ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Ленина, дом 145, Чита, 672007,  http://4aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №А19-925/2016

01 июля 2024 года

г. Чита

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 июня 2024 года

Полный текст постановления изготовлен 01 июля 2024 года

 

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Н.А. Корзовой, судей  А. В. Гречаниченко, Н. И. Кайдаш,  при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания А. Н. Норбоевым,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью Торговый дом «Автомолл» на определение Арбитражного суда Иркутской области от 24 октября 2023 года по делу №А19-925/2016,

по заявлению общества с ограниченной ответственностью Торговый дом «Автомолл» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес: 364031, 

<

...>; адрес для корреспонденции: 664003, 

<

...>, далее также - ООО ТД «Автомолл») о процессуальном правопреемстве путем замены всех кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов ООО «ПродТрейд», на ООО ТД «Автомолл» (за исключением ФНС России),

по делу о признании общества с ограниченной ответственностью «ПродТрейд» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес место нахождения: 664040, 

<

...>) несостоятельным (банкротом).

В состав суда, рассматривающего настоящее дело, входили: председательствующий судья Н.А. Корзова, судьи Н.В. Жегалова, Н.И. Кайдаш.

Определением председателя третьего состава Четвертого арбитражного апелляционного суда от 25.06.2024 произведена замена судьи Н.В. Жегаловой на судью А.В. Гречаниченко.

В зал  судебных заседаний в Четвертый арбитражный апелляционный суд явились представители:

ООО ТД «Автомолл» ФИО1 по доверенности от 02.10.2023;

Банка ВТБ (ПАО): ФИО2 по доверенности от 30.08.2023. 

Иные лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. Кроме того, они извещались о судебных заседаниях по данному делу судом первой инстанции, соответственно, были осведомлены о начавшемся процессе.

Руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 123, частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие надлежащим образом извещенных иных лиц, участвующих в деле. 

Судом установлены следующие обстоятельства.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 20.01.2017 (резолютивная часть оглашена 13.01.2017) общество с ограниченной ответственностью «ПродТрейд» (далее – ООО «ПродТрейд») признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утверждена ФИО3.

Определением от 03.08.2021 по делу №А19-925/2016 взысканы  солидарно с ФИО4, ФИО5, ФИО6 в порядке субсидиарной ответственности денежные средства в размере 841 963 633 руб. 11 коп., из них:

–          солидарно с ФИО4, ФИО5, ФИО6 в пользу Федеральной налоговой службы денежные средства в размере 145 164 руб. 03 коп.;

–          солидарно с ФИО4, ФИО5, ФИО6,

в пользу общества с ограниченной ответственностью «ПродТрейд» денежные средства в размере 841 818 469 руб. 08 коп.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 22.12.2021 по настоящему делу требование ООО «ПродТрейд» в размере 841 818 469 руб. 08 коп. включено в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО5

В объем обязательств  ООО «ПродТрейд»  включены,  в том числе,  обязательства данного общества перед различными банками по договорам поручительства.

В деле о банкротстве ООО «ПродТрейд» проведена торговая процедура по реализации права требования к ФИО4, ФИО5, ФИО6, установленного определением Арбитражного суда Иркутской области от 03.08.2021 по делу А19-925/2016 о привлечении к субсидиарной   ответственности.

По итогам торговой процедуры победителем признано ООО ТД «Автомолл».

Между ООО «ПродТрейд» (цедент) и ООО ТД «Автомолл» (цессионарий) 01.12.2022 заключен договор уступки права требования (цессии), в силу пункта 1.1 которого цедент уступает, а цессионарий принимает и обязуется оплатить солидарные права требования к ФИО4, ФИО5, ФИО6, установленные определением Арбитражного суда Иркутской области от 03.08.2021 по делу А19-925/2016 о привлечении к субсидиарной ответственности.

Размер солидарных прав требований с учетом погашения размера требований кредиторов ООО «ПродТрейд» поручителями, по имеющейся информации на дату заключения договора, составляет 751 928 404 руб. 68 коп.

В силу пункта 1.3 договора уступки права требования (цессии) от 01.12.2022 продажная цена прав требований определена 6 921 164 руб. 64 коп.

Согласно пункту 1.8 договора уступки права требования (цессии) от 01.12.2022 права требований, отчуждаемые по настоящему договору, переходят от цедента к цессионарию с момента оплаты уступаемых прав требований, и с этого момента цессионарий приобретает все вытекающие из указанного обязательства права требований кредитора (взыскателя) по отношению к дебитору цедента.

