АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

450057, Республика Башкортостан, г. Уфа, ул. Октябрьской революции, 63а, тел. (347) 272-13-89, 

факс (347) 272-27-40, сервис для подачи документов в электронном виде: http://my.arbitr.ru

сайт http://ufa.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А07-15659/2020

18 апреля 2022 г.

г. Уфа

 

Резолютивная часть решения объявлена 23.03.2022

Полный текст решения изготовлен 18.04.2022

Арбитражный суд Республики Башкортостан в лице судьи Салиевой Л.В., при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1 рассмотрел в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «САЛАВАТ-БЕТОН» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

к ФИО2 

при участии в деле в  качестве третьих лиц, не  заявляющих  самостоятельных  требований  относительно  предмета  спора, конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Единая торгово-закупочная компания» ФИО3, ФИО4, ФИО13, общества с ограниченной ответственностью «Единая торгово-закупочная компания»,

при участии в судебном заседании представителя ответчика – ФИО5 по доверенности № 50 АБ 6809180 от 21.01.2022,  директора общества с ограниченной ответственностью «САЛАВАТ-БЕТОН» -  ФИО6, паспорт.

Общество с ограниченной ответственностью «САЛАВАТ-БЕТОН» (далее – ООО «САЛАВАТ-БЕТОН», общество, истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с иском к ФИО2 (далее – ответчик) о взыскании убытков  в сумме 1 331 400 руб. (с учетом уточнения исковых требований).

Определением суда от 25.08.2020 исковое заявление принято к производству суда, назначено предварительное судебное заседание. 

Также в производстве Арбитражного суда Республики Башкортостан находилось дело № А07-21733/2020 по иску общества с ограниченной ответственностью «Салават-Бетон» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

к ФИО2 о взыскании убытков в сумме 2 120 470 руб.

Определением суда от 05.07.2022 дело № А07-15659/2020 объединено с делом № А07-21733/2020  для совместного рассмотрения.

С учетом произведенного объединения сумма исковых требований составила 3 451 870 руб.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, привлечены конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Единая торгово-закупочная компания» ФИО3, ФИО4, ФИО13, общество с ограниченной ответственностью «Единая торгово-закупочная компания».

Ответчик против удовлетворения исковых требований возражает, в материалы дела представил отзывы. Также ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности.

Исследовав  материалы  и обстоятельства  дела,  заслушав  представителей сторон,   суд  УСТАНОВИЛ:

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «САЛАВАТ-БЕТОН» (истец) зарегистрировано в качестве юридического лица  19.03.2012 за основным государственным регистрационным номером 

<

***>. 

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц единственным участником общества является ФИО7.

Полномочия единоличного исполнительного органа общества были возложены на ФИО8, 13.02.2013 с ней был заключен трудовой договор. 

В соответствии с приказом ООО «САЛАВАТ-БЕТОН» №2 от 09.12.2014 года фамилия директора Георгиу изменена в учетных и иных официальных документах ООО «САЛАВАТ-БЕТОН»  на фамилию ФИО8 в связи с вступлением в брак.

12.09.2017 ФИО7 принято решение о снятии обязанности директора ООО «САЛАВАТ-БЕТОН» с ФИО8. Обязанности директора ООО «САЛАВАТ-БЕТОН» возложены на ФИО9 с правом действовать от имени юридического лица без доверенности. Срок полномочий директора определен в 5 лет.

23.04.2020 по указанию единственного участника общества ФИО7, директором общества ФИО9 была проведена проверка деятельности бывшего директора общества ФИО10.

В ходе проверки установлено, что 14.03.2014 между ООО «САЛАВАТ-БЕТОН» (цедент), в лице директора ФИО8 и ФИО4 заключен договор уступки прав требования (цессии) № 4, в соответствии с настоящим договором цедент уступает, а цессионарий принимает право требования задолженности в сумме, указанной п.п. 1.3 настоящего договора.

Право (требования), уступаемые по настоящему договору цессионарию подтверждаются дополнительным соглашением № 1 от 11.03.2013 к договору поставки № 1/КП от 11.03.2013 между ООО «ЕТЗК» и ООО «САЛАВАТ-БЕТОН»

В силу пункта 1.3 договора цедент передает цессионарию права (требования) по настоящему договору к должнику, в размере задолженности должника 1 331 400 руб., в том числе НДС (18%) – 203 094 руб. 92 коп. на тех условиях, которые существуют на момент заключения настоящего договора.

