﻿

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

 А33-7333/2020

г. Красноярск

11 августа 2020 года

Судья Третьего арбитражного апелляционного суда Парфентьева О.Ю.,

рассмотрев апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя Иванова Евгения Георгиевича (ИНН 240302007902, ОГРН 310246801200072) на решение Арбитражного суда Красноярского края от 30 апреля 2020 года по делу № А33-7333/2020, рассмотренному в порядке упрощенного производства,  и ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока на подачу апелляционной жалобы,  

 

установил:

«Harman International Industries, Incorporated» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к ИП  Иванову Евгению Георгиевичу (ИНН 240302007902, ОГРИПН 310246801200072) (далее – ответчик) о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 266284 (JBL) в размере 100 000 рублей, компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 237220 (HARMAN) в размере 50 000 рублей, 1 720 рублей стоимости вещественного доказательства, 341 рубля 54 копеек стоимости почтовых отправлений, 200 рублей стоимости выписки из ЕГРИП.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 30 апреля 2020 года исковые требования удовлетворены частично.

С ИП Иванова Е. Г. в пользу «Harman International Industries, Incorporated», США, 40 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 266284 (JBL), 20 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 237220 (HARMAN), 904 рубля 62 копейки судебных издержек, 2 200 рублей судебных расходов по государственной пошлине. В  удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, ответчик обратился в Третий арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

В апелляционной жалобе заявитель указал следующее:

- истцом не доказано право истца на получение компенсации за спорный товарный знак, поскольку не доказано, что именно истец является обладателем исключительных прав на товарные знаки №№ 266284 (JBL), 237220 (HARMAN) на момент подачи иска;

- документы, подтверждающие наличие исключительных прав у истца на товарные знаки не могут быть приняты судом, поскольку адреса в свидетельствах и доверенностях различаются;

- судом не исследован вопрос наличия полномочий у Куденкова А.С. по представленной доверенности;

- невозможно подтвердить, что доверенность от 17.07.2018 была выдана именно правообладателем товарного знака;

- суд первой инстанции не установил юридический статус истца;

- истец злоупотребляет правом на защиту;

- размер компенсации чрезмерно завышен;

- незаконное использование объектов интеллектуальной собственности не является существенной частью предпринимательской деятельности;

- у суда имелись основания для снижения размера компенсации ниже минимального предела;

- судом не принято во внимание, что фактически ответчиком нарушены исключительные права на два товарных знака №№ 266284 (JBL), 237220 (HARMAN);

- в резолютивной части судебного акта должна быть указана сумма налога, которую необходимо удержать для перечисления в бюджет РФ.

Истец представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором последний  выражает несогласие  с доводами  жалобы  и просит решение суда первой инстанции оставить без изменения.  Возражений  относительно   проверки судебного  акта  только в  обжалуемой ответчиком  части отзыв  не содержит.  

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 23.06.2020 апелляционная жалоба принята к производству.

Текст определения о принятии к производству апелляционной жалобы на решение арбитражного суда по делу, рассмотренному в порядке упрощенного производства, от 23.06.2020, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, опубликован в Картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/).

В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 23.06.2016 № 220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти» предусматривается возможность выполнения судебного акта в форме электронного документа, который подписывается судьей усиленной квалифицированной электронной подписью. Такой судебный акт направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения, если иное не установлено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

С учетом части 1 статьи 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснений, содержащихся в пунктах 47, 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18 апреля 2017 года № 10 «О некоторых вопросах применения судами положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об упрощенном производстве»,  а также  в пункте 23 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 июня 2020 года № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» апелляционная жалоба рассмотрена судьей единолично без вызова сторон, без осуществления протоколирования и без составления резолютивной части постановления.

Руководствуясь частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и  разъяснениями,  изложенными в  пункте  27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», судебный  акт проверяется судом  апелляционной  инстанции   в только части обжалуемой  ответчиком (в части  удовлетворения  требований).

Третий арбитражный апелляционный суд, проверив законность решения в порядке статей 229, 270, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, не находит оснований для отмены решения суда.

Как следует из материалов дела, Harman International Industries Incorporated является обладателем исключительных прав на товарный знак № 266284 (JBL), № 237220 (HARMAN), удостоверяемого свидетельством на товарный знак (знак обслуживания), выданным Федеральной службой по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам.

Товарные знаки № 266284 (JBL), № 237220 (HARMAN)  имеют правовую охрану в отношении следующего перечня товаров и услуг - 09 класс Международной классификации товаров и услуг, включающего, в том числе наушники, аппаратуру для записи, передачи и воспроизведения звуков.

