АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

19 сентября 2024 года

Дело №

А05-10063/2022

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Воробьевой Ю.В., судей Тарасюка И.М., ФИО1,

рассмотрев 10.09.2024 в открытом судебном заседании кассационную  жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Архангельской области от 24.07.2023 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2024 по делу № А05-10063/2022,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Архангельской области от 21.10.2022 принято к производству заявление ФИО2, ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>, о признании ее несостоятельной (банкротом).

Решением от 01.12.2022 ФИО2 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3.

В рамках названного дела о банкротстве финансовый управляющий 16.04.2023 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил признать недействительными сделками договоры займа и залога от 11.03.2021, заключенные ФИО2 с ФИО4 в отношении квартиры с кадастровым номером 29:05:130124:369, общей площадью 54,3 кв. м, расположенной по адресу: Архангельская обл., г. Каргополь, Луговая 

<

...>, и применить последствия их недействительности в виде возврата квартиры в конкурсную массу должника.

Определением от 24.07.2023, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2024, заявление финансового управляющего удовлетворено.

В кассационной жалобе ФИО2, ссылаясь на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение от 24.07.2023 и постановление от 23.04.2024 и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего.

По мнению подателя жалобы, судами не учтено, что оспариваемые договоры от 11.03.2021 заключены за пределами годичного срока до принятия заявления о признании должника банкротом (21.10.2022), следовательно они не могут быть оспорены по пункту 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), а тем более договор залога, который не предусматривает наличие встречного предоставления.

Как указывает ФИО2, в рассматриваемом случае рыночная стоимость имущества соответствовала размеру обязательств должника перед ФИО4, что исключает вывод о неравноценности встречного предоставления по оспариваемой сделке, при этом на дату заключения оспариваемых договоров у должника отсутствовали просроченные обязательства перед иными кредиторами.

Податель жалобы также полагает, что в материалах дела отсутствуют доказательства недобросовестности сторон сделки, в связи с чем положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве не могут быть применены к оспариваемым сделкам, при этом недобросовестность сторон сделки, а также их осведомленность о противоправных целях заключения сделки отсутствуют.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как установлено судами и следует из материалов дела, ФИО2 03.06.2020 приобрела квартиру в порядке наследования.

Между ФИО2 (заемщиком) и ФИО4 (кредитором) 11.03.2021 заключен договор беспроцентного займа с обеспечением в виде залога недвижимости, согласно которому ФИО4 предоставил ФИО2 денежные средства в размере 400 000 руб. сроком на два месяца до 12.05.2021.

В соответствии с пунктами 5.1 - 5.3 договора заем обеспечивается залогом спорной квартиры, оценочная стоимость которой составляет 500 000 руб.

Согласно расписке от 11.03.2021 денежные средства в размере 400 000 руб. переданы ФИО2 в полном объеме. 

В обеспечение исполнения договора займа ФИО2 (залогодатель) и ФИО4 (залогодержатель) 11.03.2021 заключили договор залога недвижимого имущества к договору займа, в соответствии с которым в залог передана квартира залоговой стоимостью 500 000 руб. 

Государственная регистрация ипотеки осуществлена 21.05.2021 (номер регистрации 29:05:130124:369-29/046/2021-6). 

В связи с неисполнением должником договора займа ФИО4 обратился в Няндомский районный суд Архангельской области с исковым заявлением. 

Вступившим в законную силу решением Няндомского районного суда Архангельской области от 21.09.2021 по делу № 2-712/2021 с ФИО2 в пользу ФИО4 взыскано 400 000 руб. долга и 7200 руб. государственной пошлины; обращено взыскание на залоговую квартиру. 

Определением от 10.12.2021 по названному делу утверждено мировое соглашение, в соответствии с которым ФИО2 в счет погашения задолженности, взысканной решением суда от 21.01.2021, обязалась передать ФИО4 квартиру. 

На основании указанного определения 07.02.2022 в Едином государственном реестре недвижимости зарегистрирован переход права собственности на квартиру к ФИО4

Финансовый управляющий, ссылаясь на совершение оспариваемых сделок в период подозрительности, установленный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в отсутствие равноценного встречного предоставления, в результате совершения которых из состава имущества должника выбыло ликвидное имущество, что причинило вред имущественным правам кредиторов, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением о признании спорных договоров недействительными.

Суд первой инстанции, установив, что оспариваемые сделки совершены в период подозрительности, установленный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в отсутствие встречного предоставления, в результате чего причинен вред имущественным правам кредиторов, пришел к выводу о доказанности совокупности условий, необходимой для признания договоров недействительными, и удовлетворил требования финансового управляющего, признав спорные договоры недействительными, обязав при этом ФИО4 возвратить ФИО2 спорное имущество.

Суд апелляционной инстанции, согласившись с выводами суда первой инстанции, постановлением от 23.04.2024 оставил определение от 24.07.2023 без изменения.

Исследовав материалы дела, изучив доводы кассационной жалобы, суд кассационной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами   I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», (далее – Постановление № 63) разъяснено, что в силу п. 3 ст. 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III. 1 этого Закона о банкротстве, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.), действия по исполнению судебного акта, в том числе определения об утверждении мирового соглашения. 

При этом при оспаривании действий по исполнению мирового соглашения само мировое соглашение не подвергается судебной ревизии, в предмет судебного исследования входят только действия по исполнению сторонами определения об утверждении мирового соглашения относительно наличия в указанных действиях признаков недействительности, предусмотренных нормами главы III.1 Закона о банкротстве. 

