АРБИТРАЖНЫЙ СУД КУРСКОЙ ОБЛАСТИ

г. Курск, ул. К. Маркса, д. 25

http://www.kursk.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А35-4556/2022

18 октября 2022 года

г. Курск

 

Резолютивная часть определения изготовлена 11 октября 2022.

Арбитражный суд Курской области в составе судьи Масютиной Н.С. при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1 рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению

ФИО2 Масккинг Технолоджи Девелопмент Ко. Лтд. (Beijing Maskking Technology Development Co., Ltd.) 

к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (ИНН: 

<

***>) 

о взыскании компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации - товарный знак № 774830 в размере 100 000 руб., судебных издержек по приобретению товаров в общей сумме 550 руб., по направлению претензии и иска в размере 186 руб., расходов по оплате государственной пошлины.

В судебном заседании приняли участие представители:

от истца – не явился, уведомлен;

от ответчика – не явился, уведомлен.

Beijing Maskking Technology Development Co., Ltd. (ФИО2 Масккинг Технолоджи Девелопмент Ко., Лтд.) обратилось в Арбитражный суд Курской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее –ответчик) о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 774830 ("MASKKING") в размере 100 000 руб. коп., судебных издержек в размере стоимости вещественных доказательств в сумме 1940 руб. 00 коп., почтовых расходов по направлению претензии и искового заявления в размере 183 руб. 34 коп., а также расходов по уплате государственной пошлины в размере 4 000 руб. 00 коп. 

Определением от 02.06.2022 дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии со статьей 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). 

Определением от 26.07.2022 суд в соответствии с частью 5 статьи 227 АПК РФ к рассмотрению дела по общим правилам искового производства. 

Определением от 22.06.2022 о суд в порядке статьи 76 АПК РФ приобщил к материалам дела вещественное доказательство – электронную сигарету в количестве 1 шт. 

Истец в судебное заседание не явился, 12.09.2022 посредством системы подачи документов в электронном виде направил ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя истца, которое было удовлетворено судом. 

Представитель ответчика в судебное заседание не явился, ходатайств и заявлений не направил, письменный отзыв не представил. 

В соответствии с пунктом 2 части 4 статьи 123 АПК РФ, лица, участвующие в деле и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд. 

 Дело рассмотрено в порядке части 2, 3 статьи 156 АПК РФ в отсутствие представителей истца и ответчика, надлежащим образом извещенного о месте и времени судебного заседания, по имеющимся в деле документам. 

Изучив материалы дела, арбитражный суд 

УСТАНОВИЛ:

Beijing Maskking Technology Development Co., Ltd. (ФИО2 Масккинг Технолоджи Девелопмент Ко., Лтд.) является обладателем исключительных прав на товарный знак № 774830 ("MASKKING"), дата регистрации 11.09.2020, срок действия до 13.11.2029, удостоверяемого свидетельством на товарный знак (знак обслуживания), выданным Федеральной службой по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам. Товарный знак № 774830 ("MASKKING") имеет правовую охрану в отношении 34 класса Международной классификации товаров и услуг, включающего такие товары, как «сигареты электронные, табак, растворы жидкие для электронных сигарет». 

Между тем, 08.12.2021 в торговом павильоне, расположенном вблизи адресной таблички по адресу: 

<

...> предлагался к продаже и был реализован товар – электронная сигарета в картонной упаковке. 

Указанный товар приобретен по договору розничной купли-продажи, в подтверждение которого продавцом был выдан кассовый чек от 08.12.2021 на приобретение товара в количестве 1 шт. на сумму 500 руб., содержащий сведения о продавце – индивидуальном предпринимателе ИП ФИО3 с указанием ИНН 

<

***>, совпадающим с данными из ЕГРИП в отношении ответчика. 

В подтверждение факта продажи товара истцом в материалы дела представлена также видеосъемка, произведенная в порядке статьи 14 ГК РФ в целях самозащиты гражданских прав. 

