ДВАДЦАТЬ ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Суворова, д. 21, Севастополь, 299011, тел. 8 (8692) 54-74-95

E-mail: info@21aas.arbitr.ru  

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

дело № А83-18400/2023

г. Севастополь

17 июля 2024  г.

 

Резолютивная часть постановления оглашена 16.07.2024 г.

Постановление в полном объеме изготовлено 17.07.2024 г.

Двадцать первый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Оликовой Л. Н., судей   Калашниковой К. Г., Котляровой Е. Л., при ведении протокола судебного заседания секретарем  Подфигурной В. И., рассмотрев в открытом судебном заседании  апелляционные    жалобы  ФИО1 и ФИО2  на решение Арбитражного суда Республики Крым от 22.02.2024 г. по делу № А83-18400/2023

 по исковому заявлению Федеральной налоговой службы  России в лице Управления Федеральной  налоговой службы  России по Республике Крым

 к  ФИО1 

 ФИО2  

 третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора: Общество с ограниченной ответственностью «Тавридадорстрой» ИНН  

<

***>, ОГРН 

<

***>

 о  привлечении  в солидарном порядке к субсидиарной ответственности в размере 113 813 641 руб. 89 коп. 

 при участии:   от апеллянтов  ФИО1 – ФИО3, от ФИО2 – ФИО4 представители по доверенностям

 от истца ФНС России в лице УФНС по Республике Крым – ФИО5 представитель по доверенности 

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Республики Крым от 06.07.2023г. производство по делу о банкротстве  № А83-8014/2023  в отношении  ООО «Тавридадорстрой» прекращено по основаниям п. 1 ст. 57 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в связи с отсутствием средств, достаточных для финансирования процедуры банкротства. 

  Федеральная налоговая служба России в лице УФНС по Республике Крым  в порядке  ст. 61.19 Закона о банкротстве  обратилось в Арбитражный суд Республики Крым с исковым заявлением к  ФИО1 и ФИО2   о привлечении    солидарно к субсидиарной ответственности  в размере 113 813 641 руб. 89 коп. 

Исковые требования заявлены на основании положений подпункта 3 пункта 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве (налоговое правонарушение, подтвержденное  решением о привлечении должностных лиц должника  к ответственности за  налоговые правонарушения).  

Решением Арбитражного суда Республики Крым от  22.02.2024 г.   исковые требования удовлетворены частично. Судом признаны доказанными наличие оснований для  привлечения ФИО1 и ФИО2  к субсидиарной ответственности на  основании  подпункта 3 пункта 2 ст. 61.11  Закона о банкротстве. Взыскано в солидарном порядке с  ФИО1 и ФИО2 в пользу истца  ФНС России в лице УФНС по Республике Крым   95 861 946 руб. 34 коп.  В остальной части исковых требований   в удовлетворении отказано. Дополнительным решением от 16.07.2024 г. с ответчиков в доход федерального бюджета    солидарно взыскана государственная пошлина в размере 200 000 руб. 

Не согласившись с указанным  решением,  ФИО1 и ФИО2  обратились  в арбитражный апелляционный суд с  жалобами.

 ФИО1   и ФИО2 в апелляционных жалобах просят суд отменить оспариваемое решение о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности и отказать  в удовлетворении исковых требований. Жалобы мотивированы тем, что  налоговым органом не доказано противоправное поведение ответчиков; совершение сделок в ущерб обществу, поскольку сделки были   заключены в порядке обычной хозяйственной деятельности и не выходили за рамки обычных сделок;  виновность ответчиков не доказана;  не приняты во внимание обстоятельства, указанные в постановлении  Железнодорожного районного суда г. Симферополя от 25.11.2022 г.,  о том, что  акты и решения  налогового органа, принятые по результатам выездной проверки,  имеют противоречивый характер; отсутствуют расчеты, которые позволили бы определить по каким конкретно сделкам и каким предприятиям за 2015-2016 г.г. налоговые вычеты были приняты налоговым органом;  судом не принято во внимание заключение  старшего эксперта экспертно-криминалистического отдела управления криминалистики Главного Следственного управления СК РФ по Республике Крым и городу Севастополю № 213-56-2020/9 от 23.07.2020 г.; судом ошибочно установлено преюдициальное значение решения Арбитражного суда Республики Крым от 30.04.2021 г. по делу № А83-20981/2020;  размер субсидиарной ответственности не подтвержден доказательствами, в том числе  не учтены    уплаченные обществом налоги с перераспределенной налоговой базы; не доказано, что ФИО2 является выгодоприобретателем по сделкам, не принято во внимание, что  реальность и возмездность договоров аренды техники подтверждаются доказательствами, представленными в материалы дела. 

