ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-33050/2020

21 июля 2022 года

г. Санкт-Петербург

/з.12

Резолютивная часть постановления объявлена     19 июля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  21 июля 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Сотова И.В.

судей  Будариной Е.В., Бурденкова Д.В.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1, 

при участии:  

от ФИО2: ФИО3, по доверенности от 02.06.2021; ФИО4, по доверенности от 02.06.2021;

от ПАО «Промсвязьбанк»: представитель ФИО5, по доверенности от 05.07.2022;

от иных лиц: не явились, извещены надлежащим образом; 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-15156/2022)  конкурсного управляющего ФИО6 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.03.2022 по делу № А56-33050/2020-з.12, принятое 

по заявлению конкурсного управляющего ФИО6 

к ИП ФИО2 

об оспаривании сделки должника

в деле о несостоятельности (банкротстве) ООО «Евробизнес», 

третье лицо: ПАО «Промсвязьбанк», 

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) от 04.05.2020 на основании заявления                   ПАО «Сбербанк России» возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Евробизнес» (далее – Общество, должник). 

Определением арбитражного суда от 02.06.2020 заявление ПАО «Сбербанк России», который в последующем в порядке процессуального правопреемства был заменен на ООО «СБК ГРАНД», было признано обоснованным; в отношении Общества введена процедура наблюдения; временным управляющим должником утвержден ФИО7 (далее – ФИО7). 

Решением арбитражного суда от 30.10.2020 Общество признано несостоятельным (банкротом); в отношении должника открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим также утвержден ФИО7, который определением от 16.06.2021 по собственному заявлению был освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником, а определением от 28.07.2021 новым конкурсным управляющим Обществом был утвержден ФИО6 (далее – ФИО6).

01.10.2021 конкурсный управляющий ФИО6 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделкой договора купли – продажи от 14.11.2019 б/№, заключенного между должником и  индивидуальным предпринимателем ФИО2 (далее – ответчик, ФИО2), а также о применении последствий недействительности сделки в виде обязания ответчика возвратить в конкурсную массу должника объекты недвижимости - нежилое помещение 11-Н с кадастровым номером 78:36:0005511:9804 и 765/2853  доли земельного участка с кадастровым номером 78:36:0005511:32, расположенные по адресу: 

<

...>, лит. А.  

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен залогодержатель спорного имущества – ПАО «Промсвязьбанк».

Определением арбитражного суда от 31.03.2022 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий                    ФИО6 подал апелляционную жалобу, в которой просит определение суда отменить, заявленные требования удовлетворить, мотивируя жалобу неполным выяснением судом обстоятельств, имеющих значение для дела, а также нарушением норм материального и процессуального права, указывая на недействительность оспариваемой сделки по пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и ссылаясь при этом на  наличие существенной разницы между стоимостью имущества, согласованной сторонами при его отчуждении, и оценкой в соответствии с представленным управляющим заключением специалиста.

Также податель жалобы считает, что для Общества оспариваемая сделка носила крупный характер и в результате ее совершения должнику и его кредиторам был причинен ущерб, что, помимо прочего, влечет недействительность сделки по пункту 2 статьи  174 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В этой связи апеллянт полагает, что суд первой инстанции неправомерно отказал в назначении по делу судебной оценочной экспертизы применительно к оценке стоимости имущества, переданного ответчику по оспариваемому договору.

Помимо прочего, заявитель настаивает на том, что должник и ООО «ТД «Интерторг» являются аффилированными лицами, поскольку входили в одну группу лиц, а с учетом предоставления со стороны последнего компенсационного финансирования, должник находился в предбанкротном состоянии, о чем ответчик должен был знать.

Ответчик и  ПАО «Промсвязьбанк» представили письменные отзывы на апелляционную жалобу, в которых просят определение суда оставить без изменения. 

В судебном заседании апелляционной инстанции представители ответчика и третьего лица возражали против удовлетворения апелляционной жалобы.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, 14.11.2019 между ООО «ЕВРОБИЗНЕС» (продавец) и ИП ФИО2 (покупатель) был заключен договор купли-продажи  нежилого помещения и доли земельного участка, по условиям которого продавец продал покупателю принадлежащие ему на праве собственности объекты недвижимости - нежилое помещение 11-Н с кадастровым номером 78:36:0005511:9804  и 765/2853  доли земельного участка с кадастровым номером 78:36:0005511:32, расположенные по адресу: 

<

...>, лит. А.