Как следует из искового заявления, на приобретенном товаре размещены изображения, сходные до степени смешения с товарным знаком № 774830 ("MASKKING"), принадлежащими истцу, тогда как Beijing Maskking Technology Development Co., Ltd. (ФИО2 Масккинг Технолоджи Девелопмент Ко., Лтд.) не давало ответчику своего разрешения на использование принадлежащих ему исключительных прав. Ссылаясь на указанные обстоятельства, Beijing Maskking Technology Development Co., Ltd. (ФИО2 Масккинг Технолоджи Девелопмент Ко., Лтд.) направило в адрес ИП ФИО4 претензию, в которой предлагало незамедлительно прекратить нарушение интеллектуальных прав истца и в течение 30 календарных дней добровольно уплатить компенсацию за нарушение исключительных прав в размере 500 000 руб. 00 коп. Поскольку указанная претензия была оставлена без исполнения, Beijing Maskking Technology Development Co., Ltd. (ФИО2 Масккинг Технолоджи Девелопмент Ко., Лтд.) обратилось в Арбитражный суд Курской области с исковым заявлением к ИП ФИО4 о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 774830 ("MASKKING") в размере 100 000 руб. коп., судебных издержек в размере стоимости вещественных доказательств в сумме 550 руб. 00 коп., почтовых расходов по направлению претензии и искового заявления в размере 186 руб. 00 коп., а также расходов по уплате государственной пошлины в размере 4 000 руб. 00 коп. 

Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон и представленные в их обоснование документы в соответствии со статьей 71 АПК РФ, суд полагает исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям. 

Согласно статье 2 АПК РФ задачами судопроизводства в арбитражных судах являются, в том числе, защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность, в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. 

В силу части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов. 

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. 

Согласно статье 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. 

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. 

Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом. 

В силу части 1 статьи 1225 ГК РФ товарные знаки и знаки обслуживания относятся к результатам интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствам индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана. 

Часть 1 статьи 1477 ГК РФ предусмотрено, что товарным знаком является обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей. 

В соответствии с частью 2 статьи 1477 ГК РФ правила ГК РФ о товарных знаках соответственно применяются к знакам обслуживания, то есть к обозначениям, служащим для индивидуализации выполняемых юридическими лицами либо индивидуальными предпринимателями работ или оказываемых ими услуг.

 Как следует из частей 1, 2 статьи 1482 ГК РФ, в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании. 

Согласно части 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 названной статьи. 

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. В соответствии с частью 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации. 

В силу части 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения. 

В пункте 162 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой ГК РФ» разъяснено, что для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров.

 При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак. 

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения. Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. 

При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства. Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. 

Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется. Товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными (часть 1 статьи 1515 ГК РФ). 

Материалами дела подтверждается, что Beijing Maskking Technology Development Co., Ltd. (ФИО2 Масккинг Технолоджи Девелопмент Ко., Лтд.) является обладателем исключительных прав на товарный знак № 774830 ("MASKKING"), дата регистрации 11.09.2020, срок действия до 13.11.2029. Товарный знак № 774830 ("MASKKING") имеет правовую охрану в отношении 34 класса Международной классификации товаров и услуг, включающего такие товары, как «сигареты электронные, табак, растворы жидкие для электронных сигарет». 

Между тем, 08.12.2021 в торговом павильоне, расположенном вблизи адресной таблички по адресу: 

<

...> предлагался к продаже и был реализован товар – электронная сигарета в картонной упаковке. 

Указанный товар приобретен по договору розничной купли-продажи, в подтверждение которого продавцом был выдан кассовый чек от 08.12.2021 на приобретение товара в количестве 1 шт. на сумму 550 руб., содержащий сведения о продавце – индивидуальном предпринимателе ИП ФИО3 с указанием ИНН 

<

***>, совпадающим с данными из ЕГРИП в отношении ответчика. 

В соответствии со статьей 493 ГК РФ и пункта 13 Правил продажи товаров по договору розничной купли-продажи, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 31.12.2020 № 2463, договор розничной купли-продажи считается заключенным с момента выдачи продавцом потребителю кассового или товарного чека либо иного документа, подтверждающего оплату товара, или с момента получения продавцом сообщения потребителя о намерении заключить договор розничной купли-продажи. 

В подтверждение факта продажи спорного товара истцом в материалы дела представлена также видеосъемка произведенная в порядке статьи 14 ГК РФ в целях самозащиты гражданских прав. 

Представленная истцом в материалы дела видеозапись процесса закупки отчетливо фиксирует обстоятельства заключения договора розничной купли-продажи (процесс выбора покупателем приобретаемого товара, проход покупателя к продавцу, оплату товара и выдачу продавцом кассового чека), а также позволяет установить реализованный ответчиком товар и выявить идентичность запечатленного на видеозаписи чека и товара, чеку и товару, представленным в материалы дела. 

