СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-2246/2022(10)-АК

Дело № А60-46253/2021

12 февраля 2025 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 29 января 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 12 февраля 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Нилоговой Т.С.,

судей  Зарифуллиной Л.М., Саликовой Л.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Ковалевой А.Л.  

при участии:

кредитора ФИО1 (паспорт),

от финансового управляющего ФИО2: ФИО3 (паспорт, доверенность от 21.06.2023),

в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещенных надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора ФИО1

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 14 ноября 2024 года

о завершении процедуры реализации имущества гражданина и применении в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств,

вынесенное в рамках дела № А60-46253/2021

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО4 (ИНН 

<

***>),

установил:

В Арбитражный суд Свердловской области 09.09.2021 поступило  заявление ФИО4 (далее – ФИО4) о признании его несостоятельным (банкротом), которое определением от 14.09.2021 принято к производству суда, возбуждено настоящее дело о банкротстве должника. 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 01.10.2021 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО2 (далее – ФИО2), член ассоциации арбитражных управляющих «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса».

Срок процедуры реализации имущества должника неоднократно продлевался и в совокупности продлен до 15.10.2024.

08.10.2024 от финансового управляющего поступило ходатайство                            о завершении процедуры реализации имущества гражданина 

01.11.2024 от кредитора ФИО1 (далее – ФИО1) поступило возражение на ходатайство управляющего                              о завершении процедуры реализации имущества.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.11.2024 процедура реализации имущества в отношении ФИО4 завершена с применением в отношении должника положений пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон) об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, за исключением  за исключением обязательств, поименованных в пунктах 5, 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве; финансовому управляющему установлен размер процентов по вознаграждению в сумме 30 000 руб. и перечислены с депозитного счета Арбитражного суда Свердловской области денежные средства в качестве вознаграждения за проведение процедуры реализации имущества гражданина по представленным реквизитам.

Не согласившись с вынесенным определением в части размера процентов по вознаграждению установленного финансовому управляющему и  освобождения должника от исполнения обязательств, кредитор ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт в обжалуемой части изменить/отменить, снизить размер процентов и отказать в освобождении ФИО4 от дальнейшего исполнения обязательств, ссылаясь на несогласие с судебным актом в силу его несоответствия фактическим обстоятельствам дела и нормам материального права.

В апелляционной жалобе кредитор приводит доводы об отсутствии у суда оснований для освобождения ФИО4 от исполнения обязательств на основании пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве, поскольку в ходе процедуры банкротства должник действовал недобросовестно, что исключает возможность освобождения его от долгов. Отмечает, что ФИО4 несмотря на то, что является трудоспособным, не является пенсионером, в течение все процедуры не совершал действий направленных на пополнение конкурсной массы, не предпринимал попыток трудоустройства с целью расчетов с кредиторами, при этом обстоятельства необходимости ухода за отцом должника возможность трудоустройства не исключают. Полагает, что позиция ФИО4 о его нахождении на иждивении его супруги и наличия у супруги должника достаточного дохода надлежащими доказательствами не подтверждены. Ссылается, что транспортные средства, ранее принадлежавшие должнику и реализованные управляющим в ходе процедуры банкротства, фактически в настоящее время вновь находятся в обладании семьи должника. Полагает, что покупатель транспортных средств, производил оплату за счет сокрытых от кредиторов денежных средств должника с целью сохранения имущества.

В представленном до судебного заседания письменном отзыве финансовый управляющий ФИО2 возражает против удовлетворения апелляционной жалобы, ссылаясь на законность, обоснованность обжалуемого судебного акта и правомерность выводов суда в обжалуемой части.

20.01.2025 от кредитора ФИО1 поступило ходатайство об обозрении в судебном заседании фото и видеоматериалов представленных на материальном носителе (CD-диск) и приобщении их у материалам дела.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции, проведенном в режиме веб-конференции, кредитор ФИО1 представленное до судебного заседания ходатайство поддержал; по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, настаивал на отмене обжалуемого определения в обжалуемой части. Представитель финансового управляющего настаивал на законности и обоснованности выводов суда, изложенных в обжалуемой части обжалуемого определения.

