ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-43618/2017

07 ноября 2022 года

г. Санкт-Петербург

/суб.2

Резолютивная часть постановления объявлена  04 октября 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  07 ноября 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи М.Г. Титовой,

судей Н.А. Морозовой, И.Ю. Тойвонена,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии представителя конкурсного управляющего ЗАО «СМУ-11 Метрострой» ФИО2 (по доверенности от 03.10.2022), представителя ФИО3 - ФИО4 (по доверенности от 16.09.2021), представителя УФНС России по Санкт-Петербургу ФИО5 (по доверенности от 28.01.2022), представителя ФИО6 - ФИО7 (по доверенности от 03.11.2020),

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-24686/2022) конкурсного управляющего ЗАО «СМУ-11 Метрострой» на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.06.2022 по обособленному спору № А56-43618/2017/суб.2 (судья Рычкова О.И.), принятое по заявлению конкурсного управляющего ЗАО «СМУ-11 Метрострой» о привлечении ФИО6, ФИО3, ОАО «Метрострой», ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «СТРОИТЕЛЬНОМОНТАЖНОЕ УПРАВЛЕНИЕ-11 Метрострой», 

 

установил:

федеральная налоговая служба 20.06.2017 обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ЗАО «СМУ-11 Метрострой» несостоятельным (банкротом) (далее по тексту – должник, Общество).

Определением арбитражного суда от 26.06.2018 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО12.

Решением арбитражного суда от 12.04.2019 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО13.

В рамках дела о банкротстве 04.09.2020 конкурсный управляющий должником ФИО13 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО6, ФИО3, ОАО «Метрострой» солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО СМУ-11 Метрострой».

Определением арбитражного суда от 13.11.2020 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен временный управляющий ОАО «Метрострой» ФИО14.

Определением арбитражного суда от 01.03.2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.08.2021, в удовлетворении заявления с учетом дополнения о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, конкурсному управляющему отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 21.12.2021 определение суда от 01.03.2021 и постановление апелляционного суда от 11.08.2021 отменены в части отказа в привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности, в отмененной части дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Определением арбитражного суда от 18.06.2022 конкурсному управляющему ЗАО «СМУ-11 Метрострой» ФИО13 в удовлетворении заявления о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «СМУ-11 Метрострой» отказано.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий должником просит указанное определение отменить как необоснованно и принятое с нарушением норм материального и процессуального права, повторяя позицию, изложенную в суде первой инстанции, ссылаясь на то, что поскольку задолженность уполномоченного органа, основанная на решении о привлечении к ответственности, составляет 69, 18 процентов, полагал, что в данном случае должна применяться презумпция, предусмотренная подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. 

В отзыве на апелляционную жалобу ответчик ФИО3 просил обжалуемое определение оставить без изменения, ссылаясь на недоказанность наличия причинно-следственной связи между сделками должника и объективным банкротством, а также на отсутствие сведений о том, что он в период с 11.08.2017 по 12.04.2019 (дата введения конкурсного производства) совершал действий, направленные на вывод активов должника, сделав, тем самым, невозможным погашение требований кредиторов.

В заседании суда апелляционной инстанции стороны и их представители поддержали ранее изложенные позиции.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. 

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем в порядке статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

Как видно из дела, заявление конкурсного управляющего должником обосновывается положениями статьи 61.11 Закона о банкротстве, согласно которой, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. 

По мнению заявителя, ответчик ФИО3, как контролирующее должника лицо, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании норм главы III.2 Закона о банкротстве. 

В качестве оснований для привлечения ответчика ФИО3 к субсидиарной ответственности как контролирующего должника лица и бывшего руководителя конкурсный управляющий указывает на то, что ФИО3 в период с 27.06.2006 и по 16.04.2019 являлся единоличным исполнительным органом (генеральным директором) должника; с момента создания должника и по настоящее время ФИО3 является акционером Общества и владеет 61 из 120 акций должника, что составляет 51% процент от общего количества акций должника; также ответчик  ФИО3 является членом совета директоров ОАО «Метрострой»; решением ФНС от 28.12.2015 № 16/14405 установлено совершение ФИО3 действий по выводу активов должника (оборотных денежных средств), причинивших ущерб бюджету в виде неуплаченных налогов в общем размере 720 954 518 руб., повлекших впоследствии банкротство должника. 

По мнению конкурсного управляющего, ФИО3 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности за доведение должника до банкротства.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

В силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ. 

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве. 