В ходе закупки, произведенной 22.12.2018 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: Красноярский край, пгт. Большая Мурта, ул. Партизанская, 100, установлен факт продажи контрафактного товара (наушники) (далее - товар № 1). В подтверждение продажи был выдан чек: Наименование продавца: ИП Иванов Евгений Георгиевич. Дата продажи: 22.12.2018 г. ИНН продавца: 240302007902. На товаре № 1 содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками: № 266284 (JBL), № 237220 (HARMAN).

В ходе закупки, произведенной 07.01.2019 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: Красноярский край, г. Канск, ул. 40 лет Октября, 62, установлен факт продажи контрафактного товара (наушники) (далее - товар № 2). В подтверждение продажи был выдан чек: Наименование продавца: ИП Иванов Евгений Георгиевич. Дата продажи: 07.01.2019 г. ИНН продавца: 240302007902. На товаре № 2 содержится обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком: № 266284 (JBL).

В ходе закупки, произведенной 19.01.2019 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: Красноярский край, г. Уяр, ул. Урицкого, 1 «Г», установлен факт продажи контрафактного товара (наушники) (далее - товар № 3). В подтверждение продажи был выдан чек: Наименование продавца: ИП Иванов Евгений Георгиевич. Дата продажи: 19.01.2019 г. ИНН продавца: 240302007902. На товаре № 3 содержится обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком: № 266284 (JBL).

В ходе закупки, произведенной 23.03.2019 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: Красноярский край, г. Иланский, ул. Красная, 72, установлен факт продажи контрафактного товара (наушники) (далее - товар № 4). В подтверждение продажи был выдан чек: наименование продавца: ИП Иванов Евгений Георгиевич; дата продажи: 23.03.2019; ИНН продавца: 240302007902. На товаре № 4 содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками: № 266284 (JBL), № 237220 (HARMAN).

Истец обращался к ответчику с досудебным требованием, направленным ответчику 30.10.2019, о выплате компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 266284 (JBL), № 237220 (HARMAN), а также судебных издержек.

Требования истца ответчиком не удовлетворены.

Полагая, что ответчик в ходе реализации товаров нарушил исключительные права истца на товарный знак № 266284 (JBL), № 237220 (HARMAN) истец обратился в суд с иском о взыскании с ответчика 150 000 рублей компенсации.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Суд апелляционной инстанции отклоняет довод апелляционной жалобы о том, что судом первой инстанции не установлен статус компании, являющейся иностранным юридическим лицом по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 253 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела с участием иностранных лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам названного Кодекса с особенностями, предусмотренными главой 33 этого Кодекса, если международным договором Российской Федерации не предусмотрено иное.

Как следует из части 3 статьи 254 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации иностранные лица, участвующие в деле, должны представить в арбитражный суд доказательства, подтверждающие их юридический статус и право на осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности.

Данная норма является аналогичной норме пункта 9 части 1 статьи 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующей подобные требования в отношении национальных юридических лиц, однако сформулирована с учетом особенностей подтверждения правового статуса юридических лиц в различных государствах.

Правовые позиции высшей судебной инстанции Российской Федерации по вопросу подтверждения правового статуса иностранных лиц в арбитражном процессе сформулированы в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.06.1999 № 8 «О действии международных договоров применительно к вопросам арбитражного процесса», а также в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2017 года № 23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом».

В силу частей 1 и 2 статьи 255 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации документы, выданные, составленные или удостоверенные по установленной форме компетентными органами иностранных государств вне пределов Российской Федерации по нормам иностранного права в отношении российских организаций и граждан или иностранных лиц, принимаются арбитражными судами в Российской Федерации при наличии легализации указанных документов или проставлении апостиля, если иное не установлено международным договором Российской Федерации. Документы, составленные на иностранном языке, при представлении в арбитражный суд в Российской Федерации должны сопровождаться их надлежащим образом заверенным переводом на русский язык.

В соответствии с пунктом 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2017 года № 23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом» арбитражный суд принимает меры к установлению юридического статуса участвующих в деле иностранных лиц и их права на осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности (статья 254 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Для применения положений раздела V Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации под юридическим статусом иностранного лица, участвующего в деле, следует понимать объем правоспособности и дееспособности иностранного лица, который определяется по его личному закону.