По условиям договора уступки права, должник обязуется осуществить передачу цессионарию: квартиры № 53, этаж 7, количество комнат 1, общей площадью 38.4 кв.м., расположенную в доме № 2 объект «Многоэтажные жилые дома по ул. Николаева в г. Стерлитамаке (пункт 2.4 договора).

Согласно пункту 3.1 договора цессионарий обязуется уплатить цеденту денежную сумму в размере 1 331 400 руб., в том числе НДС (18 %) – 203 094 руб. 92 коп. перечислением на расчетный счет цеденту или иными способами, не запрещенными действующим законодательством.

Истец указывает, что вырученные за данную продажу (переуступку прав требования) имущества (квартиры) ООО «САЛАВАТ-БЕТОН», финансовые средства, по назначению платежа не поступили. 

Также 08.11.2013 был заключен договор уступки прав требования (цессии) № 2  между ООО «САЛАВАТ-БЕТОН», в лице директора ФИО8, действующего на основании Устава, с одной стороны, и ФИО8, с другой стороны, ООО «ЕТЗК», в лице Генерального директора ФИО11, с третьей стороны, именуемый должником.

В соответствии с настоящим договором цедент уступает, а цессионарий принимает право требования задолженности в сумме, указанной в п.п. 1.3 настоящего договора.

Права (требования), уступаемые по настоящему договору цессионарию подтверждается  дополнительным соглашением № 2 от 31.07.2013 к договору поставки № 1/КП от 11.03.2013 к договору поставки № 1/КП  от 11.03.2013 между ООО «ЕТЗК» и ООО «САЛАВАТ-БЕТОН».

В силу пункта 1.3 договора № 2 цедент передает цессионарию права (требования) по настоящему договору к должнику, в размере задолженности должника 2 120 470 руб., в том числе НДС (18%) – 323 461 руб. 52 коп. на тех условиях, которые существуют на момент заключения настоящего договора.

Согласно пункту 2.3 договора № 2 цессионарий обязуется осуществить оплату уступленного ему права (требования) по настоящему договору в соответствии с условиями, предусмотренными разделом 3 настоящего договора.

В соответствии с пунктом 2.4 договора № 2 должник обязуется осуществить передачу цессионарию: квартиры № 88, этаж -4, количество комнат -2, общей площадью 57,31 кв.м, расположенную в доме № 2 по ул. Николаева, 112а в г. Стерлитамак.

По настоящему договору цессионарий обязуется уплатить цеденту денежную сумму в размере 2 120 470 руб., в том числе НДС (18 %) – 323 461 руб. 52 коп. перечислением на расчетный счет цеденту или иными способами, не запрещенными действующим законодательством Российской Федерации (пункт 3.1 договора № 2).

В связи с тем, что  ФИО8 отказывается от прав и обязанностей по договору уступки прав требования (цессии) № 2 от 08.11.2013 в размере задолженности 2 120 470 руб., в том числе НДС (18%) -323 461 руб. 52 коп. стороны решили расторгнуть договор уступки прав требования (цессии) № 2 от 08.11.2013.

Соглашением о расторжении договора уступки прав требования (цессии) № 2 от 08.11.2013 от 01.04.2014 договор расторгнут.

01.04.2014  ООО «САЛАВАТ-БЕТОН» уведомило  ООО «ЕТЗК» о заключении соглашения о расторжении договора уступки прав требования (цессии) № 2 от 08.11.2014.

При этом, 01.04.2014 между ООО «САЛАВАТ-БЕТОН» (цедент), в лице директора ФИО8 и ФИО13 (цессионарий), ООО «ЕТЗК», в лице генерального директора ФИО11 заключен договор уступки прав требования (цессии) № 6.

Согласно пункту 2.3 договора № 6 цессионарий обязуется осуществить оплату уступленного ему права (требования) по настоящему договору в соответствии с условиями, предусмотренными разделом 3 настоящего договора.

Получение ответчиком оплаты по договору уступки прав требования № 6 от 01.04.2014 подтверждается квитанцией к приходно-кассовому ордеру № 19 от 01.04.2014.