 В судебном заседании представители апеллянтов поддержали доводы апелляционных жалоб  в полном объеме.

Представитель истца возражал против удовлетворения апелляционных жалоб по основаниям, изложенным в отзыве.  В части отказа в удовлетворении исковых требований в размере 17 951 695 руб. 55 коп.   решение суда первой инстанции налоговый орган не обжалует. 

 Суд апелляционной инстанции на основании  ч. 5 ст. 268 Арбитражного процессуального кодекса РФ считает возможным проверить  законность и обоснованность судебного акта только в обжалуемой части, в части взыскания субсидиарной ответственности в размере 95 861 946  руб. 34 коп.  В части отказа в удовлетворении исковых требований судебный акт не обжалуется. 

Исследовав материалы дела и доводы апелляционных  жалоб,  заслушав лиц, участвующих в деле, проверив законность и обоснованность судебного акта, руководствуясь положениями ст. ст.  268, 271 Арбитражного процессуального кодекса РФ, судебная коллегия апелляционной инстанции   приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»,  ч. 1 ст. 223 Арбитражного процессуального кодекса РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Основания привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности установлены в главе III.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

          В соответствии с п. 3 ст. 61.14 Закона о банкротстве  правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом.

На основании п.п. 1, 2 ст. 61.19 Закона о банкротстве  если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Заявление, поданное в соответствии с пунктом 1 настоящей статьи, рассматривается арбитражным судом, рассматривавшим дело о банкротстве. При рассмотрении заявления применяются правила пункта 2 статьи 61.15, пунктов 4 и 5 статьи 61.16 настоящего Федерального закона.

 В настоящем случае ФНС России в лице УФНС России по Республике  Крым  правомерно обратилось  в арбитражный суд  с исковым заявлением, поскольку  на основании определения Арбитражного суда Республики Крым от 06.07.2023 г. производство по делу о банкротстве А83-8014/2023 прекращено на стадии   проверки обоснованности требований  заявителя ФНС России    по основаниям недостаточности  средств и имущества должника для возмещения судебных расходов по делу о банкротстве, в том числе вознаграждения арбитражному управляющему ( п. 1 ст. 57 Закона О банкротстве). 

На ресурсе ЕФРСБ налоговым органом  11.07.2023 г. опубликовано сообщение о предъявлении налоговым органом  искового заявления к ФИО1 и ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Тавридадорстрой». ( т. 3 л.д. 73). 

         Иные кредиторы в порядке, установленном ст. 61.19 Закона о банкротстве,  и положениями п. 54 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" к рассмотрению настоящего иска не присоединились. 

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено названным Федеральным законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более, чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

На основании пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судом первой инстанции установлено и подтверждается материалами дела, что   контролирующими лицами  ООО «Тавридадорстрой»  являлись:

 с 03.02.2015 г. по настоящее время – ФИО1 – директор и учредитель общества в долей 100% в уставном капитале;

ФИО2 – лицо, извлекающее выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации,  директор  и учредитель ООО «Виллир» (ИНН 

<

***>)  с 28.04.2014 г. по настоящее время.  

Основным видом деятельности ООО «Тавридадорстрой»  и ООО «Виллир» является строительство жилых и нежилых зданий, они находятся по  одному адресу, налоговая отчетность представляется с одного IP адреса. 

 Кроме того, Жолондковский с 2015 г. является индивидуальным предпринимателем с основным видом деятельности – аренда, лизинг легковых автомобилей. 

 Налоговым органом установлено, что ФИО2 отдавал указания сотрудникам ООО «Тавридадорстрой»  Пак А. К. главный бухгалтер, ФИО6  о снятии денежных средств со своего счета.  Кроме того, зафиксированы перечисления  денежных средств, полученные ООО «Тавридадорстрой» от  ООО «Техмаш», ООО «Регионстрой», ООО «Омега Транс», в адрес ИП ФИО2   и ООО «Виллир». 