Юридический статус иностранной организации определяется по праву страны, где учреждено юридическое лицо, организация, не являющаяся юридическим лицом по иностранному праву, если иное не предусмотрено нормами федерального закона (статьи 1202, 1203 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Установление юридического статуса и наличия права на осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности участника процесса, а также полномочий его представителя обусловлено необходимостью установления правоспособности и дееспособности соответствующего субъекта на основании норм материального права.

Согласно пункту 2 статьи 1202 Гражданского кодекса Российской Федерации на основе личного закона юридического лица определяются, в частности: статус организации в качестве юридического лица; организационно-правовая форма юридического лица; требования к наименованию юридического лица; вопросы создания, реорганизации и ликвидации юридического лица, в том числе вопросы правопреемства; содержание правоспособности юридического лица; порядок приобретения юридическим лицом гражданских прав и принятия на себя гражданских обязанностей; внутренние отношения, в том числе отношения юридического лица с его участниками; способность юридического лица отвечать по своим обязательствам; вопросы ответственности учредителей (участников) юридического лица по его обязательствам.

Следовательно, на основании личного закона суд устанавливает информацию о существовании конкретного юридического лица в соответствующей юрисдикции, его организационно-правовой форме, его правоспособности, в том числе вопрос о том, кто от имени юридического лица обладает правомочиями на приобретение гражданских прав и принятия на себя гражданских обязанностей.

Такая информация устанавливается судом на основании официальных документов, исходящих от государственных властей государства национальности юридического лица.

Согласно пункту 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2017 года № 23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом» по общему правилу, документы, подтверждающие юридический статус иностранного лица и право на осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности, должны быть получены не ранее чем за тридцать дней до обращения истца в арбитражный суд (пункт 9 части 1 статьи 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), за исключением случаев, когда такие документы требуют консульской легализации или проставления апостиля.

В случае если документы требуют консульской легализации или проставления апостиля, такая легализация должна быть совершена или апостиль должен быть проставлен не ранее чем за тридцать дней до обращения истца в арбитражный суд, а сам документ при этом должен быть получен в разумные сроки до начала осуществления консульской легализации или до проставления апостиля.

Из взаимосвязанных положений приведенных норм права и разъяснений высшей судебной инстанции Российской Федерации по вопросу подтверждения правового статуса иностранных лиц в арбитражном процессе следует, что при рассмотрении дела с участием иностранного лица суд должен установить статус иностранного лица и наличие у него права на осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности на основании актуальных, достаточных и достоверных доказательств.

При установлении юридического статуса иностранного лица суд может также принимать во внимание открытую информацию в сети Интернет, размещенную на официальных сайтах уполномоченных иностранных органов по регистрации юридических лиц и содержащую сведения о регистрации юридических лиц (пункт 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 23 от 27 июня 2017 года).

Компанией в материалы дела представлены в качестве подтверждения ее юридического статуса свидетельство с апостилем от 27.01.2020 с нотариально удостоверенным переводом на русский язык. Исковое заявление было подано 20.02.2020 через систему «Мой Арбитр», таким образом, данные сведения получены не ранее чем за 30 дней до обращения в арбитражный суд. 

С учетом изложенного, представленное истцом свидетельство является надлежащим источником доказательственной информации в силу прямых разъяснений, изложенных в абзаце 7 пункта 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2017 года  № 23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом».

Также заявитель ссылается на то, что судом первой инстанции необоснованно приняты во внимание копии доверенностей в качестве подтверждения полномочий представителей, подписавших исковое заявление и заверивших копии письменных документов.

В пункте 27 Обзора судебной практики по некоторым вопросам, связанным с рассмотрением арбитражными судами дел с участием иностранных лиц, утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09 июля 2013 года № 158, сформулирован правовой подход о том, что доверенность от имени иностранного лица, выданная на территории иностранного государства, не является официальным документом и по общему правилу не требует обязательного удостоверения в виде консульской легализации или проставления апостиля. Вместе с тем такая доверенность может признаваться официальным документом в отдельных случаях, в том числе при ее нотариальном удостоверении, и приниматься арбитражным судом при наличии легализации или соблюдения иных заменяющих ее процедур, а данном случае проставлении апостиля.

Из материалов дела следует, что свидетельством о полномочиях подтверждаются полномочия Джона Стейси, являющегося старшим вице-президентом, директором по персоналу, осуществлять действия от имени компании и связывать ее обязательствами, кроме того, оформление указанным лицом документов, касающихся компании, составляет обязательство компании, имеющее юридическую и исковую силу.