В соответствии с условиями договора отчуждаемое имущество оценено сторонами в размере 105 000 000 руб., в том числе помещение – 95 200 000 руб. и доля земельного участка – 9 800 000 руб.

Покупатель произвел расчет по сделке при помощи целевого кредитного договора с ПАО «Промсвязьбанк» №72-20006/3044 от 25.10.2019 под залог приобретаемой недвижимости.

Объекты недвижимости переданы покупателю по акту от 19.11.2019  и в эту же дату осуществлена государственная регистрация его прав, о чем внесена запись в Единый государственный реестр недвижимости (ЕГРН).

Полагая, что договор от 14.11.2019 заключен при неравноценном встречном предоставлении и с целью причинения вреда кредиторам, ввиду наличия у должника на момент его заключения признаков банкротства и осведомленности об этом ответчика, а также сославшись на пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и на положения статьи 10 и пункта 2 статьи 174  Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением. 

Суд первой инстанции, исследовав материалы дела, правильно применив нормы процессуального и материального права, сделал вывод об отсутствии условий для удовлетворения заявленных требований. 

Апелляционный суд не усматривает оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

Частью 1 статьи 223 АПК РФ и пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве установлено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

 Как следует из пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление № 63), для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь                 в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Исходя из пункта 6 Постановления № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 7 Постановления №63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции также являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В данном случае, судом установлено, что оспариваемая сделка совершена 14.11.2019, при том, что дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено определением от 04.05.2020.   

Таким образом, указанная сделка совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, следовательно, может быть оспорена  по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В то же время в предмет доказывания в рамках настоящего спора в силу указанных норм и разъяснений входит одновременно совершение сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, сам факт причинения вреда в результате совершения сделки, а также осведомленность другой стороны сделки об указанной цели должника. Недоказанность хотя бы одного из обстоятельств, подлежащих установлению, влечет отказ в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной по заявленным основаниям (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

В этой связи суд отмечает, что в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2019 N 304-ЭС15-2412(19), положения статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего, то есть квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, уменьшение конкурсной массы в той или иной форме, а в целях определения того, повлекла ли сделка вред, поведение должника может быть соотнесено с предполагаемым поведением действующего в своем интересе и в своей выгоде добросовестного и разумного участника гражданского оборота. 

Так, если сделка, скорее всего, не могла быть совершена таким участником оборота, в первую очередь, по причине ее невыгодности (расточительности для имущественной массы), то наиболее вероятно, что сделка является подозрительной. И напротив, если есть основания допустить, что разумным участником оборота могла быть совершена подобная сделка, то предполагается, что условий для ее аннулирования не имеется.

Необходимо также учитывать, что кроме стоимостных величин при квалификации сделки во внимание должны приниматься и все иные обстоятельства ее совершения, указывающие на возможность получения взаимной выгоды сторонами, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся убедительным и обоснованным (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019 N 305-ЭС18-8671(2)).

При этом, в силу правовых подходов, сформулированных в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.07.2020 N 310-ЭС18-12776(2), гражданское законодательство основывается на презюмируемой разумности действий участников гражданских правоотношений.

Разумность стороны гражданско-правового договора при его заключении и исполнении означает проявление этой стороной заботливости о собственных интересах, рациональность ее поведения исходя из личного опыта данной стороны, в той ситуации, в которой она находится, существа правового регулирования заключенной ею сделки и сложившейся практики взаимодействия таких же участников гражданского оборота при сходных обстоятельствах.

В настоящем случае, как установлено судом, ответчик полностью произвел расчет по оспоренному договору фактически одновременно с его государственной регистрацией. 

Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о заинтересованности ФИО2 по отношению к Обществу применительно к статье 19 Закона о банкротстве. 

Более того, как следует из оговорки, включенной в пункт 1.8 договора купли-продажи от 14.11.2019, оспариваемая сделка не являлась для Общества крупной и сделкой с заинтересованностью.

Помимо прочего, заявителем не указаны (не приведены) и по правилам статьи 65 АПК РФ не доказаны обстоятельства, свидетельствующие об осведомленности стороны оспариваемой сделки относительно неудовлетворительного финансового положения должника и наличия у него предполагаемой цели посредством заключения договора купли-продажи причинить вред имущественным правам кредиторов, а равно ущемить их охраняемые законом интересы. 