Истцом отмечается, что ИП ФИО2 предоставлял ООО «Тавридадорстрой» беспроцентные займы всего на сумму 6200 000 руб. без начисления процентов и  обеспечения их исполнения, то есть условия займов не соответствовали рыночным, а также  при наступлении срока возврата ФИО2 не предпринимал мер к возврату займов. 

 Указанные обстоятельства, установленные в рамках налогового контроля, свидетельствуют об общности действий ФИО1 и ФИО2  при осуществлении хозяйственной деятельности ООО «Тавридадорстрой», ООО «Виллир» и ИП ФИО2,  подконтррольности  действий должника  указаниям ФИО2,   которые привели к неплатежеспособности должника и ущербу кредиторам.  Кроме того, истцом в судебном заседании обращено внимание, что ФИО1 является сестрой супруги ФИО7 

Основаниями для привлечения ФИО1 и ФИО2 к субсидиарной ответственности конкурсным управляющим указаны   подпункт 3 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве 

 Суд апелляционной инстанции полагает, что  поскольку   истцом  приведены  обстоятельства  и основания для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, которые   имели место   в  период с 03.02.2015 г. по 31.12.2017  (  налоговая проверка за указанный период), то есть до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях", которым признана утратившей силу статья 10 Закона о банкротстве "Ответственность должника и иных лиц в деле о банкротстве" и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве", а заявление о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности поступило в суд после  01.07.2017, спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных в статье 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям".

В то же время  суд считает, что  к спорным отношениям следует применить  положения абзаца пятого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 23.06.2016 N 222-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" с учетом пункта 9 статьи 13 этого закона, поскольку заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано после 01.09.2016 г.

Согласно пункту 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", в котором разъяснено, что после вступления в силу новых норм, регулирующих положения о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, основания для применения такой ответственности квалифицируются, исходя из законодательства, действовавшего в тот момент, когда соответствующие обстоятельства имели место.

Нормы о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц регулируются следующими положениями:

- статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.04.2009, N 73-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 05.06.2009 по 29.06.2013); статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.06.2013, N 134-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.06.2013 по 29.07.2017);

- глава III.2 Закона о банкротстве в редакции от 29.07.2017 (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.07.2017).

Кроме того, согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 ФЗ от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего ФЗ), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам ФЗ от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

Таким образом, в рассматриваемом случае применению подлежат как положения статьи 10 Закона о банкротстве, так и положения статьи 61.11 Закона.

На основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в частности, если требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов (абзац пятый).

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника (абзац девятый).

В соответствии с подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в частности, предполагается, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств:

должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия);

доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

Данная презумпция применяется при привлечении к субсидиарной ответственности как руководителя должника (фактического и номинального), так и иных лиц, признанных контролирующими на момент совершения налогового правонарушения (пункт 5 статьи 61.11 Закона о банкротстве). ( п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве"). 

Субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на ответчика обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), и потому для его привлечения к субсидиарной ответственности необходимо доказать наличие в его действиях противоправности и виновности, а также наличие непосредственной причинно-следственной связи между соответствующими виновными и противоправными действиями (бездействием) и наступившими вредоносными последствиями в виде банкротства соответствующего предприятия.

Из разъяснений, данных в пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, следует, что материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, на которые ссылается уполномоченный орган, при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров, а также при рассмотрении в общеисковом порядке споров, связанных с делом о банкротстве.

Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 7 и 56 постановления Пленума ВС РФ № 53 предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного или недобросовестного поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности.

Проанализировав в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, суд первой  инстанции установил, что по результатам выездной налоговой проверки с 28.09.2018 г. по 15.03.2019 г.  в отношении  ООО «Тавридадорстрой»  налоговым органом с 03.02.2017 г. по 31.12.2017 г.  проведена выездная налоговая проверка на предмет правильности и своевременности удержания, перечисления и уплаты в бюджет налогов и сборов за указанный период. 