Рассмотрев ходатайства кредитора ФИО1, суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для обозрения и приобщения к материалам дела дополнительных доказательств на основании частей 2, 3 статьи 268 АПК РФ, поскольку кредитором не обоснована невозможность представления представленных материалов в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, соответственно данные документы не были предметом судебной оценки и не подлежат оценке при рассмотрении апелляционной жалобы. Материальный носитель (CD-диск) подлежит возврату кредитору ФИО1

Принимая во внимание положения части 5 статьи 268 АПК РФ, пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 №12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», а также учитывая отсутствие соответствующих возражений со стороны участвующих в деле лиц, законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверяется судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ только в обжалуемой части (в части освобождения должника от исполнения обязательств и в части размера процентов по вознаграждению установленного финансовому управляющему), в пределах доводов апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела, финансовым управляющим в материалы дела представлен отчет о проведении процедуры реализации имущества гражданина с приложением документов, предусмотренных Законом о банкротстве, из которого следует, что в ходе проведения процедуры реализации имущества должника им проведены следующие мероприятия: проведен анализ финансово-экономического состояния должника, по результатам которого сделаны выводы о невозможности восстановления платежеспособности должника; сделаны выводы об отсутствии признаков фиктивного и преднамеренного банкротства гражданина; предприняты меры по выявлению, формированию, оценке и реализации конкурсной массы.

За время процедуры банкротства гражданина финансовым управляющим направлены уведомления и запросы об имуществе и обязательствах должника в государственные органы и кредитные организации, получены ответы.

Должник состоит в браке с ФИО5, официально не трудоустроен, не является индивидуальным предпринимателем.

В ходе процедуры банкротства выявлены сведения о принадлежащем должнику праве требования (дебиторской задолженности) к ФИО6 в сумме 199 772,72 руб. Основание права требования - Решение Верхнепышминского городского суда Свердловской области от 10.03.2021 №2-47/21. 

Финансовым управляющим получен исполнительный лист, который был направлен на исполнение в Верхнепышминское РОСП; исполнительное производство № 4961/22/66023-ИП возбуждено 18.01.2022.

По заявлению управляющего судом были рассмотрены и признаны обоснованными требования об оспаривании сделок купли-продажи  должника в отношении транспортных средств: Suzuki SWIFT гос. номер 

<

***>, VIN 

<

***>, Renault Koleos, гос. номер 

<

***>, VIN 

<

***>, имущество возвращено в конкурсную массу и реализовано управляющим.

По результатам проведения мероприятий, направленных на взыскание дебиторской задолженности и реализацию имущества должника, в конкурсную массу поступили денежные средства в общей сумме 1 801 772,72 руб.

Реестр требований кредиторов сформирован в общей сумме 7 682 404,17 руб., из них погашено 723 093,86 руб., что составило 9,41% от общей суммы требований включенных в реестр.

Расходы на проведения процедуры банкротства составили, в том числе вознаграждение финансового управляющего 218 272,95 руб., в том числе: вознаграждение финансового управляющего в ходе процедуры реализации имущества гражданина - 25 000 руб., проценты по вознаграждению финансового управляющего 63 062,45 руб., расходы финансового управляющего в ходе реализации имущества гражданина (публикация сообщений о банкротстве, почтовые расходы и пр.) - 130 210,09 руб.

Расходы финансового управляющего в сумме 130 210,09 руб. погашены за счет конкурсной массы.

Согласно ходатайству финансового управляющего о завершении процедуры реализации имущества гражданина все возможные мероприятия реализации имущества должника окончены, восстановление платежеспособности должника, расчеты с кредиторами невозможны. Дальнейшие мероприятия, которые могли бы привести к пополнению конкурсной массы, отсутствуют.

В ходе рассмотрения ходатайства финансового управляющего должника о завершении процедуры реализации имущества и освобождении должника от исполнения обязательств, ФИО1 настаивал на отсутствии оснований для применения к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств, ссылаясь на недобросовестность поведения должника.