В подтверждение оплаты по договору уступки права требования (цессии) от 01.12.2022 в материалы дела представлены платежные поручения № 27 от 25.11.2022 на сумму 1 318 317 руб. 08 коп., № 28 от 02.12.2022 на сумму 5 602 847 руб. 56 коп.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 24.01.2023 (резолютивная часть от 17.01.2023) произведена замена взыскателя ООО «ПродТрейд» на правопреемника – общество с ограниченной ответственностью «Автомолл» в праве требования взыскания дебиторской задолженности в виде субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО5, ФИО6, установленной определением Арбитражного суда Иркутской области по делу №А19-925/2016 от 03.08.2021.

Общество с ограниченной ответственностью Торговый дом «Автомолл» (далее – ООО ТД «Автомолл») обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о процессуальном правопреемстве путем замены всех кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, ООО «ПродТрейд» на его правопреемника - ООО ТД «Автомолл» (за исключением ФНС России) ввиду установления судом его правопреемства определением от 24.01.2023 в праве требования взыскания дебиторской задолженности в виде субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО5, ФИО6, установленной определением Арбитражного суда Иркутской области по делу №А19-925/2016 от 03.08.2021.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 24 октября 2023 года в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, общество с ограниченной ответственностью Торговый дом «Автомолл» обжаловало его в апелляционном порядке. Заявитель в апелляционной жалобе и дополнениях выражает несогласие с определением суда первой инстанции, указывая, что  суд проигнорировал п. 1 ст. 384 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) в истолковании, данном Верховным Судом Российской Федерации  в Обзоре № 5 за 2017, согласно которому уступка одного солидарного требования означает уступку и одновременно всех солидарных с ним требований.

Суд также проигнорировал принятые в деле о банкротстве еще одного солидарного должника - ФИО5 судебные акты по делу № А19-11904/20217,  которым вышеуказанная правовая позиция об одновременной уступке солидарных требований была признана применимой к приобретению ООО ТД «Автомолл» требования о субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ПродТрейд» и в связи с этим солидарных с ним требований к другим солидарным должникам.

Отказав ООО ТД «Автомолл» в правопреемстве и тем самым сохранив права за бывшими кредиторами ООО «ПродТрейд», суд незаконно сохранил для них возможность продолжать получать деньги от солидарных должников, незаконно уменьшая тем самым размер солидарного требования ООО ТД «Автомолл» по субсидиарной ответственности.

С учетом указанных обстоятельств, ООО ТД «Автомолл» просит определение отменить, удовлетворить требование.

Банк Траст (ПАО), ФИО4, Банк ВТБ (ПАО) и АО «Банк ДОМ.РФ» в своих отзывах на апелляционную жалобу и дополнениях считают обжалуемый судебный акт законным и обоснованным, апелляционную жалобу -  не подлежащей удовлетворению.

25.06.2024 от АО «Банк ДОМ.РФ» и 26.06.2024 от Банка ВТБ (ПАО) поступили ходатайства об отложении судебного заседания до вынесения Верховным Судом РФ судебных актов по кассационным жалобам в рамках дел №А40-33717/2016 и № А19-11904/2017.

Протокольным определением от 26.06.2024 апелляционный суд отказал в удовлетворении ходатайств об отложении судебного заседания, поскольку правовой неопределенности по настоящему спору не существует. Верховным Судом РФ было вынесено определение от 17.06.2024 об отказе в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда  РФ по делу №А19-11904/2017. Суд апелляционной инстанции считает возможным рассмотрение спора по существу в настоящем судебном заседании, учитывая также продолжительный период, в течение которого спор находится в производстве апелляционного суда.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив правильность применения норм материального и соблюдения норм процессуального права в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

На основании части 1 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

В силу пункта 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Отказывая в удовлетворении  заявленного требования,  суд первой инстанции исходил из того, что деликтные права требования из субсидиарной ответственности имеют самостоятельный правовой характер, в связи с чем, уступка ООО «Продтрейд» в пользу ООО ТД «Автомолл» требования о привлечении к субсидиарной ответственности не может означать уступку ему прав требования ко всем кредиторам должника.

При этом суд первой инстанции исходил также и из того, что требования банков  к поручителям  носят акцессорный характер, поэтому применительно к пункту 1 статьи 325 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае исполнения последним решения, подлежит уменьшению основное  обязательство должника, следовательно, уменьшается размер субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО5, ФИО6

Погашение задолженности по договорам поручительства влечет уменьшение объема субсидиарной ответственности и, как следствие, размера подлежащей фактическому взысканию по соответствующему судебному акту суммы.