Должник обязуется осуществить передачу цессионарию: квартиру № 88, этаж -4, количество комнат -2, общей площадью 57,31 кв.м., расположенную в доме № 2 по ул. Николаева, 112а в г. Стерлитамак.

06.05.2015  между ООО «ЕТЗК» и ФИО12 был подписан акт приема-передачи квартиры № 88.

Истец полагает, что договор № 2 был заключен с целью сохранения актива до нахождения потенциального покупателя в лице ФИО13, от которого согласно приходно-кассового ордера № 19 от 01.04.2014 были приняты денежные средства в размере 2 120 470 руб., в счет оплаты указанной переуступки прав требования. 

Истец поясняет, что из выписок по расчетным счетам принадлежащим обществу в период сделки прослеживается, что денежные средства, по основаниям внесения, оплата за договор уступки прав требования № 4 от 14.03.2014 и по договору уступки прав требования № 6 от 01.04.2014, не  отражены. Сделки в балансовой стоимости активов отражены не были что, по мнению истца, затруднило поступление данной информации учредителю и новому  директору.

Ссылаясь на недобросовестность действия (бездействия) бывшего директора ФИО2 выразившееся в сокрытии информации о совершенной ею  сделках от участника юридического лица, совершении  сделок без требующего в силу законодательства и устава одобрения соответствующих органов юридического лица (п.2 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 « О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»)  истец  обратился в суд с рассматриваемым исковым заявлением о взыскании убытков  в размере 3 451 870 руб.  (с учетом принятых судом уточнений).

Оценив все представленные доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает иск не подлежащим удовлетворению  на основании следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации  лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах), единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно и несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Для привлечения органов управления общества к ответственности, предусмотренной статьей 44 Закона об обществах, необходимо установить, что на момент совершения действий, повлекших возникновение убытков, действия (бездействие) упомянутых органов не отвечали интересам юридического лица, а с иском о возмещении убытков, причиненных обществу единоличным исполнительным органом вправе обратиться в суд общество или его участник.

Ответственность единоличного исполнительного органа является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы.

Применение указанной ответственности возможно при доказанности совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, включая наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для общества, наличие и размер убытков, причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками, а недоказанность хотя бы одного из элементов состава данного гражданско-правового правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении подобного требования.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах общества добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора (пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

В силу статьи  65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Ответчик указывает, что все поступившие от сделки денежные средства были использованы на нужды хозяйственной деятельности общества, которая в то время активно осуществлялась, производились расчеты с поставщиками, осуществлялась покупка горюче-смазочных материалов, ремонт и покупка автозапчастей (для двух Камазов), возврат подотчетных сумм, оплата командировочных расходов, выплата заработной платы и прочие сопутствующие расходы. Противоправность в действиях бывшего генерального директора отсутствовала. 

Денежные средства при продаже квартир поступали в кассу общества, о чем так же свидетельствуют корешки от приходного кассового ордера на руках покупателей.  ФИО4 и ФИО13 представили доказательства оплаты.

Ответчик, возражая против заявленных требований, заявляет о пропуске срока исковой давности, при этом приводит следующие доводы.

Деятельность ООО «САЛАВАТ-БЕТОН» фактически прекратилась в сентябре 2015 г. Ответчиком была сдана  налоговая отчетность за 2014 г., какая-либо задолженность отсутствовала. 

Из материалов регистрационного дела ООО «САЛАВАТ-БЕТОН» усматривается, что 03.10.2015 ФИО2 обратилась  к учредителю общества ФИО7 с заявлением об увольнении с должности директора в связи с прекращением полномочий согласно трудового договора с 03.10.2015.

Заявление направлено единственному участнику общества 08.10.2015 по адресу: 

<

...> и получено им 16.10.2015, что подтверждается уведомлением о вручении.

Однако новое лицо на должность руководителя общества единственным участником не назначалось, никаких действий по проверке хозяйственной деятельности общества истцом не предпринималось в течение почти двух лет.

ФИО2 обратилась в регистрирующий орган с заявлением о признании недостоверными сведений о ней в ЕГРЮЛ как о лице, имеющим право действовать без доверенности от имени ООО «САЛАВАТ-БЕТОН».