Представленной видеозаписью подтверждается, что закупка проводилась по указанному истцом адресу, продавец в магазине передал представителю истца именно тот чек, который приобщен к материалам настоящего дела, приобретенный у ответчика товар на видеозаписи визуально соответствует товару, зафиксированному в торговом павильоне ответчика. 

Таким образом, факт реализации ответчиком спорного товара, приобщенного к материалам дела в качестве вещественного доказательства, подтверждается материалами дела. 

При этом суд, проведя сравнительный анализ противопоставляемых изображений, установил их внешнее визуальное сходство, выраженное в идентичности графических изображений, совпадении расположений отдельных частей, что позволяет сделать вывод о сходстве изображения знака на приобретенном товаре до степени смешения с принадлежащим истцу товарным знаком. Доказательств, подтверждающих передачу истцом ответчику в установленном законом порядке своих исключительных прав на использование товарного знака, как и доказательств введения спорного товара в гражданский оборот с разрешения истца, из материалов дела не усматривается и ответчиком в порядке статьи 65 АПК РФ суду не представлено. 

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о нарушении ответчиком исключительных прав истца на объекты интеллектуальной собственности путем их незаконного использования. 

В силу части 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных ГК РФ для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. 

При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. 

В силу пункта 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака. 

Обращаясь в суд с рассматриваемыми исковыми требованиями, истец определил размер компенсации в общей сумме 100 000 руб. за нарушение исключительных прав на товарный знак, то есть рассчитан на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей. 

Согласно пункту 61 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 №10, заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере. 

В силу пункта 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 №10 суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт 1 1 А 3 5 - 4 8 8 8 / 2 0 2 2 нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ). 

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и тому подобное), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения. 

В обоснование размера заявленной ко взысканию компенсации истец указал, что ФИО2 Масккинг Технолоджи Девелопмент Ко. Лтд. с 2015 года является профессиональным производителем электронных сигарет и предприятием, объединяющим исследования и разработки, производство, продажи и обслуживание данной продукции на рынке по всему миру, разрабатывает, модернизирует и внедряет в производство новые, современные дорогостоящие технологии, которые призваны, прежде всего обезопасить потребителя от несчастных случаев; сам бренд широко известен на рынке электронных устройств, создающих высокодисперсный пар (аэрозоль), предназначенный для вдыхания, и обладает широкой сетью оптовых и мелкооптовых дистрибьюторов; электронные сигареты, используемые в качестве средства доставки никотина (ЭСДН), бренда Maskking, обладают необходимыми документами, подтверждающими соответствие производимой продукции, установленным в Российской Федерации требованиям, в них использованы качественные материалы; в результате принимаемых истцом мер по защите своих исключительных прав (нанесение специального QR-кода, бесплатное консультирование и др.) и информирования третьих лиц о недопустимости их нарушения, добросовестные участники рынка имеют возможность самостоятельно определить контрафактную продукцию; торговля контрафактом наносит непоправимый урон спросу на оригинальную продукцию, поскольку у потребителя возникают негативные ассоциации с брендом Maskking. 

Между тем, как следует из положений Постановления Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда» Конституционным Судом Российской Федерации сформулированы следующие правовые позиции о том, что взыскание компенсации за нарушение интеллектуальных прав, будучи штрафной санкцией, преследующей в том числе публичные цели пресечения нарушений в сфере интеллектуальной собственности, является тем не менее институтом частного права, которое основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений (пункт 1 статьи 1 ГК РФ) и в рамках которого защита имущественных прав правообладателя должна осуществляться так, чтобы обеспечивался баланс прав и законных интересов участников гражданского оборота, т.е. с соблюдением требований справедливости, равенства и соразмерности, а также запрета на осуществление прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (статья 17, часть 3, Конституции Российской Федерации). 

Отсутствие у суда, столкнувшегося с необходимостью применить на основании прямого указания закона санкцию, явно (с учетом обстоятельств конкретного дела) несправедливую и несоразмерную допущенному нарушению, возможности снизить ее размер ниже установленного законом предела подрывает доверие граждан как к закону, так и к суду. 

В силу положений части 3 статьи 1252 ГК РФ компенсация за нарушение исключительного права будучи мерой гражданско-правовой ответственности имеет целью восстановить имущественное положение правообладателя, но при этом, отражая специфику объектов интеллектуальной собственности и особенности их воспроизведения, носит и штрафной характер. 

