ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А81-4115/2017

14 октября 2019 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  08 октября 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  14 октября 2019 года

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Зориной О.В.

судей Бодунковой С.А., Смольниковой М.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-11420/2019) конкурсного управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 05 августа 2019 года об отказе в привлечении к субсидиарной ответственности по делу № А81-4115/2017 (судья Полторацкая Э.Ю.), вынесенное по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО3 по денежным обязательствам должника в размере 1 900 073 руб. 45 коп., в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Ямалсервисавтотранс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 

 

установил:

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 10.11.2017 (резолютивная часть от 07.11.2017) в отношении общества с ограниченной ответственность «Ямалсервисавтотранс» (далее - ООО «Ямалсервисавтотранс», должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО2 (далее – ФИО2).

Решением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 18.04.2018 ООО «Ямалсервисавтотранс» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего ФИО2

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 05.06.2018 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2

ФИО2 обратился в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО3 (далее – ФИО3) по обязательствам должника в размере 1 900 073 руб. 45 коп.

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 05.08.2019 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просил обжалуемое определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении его требований.

В обоснование апелляционной жалобы ее заявитель указал, что не согласен с обжалуемым определением, считает его необоснованным и незаконным, поскольку судом первой инстанции не приняты во внимание все имеющие существенное значение для дела обстоятельства, неправильно применены нормы материального права.

Конкурсный управляющий, ФИО3, иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте заседания суда апелляционной инстанции, явку своего представителя в судебное заседание. В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

Рассмотрев материалы дела, апелляционную жалобу, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не считает определение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 05.08.2019 по настоящему делу подлежащим отмене или изменению.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) заявления, поданные с 01.07.2017, о привлечении к субсидиарной ответственности должника и иных лиц в деле о банкротстве, предусмотренной ранее статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», рассматриваются по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

В связи со вступлением в силу 30.07.2017 Закона № 266-ФЗ статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу. Статьей 1 Закона № 266-ФЗ введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве – «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», положениями которой определен порядок привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего должника. Федеральный закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ вступил в силу с 30.07.2017, в связи с чем его действие в соответствующей части распространяется на заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, поданные только после 01.07.2017.

Вместе с тем речь идет о процессуальных нормах или процедурных нормах дела о банкротстве.

Применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве, статьи 61.11 Закона о банкротстве в целях регулирования материальных правоотношений, связанных с привлечением к субсидиарной ответственности зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности.

Такой же подход изложен к действию закона во времени изложен в Определении Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006.

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица 07.02.2019 (штамп входящей корреспонденции суда).

1. Относительно требования о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с непередачей им конкурсному управляющему документации должника суд апелляционной инстанции считает необходимым указать следующее.

ФИО2 сослался на неисполнение ответчиком определения Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 22.10.2018, которым удовлетворено заявление конкурсного управляющего об истребовании документов у бывших руководителей должника ФИО3 и ФИО4

Таким образом, предполагаемое неисполнение обязанности по передаче документации имело место после вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Поэтому требование конкурсного управляющего в соответствующей части подлежит рассмотрению на основании положений глава III.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующих обстоятельств документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью,-о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо, ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения, о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Как следует из материалов дела, не оспаривается лицами, участвующими в деле, ФИО3 являлся учредителем и генеральным директором ООО «Ямалсервисавтотранс» до 23.06.2017 и 27.07.2017 соответственно.

На основании договора купли-продажи доли в уставном капитале общества от 23 июня 2017 года ФИО3 продал долю в уставном капитале ООО «Ямалсервисавтотранс» в размере 100% ФИО4 (том 1, листы дела 87-88).

Решением единственного участника ООО «Ямалсервисавтотранс» ФИО4 от 27.07.2017  ФИО3 уволен с должности генерального директора с 27.07.2017 (том 1, лист дела 89).

Таким образом, ФИО3 являлся контролирующим должника лицом до 27.07.2017.

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 22.10.2018 удовлетворено заявление конкурсного управляющего об истребовании документов у бывших руководителей должника ФИО3 и ФИО4

Как указал конкурсный управляющий в заявлении, документация должника ему ФИО3 не передана, в связи с чем имеются основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Между тем, согласно пункту 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Таким образом, предусмотренное подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве основание презюмирует вину контролирующего должника лица в невозможности полного погашения требований кредиторов вследствие его действий и (или) бездействия, только если заявителем будет с разумной степенью достоверности обосновано, что именно в результате таких действий (бездействий) было существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Однако в настоящем случае конкурсным управляющим не раскрыты неблагоприятные последствия бездействия должника, выразившегося в неисполнении обязанности по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, а именно: не представлены сведения о возможном наличии активов на основании каких-либо фактов деятельности юридического лица в прошлом; не раскрыты обстоятельства, явившиеся препятствием при проведении конкурсного производства, в связи с таким бездействием ФИО3; не указаны сделки, которые не могли быть оспорены по причине отсутствия необходимой первичной документации, регистров бухгалтерского учета.