16.05.2016 регистрирующим органом в ЕГРЮЛ в отношении ООО «САЛАВАТ-БЕТОН» на основании заявления ФИО14 внесена запись о недостоверности  указанных сведений. 

Однако  обязанности с директора ФИО2  были сняты и назначен новый директор решением единственного участника ООО «САЛАВАТ-БЕТОН» ФИО7 лишь 12.09.2017.

Общество хозяйственную деятельность не вело, отчётность в налоговый орган не сдавалась, в результате чего Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 39 по Республике Башкортостан 09.06.2019 было принято решение о предстоящем исключении ООО «САЛАВАТ-БЕТОН» из Единого государственного реестра юридических лиц как недействующее юридическое лицо.

24.03.2021 регистрирующим органом  было принято решение о предстоящем исключении ООО «САЛАВАТ-БЕТОН» из единого государственного реестра юридических лиц как недействующее лицо (пункты 223-228) в связи с отсутствием движения денежных средств по счетам и непредставлении в течение последних 12 месяцев документов отчетности (пункты 237, 240 выписки из ЕГРЮЛ).

С учетом изложенного, ответчик полагает, что с 16.10.2015 единственному участнику было известно об увольнении директора общества. Открытой и общедоступной данная информация стала с 16.05.2016. Таким образом, ответчик считает, что единственный участник общества должен был узнать о вменяемых ответчику нарушениях в период с 16.10.2015 (т.е. с момента получения заявления об увольнении) по 16.05.2016 (дате внесения в единый государственный реестр юридических лиц сведений о недостоверности).

Истец,  не соглашаясь с доводом о  пропуске срока  исковой давности  указывает, что  общество  в  лице  нового  директора  ФИО9,  назначенной   решением участника  общества   от  12.09.2017 обратилось   с иском  в  суд  до истечения  срока  исковой  давности. 

С учетом приведенных доводов суд пришел к следующим выводам.

В рассматриваемом случае истец связывает убытки в размере 3 451 870 руб. с тем, что ФИО2 были заключены договоры уступки, при этом денежные средства по вышеуказанным договорам согласно позиции общества в кассу не вносились.

В судебной практике сложился подход к распределению бремени доказывания между сторонами недобросовестности единоличного исполнительного органа, проиллюстрированный в абзаце 5 пункта 1 Постановления № 62, а именно: опровержимая презумпция недобросовестности. До вступления доказательственной презумпции в силу обязанность по доказыванию факта недобросовестности и (или) неразумности действий директора лежит на истце. После вступления презумпции в силу происходит перераспределение бремени доказывания: указанная обязанность истца трансформируется в обязанность ответчика доказать добросовестность и разумность своих действий.

При этом согласно подпункту 4 пункта 2 постановления N 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Между тем, оснований полагать, что  юридические документы общества у истца отсутствуют, не имеется.

Согласно Уставу общества (п. 13.1) общество хранит документы, предусмотренные пунктом 1 ст. 50 Закона об обществах по адресу места нахождения единоличного исполнительного органа.

Согласно статье 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года. Документы учетной политики, стандарты экономического субъекта, другие документы, связанные с организацией и ведением бухгалтерского учета, в том числе средства, обеспечивающие воспроизведение электронных документов, а также проверку подлинности электронной подписи, подлежат хранению экономическим субъектом не менее пяти лет после года, в котором они использовались для составления бухгалтерской (финансовой) отчетности в последний раз. 

Местом нахождения общества  указано: 

<

...> (п. 5 Устава). 

Доказательств того, что по месту нахождения общества документация о деятельности общества отсутствовала на момент смены  руководителя единоличного исполнительного органа, материалы дела не содержат. 

При таких обстоятельствах, суд критически относится к доводам истца об отсутствии первичных документов, подтверждающих внесение спорных денежных средств в кассу общества.

Также ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности.

Судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности (статья 195 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. 

Общий срок исковой давности устанавливается в три года (статья 196 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности по общему правилу начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. 

Согласно статье 203 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. После перерыва течение срока исковой давности начинается заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок. 

Бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск (пункт 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»). 

По общему правилу срок исковой давности начинает течь с момента, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. 

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 10 Постановления № 62, в случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Из материалов дела усматривается, что единственный участник общества,  контролирующий его деятельность, ФИО7 был уведомлен об увольнении ФИО2 с должности руководителя единоличного исполнительного органа в октябре 2015.

