банкротстве,  суд первой инстанции также пришел к выводу о необходимости отказа в его удовлетворении, поскольку установил отсутствие доказательств того, что непринятие мер по взысканию дебиторской задолженности явилось необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы, а также доказательств того, что вменяемое бездействие существенно отклонялось от обычной практики в хозяйственной сфере, не представлено. Отсутствие положительного результата по взысканию задолженности не является основанием для признания действий руководителей недобросовестными.

Оснований для взыскания с ответчика убытков вследствие непринятия мер по взысканию дебиторской задолженности с населения суд первой инстанции не усмотрел, поскольку не установил наличия в действиях ответчика всей совокупности элементов, необходимых для привлечения к ответственности в виде убытков (статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции и полагает необходимым отметить следующее. 

Суд апелляционной инстанции отмечает, что судом первой инстанции правильно определена редакция    Закона  банкротстве, подлежащая применению в настоящем деле. 

Неправомерные действия, которые послужили основанием для обращения конкурсного управляющего и конкурсного кредитора в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением по статье 61.12 Закона о банкротстве, имели место в период  2018 года, равно как и по статье 61.11 Закона о банкротстве, что означает, что применяется глава III.2 Закона о банкротстве  в редакции Федерального закона от 29.07.2017  № 266-ФЗ.

Согласно пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В силу пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

В заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий и кредитор указали, что 31.05.2018 ООО «Иркутскэнергосбыт» выставлен должнику счет-фактура на сумму более 300 000 руб. Указанный счет должен быть оплачен в течение трех месяцев, то есть до 01.09.2018. Соответственно, обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, по мнению заявителей, возникла у ФИО3 01.10.2018. 

С заявлением о признании ООО «Тубинский» несостоятельным (банкротом) должник в лице руководителя ФИО3 обратился в арбитражный суд в июле 2019 года, заявление принято судом 28.08.2019, и  в период с 01.10.2018 до 28.08.2019 у ООО «Тубинский» возникли обязательства перед ООО «Иркутскэнергосбыт» на общую сумму 6 321 218 руб. 50 коп.

 За потребленную в мае 2018 года электрическую энергию ООО «Иркутскэнергосбыт» выставлен должнику на оплату счет-фактура № 8298-1469 от 31.05.2018 на сумму 497 207 руб. 56 коп.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 18.10.2018 по делу №А19- 18680/2018 с ООО «Тубинский» в пользу ООО «Иркутскэнергосбыт» взыскана сумма 498 820 рублей 37 копеек, составляющая основной долг в размере 479 207 рублей 56 копеек за электрическую энергию, потребленную в мае 2018 года по договору энергоснабжения № 1469 от 17.10.2017 по счету-фактуру от 31.05.2018 № 8298-1469 на сумму 479 207 рублей 56 копеек; пени в размере 19 612 рублей 81 копейки по состоянию на 08.10.2018; пени согласно статье 37 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» на сумму основного долга в размере 479 207 рублей 56 копеек за каждый день просрочки от оставшейся неоплаченной суммы основного долга за период с 09.10.2018 по день фактической оплаты основного долга; расходы по уплате государственной пошлины в сумме 2 000 рублей. Решение суда вступило в законную силу 30.10.2018.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 09.06.2020 ООО «Иркутскэнергосбыт» включено в третью очередь реестра требований кредиторов в ООО «Тубинский» в размере 5 632 371 руб. 36 коп. - основной долг, 299 749 руб. 76 коп. - неустойка, в том числе задолженность за май 2018 года.

Вместе с тем, как правильно указал суд первой инстанции, наличие задолженности перед кредитором само по себе не свидетельствует о том, что ООО «Тубинский» отвечало в указанную конкурсным управляющим и конкурсным кредитором дату признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества.

В силу правовой позиции, приведенной  в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53), обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, на которые указано в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В предмет исследования по настоящему обособленному спору должны быть включены следующие обстоятельства:

- наличие признаков неплатежеспособности должника и (или) недостаточности его имущества,

- дата возникновения вышеназванных признаков,

- размер субсидиарной ответственности;

-наличие экономически обоснованного плана, позволяющего преодолеть временные финансовые затруднения. 