В рамках своих полномочий Джон Стейси выдал доверенность Пчелинцеву Роману Алексеевичу от 07.06.2018 с правом передоверия третьим лицам.

Наряду с этим в материалы дела представлена нотариальная доверенность от 12.09.2019, выданная истцом в лице Пчелинцева Романа Алексеевича на имя автономной некоммерческой организации «Защита интеллектуальных прав «Красноряск против пиратства», Куденкова А.С. и иных лиц, в которой они наделены правом помимо прочего подписывать и подавать исковые заявления, представлять интересы истца в арбитражных судах.

Рассматриваемое в настоящем деле исковое заявление подписано Куденковым А.С. на основании доверенности от 12.09.2019. 

При таких обстоятельствах, материалы дела содержат надлежащие и достаточные доказательства, подтверждающие юридический статус истца, а также полномочия Куденкова А.С., подписавшего настоящий иск, действовать от имени истца - компании «Harman International Industries, Incorporated».

Ссылки  ответчика  на судебную  практику  отклоняется судом,  поскольку в указанных  ответчиком  делах  исследовались  иные  обстоятельства  и  доказательства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации, товарные знаки и знаки обслуживания являются результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью).

В силу пункта 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статья 1482 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации.

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака, в том числе на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

На основании пункта 1 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Компания «Harman International Industries, Incorporated» является правообладателем товарных знаков № 266284  (JBL), № 237220 (HARMAN) что следует из представленного в материалы дела свидетельства на товарный знак с приложением.

Товарные знаки № 266284  (JBL), № 237220 (HARMAN) имеет правовую охрану в отношении следующего перечня товаров и услуг - 09 класс Международной классификации товаров и услуг, включающего, в том числе наушники, аппаратуру для записи, передачи и воспроизведения звуков.

Действующим правообладателем товарных знаков № 266284  (JBL), № 237220 (HARMAN) является Harman International Industries, Incorporated, доказательств обратного в материалы дела ответчиком не представлено.

 В связи с чем, довод ответчика о том, что документы, подтверждающие наличие исключительных прав у истца на товарные знаки не могут быть приняты судом, поскольку адреса в свидетельствах и доверенностях различаются, отклоняется судом апелляционной инстанции.

Факт реализации ответчиком товара подтверждается представленными в материалы дела кассовыми чеками, в которых содержатся сведения о товарах (наушники) и цене, также указан ИНН, совпадающий с данными, отраженными в выписке из ЕГРИП в отношении ответчика, о дате совершения покупки, а также самим товаром, приобщенным в качестве вещественного доказательства, и видеосъемкой процесса приобретения товара.

Повторно  исследовав  по правилам главы  7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  представленные в  материалы  дела  доказательства (в  том числе  видеозаписи процесса покупки) каждое в  отдельности,  а также в  их совокупности  и взаимосвязи  суд  апелляционной  инстанции  полагает, что факт нарушения ответчиком принадлежащих истцу исключительных прав в форме распространения без соответствующего разрешения правообладателя надлежащим образом установлен судом первой инстанции и подтвержден материалами дела.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными указанным Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

На основании положений пункта 1 статьи 1225, пунктов 1 и 3 статьи 1252, пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении исключительного права на товарные знаки (знаки обслуживания) правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права в том числе в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Обращаясь с иском в арбитражный суд, истец просил взыскать с ответчика компенсацию в размере 150 000 рублей на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (100 000 рублей за нарушение товарного знака №266284  (JBL), 50 000 рублей за нарушение товарного знака № 237220 (HARMAN)).

В случае если истцом определен общий требуемый размер компенсации без разделения по количеству нарушений, суд исходит из того, что в заявленном размере компенсации учтены суммы компенсации за каждое нарушение в равных долях (пункт 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 года № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Согласно пункту 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 года № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 10), по требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд устанавливает сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости и он должен быть судом обоснован. Так, суд учитывает обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 61 постановления Пленума № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 7 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Поскольку заявленный иностранным лицом размер компенсации превышал установленный законом минимальный размер, предусмотренный для данного вида компенсации, представление обоснования размера требуемой им суммы компенсации было обязанностью истца.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (пункт 3 части 1 статьи 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункт 3 части 5 статьи 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно части 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Как следует из материалов дела, в ходе контрольной закупки истцом в разных торговых точках ответчика были приобретены товары (наушники), два из которых содержали изображение товарных знаков №№ 266284  (JBL) и 237220 (HARMAN) – товар №1 (приобретен 22.12.2018) и товар №4 (приобретен 23.03.2019), два содержали изображение только товарного знака № 266284  (JBL) – товар №2 (приобретен 07.01.2019), товар №3 (приобретен 23.03.2019).