Однако действия по смене руководителя единоличного исполнительного органа предпринял лишь в 2017 году.

Положения статей 8, 34 и 48 Закона об обществах предполагают активную позицию участника общества, который должен проявлять интерес к деятельности последнего, действовать с должной степенью заботливости и осмотрительности в осуществлении своих прав, предусмотренных законодательством.

Суд соглашается с доводами ответчика, о том, что действуя добросовестно и осмотрительно, контролирующий деятельность общества ФИО7 в силу предоставленных ему прав корпоративного контроля за деятельностью общества имел возможность узнать об обстоятельствах заключения и исполнения договора уступки права требования и инициировать соответствующий иск с момента получения заявления ответчика об увольнении.

Кроме того, при рассмотрении данной категории споров, арбитражные суды с учётом разъяснения пункта 10 Постановления № 62, должны принимать во внимание не только то, когда общество в лице нового директора могло узнать о нарушении, но и когда о таком нарушении узнал или должен был узнать контролирующий деятельность хозяйствующего субъекта участник. 

Из материалов арбитражного дела не следует, что ФИО7 был лишён права контролировать деятельность общества и знакомиться с документацией общества за период с 2013 по 2017 г. 

Положениями корпоративного законодательства предусмотрено, что у участника корпорации имеется не только право, но и обязанность контролировать деятельность корпорации, в которой он является участником, участвовать в собраниях общества и получать дивиденды. 

Пассивная позиция участника общества может свидетельствовать о пропуске срока исковой давности. 

ФИО7  имел возможность контролировать деятельность общества. При этом, являясь единственным участников общества, реализуя своё корпоративное право, имел реальную возможность назначить в 2015 году иное лицо в качестве единоличного органа, провести ревизию имущества и документацию общества, установив наличие или отсутствие нарушенного права, как своего, так и общества. 

Представленные в материалы дела доказательства свидетельствуют о том, что общество, в лице его единственного участника, могло узнать о нарушенном праве еще в 2015 г. 

Однако в течение всего срока исковой давности участник общества никаких действий проверке финансово-хозяйственной деятельности общества, выявлению нарушений не было предпринято.

При этом доказательств невозможности совершения вышеуказанных действий  и проверки финансово-хозяйственной деятельности общества в пределах срока исковой давности истцом не представлено.

Между тем, ФИО7 как контролирующий участник общества исходя из принципов добросовестности, заботливости и осмотрительности имел возможность провести проверку деятельности предыдущего директора и обнаружив сведения в ЕГРЮЛ о недостоверности сведений о руководителе общества (дата внесения записи в ЕГРЮЛ - 16.05.2016), назначить нового директора и провести проверку его деятельности, истребовав всю необходимую информацию (в том числе бухгалтерскую отчетность, банковские выписки, назначить аудиторскую или ревизионную проверки).

Доводы истца о невозможности узнать  об обстоятельствах положенных в основу иска  суд также признает несостоятельными.

В данном случае, исходя из отсутствия необходимой совокупности доказательств, свидетельствующих о неразумности и недобросовестности ФИО15 как руководителя единоличного исполнительного органа Общества при осуществлении заключении и исполнении договора уступки права требования и наличии убытков у общества на заявленную сумму, а также пропуск срока исковой давности суд не усматривает оснований для удовлетворения требований. 

В соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине возлагаются на истца  за  необоснованностью заявленных  требований в размере, установленном ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст. ст. 110, 167 – 171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых общества с ограниченной ответственностью «САЛАВАТ-БЕТОН» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)  к ФИО2  о взыскании убытков в сумме 3 451 870 руб. отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «САЛАВАТ-БЕТОН» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) госпошлину в доход федерального бюджета в сумме 40 259 руб.

Исполнительный лист выдать после вступления решения суда в законную силу.

Решение вступает в законную силу по истечении одного месяца со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в срок, не превышающий месяца со дня вынесения решения (изготовления его в полном объеме). Подача жалоб осуществляется через Арбитражный суд Республики Башкортостан.

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной жалобы можно получить на Интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда www.18aas.arbitr.ru.

 

Судья                                                                           Л.В. Салиева