При этом причинно-следственная связь между неподачей руководителем заявления о банкротстве должника и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи такого заявления, предполагается  (разъяснения, приведённые в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53).

Вместе с тем,  как правильно отметил суд первой инстанции, само по себе наличие кредиторской задолженности не может безусловно свидетельствовать о невозможности исполнения юридическим лицом денежного обязательства, не является основанием для обращения руководителя с заявлением о банкротстве должника и не свидетельствует о совершении контролирующими лицами действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния организации.

Данные выводы суд  первой инстанции обоснованно сделал по результатам анализа состава активов и пассивов должника по состоянию на 31.12.2018, с учетом анализа финансового состояния общества, выполненного временным управляющим ФИО2 в порядке статьи 70 Закона о банкротстве. 

Так, согласно бухгалтерскому балансу ООО «Тубинский» за 2018 год активы общества составляли 4 616 000 руб., в том числе запасы - 200 000 руб., денежные средства - 76 000 руб., финансовые и другие оборотные активы - 4 340 000 руб. Краткосрочные обязательства, в том числе краткосрочные заемные средства составляли 1 357 000 руб., кредиторская задолженность 6 078 000 руб.

Как указано в анализе финансового состояния ООО «Тубинский», финансовые и другие оборотные активы по состоянию на 31.12.2018 сформированы за счет следующих показателей:

дебиторская задолженность покупателей - 4020 тыс.руб. (задолженность населения за коммунальные услуги), дебиторская задолженность по расчетам с подотчетными лицами - 89 тыс.руб, («в конце 2018 года выдана под отчет сумма для мобильной организации производственных мероприятий в новогодние, праздничные дни 2019г., в т.ч. непредвиденные расходы на ТМЦ на случай аварийных ситуаций, ЧС»); ФБУЗ Центр гигиены и эпидемиологии в Иркутской области - 46,5 тыс.руб. (проведение санитарных эпидиологических экспертиз обследований, исследований, токсилогические, гигиенические и другие виды оценок);  Служба государственного жилищного надзора - 30 тыс.руб. (госпошлина); население - перепоставка электроэнергии населению Железнодорожного квартала  - 154,5 тыс.руб.

Следовательно, как правильно указал суд первой инстанции,  большую часть активов должника составляла дебиторская задолженность населения за коммунальные услуги.

Исходя из данных, отраженных в бухгалтерском балансе ООО «Тубинский» за 2018 год, активы общества за 2017 год (согласно бухгалтерскому балансу ООО «Тубинский» за 2018 год) составляли 1 413 000 руб., в том числе запасы - 22 000 руб., денежные средства - 404 000 руб. финансовые и другие оборотные активы - 987 000 руб. Краткосрочные обязательства, в том числе заемные средства составляли 800 000 руб., кредиторская задолженность 4 222 000 руб.

Таким образом, и по результатам 2017 года, и по результатам 2018 года кредиторская задолженность превышала активы общества.

Между тем, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства и, соответственно, само по себе не порождает у руководителя предприятия обязанности по подаче заявления должника.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче заявления должника в арбитражный суд, должны объективно отображать наступление критического для общества финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц. Действующее законодательство не предполагает обязанность контролирующих деятельность должника лиц обратиться (принять такое решение) в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться. Наоборот, данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния.

Верно отмечено судом первой инстанции, что данная позиция нашла свое отражение в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 18.07.2003 № 14-П, в котором указано, что уменьшение чистых активов общества следует рассматривать как признак ухудшающегося финансового состояния общества, требующего принятия соответствующих мер.

Представленные в материалы дела выписки по счету ООО «Тубинский», открытому в ПАО «Сбербанк России», свидетельствуют об осуществлении должником финансово-хозяйственной деятельности, ООО «Тубинский» производились расчеты с контрагентами, уплата обязательных платежей, в том числе после указанной кредитором и конкурсным управляющим даты.