Суд первой инстанции, руководствуясь статьей 213.28 Закона о банкротстве и разъяснениями, содержащимися в пунктах 45, 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 №45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 13.10.2015 №45), завершил процедуру реализации имущества гражданина, поскольку установил, что финансовым управляющим проведены все необходимые мероприятия, предусмотренные в процедуре банкротства гражданина. В свою очередь, поскольку анализ финансового состояния должника признаков преднамеренного и фиктивного банкротства не выявил, обстоятельств сокрытия или уничтожения принадлежащего должнику имущества, равно как сообщение им недостоверных сведений финансовому управляющему, совершения действий, отрицательно повлиявших на ход процедуры банкротства не установлено, доказательств противоправности поведения должника как при принятии на себя обязательств, так и при проведении процедур банкротства, в том числе злостного уклонения от погашения своих обязательств либо предоставления заведомо ложных сведений, не представлено, суд исходя из социально-реабилитационной направленности института потребительского банкротства применил в отношении должника положения пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от исполнения обязательств, за исключением обязательств, поименованных в пунктах 5, 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве. Применительно к обстоятельствам данного дела, учитывая объем проделанной управляющим работы, учитывая активную роль кредитора при оспаривании сделок, уменьшил размер стимулирующего вознаграждения в виде процентов (за реализацию транспортных средств до 30 000 руб.).

Судебный акт в части завершения процедуры реализации имущества ФИО4 и перечисления управляющему вознаграждения за проведение процедуры, лицами, участвующими в деле, не обжалуется и судом апелляционной инстанции в соответствующей части не пересматривается.

Предметом апелляционного обжалования является вопрос о применении к должнику правил об освобождении гражданина от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, а также установленного финансовому управляющему размера процентов по вознаграждению.

Изучив материалы дела, в том числе размещенные в электронном виде (kad.arbitr.ru), рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, заявленных в ходе процедур, применяемых в деле о банкротстве, за исключением требований, предусмотренных пунктами 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а также требований, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Из разъяснений, данных в пунктах 45, 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 №45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 13.10.2015 №45), следует, что согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в данном абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац 5 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, пункт 45 постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2015 №45).

В пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве определен перечень обстоятельств, при установлении которых суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств. В частности, освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если: вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина; гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Таким образом, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

Данная позиция также отражена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2017 №304-ЭС17-76.

Освобождение должника от неисполненных им обязанностей зависит от добросовестности его поведения, сотрудничества с судом и финансовым управляющим при проведении процедуры банкротства.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом (абзацы 17, 18 статьи 2 и статьи 213.30 Закона о банкротстве), возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора (статьи 138, 139 АПК РФ, абзаца 19 статьи 2, статьи 213.31 Закона о банкротстве), а также с учетом вышеприведенных разъяснений постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2015 №45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное) суд, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

С учетом изложенного, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при наличии обоснованного заявления участвующего в деле лица о недобросовестном поведении должника либо при очевидном для суда отклонении действий должника от добросовестного поведения суд при рассмотрении дела исследует указанные обстоятельства и ставит на обсуждение вопрос о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

Судебной практикой выработаны критерии, позволяющие разграничить злостное уклонение от погашения задолженности, заключающееся в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения своих дел или стечения жизненных обстоятельств. Признаки злостности уклонения обнаруживаются, помимо прочего, в том, что должник умышленно скрывает свои доходы и имущество, на которое может быть обращено взыскание, совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки, с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором, изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора, противодействует приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству, несмотря на требования кредитора о погашении долга ведет явно роскошный образ жизни (соответствующий подход изложен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2020 по делу № 310-ЭС20-6956).

По смыслу абзаца четвертого пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве само по себе неудовлетворение требования кредитора, в том числе длительное, не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 ГК РФ). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

При этом, несмотря на действие указанной выше презумпции, должник вправе дать пояснения и представлять свои доказательства, обосновывающие его добросовестное поведение при ведении процедуры банкротства. Кроме того, при определении добросовестности поведения должника суду следует принимать во внимание и причину, в результате которой возникла его неплатежеспособность.

Суд апелляционной инстанции считает, что при рассмотрении вопроса о  возможности применения правил об освобождении ФИО4 от дальнейшего исполнения обязательств фактические обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, полно и всесторонне исследованы представленные доказательства.