Вызванные соответствующим бездействием ФИО3 затруднения изложены ФИО2  в общем виде, не конкретизированы и не подтверждены какими-либо минимально доступными конкурсному управляющему доказательствами.

ФИО2  не был лишен возможности проанализировать данные бухгалтерской отчетности, передаваемые должником в налоговые органы, сведения о движении денежных средств по расчетным счетам ООО "Ямалсервисавтотранс", обязательства должника перед кредиторами для установления фактов затруднительности в проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, с целью последующего перераспределения бремени доказывания обратного на ответчика.

Однако указанные мероприятия конкурсным управляющим не проведены.

То есть достаточное и конкретное обоснование возникших в связи с бездействием ФИО3  затруднений конкурсным управляющим при рассмотрении настоящего спора судом первой инстанции, как и суду апелляционной инстанции, не представлено.

Суд апелляционной инстанции соглашается с судом первой инстанции в том, что само по себе абстрактное указание на лишение конкурсного управляющего возможности пополнить конкурсную массу должника в связи с непередачей документации  не может служить достаточным основанием для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Учитывая экстраординарный характер субсидиарной ответственности, то есть то, что она является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов (пункт 1 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве") истец не может быть освобожден от бремени обоснования своего иска в той степени, в которой такое обоснование ему доступно.

В то же время формальная подача заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника не освобождает его от риска ответственности перед кредиторами, предусмотренной пунктом 4 статьей 20.4 Закона о банкротстве.

Таким образом, суд первой инстанции правильно заключил, что конкурсным управляющим не доказана совокупность оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности в связи с непередачей конкурсному управляющему документации должника.

2. Относительно требования о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с необращением в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом суд апелляционной инстанции считает необходимым указать следующее.

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, подлежащей применению в рамках настоящего обособленного спора, основанием для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам являлось нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона. Указанное влекло за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве была предусмотрена обязанность руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением должника, в частности, в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В соответствии с Определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 31.03.2016 N 309-ЭС15-16713 по делу N А50-4524/2013 в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом (пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве, в настоящее время статья 61.12 Закона о банкротстве)  входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

По смыслу пункта 4 статьи 61.18 Закона о банкротстве объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, должен быть персонифицирован и детализирован указанием на конкретные обязательства перед конкретными кредиторами.

Кроме того, в силу пункту 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве"  согласно общим положениям пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности руководителя равен совокупному размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

То есть, по общему правилу, текущие обязательства в состав субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве и статьи 61.12 Закона о банкротстве, не входят.

Также, по общему правилу, при определении размера субсидиарной ответственности руководителя не учитываются обязательства перед кредиторами, которые в момент возникновения обязательств знали или должны были знать о том, что на стороне руководителя должника уже возникла обязанность по подаче заявления о банкротстве. 

Следовательно, объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, должен быть персонифицирован и детализирован истцом указанием на конкретные обязательства перед конкретными кредиторами еще и потому, что ответчик по заявлению вправе ссылаться на осведомленность таких кредиторов о наличии признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества у должника..

Как указал конкурсный управляющий в заявлении, с момента формирования бухгалтерской отчетности для ФИО3 являлось очевидным, что должник не имеет возможности в полном объеме рассчитаться со своими кредиторами, однако ответчик не обратился в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

Поскольку единственным кредитором должника по настоящее время является уполномоченный орган, по мнению конкурсного управляющего, руководитель должника обязан был обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в связи с неисполнением ООО «Ямалсервисавтотранс» в установленный законом срок требования налогового органа № 1166 (срок уплаты до 19.12.2016) и № 1343 (срок уплаты до 23.01.2017) об уплате недоимки по налогам в размере 1 474 621 руб. 43 коп., начисленной на основании решения по результатам камеральной налоговой проверки.

Таким образом, просрочка исполнения налоговых обязательств свыше трех месяцев в сумме более 300 000 руб. объективно имелась по состоянию на 19.03.2017.

Следовательно, по мнению конкурсного управляющего, ответчик должен был обратиться с заявлением о признании должника банкротом не позднее 19.04.2017 года.

Между тем конкурсный управляющий не представил доказательств возникновения реестровых  обязательств должника после указанной даты (после 19.04.2017) и до даты возбуждения дела о банкротстве должника (28.06.2017).

То есть конкурсный управляющий не доказал, что у должника имеются кредиторы, перед которыми он обязан нести ответственность, предусмотренную пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве или статьей 61.12. Закона о банкротстве.

Следовательно, основаниям для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности на  основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве не доказаны.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 05 августа 2019 года об отказе в привлечении к субсидиарной ответственности по делу № А81-4115/2017 (судья Э.Ю. Полторацкая), вынесенное по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО3 по денежным обязательствам должника в размере 1 900 073 руб. 45 коп., в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Ямалсервисавтотранс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), оставить без изменения, апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-11420/2019) конкурсного управляющего ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

 

Председательствующий

 

О.В. Зорина

Судьи

 

С.А. Бодункова

 М.В. Смольникова