В апелляционной жалобе заявитель указал, что у суда первой инстанции имелись основания для снижения размера компенсации ниже минимального предела.

В отзыве на иск ответчик указал, что с учетом его материального положения, наличия на иждивении супруги и несовершеннолетнего ребенка-инвалида, совершения ответчиком правонарушения впервые, степень разумности и добросовестности, прекращение предложения к продаже продукции, отсутствие доказательств причинения каких-либо крупных (реальных) убытков правообладателю, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, одновременное нарушение исключительных прав на несколько объектов интеллектуальной собственности - на товарные знаки № 266284 и № 237220, имеются условия для снижения размера компенсации ниже низшего предела на основании положений постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2016 года №28-П. Так ответчик указывает, что после получения ответчиком претензии товар - наушники, был снят с продажи, продавцам были даны указания, что указанная позиция не подлежит реализации в связи наличием сомнений в происхождении маркировки данного товара, что подтверждается накладные на перемещение № 13 от 06.11.2019 и № 16 от 06.11.2019. Кроме того, товары, с указанными товарными знаками, не являются основными или приоритетными в деятельности ответчика и были приобретены единичные экземпляры.

Как следует из материалов дела, в ходе  закупки истцом в разное время и в разных торговых точках были приобретены товары (наушники), два из которых содержали изображение товарных знаков №№ 266284  (JBL) и 237220 (HARMAN) – товар №1(приобретен 22.12.2018) и товар №4 (приобретен 23.03.2019), два содержали изображение только товарного знака № 266284  (JBL) – товар №2 (приобретен 07.01.2019), товар №3 (приобретен 23.03.2019).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 64 Постановления № 10, положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации о снижении размера компенсации подлежат применению в случаях, когда одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации (далее - при множественности нарушений), в частности, когда одним действием нарушены права на:

несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой: музыкальное произведение и его фонограмма; произведение и товарный знак, в котором использовано это произведение; товарный знак и наименование места происхождения товара; товарный знак и промышленный образец;

несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, не связанных между собой (например, в случае продажи одним лицом товара с незаконно нанесенными на него разными товарными знаками или распространения материального носителя, в котором выражено несколько разных экземпляров произведений).

Указанное выше положение Гражданского кодекса Российской Федерации о снижении размера компенсации может быть применено также в случаях, когда имеют место несколько правонарушений, совершенных одним лицом в отношении одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации и составляющих единый процесс использования объекта (например, воспроизведение произведения и последующее его распространение).

Положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются только при множественности нарушений и лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.

Как обоснованно указал суд первой инстанции, на товарах №№ 2 и 3, приобретенных 07.01.2019 и 19.01.2019, нанесено по одному товарному знаку, зарегистрированному за истцом, что исключает возможность снижения размера компенсации ниже низшего предела.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении № 28-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже минимального предела, установленного положениями подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, однако такое снижение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях: - убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком; - правонарушение совершено ответчиком впервые; - использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер.

Таким образом, следует учитывать, что в соответствии с приведенной правовой позицией снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.

Суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе, обосновывая такое снижение лишь принципами разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения. Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры.

Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, является экстраординарной мерой, должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами, представленными ответчиком в материалы дела, что разъяснено, в частности, в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017.

Наличие на иждивении у предпринимателя 2 человек не является безусловным подтверждением тяжелого материального положения ответчика. Доказательств, свидетельствующих о том, что  у ответчика отсутствует материальная возможность нести ответственность за нарушение исключительных прав истца в размере,  определенном судом  первой  инстанции  материалы дела не содерджат. Доказательств в обоснование довода относительно тяжелого материального положения ответчика также не представлено. 

Кроме того, судом первой инстанции обоснованно отклонены доводы ответчика о том, что  реализация товаров со спорными товарными знаками, не являются основными или приоритетными в деятельности ответчика и были приобретены единичные экземпляры. Согласно выписке из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей основным видом деятельности ответчика является торговля розничная аудио- и видеотехникой в специализированных магазинах (47.43 ОКВЭД). При этом, в торговых точках, принадлежащих ответчику, реализованы именно наушники, на которых расположено изображение товарных знаков, правообладателем которых является истец. 