 В ходе проверки налоговым органом  установлено, что  ООО «Тавридадорстрой», ООО «Виллир», Индивидуальный предприниматель ФИО2  входят в одну группу компаний, подконтрольные ФИО2 

В ходе проверки установлены  факты нарушения налогового законодательства:

- в нарушение ст. 54, 252, 254 НК РФ – ООО «Тавридадорстрой» необоснованно включено в состав расходов, уменьшающих налоговую базу по налогу на прибыль, затраты по приобретению товарно-материальных ценностей (строительных материалов) за период с 2015 по 2017 г.г. на общую сумму 218 119 261 руб. , в том числе затраты  по взаимоотношению со следующими контрагентами: ООО «Бакка-Трайд» (ликвидировано 18.09.2019 г.), ООО «МТ-Торг» (ликвидировано 18.12.2019 г.), ООО «Оазис-2015» (ликвидировано 27.06.2018 г.), ООО «Фабро» (ликвидировано 13.12.2019 г.), ООО «Юг-Транс-Дизель» (ликвидировано 18.04.2018 г.), ООО «Янгел» (ликвидировано 22.02.2019 г.), ООО «Техмаш» (ликвидировано 24.07.2019 г.), ООО «Регионстрой» (ликвидировано 18.12.2020 г.), ООО «Омега Транс» (ликвидировано 20.06.2019 г.);

- в нарушение ст. 54, пп.1 п. 2 ст. 554.1, ст. 171, ст. 172 НК РФ ООО «Таридадорстрой» неправомерно включило в состав налоговых вычетов суммы НДМ по счетам-фактурам, полученным от ООО «Техмаш», ООО «Регионстрой», ООО «Омега Транс», ООО «Бакка-Траейд», ООО «МТ-Торг», ООО «Оазис-2015», ООО «Юг-Транс-Дизель», ООО «Янгел», что привело к завышению НДС, заявленного к возмещению из бюджета и неуплате НДС за период  с 3 кв. 2015 г. по 4.кв. 2017 г. в размере 54 961 615 руб. 

В ходе проверки выявлено, что анализ движения денежных средств по расчетному счету общества показал, что в конечном итоге денежные средства, полученные  с ООО «Техмаш» в сумме 68 610 729 руб. , ООО «Регионстрой»в сумме 28 047 100 руб., ООО «Омега Транс» в сумме 10 647 122 руб., поступали на личные счета ФИО2, либо счета, открытые на Индивидуального предпринимателя ФИО2, либо на ООО «Виллир», подконтрольное ФИО2 с назначением платежа –  за аренду спец. техники или строительные материалы, а затем с выводом средств со счета с назначением платежа -чистый доход. 

Таким образом,  ФИО1 и ФИО2 избрана  модель бизнеса, позволяющая вывод денежных средств должника в отсутствие встречного исполнения на сумму 107 304 951 руб. 

 При этом,  ФИО2  являлся  выгодоприобретателем по сделкам о переводе денежных средств ( активов должника), поскольку  предоставление спецтехники иди строительных материалов не осуществлялось, руководители указанных организация являлись номинальными,  реальная  финансово-хозяйственная деятельность не велась. 

Кроме того, налоговым органом установлено, что  от ООО «Тавридадорстрой» в адрес  организаций, признанных приговорами судов, организациями, входящими в схему по обналичиванию денежных средств по фиктивным основаниям, без осуществления реальных финансово-хозяйственных операций, перечислены денежные средства в размере 4 368 846 руб. 47 коп. ( приговор Киевского районного суда Рекспублики Крым от 15.12.2016 г.  по делу № 1-541/2016 в отношении ООО «Бакка-Трайд», ООО «МТ-Торг», ООО «Фабро», приговор Промышленного районного суда г. Ставрополя от 12.04.2017 г.  по делу № 1-502/2017 в отношении ООО «Оазис-2015, ООО «Юг-Транс-Дизель», ООО «Янгел»). 

  Судом установлено, что балансовая стоимость активов ООО «Тавридадорстрой» в 2015 г. составляла 34 381 000 руб., извлеченная выгода от недобросовестных действий ФИО2 и ФИО1 в 2016 г. составила 43 036 971 руб. 40 коп., что является 125% от общей балансовой стоимости активов должника; в 2016 г. активы 76 437 000 руб.,  выгода ответчиков 64 267 980 руб., что составило 84% от стоимости активов должника. 