Соответственно, компенсация может быть больше (в умеренных пределах), чем цена, на которую правообладатель мог бы рассчитывать по договору о передаче права на использование объекта исключительных прав. Штрафной ее характер, наряду с возможными судебными расходами и репутационными издержками нарушителя, должен стимулировать к правомерному (договорному) использованию объектов интеллектуальной собственности и вместе с тем способствовать, как следует из Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 10.10.2017 № 2256-О, восстановлению нарушенных прав, а не обогащению правообладателя. 

Развивая выраженные в Постановлении от 13.12.2016 № 28-П позиции о правовой природе компенсации за нарушение исключительного права и о необходимости находить баланс интересов участников соответствующих правоотношений, Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 13.02.2018 № 8-П отметил следующее: если при рассмотрении конкретного дела будет выявлено, что применимые нормы ставят одну сторону (правообладателя) в более выгодное положение, а в отношении другой предусматривают возможность неблагоприятных последствий, то суд обязан руководствоваться критериями обеспечения равновесия конкурирующих интересов сторон и соразмерности назначаемой меры ответственности. 

Сформулированные в названном Постановлении правовые позиции имеют общий (универсальный) характер в том смысле, что должны учитываться не только при применении тех же самых норм ГК РФ, которые стали непосредственным предметом проверки Конституционного Суда Российской Федерации, и лишь в контексте идентичных обстоятельств дела, но и в аналогичных ситуациях. 

Оценка сопоставимости условий использования с обстоятельствами нарушения должна осуществляться судом, рассматривающим конкретное дело, а правовое регулирование недолжно препятствовать нахождению баланса интересов правообладателя и индивидуальных предпринимателей - ответчиков, притом, что поиск такого баланса оказывается затруднен при формальном подходе к сопоставимости. 

Отсутствие у суда правомочия снизить размер компенсации может повлечь в этом случае - вразрез с правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации о необходимости учета фактических обстоятельств дела и вопреки требованиям справедливости и разумности - явную несоразмерность налагаемой на ответчика имущественной санкции ущербу, причиненному истцу, и тем самым нарушение баланса их прав и законных интересов, которые, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 13.12.2016 № 28-П, защищаются статьями 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации и соблюдение которых гарантируется основанными на этих статьях принципами гражданско-правовой ответственности в сфере предпринимательской деятельности. Конституционным Судом Российской Федерации указано, что впредь до внесения в гражданское законодательство изменений, вытекающих из Постановлений 13.12.2016 № 28- П, 24.07.2020 № 40-П, суды не могут быть лишены возможности учесть все значимые для дела обстоятельства, включая характер допущенного нарушения и тяжелое материальное положение ответчика, и при наличии соответствующего заявления от него снизить размер компенсации ниже установленной Гражданским кодексом Российской Федерации величины. 

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, вводимые федеральным законодателем ограничения должны обеспечивать достижение конституционно значимых целей и не быть чрезмерными; принцип соразмерности (пропорциональности) санкции совершенному правонарушению, относящийся к числу общепризнанных принципов права, нашедших отражение в Конституции Российской Федерации, предполагает дифференциацию ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, учет степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания. 

Вместе с тем нельзя исключать, что при некоторых обстоятельствах размер ответственности, к которой привлекается нарушитель прав на объекты интеллектуальной собственности, в сопоставлении с совершенным им деянием может превысить допустимый с точки зрения принципов равенства и справедливости предел и тем самым привести к нарушению статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, а в конечном счете - к нарушению ее статьи 21, гарантирующей охрану государством достоинства личности и не допускающей наказаний, унижающих человеческое достоинство. 

Судом установлено, что право на товарный знак истца нарушены ответчиком одним действием - путем продажи товара с изображением одного товарного знака истца, в торговой точке; согласно сведениям, размещенным в информационной системе «Картотека дел», в производстве Арбитражного суда Курской области иных дел к ИП ФИО3 по искам данного правообладателя либо иных правообладателей о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав, не имеется; о совершенном правонарушении в отношении исключительного права истца ответчик извещен претензией, направленной в адрес ответчика одновременно с исковым заявлением; доказательства того, что правонарушение носит грубый характер, в том числе доказательства неоднократности, повторности совершения ответчиком аналогичных нарушений, суду не представлены; незаконное использование ответчиком объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат истцу, не являлось существенной частью предпринимательской деятельности ответчика; ответчик производит продажу различных товаров; контрафактные товар продан в незначительном объеме – 1 шт. в одной торговой точке, однократно; стоимость товара незначительна; о больших убытках, чем стоимость товара, материалы дела не свидетельствуют (истцом не представлены сведения о ценах на оригинальные или взаимозаменяемые по потребительским свойствам товары, изготовленные самим правообладателем или иными лицами с его согласия с правомерным использованием товарных знаков); нарушение исключительных прав истца не носило грубый характер, поскольку ответчику не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции. 