Фактические обстоятельства по настоящему делу свидетельствуют об отсутствии злостных признаков уклонения должника от исполнения обязательств. 

ФИО4 представлены все запрашиваемые документы, раскрыты запрашиваемые сведения. Доказательств того, что должник злонамеренно сокрыл имущество от финансового управляющего или уклонялся от передачи каких-либо имеющихся у него документов в дело не представлено.

Доказательств того, что отсутствие каких-либо документов помешало пополнению конкурсной массы или обнаружению имущества должника не представлено.

ФИО4 не привлекался к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство.

В результате процедуры реализации были установлены и реализованы все активы должника, требования кредиторов были погашены в общей сумме на 723 093 руб.

ФИО4 в настоящий момент не работает, ухаживает за отцом.

В рассматриваемом случае анализ финансового состояния должника признаков преднамеренного и фиктивного банкротства не выявил. 

Выводы финансового управляющего в деле о банкротстве не оспорены.

Основной задачей института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина – предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, что в определенной степени ущемляет права кредиторов должника. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

При этом отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

Доказательств, объективно свидетельствующих о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам, что являлось бы основанием для неприменения в отношении должника правил об освобождении от долгов, заявителем не представлено. Злостное уклонение должника от исполнения обязательств материалами дела не подтверждено (статьи 9, 65 АПК РФ). Апелляционным судом соответствующие обстоятельства также не установлены.

Представленные финансовым управляющим документы подтверждают, что финансовое положение должника свидетельствует об объективной невозможности погасить имеющуюся кредиторскую задолженность.

При изложенных обстоятельствах, наличие в данном случае совокупности условий для неприменения в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств не доказано.

Учитывая отсутствие в поведении должника цели неправомерного освобождения его от долгов, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для применения к ФИО4 реабилитационной процедуры, предоставляющей возможность восстановления платежеспособности гражданина-должника путем освобождения от долгов.

Рассмотрев доводы и возражения участвующих в деле о банкротстве лиц, в том числе позицию финансового управляющего и кредитора, пояснения должника, оценив собранные по делу доказательства, проверив наличие оснований для освобождения должника от обязательств, учитывая, что надлежащие и достаточные доказательства, свидетельствующие о наличии предусмотренных действующим законодательством обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, отсутствуют, к уголовной (административной) ответственности за неправомерные действия при банкротстве должник не привлекался, факты представления должником финансовому управляющему недостоверных сведений не установлены, признаков преднамеренного и (или) фиктивного банкротства не установлено; сделок, подлежащих оспариванию не выявлено; обстоятельств, свидетельствующих о сокрытии должником своего имущественного или финансового положения, либо совершения им действий, отрицательно повлиявших на ход процедуры банкротства не выявлено, какие-либо иные доказательства, свидетельствующие о наличии обстоятельств, являющихся основанием для неосвобождения должника от исполнения обязательств, не представлены, и доказательства того, что при возникновении или исполнении обязательств, на которых кредитор основывает свое требование в настоящем деле о банкротстве, должник действовал противоправно либо предоставил заведомо ложные сведения, обстоятельства, свидетельствующие об ином злоупотреблении должником своими правами и заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам, также отсутствуют, суд пришел к обоснованным выводам о доказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом наличия совокупности всех необходимых и достаточных оснований для освобождения ФИО4 по результатам процедуры банкротства от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, в то время как надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие данные обстоятельства и свидетельствующие о наличии оснований для неосвобождения должника от исполнения обязательств, не представлены.

По доводам апелляционной жалобы, кредитор в обоснование позиции об отсутствии оснований для применения в отношении должника положений об освобождении от обязательств ссылается, в числе прочего, на отсутствие со стороны должника действий направленных на пополнение конкурсной массы (должник не трудоустроен), фиктивность сделок по реализации автомобилей должника, поскольку они вновь находятся в обладании семьи должника.

При оценке вопроса о сокрытии должником его реального дохода, который не направляется на удовлетворение требований кредиторов, об отсутствии официального трудоустройства должника, тогда как ФИО4 является трудоспособным, коллегия судей исходит из следующего.