 Таким образом,  совместные действия ФИО1 как руководителя должника и ФИО2, как лица, влияющего на деятельность должника и получившего выгоду от незаконных  операций,   оказали отрицательное влияние на экономические показатели ООО «Тавридадорстрой» и повлияли не его неплатежеспособность. 

По итогам проверки вынесено решение от 11.10.2019 г. № 21-12/7  о привлечении ООО «Тавридадорстрой» к ответственности за совершение налогового правонарушения, доначислена сумма налоговых обязательств в размере 74 591 489 руб. 17 коп., в том числе НДС 35 282 610 руб. 86 коп., налог на прибыль в федеральный бюджет 5 638 622 руб. 85 коп., налог на прибыль в бюджет субъекта 33 670 255 руб. 46 коп. 

 Решением Арбитражного суда Республики Крым от 30.04.2021 г. по делу № А83-20981/2020, вступившим в законную силу,  в удовлетворении заявления ООО «Тавридадорстрой»  об оспаривании решения налогового органа  отказано. 

Так, общий размер требований кредиторов 3 очереди - 56 088 710 руб. 32 коп., в том числе доначисленный долг 44 830 161 руб.,  требования иных кредиторов  11 258 549 руб. 32 коп. 

Размер задолженности по основному долгу, доначисленному  по проверке,  превышает 50% (составляет 79,9%) от общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, что доказывает наличие оснований для применения презумпции, предусмотренной подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве при предъявлении требований к ФИО1 и ФИО2 

Инспекция пришла к выводу о направленности действий  ответчиков  на получение необоснованной налоговой выгоды,  выявлены фиктивные хозяйственные операции с созданием формального документооборота с  организациями, которые привлекались обществом для выполнения  поставки стройматериалов и аренды техники, которые  признаны приговорами суда  организациями по обналичиванию денежных средств.   

В отношении  ФИО1 и ФИО2  по фактам, установленным налоговым органом в рамках выездной проверки было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного  п. а, б ч. 2 ст. 199   УК РФ. – уклонение от уплаты налогов, подлежащих уплате организацией, путем включению в налоговую декларацию (расчет) или такие документы заведомо ложных сведений, совершенное группой лиц по предварительному сговору в особо крупном размере. 

Постановлением Железнодорожного районного суда г. Симферополя Республики Крым от 25.11.2022 г. по делу № 1-17/2022  уголовное дело было возвращено заместителю прокурора Республики Крым для устранения препятствий рассмотрения уголовного дела судом. 

Ссылка апеллянтов  на то, что постановлением суда общей юрисдикции  уголовное дело возвращено прокурору, и поэтому нельзя утверждать о доказанности  размера субсидиарной ответственности, судом апелляционной инстанции отклоняется, поскольку предмет, юридически значимые обстоятельства, круг субъектов, характер ответственности (уголовно-правовая, гражданско-правовая) в уголовном деле и в настоящем судебном споре различны.

 В настоящем споре размер субсидиарной ответственности установлен решением УФНС России по Республике Крым от 21.10.2020 г. № 07-22/12505@, решением Арбитражного суда Республики Крым от 30.04.2021 г. по делу № А83-20981/2020, вступившим в законную силу. 

 Доводы  апеллянтов о возмездности  договоров, на основании которых перечислялись  денежные средства от ООО «Тавридадорстрой»  к ФИО8 и ООО «Виллир» на сумму более 107 млн. руб. и  о наличии  в материалах дела договоров, актов, судом апелляционной инстанции не принимаются во внимание, поскольку   действиями налогового контроля установлено, что  фактически  реального предоставления в аренду спецтехники и поставки строительных материалов не осуществлялось, поскольку ООО «Техмаш», ООО «Регионстрой» и ООО «Омега Транс» хозяйственную деятельность не вели, руководители являлись номинальными директорами. 

 Противоправные действия  ФИО1 и ФИО8 по выводу средств ООО «Тавридадорстрой» с целью собственного обогащения подтверждены материалами налогового контроля, решение по которому не отменено и не изменено. 

Таким образом,  материалами дела   доказано наличие условий для привлечения ответчиков ФИО1 и ФИО2   к субсидиарной ответственности на основании презумпции, содержащейся в абзаце 5 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время - подпункт 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве). 

Что касается размера ответственности, то следует исходить из разъяснений, изложенных в пункте 31 Постановления N 53, по смыслу пунктом 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона.