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Поскольку события, повлекшие за собой несостоятельность (банкротство) Общества, с которыми конкурсный управляющий связывает банкротство должника в виде заключения сделок с ЗАО «УНР-32», ООО «УНР-32» и ООО «Балтийская группа» имели место в 2011-2013 года, то к спорным правоотношениям подлежат применению нормы в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Исходя из разъяснений пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

В настоящем заявлении конкурсный управляющий ссылается на то, что ФИО3 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности за доведение должника до банкротства вследствие заключения сделок, совершённых между должником и ЗАО «УНР-32», ООО «УНР-32» и ООО «Балтийская группа» в 2011-2013 годах, ссылаясь на то, что вышеуказанные организации перечисляли денежные средства другим обществам, которые также не вели предпринимательскую деятельность и в дальнейшем денежные средства перечислялись на счета иностранных контрагентов. Конкурсный управляющий ФИО13 сделал вывод о том, что данные организации (ЗАО «УНР-32», ООО «УНР-32» и ООО «Балтийская группа») создавались как «транзитные» с целью использования их должником в конкретной «схеме» вывода денежных средств.

Как следует из самого решения налогового органа от 28.12.2015 № 16/14405, основанием для его принятия послужили выводы о том, что Общество неправомерно относило в состав расходов для целей налогообложения прибыли расходы и принимало в составе вычетов по НДС суммы НДС по договорам, заключенным с ЗАО «УНР-32», ООО «УНР-32» и ООО «Балтийская группа» в 2011-2013 годах.

При рассмотрении дела судом установлено, что данный ответчик являлся в период с 27.06.2006 по 16.04.2019 генеральным директором должника и его мажоритарным акционером, соответственно,  он является контролирующим должника лицом, относится к лицам, ответственным за ведение финансово-хозяйственной деятельности, и может быть привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за причиненные им убытки.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Контролирующее должника лицо не отвечает за вред, причиненный имущественным правам кредиторов, если докажет, что действовало добросовестно и разумно в интересах должника. 

Поскольку вменяемые ответчику действия совершены в период с 2011 по 2013 годы (заключение сделок с ЗАО «УНР-32», ООО «УНР-32» и ООО «Балтийская группа»), то в данном случае подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137, по которому к материальным правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению редакция Закона о банкротстве, действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности (статья 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ). 

В то же время, учитывая тот факт, что предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ) основание для привлечения к субсидиарной ответственности как причинение вреда имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона о банкротстве основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума № 53, может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ.

При рассмотрении дела судом установлено, что вступившим в законную решением Московского районного суда СанктПетербурга по делу № 2-1244/2019 удовлетворен иск ФНС России к ФИО3 о возмещении вреда, заявленный в порядке статей 15, 1064 и 1068 ГК РФ, в связи с тем, что Общество неправомерно относило в состав расходов для целей налогообложения прибыли расходы и принимало в составе вычетов по НДС суммы НДС по договорам, заключенным с ЗАО «УНР-32», ООО «УНР-32» и ООО «Балтийская группа» в 2011-2013 годах.

Разрешая спор, суд первой инстанции не усмотрел оснований для привлечения ответчика ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 20 постановления Пленума № 53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Судом первой инстанции установлено, что по результатам налоговой проверки и в рамках рассмотрения дела № А 56-27787/2016 об оспаривании решения налогового органа, выявлены факты заключения должником договоров подряда на выполнение строительно-монтажных работ, в том числе, с ОАО по строительству метрополитена в Санкт-Петербурге «Метрострой», ЗАО «РСУ-103», ЗАО «Советник», привлечения для выполнения комплекса строительных работ  на указанных объектах подрядчиков ЗАО «УНР-32», ООО «УНР-32», ООО «Балтийская группа».

Поскольку все описанные в исполнительной документации работы, выполнение которых якобы было поручено ЗАО «УНР-32», ООО «УНР-32», ООО «Балтийская группа», в действительности выполнялись должником собственными силами, суд пришел к выводу об извлечении должником необоснованной налоговой выгоды. 

Установив, что какие-либо средства указанным лицам не перечислялись, активы в их пользу не выводились, а целью заключения указанных договоров было незаконное уклонение от уплаты налогов, которые впоследствии были доначислены решением налогового органа от 28.12.2015 №16/14405, суд пришел к выводу о том, что действия ответчика как руководителя должника по заключению договоров с ЗАО «УНР-32», ООО «УНР-32», ООО «Балтийская группа» сами по себе не причинили какого-либо вреда должнику.

При изложенных обстоятельствах суд пришел к выводу о том, что действиями ответчика не были причинены какие-либо убытки должнику посредством заключения договоров с ЗАО «УНР-32», ООО «УНР-32», ООО «Балтийская группа», сверх тех, которые были взысканы в рамках рассмотрения иска ФНС России к ответчику по делу № 2-1244/2019.

Одновременно суд учел содержание бухгалтерского баланса должника, составленного по состоянию на 31.12.2015 после того, как налоговым органом было произведено доначисление неуплаченных налогов, согласно которому активы должника составляли 1 663 964 000 руб., нераспределенная прибыль – 661 516 000 руб., кредиторская задолженность - 866 293 000 руб.; по состоянию на 31.12.2016, то есть на дату принятия решения налогового органа от 28.12.2015 №16/14405, согласно которому величина активов должника составляла 1 767 928 000 руб., включая стоимость основных средств в размере 47 357 000 руб., стоимость запасов в размере 678 022 000 руб., дебиторская задолженность в сумме 970 673 000 руб., а также была учтена кредиторская задолженность должника перед налоговым органом в размере 1 015 037 848,68 руб.