Само по себе совпадение должника по солидарным обязательствам не влечет необходимость предъявления требования об исполнении только какой-либо одной солидарной обязанности и утрату банками   права требовать от должника исполнения другой солидарной обязанности.

Объем прав, принадлежащих кредитору, предъявившему к должнику требования по всем имеющимся солидарным обязательствам, учитываемым как солидарные и не подлежащим суммированию, определяется в размере предмета солидарного обязательства, в рассматриваемом случае - в том объеме, в котором размер ответственности поручителя совпадает с размером долга основного должника, к субсидиарной ответственности по обязательствам которого привлечен поручитель. В частности, такой солидарный кредитор вправе голосовать количеством голосов, которые соответствуют одному солидарному требованию.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел выводу о том, что деликтные обязательства ФИО4, ФИО5, ФИО6 перед ООО ТД «Автомолл» отличны от обязательств поручителей перед банками, не подлежат отождествлению, поскольку имеют разные основания возникновения  и разную правовую природу. Банки   не передавали ООО ТД «Автомолл» принадлежащие им права требования к должнику по кредитным обязательствам  ООО «Оптика-Логистик».

Требования банков, включенные в реестр требований кредиторов должника, в настоящее время погашены не в полном объеме, в связи с чем кредиторы вправе в полной мере осуществлять права кредитора в отношении всех солидарных должников до полного погашения его требований.

Ссылку ООО ТД «Автомолл» на вопрос 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 5 (2017)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017) суд первой инстанции счел подлежащей отклонению, поскольку в рассматриваемом случае имеют место быть иные подлежащие установлению обстоятельства.

Апелляционный суд не может согласиться с выводами суда первой инстанции по следующим основаниям.

Как отмечено выше, одним из главных вопросов, поставленных в предмет исследования по настоящему спору, является правовая природа требования кредитора ООО ТД «Автомолл»: право требования субсидиарной ответственности в обязательствах перед банками  ко всем  солидарным поручителям при том, что обязательства обеспечены множественностью поручителей.

В настоящем деле после проведения торговой процедуры по реализации права требования и заключения договора цессии и даже после произведения процессуального правопреемства с ООО «Продтрейд» на ООО ТД «Автомолл» установлены погашения задолженности по договорам поручительства солидарными поручителями непосредственно в пользу банков.

Договоры поручительства обеспечивают исполнение обязательств основного заемщика  ООО «Оптима-Логистик» с банками, за которое ООО «Продтрейд» предоставило поручительство, и требования по которому вошли в объем субсидиарной ответственности.

ООО «Продтрейд», ООО «Оптима-Логистик», а также ООО «РесторанСнаб» являются аффилированными лицами, входившими в группу компаний «Кентавр», фактическим руководителем и бенефициарным владельцем которой была ФИО5

По мнению апелляционного суда,  к требованиям, перешедшим ООО ТД «Автомолл» по договору цессии от 01.12.2022, применяются правила о солидарных обязательствах, и на правомерность подобного подхода   в очередной раз обратила внимание высшая судебная инстанция в определении  по делу ФИО7 -  определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2021 № 308-ЭС17-15907(7) по делу N А53-1203/2016 (условно - по делу ФИО7).

Ответственность поручителя перед кредитором связана с исполнением гражданско-правовой сделки - соответствующего договора, предусмотренного параграфом 5 главы 23 Гражданского кодекса Российской Федерации, и состоит в том, что поручитель должен нести ответственность за основного должника.

Субсидиарная ответственность контролирующего должника лица по обязательствам должника является формой ответственности за доведение до банкротства, вред в таком случае причиняется кредиторам в результате деликта контролирующего лица - неправомерного вмешательства в деятельность должника, вследствие которого должник теряет способность исполнять свои обязательства (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер субсидиарной ответственности контролирующего лица за нарушение обязанности действовать добросовестно и разумно по отношению к кредиторам подконтрольного лица определен в пункте 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве в предыдущей редакции) и равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В определении по делу ФИО7 Верховный Суд Российской Федерации указал, что  в размер субсидиарной ответственности включается размер непогашенных требований кредиторов, что и является предполагаемым объемом вреда, который причинен контролирующим должника лицом.