          Размер задолженности перед уполномоченным органом составляет  113 813 641 руб. 89 коп., налоговым обязательствам в сумме 112 889 843,40 руб., в том числе основной долг в сумме - 58 409 278,71 руб., пени - 36 528 869,09 руб. и штраф - 17 951 695,60 руб.; по исполнительскому  сбору в сумме 902 436,46 руб. (ГУФССП России по Республике Крым и г. Севастополю); задолженность по уплате страховых взносов по обязательному социальному страхованию о несчастных случаев на производстве согласно сведениям отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по РК в сумме 21 362,03 руб. (основной долг в сумме 16 869,19 руб., пени - 2 992,84 руб.).

Указанная задолженность подтверждена документами, подлежащими принудительному исполнению в силу закона, вступившими в законную силу, доказательства были представлены при предъявлении ФНС РФ  заявления о банкротстве ООО «Тавридадорстрой» ( дело № А83-8014/2023). 

Суд  первой инстанции,  принимая во внимание  позиции, изложенные в  постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 30.10.2023 № 50-П,  посчитал доказанными основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности и  взыскал в солидарном порядке  95 861 946 руб. 34  коп.  В части отказа во взыскании 17 951 695 руб. 55 коп.  решение  суда первой инстанции не обжалуется. 

Размер ответственности контролирующих должника лиц подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого лица. Однако такие доказательства в материалы дела не представлены.

Суд апелляционной инстанции полагает, что объективное банкротство ООО «Тавридадорстрой» и как следствие невозможность погашения требований уполномоченного органа за счет имущества должника, наступило в результате совершения контролирующими лицами должника ФИО1 и ФИО2  ряда последовательных действий,  описанных судом выше, доказанных представленными в материалами дела доказательствами и не опровергнутыми ответчиками. 

Под такими действиями понимаются использование схемы ведения финансово-хозяйственной деятельности должника, при которой из оборота систематически выводились денежные средства,  что подтверждается проведенными мероприятиями налогового контроля.

В результате создания контролирующими должника лицами недобросовестной бизнес-модели, основанной на оформлении вымышленных фактов хозяйственной деятельности с перечислениями на счета контрагентов денежных средств, должник оказался неспособным погасить полностью требования кредиторов, в том числе уполномоченного органа.

При добросовестном исполнении  контролирующими лицами ООО  «Тавридадорстрой» своих публично-правовых обязанностей должник не приобрел бы признаков банкротства. В ходе налоговой проверки установлены недобросовестные действия ответчиков. Так, документы налогоплательщика оформлены вне связи с реальным осуществлением деятельности, налогоплательщиком создан формальный документооборот.

Доказав в рамках  налоговой проверки, мероприятий налогового контроля, что общество искажало реальные сведения о доходах (выручке), а также выводя их из-под налогообложения и из легального оборота, налоговый орган произвел исчисление налогов так, как это должен был сделать сам должник.

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что именно результат действий контролирующих должника лиц  привел к утрате должником значительных денежных средств, имущества,  и, как следствие, невозможности исполнения обязательств, что в дальнейшем привело к объективному банкротству (несостоятельности) должника, и в итоге к невозможности погашения обязательных платежей за счет имущества должника. 

Арбитражный апелляционный суд полагает, что доводы апелляционных  жалоб  не содержат достаточных фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность обжалуемого решения  суда, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены судебного акта.

Применительно к фактическим обстоятельствам дела, все доводы заявителя  жалобы сводятся, прежде всего, к переоценке имеющихся в деле доказательств, получивших надлежащую оценку суда первой инстанции, а также  к неправильному толкованию норм законодательства о банкротстве.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

 Расходы по государственной пошлине за рассмотрение апелляционных жалоб относятся на  заявителей жалоб. 

Руководствуясь  ст. ст.  266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,   суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Республики Крым от 22 февраля 2024г.   по делу № А83-18400/2023 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционные  жалобы ФИО1 и ФИО2 оставить без удовлетворения.  

 

Постановление вступает в законную силу со дня  его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа  в срок, не превышающий двух месяцев   в порядке, установленном статьей 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

 Председательствующий                                                     Л. Н. Оликова

 

 Судьи                                                                                    К. Г. Калашникова

 

                                                                                             Е. Л. Котлярова