Достоверность бухгалтерской отчетности Общества за 2015 и 2016 годы подтверждена аудиторскими заключениями, выполненными ООО «Аудиторская фирма «ПолитехАудит» от 25.03.2016, от 02.02.2017. 

Суд первой инстанции также принял во внимание информацию о финансовом состоянии должника за 2015 и 2016 годы, предоставляемую в рамках общих собраний акционеров, свидетельствующую об отсутствии у должника признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в указанные периоды.

Установив, что договоры между должником и ЗАО «УНР-32», ООО «УНР-32», ООО «Балтийская группа» не были оспорены, заключены за четыре года до возбуждения дела о несостоятельности должника, в течение которых последний осуществлял обычную хозяйственную деятельность, имея значительные активы, пришел к выводу о том, что данные сделки не привели к объективному банкротству должника, а также о недоказанности конкурсным управляющим факта того, что ответчиком были совершены какие-либо иные действия, причинившие вред имущественным правам и интересам кредиторов должника в общем размере 777 897 178,17 руб., исходя из того, что общий объем задолженности перед кредиторами равен 1 730 324 873,17 руб., а ответчик привлечен к ответственности перед должником в виде убытков на сумму 952 427 695 руб.

Проанализировав отчет конкурсного управляющего по состоянию на 16.12.2021, установив, что в ходе конкурсного производства в 2018 году активы должника составляли 1 648 248 000 руб., в том числе 19 963 000 руб. основные средства, 54 856 000 руб. отложенные налоговые активы, 836 435 000 руб. запасы, 735 400 000 руб. дебиторская задолженность, 275 000 руб. финансовые вложения, суд указал на достаточность в указанный период имевшегося у должника имущества для расчетов с кредиторами по обязательствам Общества, поскольку 952 427 695 руб. из них являются личными обязательствами ответчика ФИО3 и ФИО15 перед уполномоченным органом.

С учетом данных установленных фактов, в отсутствие доказательств того, что ответчик ФИО3 в период с 11.08.2017 по 12.04.2019 совершал какие-либо действия, направленные на вывод активов должника, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения указанного лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

Суд апелляционной инстанции полагает возможным согласиться с выводом суда о том, что указанные сделки не привели к банкротству должника, поскольку в деле отсутствуют доказательства наличия причинно-следственной связи между сделками должника с ЗАО «УНР-32», ООО «УНР-32» и ООО «Балтийская группа» и объективным банкротством Общества.

Согласно позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.06.2021 № 307-ЭС21-29 по делу № А56-69618/2019, субсидиарная ответственность контролирующего лица, предусмотренная пунктом 1 статьи 61.11 действующей редакции Закона о банкротстве (пунктом 4 статьи 10 прежней редакции Закона), по своей сути является ответственностью данного лица по собственному обязательству - обязательству из причинения вреда имущественным правам кредиторов, возникшего в результате неправомерных действий (бездействия) контролирующего лица, выходящих за пределы обычного делового риска, которые явились необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов (обесцениванию их обязательственных прав). Правовым основанием иска о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности выступают, помимо прочего, правила о деликте, в том числе закрепленные в статье 1064 ГК РФ.

Таким образом, исполнительные органы могут быть привлечены к ответственности не только в виде взыскания убытков, связанных с налоговыми правонарушениями, в случае просрочки уплаты налогов либо при доказанности их непосредственной вины в доначислении налогов, но и не исключается возможность привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за совершение действий, в результате которых должник признан несостоятельным банкротом.

Доводы апелляционной жалобы отклоняются судебной коллегией как несостоятельные, поскольку то обстоятельство, что взысканный с ответчика ущерб не покрывает сумму реестра требований кредиторов, не влечет автоматического привлечения ответчика ФИО3 к субсидиарной ответственности, поскольку конкурсным управляющим не доказана причинно-следственная связь между указанными сделками, совершенным в 2011-2013 годах, и объективным банкротством Общества, баланс которого по состоянию на 31.12.2016 отражал наличие активов, существенно превышающих кредиторскую задолженность.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 16 Постановления № 53, поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Анализ показателей активов Общества за 2015, 2016 и 2018 годы свидетельствует о том, что в указанный период времени эти показатели находились в пределах сопоставимых величин и резкого уменьшения активов, которое влекло бы за собой причинение имущественного ущерба кредиторам и делало невозможным погашение их требований, не имелось. 

Разрешая спор, суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, оснований для его отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.06.2022 по обособленному спору № А56-43618/2017/суб.2 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

М.Г. Титова

 

Судьи

 

Н.А. Морозова

 

 И.Ю. Тойвонен