ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения,

не вступившего в законную силу

 

27 ноября 2018 года                                                                               Дело № А55-9210/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 23 ноября 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 27 ноября 2018 года.

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сафаевой Н.Р.,

судей Александрова А.И., Садило Г.М.,

при ведении протокола помощником судьи Холмецкой Е.А.,

с участием:

от финансового управляющего ФИО1 ФИО2 - представителя ФИО3 по доверенности от 19.07.2018,

от ФИО4 - представителя ФИО5 по доверенности от 13.06.2018 № 63 АА 4870673,

от УФНС России по Самарской области - представителя ФИО6 по доверенности от 05.03.2018 № 19-29/0226,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале № 4 апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО1 ФИО2 на определение Арбитражного суда Самарской области от 04.09.2018, вынесенное по заявлению финансового управляющего ФИО2 (вх.№ 97764 от 13.06.2018) к ФИО4 об оспаривании сделки должника по делу № А55-9210/2017 (судья Якимова О.Н.) о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 ( ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>), 

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Самарской области от 09.06.2017 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) гражданки ФИО1.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 23.01.2018 ФИО1 признана несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев. Финансовым управляющим должником утвержден ФИО2.

Финансовый управляющий ФИО2 обратился в Арбитражный суд Самарской области с заявлением (вх. № 97764 от 13.06.2018) о признании недействительным пункта 3.3 договора купли-продажи здания и земельного участка от 23.07.2014, заключенного между ФИО1 и ФИО4. При подаче заявления финансовый управляющий ходатайствовал об истребовании у ФИО4 документов, подтверждающих полную оплату по договору купли-продажи здания и земельного участка б/н от 23.07.2014.

Одновременно финансовый управляющий отдельно в письменном виде обратился с аналогичным ходатайством об истребовании доказательств (вх. № 97808 от 13.06.2018).

Определениями Арбитражного суда Самарской области от 15.06.2018 заявления арбитражного управляющего приняты к производству, назначены судебные заседания по их рассмотрению.

Протокольным определением суда от 25.07.2018 поданные арбитражным управляющим заявления объединены для совместного рассмотрения.

20.08.2018 протокольным определением суда в удовлетворении ходатайства об истребовании документов отказано.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 04.09.2018 в удовлетворении заявления о признании части сделки недействительной отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом от 04.09.2018, арбитражный управляющий обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение, признать недействительным пункт 3.3 договора купли-продажи здания и земельного участка от 23.07.2014, заключенного между ФИО1 и ФИО4.

Заявитель апелляционной жалобы полагает, что обжалуемый судебный акт подлежит отмене  в связи с недоказанностью имеющих значение для дела обстоятельств, а также нарушением и неправильным применением норм материального права.

В частности, по мнению заявителя, суд необоснованно посчитал доказанным факт оплаты ответчиком имущества, подтвержденный распиской, в отсутствии доказательств наличия финансовой возможности покупателя, а также сведений о том, как полученные средства были истрачены должником.

Кроме этого суд необоснованно отклонил довод заявителя о том, что ФИО1 должна была и могла предвидеть, что у нее возникнут налоговые обязательства, исполнение которых будет затруднено в связи с включением в договор оспариваемого условия, связанного с отказом продавца от предусмотренного законом обеспечения исполнения денежного обязательства со стороны покупателя.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель заявителя апелляционной жалобы, представитель уполномоченного органа поддержали апелляционную жалобу по доводам, изложенным в ней.

Представитель ФИО4 возражала против удовлетворения апелляционной жалобы по доводам, изложенным в представленном в материалы дела отзыве на апелляционную жалобу.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены или изменения судебного акта, принятого арбитражным судом первой инстанции.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X данного Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

Из материалов дела следует, что 23.07.2014 ФИО1 заключила с ФИО4  договор купли продажи здания и земельного участка, расположенных по адресу: Самарская обл., г. Тольятти, Центральный район, ул. Гагарина, д. 14. Цена недвижимости, согласно условиям договора, составила 36 230 000 рублей.

В соответствии с пунктом 3.2 договора цена объектов в размере 36 230 000 рублей подлежала оплате не позднее одного месяца со дня выдачи документов, с отметкой о состоявшемся переходе права собственности на объекты в пользу покупателя, назначенного органом, осуществляющим государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Таким образом, условия заключенного сторонами договора предусматривали отсрочку платежа за переданный по договору товар, то есть предполагали продажу товара в кредит.