В суде первой инстанции должник давал пояснения о причине отсутствия трудоустройства. 

Из пояснений должника и финансового управляющего следует, что  ФИО4 в настоящий момент не работает, ухаживает за отцом, о чем ранее им представлялись соответствующие документы. Семью обеспечивает супруга должника, о чем кредитору ФИО1 также было известно на протяжении всей процедуры и ранее под сомнение не ставилось и не опровергалось, на его запросы, финансовым управляющим представлялись сведения о доходах супруги должника.

Факт отсутствия трудоустройства должника сам по себе не может свидетельствовать о том, что должник в ходе процедуры реализации имущества скрывает свои доходы. Отсутствие достаточной прозрачности в вопросе об источниках жизнеобеспечения и трудоспособный возраст должника сами по себе не могут являться основанием для неприменения в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами.

Отклоняя позицию кредитора по сути о фиктивности сделок по реализации автомобилей должника, поскольку они вновь находятся в обладании его семьи, апелляционная коллегия отмечает, что сделки по реализации имущества должника, в том числе по мотиву приобретения имущества лицами в интересах самого должника, в ходе процедуры банкротства не оспаривались, недействительными не признаны. Соответственно доводы кредитора со ссылкой на обстоятельства сохранения имущества во владении семьи должника не имеют правового значения для разрешения вопроса о наличии/отсутствии оснований для освобождения должника от обязательств. Доход от реализации транспортных средств должника поступил в конкурсную массу.

В целом, позиция заявителя апелляционной жалобы сводится к отсутствию оснований для освобождения ФИО4 от исполнения обязательств и признается апелляционным судом несостоятельной, поскольку судом первой инстанции при разрешении вопроса о завершении процедуры реализации имущества должника не установлено предусмотренных пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве оснований, являющихся препятствием к освобождению должника-гражданина от дальнейшего исполнения обязательств. Коллегия апелляционного суда отмечает, что доказательств недобросовестного поведения со стороны должника, в том числе с апелляционной жалобой, представлено не было, поэтому оснований для переоценки выводов суда о наличии предусмотренных пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве оснований для освобождения ФИО4 от исполнения обязательств, не имеется.

Из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.10.2022 №307-ЭС22-12512 по делу №А05-11/202 следует, что принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Применительно к обстоятельствам настоящего дела о банкротстве установленные судом первой инстанции факты не свидетельствуют об очевидном и явном отклонении действий должника как участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Какие-либо доказательства наличия предусмотренных законом обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, отсутствуют, в то время как кредитор, приводя доводы об обратном, должным образом их не обосновывает.

В рассматриваемой ситуации, суд апелляционной инстанции исходя из социально-реабилитационной направленности института потребительского банкротства, соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии в поведении должника цели неправомерного освобождения от долгов и необходимости не применения к нему реабилитационной процедуры предоставляющей возможность восстановления платежеспособности гражданина-должника путем освобождения от долгов.

Кроме того, предметом апелляционного обжалования являются выводы суда по требованию финансового управляющего об установлении процентов по вознаграждению финансового управляющего в размере 63 062 руб. 45 коп., составляющего 7% за реализацию имущества должника.

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества. 

Вознаграждение финансовому управляющему выплачивается в размере фиксированной суммы и суммы процентов, установленных статьей 20.6 названного Закона, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей (статья 213.9 Закона о банкротстве).

В связи с этим, а также с учетом того, что правовая природа вознаграждения арбитражного управляющего носит частноправовой встречный характер (пункт 1 статьи 328 ГК РФ), применительно к абзацу третьему пункта 1 статьи 723 и статье 783 ГК РФ, если арбитражный управляющий ненадлежащим образом исполнял свои обязанности, размер причитающихся ему фиксированной суммы вознаграждения и процентов по вознаграждению может быть соразмерно уменьшен. Бремя доказывания ненадлежащего исполнения управляющим своих обязанностей лежит на лице, ссылающемся на такое исполнение.