Объем прав (в том числе голосов на собраниях кредиторов и права на получение удовлетворения своих требований), принадлежащих кредитору, предъявившему к должнику требования по всем имеющимся солидарным обязательствам, учитываемым как солидарные и не подлежащим суммированию, определяется в размере предмета солидарного обязательства, в рассматриваемом случае - в том объеме, в котором размер ответственности поручителя совпадает с размером долга основного должника, к субсидиарной ответственности по обязательствам которого привлечен поручитель. В частности, такой солидарный кредитор вправе голосовать количеством голосов, которые соответствуют одному солидарному требованию.

В этой связи заслуживают внимания доводы ООО ТД «Автомолл» о том, что требования по всем имеющимся солидарным обязательствам  не подлежат суммированию, так как иной подход,   может означать некую  субординацию  требований лица, приобретшего права требования по субсидиарной ответственности,  по отношению к требованиям банков по договорам поручительства.

Вместе с тем вопрос о том, влечет  ли уступка права  требования о привлечении должника к субсидиарной ответственности   одновременно и приобретение    прав   требований банков по договорам поручительства, которые предоставлены  совместно с должником по одним и тем же обязательствам, равно как и вопрос о сохранении прав у банков по договорам поручительства после совершения вышеописанной уступки,  уже был предметом рассмотрения, на что обращал внимание Четвертый арбитражный апелляционный суд в  постановлениях от 24 августа 2023 года  и от 28 декабря 2023 года по делу № А19-11904/2017.

Определением от 17 июня 2024  года № 302-ЭС20-13435 (7-11) Верховный Суд  Российской Федерации, изучив  кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Ресторанснаб» в лице конкурсного управляющего, публичного акционерного общества Национального банка «ТРАСТ», ФИО5, Банка ВТБ (публичное акционерное общество) и акционерного общества «Банк ДОМ.РФ» на постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 28.12.2023 и постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 11.04.2024 по делу № А19-11904/2017 о несостоятельности (банкротстве) ФИО5, отказал в передаче кассационных жалоб для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Выше отмечено, что, по мнению апелляционного суда, к требованиям, перешедшим ООО ТД «Автомолл», применяются правила о солидарных обязательствах.

Согласно пункту 1  статьи 384 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

В этой связи представляется обоснованной ссылка представителя  ООО ТД «Автомолл» на возможность применения правовой позиции, указанной в ответе на вопрос N 1, содержащийся в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 5 (2017), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017:

«По смыслу названной нормы и п. 1 ст. 308 ГК РФ, если цедент обладает требованием к нескольким солидарным должникам, уступая требование к одному из них, он также уступает требование к другим известным ему солидарным должникам, если иное не предусмотрено договором, на основании которого производится уступка».

Как разъяснено в этом же ответе на вопрос N 1, содержащийся в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 5 (2017), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, положения п. 1 ст. 384 ГК РФ не могут быть применены в ситуации, когда на момент заключения договора, на основании которого производится уступка требования к номинальному директору, цедент не знал о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности другого лица, отвечающего солидарно с номинальным директором, либо о его личности. В этом случае в силу ст. 431 ГК РФ, если иное прямо не указано в договоре, на основании которого производится уступка, следует исходить из того, что цедент и цессионарий предполагали передачу требования только к номинальному, но не к фактическому директору.

Таким образом, приобретатель требования о возмещении убытков в порядке субсидиарной ответственности по долгам должника при банкротстве к номинальному директору не вправе предъявить названное требование к фактическому директору, если основания для привлечения последнего стали известны цеденту после заключения договора, на основании которого производилась уступка. Требование к фактическому директору в этом случае принадлежит цеденту.

При этом, если цедент реализует свое требование о возмещении убытков в полном объеме к фактическому директору, в силу положений ст. 325 ГК РФ требование цессионария к номинальному директору также прекратится надлежащим исполнением. В такой ситуации в соответствии с положениями ст. 390 и 460 ГК РФ цессионарий вправе взыскать с цедента убытки в размере того, что цессионарий мог бы получить в рамках исполнительного производства от номинального директора.

Следовательно, обязательства из поручительства, предоставленные    банкам    ООО «Продтрейд», поручителями  за основного заемщика, являются совместными, а требования банков к ним -  солидарными.

При этом  банки  не воспользовались иным правом выбора способа распоряжения субсидиарной ответственностью, а дали согласие на продажу принадлежащих им   требований, что означает лишь одно - банки фактически реализовали свое право получить исполнение путем продажи требования, вытекающего из субсидиарной ответственности.