Порядок оплаты товара, проданного в кредит, регламентирован нормами статьи 488 Гражданского кодекса Российской Федерации, которыми предусмотрено, что в случае, когда договором купли-продажи предусмотрена оплата товара через определенное время после его передачи покупателю, покупатель должен произвести оплату в срок, предусмотренный договором, а если такой срок договором не предусмотрен, в срок, определенный в соответствии со статьей 314 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 5 статьи 488 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено общее правило о том, что если иное не предусмотрено договором купли-продажи, с момента передачи товара покупателю до его оплаты товар, проданный в кредит, признается находящимся в залоге у продавца для обеспечения исполнения покупателем его обязанности по оплате товара.

Заключая договор купли-продажи от 23.07.2014, стороны включили в него пункт 3.3, которым определили, что право залога в пользу продавца до момента оплаты не возникает.

Полагая, что включение в договор условия об отсутствии у должника права залога на имущество до момента его оплаты покупателем свидетельствует о недобросовестности и неразумности действий ФИО1, финансовый управляющий обратился в суд с заявлением о признании пункта 3.3. договора недействительным на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

При этом в пункте 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» установлено, что пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции этого Федерального закона) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции названного Федерального закона).

Учитывая, что сделка совершена должником-гражданином 23.07.2014, т.е. до 01.10.2015, финансовый управляющий в качестве правового основания для оспаривания сделки указал нормы статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом. При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу.

В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение уполномоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Таким образом, по смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц. При этом наличие данных обстоятельств должен доказать заявитель.

Оспаривая сделку по статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, финансовый управляющий указал на то, что ее стороны по сути заявили добровольный отказ от обеспечения исполнения обязательства по оплате покупателем переданного ему по договору имущества, лишив тем самым продавца гарантий надлежащей оплаты, а кредиторов продавца - права рассчитывать на исполнение должником обязательств перед кредиторами.

В ходе апелляционного производства было установлено, что по результатам проведенной камеральной налоговой проверки в отношении ФИО1  выявлен факт декларирования налогоплательщиком дохода физического лица за 2014 год с отражением реализации недвижимого имущества с суммой дохода от его продажи в размере 36 230 000 рублей.

ФИО1, будучи налогоплательщиком, применяющим упрощенную систему налогообложения с объектом налогообложения «доход» по ставке налога 6%, исчислила сумму налога по УСН за 2014 год в размере 759 320 рублей и оплатила ее в бюджет соответствующего уровня. При этом в декларации по единому налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения, за 2014 год ФИО1 выручку от реализации недвижимого имущества по спорной сделке не отразила.

Налоговый орган, установив в ходе камеральной проверки факт использования налогоплательщиком реализованной недвижимости в предпринимательской деятельности налогоплательщика, исходил из того, что выручку от реализации следует рассматривать как доход от предпринимательской деятельности, а значит, данную сумму необходимо было включить в налоговую базу  для уплаты налога по УСН, а не НДФЛ, как это было сделано налогоплательщиком. Таким образом, ФИО1 неправомерно был заявлен вычет, установленный пп.1 п.1 ст. 220 или п. 17.1 ст. 217 Налогового кодекса Российской Федерации.

По расчету налогового органа по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения, за 2014 год сумма исчисленного налога составила 2 953 848 рублей. В нарушение п.1 ст. 346.15 и п. 6 ст. 346.18 Налогового кодекса Российской Федерации сумма налога в размере 2 173 800 рублей ФИО1 не была исчислена и не была оплачена.

Указанное послужило основанием для принятия налоговым органом решения № 20538 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 13.08.2015, решения №16354 о взыскании налога, пени и штрафа за счет денежных средств на счетах налогоплательщика в банках от 11.12.2015, которыми постановлено взыскать с ФИО1 неуплаченный налог в сумме 2 173 800 рублей, начисленные пени в сумме 62 768 рублей 48 копеек и штраф в сумме 434 760 рублей, решения № 2132 и постановления №2122 от 28.11.2016 о взыскания налога, пени и штрафа за счет имущества налогоплательщика.

В последующем Межрайонная ИФНС № 2 по Самарской области в связи с неуплатой ФИО1 доначисленного налога, пеней и штрафа обратилась в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о признании налогоплательщика несостоятельным (банкротом) и включении в реестр требований кредиторов должника требование налогового органа в размере 2 671 328 рублей.

Определением от 19.09.2017 в рамках дела №А55-9210/2017 заявление Межрайонной ИФНС № 2 по Самарской области о признании несостоятельным (банкротом) гражданки ФИО1 было признано обоснованным; в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Требования Межрайонной ИФНС № 2 по Самарской области включены в реестр требований кредиторов ФИО1 в состав третьей очереди в размере 2 671 328 рублей 48 копеек.