В этой связи судом установлено, что оспариваемый договор заключен и исполнен более чем за год до возбуждения дела о банкротстве Общества (04.05.2020); на дату возникновения спорных отношений (14.11.2019) в Едином федеральном реестре юридически сведений о фактах деятельности юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и иных субъектов экономической деятельности отсутствовала информация о каких-либо фактах, которые могли бы свидетельствовать о неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника, при том, что данное обстоятельство также нашло отражение в пункте 1.5 договора.

Кроме того, в информационном сервисе «Картотека арбитражных дел» на дату совершения сделки отсутствовала информация о наличии возбужденных судебных процессах в отношении должника, а также о вынесенных судебных решениях о взыскании денежных средств в пользу его кредиторов.

Более того, согласно доступным стороне оспоренной сделки сведениям, размещенным в общедоступных источниках, показатель обеспеченности обязательств должника его активами с 31.12.2018 по 31.12.2019 увеличился на 0,03%.

Довод конкурсного управляющего о неплатежеспособности и неудовлетворительном финансовом положении должника, помимо изложенного, опровергается сведениями, содержащимися в финансовом анализе, составленном в процедуре банкротства, из которых следует, что оборотные активы Общества в период с 31.12.2017 по 31.12.2019 выросли более чем в 7 раз - с 4 318 000 до                          21 648 000 руб., а текущие обязательства перед кредиторами продолжали снижаться и по состоянию на 2019 год составляли 152 685 000 руб.

Ссылка конкурсного управляющего на договоры от 05.09.2016, 21.03.2018 и  16.01.2019 беспроцентных займов, заключенные, между должником и аффилированным, по его мнению,  лицом ООО «ТД ИНТЕРТОРГ», являлась предметом оценки суда первой инстанции и правомерно им отклонена, поскольку о существовании этих договоров покупателю, не являющемуся стороной указанных сделок, не было и не могло быть известно. При этом, в материалах дела отсутствуют доказательства просрочки исполнения обязательств по данным сделкам, более того - соответствующие займы в рамках обособленного спора №А56-33050/2020-з.4 были признаны компенсационным финансированием со стороны контролирующего должника лица, соответственно, вследствие этого и по причине сокрытия данного факта от внешних независимых кредиторов, подобные обязательства не могут учитываться для определения момента возникновения неплатежеспособности должника в отношениях с внешними кредиторами.

Также, вопреки рассуждениям управляющего, факты наличия в средствах массовой информации публикаций о неустойчивом имущественном положении                      ООО «ТД «ИНТЕРТОРГ», входившего в одну группу компаний с должником и контролируемыми его конечными бенефициарами ФИО8 и ФИО9, а равно наличия у данной организации просроченной кредиторской задолженности, и множества судебных дел по искам кредиторов, как каждый в отдельности, так и в совокупности не имеют правового значения. 

При этом, как отмечено судом первой инстанции, законодательное регулирование и судебная практика не возлагают на сторону по сделке выяснение иных дополнительных обстоятельств, не связанных непосредственно с должником, в том числе наличие кредиторов у лиц, входящих с должником в одну группу, права которых могут быть нарушены. Более того, действующее правовое регулирование не обязывает сторону по сделке выяснять саму принадлежность лица к какой либо группе и исследовать хозяйственную деятельность каждого из участников такой группы, и в данном случае обстоятельства, указывающие на юридическую связь ответчика с лицами, входящими в группу компаний, либо его личное знакомство с конечными бенефициарами, отсутствуют.

Факт неисполнения обязательств перед ПАО СБЕРБАНК, послуживший основанием возбуждения настоящего дела о несостоятельности и признания должника банкротом, по мнению суда, также не может быть принят во внимание в аспекте признаков подозрительности оспоренной сделки, поскольку требование о досрочном исполнении обязательств по кредитным договорам 

<

***> от 12.01.2018, № 0162-1-100718 от 30.01.2018, № 0162-1-101818 от 06.03.2018, № 0162-1-104218 от 13.04.2018, № 0162-1-108418 от 25.07.2018, № 0162-1-109818 от 06.08.2018 и №0162-1-111518 от 26.11.2018 с ООО «ТД ИНТЕРТОРГ» было предъявлено Банком к Обществу, как поручителю, только 20.01.2020, то есть спустя значительный период времени после совершения оспариваемой сделки (29.11.2017).