Исходя из правовой позиции, приведенной в пункте 29 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018, по смыслу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в пункте 9 постановления  Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по основаниям, предусмотренным статьей 9 Закона о банкротстве установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

В данном случае, специфика деятельности должника заключается в обеспечении эксплуатации жилищного фонда, в том числе в сборе денежных средств с населения и юридических лиц и оплате оказанных услуг (потребленных ресурсов).

На основании разъяснений, приведенных в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53, по общему правилу, при определении размера субсидиарной ответственности руководителя не учитываются обязательства перед кредиторами, которые в момент возникновения обязательств знали или должны были знать о том, что на стороне руководителя должника уже возникла обязанность по подаче заявления о банкротстве. Это правило не применяется по отношению к обязательствам перед кредиторами, которые объективно вынуждены были вступить в отношения с должником либо продолжать существующие (недобровольные кредиторы), например, уполномоченный орган по требованиям об уплате обязательных платежей, кредиторы по договорам, заключение которых являлось для них обязательным, кредиторы по деликтным обязательствам (по смыслу статьи 1064 Гражданского кодекса, пункта 3 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Из приведенных позиций Верховного суда Российской Федерации следует, что привлечение к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 2 статьи 10, статьей 61.12 Закона о банкротстве по обязательствам должника, возникшим в период осведомленности кредиторов о финансовом положении должника недопустимо.

Вместе с тем задолженность, возникшая после неисполнения должником своих обязательств по оплате электрической энергии, может быть включена в размер субсидиарной ответственности только в случае установления судом вины руководителя должника в наращивании кредиторской задолженности и непринятия им исчерпывающих мер по ее погашению.

Суд апелляционной инстанции полагает, что суд первой инстанции правомерно учел специфику деятельности должника по управлению и эксплуатации жилищного фонда, которая относится к социально значимой и изначально, как правило, является убыточной. Ситуация, при которой должник имеет непогашенную задолженность перед ресурсоснабжающими организациями одновременно с наличием дебиторской задолженности населения, является обычной для функционирования подобного рода организаций, в силу сложившихся обстоятельств за потребленные жилищно-коммунальные услуги граждане постоянно имеют просроченную задолженность перед такими компаниями. Прекращение осуществляемого должником вида деятельности влечет негативные последствия для потребителей услуг.

Как верно установил суд первой  инстанции, наращивание обязательств должника в рассматриваемом случае носило объективный характер, в связи с чем более ранняя подача заявления о банкротстве не привела бы к защите интересов кредиторов по обязательствам, от которых они в силу публичного характера договора не имеют право отказаться.

В спорный период деятельности принимались меры по взысканию дебиторской задолженности, на счета общества поступали зачисления, а со счетов должника производились перечисления контрагентам и заработной платы работникам.

В этой связи выводы суда первой инстанции правомерны. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 указанного Федерального закона.

Как разъяснено в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Конкурсный кредитор, указывая на наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Закона о банкротстве, сослался на непринятие ФИО3 мер по взысканию дебиторской задолженности населения на сумму 4 309 558 руб. :  по 41 адресу на общую сумму 1 129 421 руб. 69 коп. работа по взысканию дебиторской задолженности не проводилась ввиду отсутствия документов у ФИО3, при этом мероприятия по восстановлению документации ФИО3 не осуществлены. По 23 адресам на общую сумму 1 143 990 руб. 12 коп. работа по взысканию дебиторской задолженности не проводилась по причине смерти должников. По 39 адресам на общую сумму 2 036 146 руб. 67 коп. работа по взысканию дебиторской задолженности также не проводилась.

Ответственность, предусмотренная статьей 61.11 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Кодекса).

Судом первой инстанции правильно не установлено наличие вины в действии (бездействии) ответчика в несостоятельности (банкротстве) предприятия по данному основанию. Материалы настоящего обособленного спора не позволяют апелляционному суду прийти к иным выводам. 

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование.

При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Вместе с тем, как правильно указал суд первой инстанции,  доказательств того, что непринятие мер по взысканию дебиторской задолженности явилось необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы, в материалах дела отсутствуют. Само по себе наличие не взысканной дебиторской задолженности, сформировавшейся при осуществлении хозяйственной деятельности должника, не может являться основанием для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, поскольку непринятие мер по ее своевременному взысканию является результатом неэффективной хозяйственной деятельности. Доказательств того, что вменяемое бездействие существенно отклонялось от обычной практики в хозяйственной сфере, не представлено. Отсутствие положительного результата по взысканию задолженности не является основанием для признания действий руководителей недобросовестными.