Принимая характер допущенного нарушения, поведение самого истца (в период с 22.12.2018 по 23.03.2019 истцом была выявлена реализация ответчиком без согласия истца контрафактного товара, тем не менее, с претензией по факту нарушения интеллектуальных прав истец обратился в адрес ответчика лишь 30.10.2019, тогда как распространение контрафактного товара при обычном и взаимодобросовестном поведении обеих сторон можно было пресечь еще в декабре 2018 года),  степень вины нарушителя,  и его личность, отсутствие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя на дату принятия настоящего решения, вероятные убытки правообладателя, учитывая, заявленное ответчиком ходатайство о снижении, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, суд первой инстанции правомерно удовлетворил требования истца о взыскании с ответчика компенсации в части в сумме 40 000 рублей за нарушение прав на товарный знак №266284 (JBL) - 4 факта нанесения указанного товарного знака на 4 товара и 20 000 рублей за нарушение прав на товарный знак №27220 (HARMAN) - 2 факта нанесения указанного товарного знака на 2 товара.

Довод ответчика о том, что фактически ответчиком нарушены исключительные права только   на два товарных знака №№ 266284 (JBL), 237220 (HARMAN), отклоняется судом апелляционной инстанции по следующим обстоятельствам.

Распространение нескольких материальных носителей при неправомерном использовании одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации составляет одно правонарушение, если такое нарушение охватывается единством намерений правонарушителя (например, единое намерение нарушителя распространить партию контрафактных экземпляров одного произведения или контрафактных товаров). При этом каждая сделка купли-продажи (мены, дарения) материальных носителей (как идентичных, так и нет) квалифицируется как самостоятельное нарушение исключительного права, если не доказано единство намерений правонарушителя при совершении нескольких сделок (пункт 65 Постановления №10).

Согласно пункту 36 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23 сентября 2015 года компенсация в соответствии с подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации за незаконное использование товарного знака при введении в оборот товаров взыскивается за каждый случай нарушения. Одним случаем нарушения является одна сделка купли-продажи (оформленная одним чеком) независимо от количества проданных товаров, на которые нанесен один и тот же товарный знак, либо несколько последовательных сделок купли-продажи товара (оформленных отдельными чеками). 

Вместе с тем, ответчиком не представлено доказательств единства намерений (размер партии, тиража, серии и так далее). В материалы дела не представлены товарные накладные, свидетельствующие о единовременном приобретении контрафактных товаров, которые реализовывались ответчиком в 2018 и 2019 годах. 

Товары приобретены истцом в разные даты, в торговых точках, расположенных в разных населенных  пунктах  Красноярского края (пгт. Большая Мурта, г. Канск, г. Уяр, г. Иланский), на каждый товар выдан отдельно чек, что подтверждает самостоятельность нарушений исключительных прав в отношении каждого товарного знака. 

Довод апелляционной жалобы о том, что в резолютивной части судебного акта должна быть указана сумма налога, которую необходимо удержать для перечисления в бюджет Российской  Федерации, также подлежит отклонению как  не имеющий  отношения к  предмету и основаниям  иска и  не подлежат   исследованию  при рассмотрении  данного  дела  по существу. Между сторонами нет налогового спора, требование о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав носит гражданско-правовой характер. Обстоятельства, касающиеся возникновения у сторон обязанности по уплате налога, не входят в компетенцию суда  рассматривающего  гражданско-правовой  спор.

Истцом заявлено требование о возмещении судебных издержек в размере 2 261 рубля 54 копеек.

Поскольку факт несения истцом расходов на приобретение спорного товара, почтовых расходов, подтверждается кассовым чеком, почтовыми квитанциями, руководствуясь положениями статей 101, 106, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с тем, что исковые требования удовлетворены частично, суд первой инстанции правомерно удовлетворил требование истца о взыскании с ответчика судебных издержек в размере 904 рубля 62 копейки, а также 2 200 рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

В отношении данных выводов суда первой инстанции доводы в апелляционной жалобе не заявлены. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы судом первой инстанции материалы дела исследованы полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка. Оснований для иной оценки у суда апелляционной инстанции не имеется. Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не свидетельствуют о наличии судебной ошибки.

Выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в нем доказательствам, нарушений норм материального и процессуального права судом не допущено, в связи с чем апелляционная жалоба, по изложенным в ней доводам, удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины в размере 3000 рублей за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272.1. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от 30 апреля 2020 года по делу № А33-7333/2020 оставить без изменения, а апелляционную жалобу  - без удовлетворения. 

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Суд по интеллектуальным правам через арбитражный суд, принявший решение только по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Судья

О.Ю. Парфентьева