С учетом изложенного, оценивая доводы управляющего об убыточности сделки должника и заведомой осведомленности о данном обстоятельстве ответчиком, суд первой инстанции отказал в назначении судебной экспертизы по ходатайству управляющего, исходя при этом также из следующего:  

Утверждение управляющего о том, что спорные объекты недвижимости были приобретены за 2/3 от их рыночной стоимости, не основано на достоверных доказательствах, противоречит кадастровой оценке и опровергнуто  документами, представленными ответчиком.

Ввиду наличия критических дефектов в представленном конкурсным управляющим отчете об оценке ООО «Ценус» №18/03-3/021 от 26.04.2021, отмеченных в заключении члена экспертного совета саморегулируемой организации «Деловой Союз Оценщиков ФИО10 №18756 от 01.07.2021, суд обоснованно признал недостоверным представленный конкурсным управляющим отчет об оценке, согласно которому рыночная стоимость спорных объектов определена в размере 145 421 946, 35 руб.

При этом, в целях заключения залога в обеспечение обязательств ответчика по возврату привлеченных средств на приобретение спорного имущества,                        ПАО «Промсвязьбанк» также была проведена оценка объектов и определена рыночная стоимость в размере 119 961 000 руб., после чего установлена залоговая стоимость в размере 89 970 750 руб., и исходя из сравнительного подхода, рыночная стоимость имущества составила 126 447 000 руб., а из доходного подхода -  94 016 000 руб.

В этой связи суд первой инстанции, оценив по правилам статей 71 и 86 АПК РФ указанные отчеты, правомерно признал представленный управляющим отчет не соответствующим требованиям законодательства, не отвечающим критериям относимости, допустимости и достоверности и не являющимся надлежащим подтверждением рыночной стоимости объектов недвижимости. 

С учетом этого суд отклонил  доводы управляющего о значительном расхождении цены сделки с рыночной, о совершении сделки на заведомо невыгодных для должника условиях и с причинением существенного вреда кредиторам должника.

В такой ситуации и принимая во внимание подтверждение материалами дела того, что ответчик при заключении с ООО «ЕВРОБИЗНЕС» договора от 14.11.2019  действовал осмотрительно и разумно, в пределах стандарта поведения среднего добросовестного покупателя в аналогичной обстановке, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

В этой связи, установив, что доводы конкурсного управляющего, приведенные в обоснование заявления об оспаривании сделки должника, не выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных требований. 

Отклоняя доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего, суд апелляционной инстанции также исходит из того, что управляющим не доказаны условия для признания оспариваемой сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку сделка не привела к причинению вреда имущественным правам кредиторов должника, а конкурсным управляющим не доказана осведомленность ответчика как о наличии у должника цели причинения вреда кредиторам оспариваемой сделкой, так и о наличии у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки, в том числе его заинтересованность (аффилированность) по отношению к должнику, а равно и само наличие этих признаков.

При этом,  само по себе вхождение должника в одну группу компаний с                 ООО «ТД «Интерторг», как и предоставление последним компенсационного финансирования Обществу, не свидетельствуют ни о наличии у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения спорной сделки, ни об осведомленности об этом ответчика. 

Судом первой инстанции дана надлежащая оценка всем приведенным заявителем доводам, исходя, в частности из того, что ответчиком обоснована рыночная цена спорных объектов, отчужденных  по спорной сделке, при том, что представленное конкурсным управляющим заключение специалиста правомерно оценено судом первой инстанции критически ввиду наличия в нем существенных расхождений и неточностей (замечаний); в этой связи судом первой инстанции правомерно отклонено ходатайство заявителя о назначении по делу судебной оценочной экспертизы.

Апелляционным судом не установлено нарушений судом первой инстанции норм материального и процессуального права; обстоятельства, имеющие значение для дела, выяснены в полном объеме; выводы суда, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют обстоятельствам дела.

При таких обстоятельствах определение арбитражного суда первой инстанции является законным и обоснованным, апелляционную жалобу следует оставить без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 31.03.2022 по делу №  А56-33050/2020/з.12 оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Евробизнес» ФИО6 – без удовлетворения.   

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.В. Сотов

 

Судьи

 

Е.В. Бударина

 

 Д.В. Бурденков