Согласно представленному в материалы дела акту инвентаризации расчётов с покупателя, поставщиками и прочими дебиторами и кредиторами №2 от 18.10.2021 дебиторская задолженность населения составляет 6 925 685 руб. 94 коп.

Конкурсным управляющим 19.10.2021 списана дебиторская задолженность (акт о списании дебиторской задолженности от 19.10.2021), в связи с невозможностью взыскания на основании постановлений службы судебных приставов о невозможности взыскания в размере 2 525 431 руб. 05 коп.

В части дебиторской задолженности населения на сумму 4 762 822 руб. 91 коп. конкурсным управляющим ФИО2 подготовлено положение о порядке продажи имущества ООО «Тубинский», представлено собранию кредиторов.

Порядок продажи дебиторской задолженности утвержден собранием кредиторов 26.04.2022 (протокол собрания кредиторов № 9 от 26.04.2022 - сообщение в ЕФРСБ №8707061 от 28.04.2022).

Указанное положение о порядке продажи имущества ООО «Тубинский» предусматривает реализацию всей оставшейся дебиторской задолженности, в том числе по которой, как указывает кредитор, мероприятия по взысканию не проводились.

В настоящее время  конкурсный управляющий  ООО «Тубинский» ФИО2 разместила на сайте Единого федерального реестра сведений о банкротстве (ЕФРСБ) сообщение о публичном предложении закрытого по составу участников: лот 1 права требования о взыскании задолженности за ком.услуги с граждан п. Тубинский на сумму 3 500 599,68 коп. Дебиторская задолженность в основной массе не взыскана, имеются только выписки по лицевым счетам. Иные документы отсутствуют. Начальная цена: 238 238,10 руб. Участники торгов - любые ресурсоснабжающие организации. Снижение цены каждые 5 рабочих дней на 10 %. Победитель - лицо, первым предложившее наибольшую цену на этапе. 

В этой связи верными являются суждения суда первой инстанции о том, что учитывая отсутствие в материалах обособленного спора доказательств, безусловно свидетельствующих о том, что необходимой причиной банкротства должника послужили именно действия ФИО3, выраженные в непринятии мер по взысканию дебиторской задолженности, отсутствуют основания для возложения субсидиарной ответственности на ФИО3 по данному основанию. 

Доказательства причинения ФИО3 обществу убытков непринятием мер по взысканию дебиторской задолженности в материалах дела также отсутствуют, так как возможность взыскания дебиторской задолженности, как и поступление денежных средств в конкурсную массу в результате реализации дебиторской задолженности не утрачена. Реальность взыскания дебиторской задолженности должника не подтверждена, из чего правильно исходил суд первой инстанции. 

При этом суд первой инстанции верно отметил, что в отношении части дебиторов, по которым мероприятия по взысканию дебиторской задолженности не проводились, имеются оконченные службой судебных приставов ввиду невозможности взыскания исполнительные производства по взысканию задолженности за более ранние периоды, что отражено в Порядке продажи дебиторской задолженности, утверждённом собранием кредиторов 26.04.2022, и размещенном на сайте ЕФРСБ. 

При таких обстоятельствах судом первой инстанции принят законный и обоснованный судебный акт.

Нарушений норм материального и процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могли бы повлечь его отмену, судом апелляционной инстанции не установлено, в связи с чем определение суда первой инстанции подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Лица, участвующие в деле, могут получить информацию о движении дела в общедоступной базе данных «Картотека арбитражных дел» по электронному адресу: www.kad.arbitr.ru.

Руководствуясь ст. ст. 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда Иркутской области от 29 июня 2022 года по делу №А19-17991/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца в кассационном порядке в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа путем подачи кассационной жалобы через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судьяН.А. Корзова

СудьиД.В. Басаев

Н.В. Ломако