Право финансового управляющего на получение процентов по вознаграждению в процедуре реализации имущества должника предусмотрено пунктами 1, 3 и 17 статьи 20.6, пункта 3 статьи 213.9 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 3 статьи 20.6 названного Закона вознаграждение, выплачиваемое арбитражному управляющему в деле о банкротстве, состоит из фиксированной суммы и суммы процентов.

Согласно пункту 3 статьи 213.9 Закона о банкротстве, вознаграждение финансовому управляющему выплачивается в размере фиксированной суммы и суммы процентов, установленных статьей 20.6 данного закона, с учетом особенностей, предусмотренных данной статьей.

В соответствии с пунктом 17 статьи 20.6 Закона о банкротстве, сумма процентов по вознаграждению финансового управляющего, в случае введения процедуры реализации имущества гражданина, составляет семь процентов размера выручки от реализации имущества гражданина и денежных средств, поступивших в результате взыскания дебиторской задолженности, а также в результате применения последствий недействительности сделок. Данные проценты уплачиваются финансовому управляющему после завершения расчетов с кредиторами.

Из смысла приведенных выше норм права о выплате стимулирующего вознаграждения в виде процентов напрямую связано с пополнением конкурсной массы в результате действий финансового управляющего.

Судом установлено и из материалов дела следует, что по результатам проведения мероприятий, направленных на взыскание дебиторской задолженности и реализацию имущества должника, в конкурсную массу поступили денежные средства в общей сумме 1 801 772 руб. 72 коп. 

Согласно представленному расчету размер процентов по вознаграждению финансового управляющего по делу о банкротстве должника ФИО4 составил 63 062,45 руб. (1 801 772,72 руб. (выручка от продажи имущества, совместно нажитого с супругой) / 2 * 7 %). Расчет процентов судом проверен и признан верным.

Вместе с тем, применительно к обстоятельствам данного конкретного дела, учитывая объем проделанной управляющим работы, учитывая активную роль кредитора при оспаривании сделок, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о необходимости уменьшения процентного вознаграждения от реализации транспортных средств до 30 000 руб.

Оснований не согласиться с данным выводом, у суда апелляционной инстанции не имеется; оснований для дальнейшего снижения размера процентов по вознаграждению у суда первой инстанции не имелось, апелляционным судом не установлено.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что доводы о несогласии кредитора с размером процентов, изложенные в апелляционной жалобе, по сути, повторяют доводы, заявленные в суде первой инстанции, которые были рассмотрены судом и правомерно отклонены. Заявленные доводы выражают несогласие заявителя с произведенной судом оценкой установленных по делу обстоятельств и содержат его собственное мнение относительно данных обстоятельств, по существу направлены на переоценку установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, которые являлись предметом исследования по делу и получили надлежащую правовую оценку.

Какие-либо доказательства в опровержение выводов суда заявителем жалобы не представлены (статья 65 АПК РФ).

По существу, основанием для обращения с апелляционной жалобой, явилось несогласие кредитора с принятым судом решением о принятии по результатам завершения процедуры банкротства правил об освобождении должника от долгов, что при отсутствии доказательств недобросовестности должника, не может являться основанием для отмены или изменения обжалуемого определения.

Доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт в обжалуемой части, апелляционная жалоба не содержит, суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал материалы дела, дал им правильную оценку (с учетом их достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности, в соответствии со статьей 71 АПК РФ) и не допустил нарушения норм материального и процессуального права.

При таких обстоятельствах оснований для отмены обжалуемого определения суда в обжалуемой части не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Излишне уплаченная ФИО7 государственная пошлина по апелляционной жалобе в сумме 5000 руб. подлежит возврату из федерального бюджета (статья 104 АПК РФ).

Руководствуясь статьями 104, 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 14 ноября 2024 года по делу № А60-46253/2021 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Возвратить ФИО1 (ИНН 

<

***>) из федерального бюджета излишне уплаченную государственную пошлину по апелляционной жалобе в сумме 5000 (Пять тысяч) рублей, оплаченную через мобильное приложение Сбербанк Онлайн по чеку по операции от 14.12.2024 (идентификатор платежа (СУИП) 560871329043ONZG).

 Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

Т.С. Нилогова 

Судьи

Л.М. Зарифуллина 

Л.В. Саликова