Как следует из заявления, финансовый управляющий ФИО3 просил признать недействительными действия должника по исполнению мирового соглашения в виде фактической передачи имущества и регистрации перехода права, что не исключается Законом о банкротстве и прямо допускается пунктом 1 Постановления № 63.

В соответствии с пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 названного Закона, а также сделок, совершенных с нарушением этого же Закона.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Согласно абзацу второму пункта 9 Постановления № 63, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестность контрагента), не требуется.

Судами первой и апелляционной инстанций установлено, что оспариваемая сделка по отчуждению квартиры совершена 07.02.2022 (дата государственной регистрации перехода права собственности на квартиру), то есть в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом (21.10.2022), следовательно, как обосновано указано судом апелляционной инстанции, подпадает под действие положений пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Поскольку по оспариваемому договору отчуждено недвижимое имущество, право собственности на которое подлежит государственной регистрации, следует учитывать, что конечной целью конкурсного оспаривания подозрительных сделок является ликвидация последствий недобросовестного вывода активов перед банкротством. Следовательно, необходимо принимать во внимание не дату подписания сторонами соглашения, по которому они обязались осуществить передачу имущества, а саму дату фактического вывода активов, то есть исполнения сделки путем отчуждения имущества (статья 61.1 Закона о банкротстве). Конструкция сделки по отчуждению недвижимости по российскому праву предполагает, что перенос титула собственника производится в момент государственной регистрации. Поэтому для соотнесения даты совершения сделки, переход права на основании которой (или которая) подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности учету подлежит дата такой регистрации. 

Соответствующая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.10.2016 № 307-ЭС15-17721 (4). 

В рассматриваемом случае регистрация права собственности ФИО4 на квартиру произведена 07.02.2022, то есть, как правильно указал суд апелляционной инстанции, оспариваемая сделка для целей банкротства считаются совершенной в пределах одного года до возбуждения дела о банкротстве и потому сделка может быть оспорена по специальным основаниям недействительности, предусмотренным законодательством о несостоятельности, в частности, по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Доводы подателя жалобы об обратном основаны на неверном толковании норм права и подлежат отклонению судом кассационной инстанции.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 8 Постановления № 63, в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Таким образом, предметом доказывания по настоящему спору является установление факта причинения вреда либо возможного причинения вреда в результате заключения сделки должнику и (или) его кредиторам.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Судами первой и апелляционной инстанций установлено, что заключение мирового соглашения в суде общей юрисдикции и его последующее исполнение осуществлено сторонами в условиях неплатежеспособности должника.

В частности, на момент совершения спорных сделок у ФИО2 имелась задолженность в размере 770 251,35 руб. перед акционерным обществом «Российский Сельскохозяйственный банк», образовавшаяся с 20.04.2021 в связи с неисполнением обязательств, вытекающих из кредитного договора от 10.09.2020 № 2048141/0213, и которая включена в реестр требований кредиторов ФИО2

При этом судами установлено и лицами, участвующими в деле не оспаривается, что ФИО4 является мужем дочери должника – ФИО5, следовательно стороны оспариваемых договоров являются заинтересованными лицами.

Делая вывод о неравноценном встречном исполнении по договорам, суды обоснованно исходили из следующего.

С целью определения рыночной стоимости спорной квартиры по ходатайству ФИО2 была назначена судебная экспертиза.

Согласно представленному в материалы дела заключению эксперта от 06.02.2024 № 21/24-СД рыночная стоимость квартиры по состоянию на 07.02.2022 составляет 555 000 руб., то есть она сопоставима с залоговой стоимостью, определенной сторонами в договоре займа.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции правильно учел позицию, изложенную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019 № 305-ЭС18-8671(2), согласно которой помимо цены для определения признака неравноценности во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом.

Как указано выше, квартира передана ФИО4 по мировому соглашению в счет исполнения обязательств ФИО2 по договору займа.

В рассматриваемом случае ФИО4 в качестве доказательства передачи денежных средств ФИО2 представил расписку от 11.03.2021.

Согласно пункту 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником.

Судами установлен, а подателем кассационной жалобы не опровергнут факт того, что ФИО4 вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ не представил доказательств наличия у него финансовой возможности предоставить заем в заявленном размере.

В материалах дела также отсутствуют доказательства расходования заемных денежных средств на личные нужды должника.

При этом доводы ФИО2 о преодолении судами законной силы вступивших в законную силу судебных актов суда общей юрисдикции правомерно отклонены судом апелляционной инстанции.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства в совокупности, руководствуясь вышеназванными положениями действующего законодательства, регулирующими спорные отношения, а также учитывая конкретные обстоятельства дела, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правильному выводу о том, что в результате заключения и исполнения ФИО2 оспариваемых сделок произошло безвозмездное отчуждение имущества должника, что свидетельствует о причинении вреда имущественным интересам кредиторов и наличии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Правильно применив положения статьи 167 ГК РФ и пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, установив, что право собственности на спорное помещение зарегистрировано за ФИО4, суды обязали последнего возвратить ФИО2 спорное имущество.

Доводы, приведенные в кассационной жалобе, тождественны доводам, которые являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, им дана надлежащая правовая оценка, оснований для непринятия которой у суда кассационной инстанции не имеется. Данные доводы не свидетельствуют о нарушении или неправильном применении судами норм материального права и направлены на переоценку установленных судами фактических обстоятельств дела и принятых ими доказательств, что в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебных актов, суд кассационной инстанции не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Архангельской области от 24.07.2023 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2024 по делу № А05-10063/2022 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

 

Председательствующий

Ю.В. Воробьева

Судьи

 

И.М. Тарасюк

ФИО1