Финансовый управляющий ФИО1, обращаясь в суд с заявлением об оспаривании условий сделки должника, утверждает, что в результате совершения такой сделки были нарушены права налогового органа, который  лишен возможности получения реального исполнения своих требований в отношении должника по уплате обязательных платежей и санкций. При этом финансовый управляющий заявил, что приобретатель по сделке ФИО4 не произвел расчеты с ФИО1 за приобретенное имущество, а отсутствие права залога у продавца на проданное в кредит имущество лишает возможности обращения взыскания на такое имущество.

Согласно части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном названным Кодексом.

Защита гражданских прав осуществляется способами, перечисленными в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также иными способами, предусмотренными в законе.

Истец свободен в выборе способа защиты своего нарушенного права, однако, избранный им способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и спорного правоотношения, характеру нарушения.

В тех случаях, когда закон предусматривает для конкретного правоотношения определенный способ защиты, то лицо, обращающееся в суд, вправе воспользоваться именно этим способом защиты.

При этом избранный заявителем способ судебной защиты нарушенного права должен соответствовать содержанию нарушенного права и характеру нарушения, а в результате применения соответствующего способа судебной защиты нарушенное право должно быть восстановлено.

Ненадлежащий способ защиты является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Нормы пункта 3 статьи 488 Гражданского кодекса Российской Федерации для случаев уклонения покупателя, получившего товар, проданный в кредит, от исполнения обязанности по его оплате в установленный договором срок, предусматривают два способа защиты, соответствующих характеру нарушенного права, - 1) требование об оплате переданного товара, 2) требование о возврате неоплаченного товара.

Такой способ защиты, как признание недействительным условия договора купли-продажи, связанного с освобождением товара от залогового обременения, не предусмотрен нормами Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве способа защиты для восстановления нарушенного права, вызванного уклонением покупателя от оплаты переданного ему товара, проданного в кредит.

В ходе апелляционного производства было установлено, что финансовый управляющий должника, заявляющий о нарушении прав в результате неоплаты проданного имущества, воспользовался надлежащим способом защиты и предъявил в Ставропольский районный суд Самарской области иск к ФИО4 о расторжении договора купли-продажи здания и земельного участка от 23.07.2014 в связи с существенным нарушением его условий со стороны покупателя и обязании ФИО4 возвратить продавцу в лице его финансового управляющего переданное по сделке имущество - здание гостиницы «Волга» и земельный участок, ставшие предметом заключенного договора. В настоящее время данный судебный спор находится на рассмотрении Центрального районного суда города Тольятти.

Таким образом, финансовый управляющий должника одновременно выразил волеизъявление на восстановление права залога на имущество через оспаривание части сделки должника в рамках настоящего обособленного спора и волеизъявление на расторжение договора купли-продажи и возврат переданного по договору имущества в рамках заявленного иска в суд общей юрисдикции. Указанные способы защиты, одновременно избранные финансовым управляющим для защиты нарушенных прав кредитора должника,  не соотносятся между собой, учитывая различный правовой результат, который может быть достигнут в случае их реализации.

В процессе рассмотрения апелляционной жалобы представитель кредитора (налогового органа), в интересах которого фактически было заявлено финансовым управляющим  о недействительности части сделки, не смог подтвердить суду наличие причинно-следственной связи между включением в договор оспариваемого условия  и причинением ущерба правам кредитора, а также не смог дать пояснения о том, каким образом  будут восстановлены его права в случае удовлетворения заявленного требования.

В нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявителем также не представлено доказательств, подтверждающих совершение договора купли-продажи с незаконной целью или незаконными средствами, с намерением причинить вред правам и интересам кредитора.

К числу основных начал гражданского законодательства относится свобода договора (пункт 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 4 статьи 421 названного кодекса условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.

Таким образом, в силу принципа свободы договора стороны вправе согласовать любое условие договора, которое не противоречит нормам закона.

В силу закона (пункт 5 статьи 488 Гражданского кодекса Российской Федерации) право залога на переданный товар возникает о продавца товара, проданного в кредит, если иное не предусмотрено договором купли-продажи.

Из приведенных правовых норм в их системном истолковании с принципом свободы договора следует, что стороны договора купли-продажи вправе по своему усмотрению обременять либо не обременять такой товар залоговыми правами продавца.

Пунктом 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» не исключается возможность ситуаций, когда злоупотребление правом допущено обеими сторонами договора, недобросовестно воспользовавшимися свободой определения договорных условий в нарушение охраняемых законом интересов третьих лиц или публичных интересов. Однако учитывая законодательно установленную презумпцию добросовестности сторон сделки, воспользовавшихся принципом свободы договора, заинтересованное лицо обязано опровергнуть такую презумпцию путем доказывания того факта, что стороны сделки злоупотребили правом  в целях причинения ущерба интересам третьих лиц.