При таких обстоятельствах, заявленный истцом размер компенсации 100 000 руб. за один факт нарушения исключительных прав на товарный знак, не отвечает принципу разумного и справедливого подхода к определению размера компенсации, учитывая иные установленные по делу обстоятельства (отсутствие доказательств причинения значительного ущерба интересам правообладателя, отсутствие сведений о грубом характере допущенного нарушения) в отсутствие доказательств истца об обратном, носит избыточный характер. 

Исходя из характера нарушения, установленных в ходе судебного разбирательства и указанных выше фактических обстоятельств дела, степени вины, недоказанности вероятных убытков правообладателя в заявленном размере, а также, исходя из принципов разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения, суд полагает достаточным взыскание компенсации в размере 10 000 руб. 

По мнению суда, данный размер компенсации является соразмерным последствиям нарушения и соответствует принципу разумности и справедливости с учетом характера допущенного нарушения и иных установленных по делу обстоятельств. Взыскание такой суммы компенсации позволяет не только возместить стороне (истцу) убытки, в связи с неправомерным использованием, принадлежащего ему товарного знака при осуществлении ответчиком предпринимательской деятельности, но и удержать ответчика от нарушения интересов истца в будущем. 

Применительно к обстоятельствам данного дела суд полагает, что совокупность обстоятельств, позволяющих суду снизить размер компенсации ниже минимального, установленного законом, предела, отсутствует; более того, заявление о снижении размера компенсации ниже установленных законом пределов от ответчика не поступало. Доводы истца о распространении ответчиком партий контрафакта неизвестного объема и частоты поставок документально не подтверждены (статья 65 АПК РФ), в связи с чем не могут быть приняты судом. Рассмотрев ходатайство истца об учёте количества продукции, зафиксированной посредством видеофиксации процесса покупки, суд не находит оснований для его удовлетворения исходя из предмета заявленного требования. 

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 3 пункта 65 постановления № 10, по общему правилу каждая сделка купли-продажи материальных носителей является самостоятельным нарушением исключительного права, если не доказано единство намерений правонарушителя при совершении нескольких сделок (например, единое намерение нарушителя распространить партию контрафактных экземпляров одного произведения или контрафактных товаров. 

В пункте 66 постановления № 10 также разъяснено, что при доказанном единстве намерений правонарушителя количество контрафактных экземпляров, товаров (размер партии, тиража, серии и так далее) может свидетельствовать о характере правонарушения в целом и подлежит учету судом при определении конкретного размера компенсации. В рассматриваемом случае истцом представлены доказательства реализации одного контрафактного товара в торговой точке (представлен кассовый чек, вещественное доказательство – электронная сигарета в картонной упаковке, видеозапись, на которой отражен процесс закупки указанного товара). 

Согласно статье 71 АПК РФ, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. 

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. 

Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы. О

ценив представленные в материалы дела доказательства с позиций их относимости, допустимости и достоверности, а также их достаточность и взаимную связь в совокупности в соответствии с положениями статей 67, 68, 71 АПК РФ, суд, с учетом установленного выше, полагает требования истца законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению в размере 10 000 рублей. 

Согласно части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. 

В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. Как разъяснено в пункте 48 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, при взыскании компенсации за незаконное использование результатов интеллектуальной деятельности судебные расходы на оплату государственной пошлины относятся на истца пропорционально размеру необоснованно заявленной им компенсации. 

 В силу статьи 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом. 

Согласно статье 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде. 

При этом, как разъяснено в Определении Конституционного Суда РФ от 04.10.2012 № 1851-О из содержания данной статьи Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что перечень судебных издержек не является исчерпывающим, а потому, исходя из взаимосвязи этой статьи с положениями статей 64 и 65 АПК Российской Федерации, за счет проигравшей стороны могут подлежать возмещению и расходы, связанные с получением в установленном порядке сведений о фактах, представляемых в арбитражный суд лицами, участвующими в деле, для подтверждения обстоятельств, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений. 