Как было указано выше, таких доказательств финансовый управляющий в материалы дела не представил.

Стороны сделки, напротив, утверждали, что включая в договор оспариваемое условие, не преследовали каких-либо противоправных целей, умысла на вывод активов должника без предоставления равноценного встречного представления у них не имелось, ущерб налоговому органу реализация данного условия договора причинить не могла постольку, поскольку расчеты за переданное имущество были произведены покупателем полностью. В подтверждение названных утверждений ФИО4 представил в материалы дела копию расписки от 07.08.2014 о передаче им ФИО1 денежных средств в сумме 36 230 000 рублей в счет оплаты приобретенного имущества, состоящего из здания гостиницы «Волга» и земельного участка, на котором расположена гостиница, а также справки о доходах физического лица ФИО4 за 2011, 2012, 2013г.г., свидетельствующие о получении им дохода в общей сумме 28 267 460 рублей 45 копеек в 2011 году, 3 351 410 рублей 29 копеек в 2012 году, 11 989 916 рублей 27 копеек в 2013 году. Доходы, полученные ФИО4 в течение трех лет, предшествовавших дате совершения сделки, подтверждают платежеспособность покупателя.

Сомнения финансового управляющего в достоверности расписки от 07.08.2014, основанные лишь на том, что оригинал расписки был подвергнут ламинированию,  сами по себе не опровергают удостоверенного распиской факта. Заявлений о фальсификации доказательства в рамках настоящего обособленного спора финансовым управляющим в установленном порядке сделано не было, представленная копия расписки из числа доказательств по делу не исключена, в связи с чем суд первой инстанции, оценивая совокупность представленных в материалы дела доказательств, пришел к выводу об исполнении покупателем принятых на себя по договору обязательств по оплате переданного ему товара, в связи с чем не нашел оснований для признания оспариваемого условия договора недействительным.

Ссылки финансового управляющего на повышенный стандарт доказывания, предъявляемый к сторонам сделки при подтверждении факта передачи наличных денежных средств, который предполагает, по мнению финансового управляющего, обязанность ФИО4 подтвердить место нахождения и сохранность полученных им в качестве дохода за 2011-2012г.г. денежных средств впредь до произведенного расчета с ФИО1, а также обязанность ФИО1 раскрыть, каким образом ею были истрачены полученные средства, суд апелляционной инстанции признает ошибочными. Указанный заявителем апелляционной жалобы принцип распределения бремени доказывания установлен для случаев предъявления кредитором требования к должнику, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, в рамках обособленных споров о включении требования в реестр требований кредиторов. В данном случае предметом обособленного спора является требование об оспаривании сделки должника по статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, что предполагает иное распределение бремени доказывания между лицами, участвующими в деле.

Допущенное должником налоговое правонарушение, на что ссылается заявитель апелляционной жалобы, само по себе не порочит спорное условие заключенного договора. Суд первой инстанции в определении от 04.09.2018 правомерно сослался на постановление Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации», в котором даны разъяснения о том, что факты уклонения гражданина или юридического лица от уплаты налогов, нарушения им положений налогового законодательства не подлежат доказыванию, исследованию и оценке судом в гражданско-правовом споре о признании сделки недействительной, так как данные обстоятельства не входят в предмет доказывания по такому спору, а подлежат установлению при рассмотрении налогового спора с учетом норм налогового законодательства.

Оценка нaлогoвыx последствий финансово-хозяйственных операций, совершенных во исполнение сделок, производится налоговыми органами в порядке, предусмотренном налоговым законодательством.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы, судом апелляционной инстанции установлено, что доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит.

Материалы дела исследованы судом первой инстанции полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Суд первой инстанции при рассмотрении дела не допустил нарушения норм материального и процессуального права. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции также не установлено.

При указанных обстоятельствах решение суда является законным и обоснованным.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на должника, финансовым управляющим которого подана апелляционная жалоба.

Ввиду предоставленной отсрочки по оплате государственной пошлины при предъявлении апелляционной жалобе ее необходимо взыскать с должника в доход федерального бюджета в сумме 3 000 рублей, согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 04.09.2018 по делу № А55-9210/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 государственную пошлину в доход федерального бюджета в размере 3000 (Три тысячи) рублей по апелляционной жалобе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий одного месяца, в Арбитражный суд Поволжского округа.

 

Председательствующий                                                                       Н.Р. Сафаева

 

Судьи                                                                                                     А.И. Александров

 

Г.М. Садило