В соответствии с частью 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. 

Поскольку, исходя из сути настоящего спора, сама сделка розничной купли-продажи контрафактного товара являлась зафиксированным истцом способом незаконного использования результатов интеллектуальной деятельности (товарных знаков, произведений искусства), то есть средством (способом) доказывания обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела по существу, факт незаконного размещения на таком товаре принадлежащих истцу товарных знаков, произведений искусства, подлежал установлению судом, приобретение контрафактного товара и представление его в суд в качестве вещественного доказательства носило необходимый характер. 

В связи с чем расходы на приобретение контрафактного товара (электронной сигареты) в настоящем деле являются судебными издержками истца, подлежащими распределению между сторонами исходя из размера удовлетворенных исковых требований. 

В соответствии с пунктом 4 Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» в случаях, когда законом либо договором предусмотрен претензионный или иной обязательный досудебный порядок урегулирования спора, расходы, вызванные соблюдением такого порядка (например, издержки на направление претензии контрагенту), признаются судебными издержками и подлежат возмещению исходя из того, что у истца отсутствовала возможность реализовать право на обращение в суд без несения таких издержек (статьи 106, 148 АПК РФ). 

Кроме того, в силу пункта 1 части 1 статьи 126 АПК РФ к исковому заявлению прилагаются уведомление о вручении или иные документы, подтверждающие направление другим лицам, участвующим в деле, копий искового заявления и приложенных к нему документов, которые у других лиц, участвующих в деле, отсутствуют. С учетом изложенного, расходы, связанные с оплатой почтовых расходов по отправке вышеназванных документов могут рассматриваться в качестве судебных издержек, подлежащих возмещению в силу положений статьи 101, 106 АПК РФ. 

Факт несения почтовых расходов на отправку досудебной претензии и искового заявления подтвержден материалами дела (почтовый кассовый чек от 08.04.2022 на сумму 186 руб. с приложением описи вложения в ценное письмо со штемпелем отделения почтовой связи от 08.04.2022), следовательно, указанные расходы в силу положений статьи 110 АПК РФ также подлежат отнесению на стороны пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. 

В соответствии со статьей 110 АПК РФ, с учетом результатов рассмотрения настоящего дела, расходы по оплате государственной пошлины в размере 4 000 руб. 00 коп. (платежное поручение от 29.04.2022 №1538) также подлежат отнесению на стороны исходя из размера удовлетворенных исковых требований. 

Как установлено частью 3 статьи 80 АПК РФ, арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации оговаривает специальные правила распоряжения вещественными доказательствами, которые согласно федеральному закону не могут находиться во владении отдельных лиц. 

Частью 4 статьи 1252 ГК РФ в случае, когда распространение материальных носителей, в которых выражено средство индивидуализации, приводит к нарушению исключительного права на это средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению. 

 Учитывая, что материалами дела подтверждена контрафактность товара –электронной сигареты, представленной истцом, она подлежат изъятию из незаконного оборота и направлению на уничтожение в порядке, установленном действующим законодательством. 

С учетом изложенного, вещественные доказательства, приобщенные к материалам настоящего дела, подлежат уничтожению.

Руководствуясь статьями 17, 27, 28, 65, 71, 102, 110, 167-171, 176, 180 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Beijing Maskking Technology Development Co., Ltd. (ФИО2 Масккинг Технолоджи Девелопмент Ко., Лтд.) удовлетворить частично. 

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу Beijing Maskking Technology Development Co., Ltd. (ФИО2 Масккинг Технолоджи Девелопмент Ко., Лтд.) компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак № 774830 ("MASKKING") в размере 10 000 руб.; расходы в размере стоимости вещественных доказательств – товаров, приобретенных у ответчика в размере  55 руб. 00 коп., почтовые расходы в размере 18 руб. 60 коп., а также расходы по оплате госпошлины в размере 400 руб. 00 коп. 

В удовлетворении оставшейся части исковых требований отказать. 

Признать вещественное доказательство по делу №А35-4556/2022 – электронная сигарета в картонной упаковке в количестве 1 шт. подлежащим уничтожению. 

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Курской области в течение месяца со дня его принятия  в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд, в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу – в Суд по интеллектуальным правам при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья                                                                                                   Н.С. Масютина