Изложенное означает, что к приобретателю прав по субсидиарной ответственности (ООО ТД «Автомолл») перешли права по договорам поручительства, и в силу акцессорного характера обязательств, -  в том числе по основному обязательству, обеспеченному залогом.

Указанные разъяснения позволяют согласиться с позицией заявителя апелляционной жалобы о том, что в ответе на вопрос N 1, содержащийся в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 5 (2017), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, высшая судебная инстанция, по сути, ввела презумпцию уступки всех солидарных требований. При этом опровержение этой презумпции возможно вследствие указания соответствующих положений в договоре цессии.

В настоящем деле банки (чьи требования учтены в реестре требований кредиторов), будучи извещенными о собраниях кредиторов, участия в них не принимали, и это установлено при принятии постановления Четвертого арбитражного апелляционного суда от 24.08.2023 по делу № А19-11904/2017.

По мнению апелляционного суда, вышеуказанная правовая позиция в ответе на вопрос N 1, содержащийся в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 5 (2017), применима к рассматриваемым правоотношениям ввиду того, что  банки, безусловно, располагали информацией обо всех солидарных поручителях.

Апелляционный суд не может согласиться с выводами суда первой инстанции, а также доводами лиц, участвующих в споре, о том, что поскольку право требования из поручительства  (договорного  основания) является  отдельным и самостоятельным обязательством  субсидиарного  должника,  с  исполнением  которого  одновременно прекращается основное обязательство,   никакого правопреемства в прекращенном основном обязательстве не возникает и возникнуть не может.

Этот тезис опровергается конструкцией солидарных обязательств, правовая квалификация которых  основана на  том, что исполнение солидарной обязанности в полном объеме  одним из должников освобождает остальных должников от исполнения кредитору, поскольку так предусмотрено пунктом 1 статьи  325 ГК РФ.

В силу подпункта 1 пункта 2 статьи  325 ГК РФ если иное не вытекает из отношений между солидарными должниками, должник, исполнивший солидарную обязанность, имеет право регрессного требования к остальным должникам в равных долях за вычетом доли, падающей на него самого, и это означает, что он как раз и  становится правопреемником основного кредитора.

Действующее правовое регулирование института солидарных обязательств, равно как и судебная практика,  не позволяют прийти к выводу о том, что  субсидиарное обязательство (или субсидиарная ответственность) не может быть признано  частью   солидарного обязательства.

Апелляционный суд соглашается с рассуждениями заявителя апелляционной жалобы о том, что субсидиарная ответственность как вид обязательства есть частный случай солидарного обязательства, поскольку эти выводы основаны на системном толковании положений статей 322, 325 и 399 ГК РФ. Было бы ошибочным полагать, что субсидиарные обязательства представляют собой самостоятельную форму множественности обязательств.

Подход, применённый судом первой инстанции, означает сохранение для  банков возможности продолжать получать удовлетворение по кредитным обязательствам  от солидарных должников, вследствие чего уменьшается  размер солидарного требования   по субсидиарной ответственности, приобретённый ООО ТД «Автомолл» и не исключающий такого развития событий, в результате которых солидарными должниками будет исполнено требование банков к основному заемщику (то есть удовлетворено требование кредитора в полном объеме), тогда как ООО ТД «Автомолл» приобрело на возмездной основе право требования уплат в свою пользу.

Очевидно, что не является для любого приобретателя такого права требования субсидиарной ответственности экономически целесообразной покупка актива, значение которого будет неизбежно стремиться к нулю ввиду исполнения обязательств поручителями не перед покупателем, а перед первоначальными кредиторами. В такой ситуации нивелируется сам смысл этого приобретения, за исключением того, когда в договорах цессии контрагенты прямо об этом договариваются по различным соображениям, выгодным для всех сторон (для банка – наиболее полное погашение кредитного обязательства всеми его участниками как основными, так и дополнительными (солидарными), для покупателя – соразмерное уменьшение стоимости такого актива, и т. д.), что вполне укладывается в правовой подход, приведенный в   ответе на вопрос N 1, содержащийся в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 5 (2017).

Наличие в договоре цессии от 01.12.2022  пункта 5.4 о том, что все особенности уступаемых прав требований заранее известны цессионарию, по мнению апелляционного суда,  не является тем  условием договора, опровергающим презумпцию уступки всех солидарных требований, в свете правового подхода, приведенного в ответе  на вопрос  N 1  Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017.

При таких обстоятельствах настоящего дела уступка в пользу ООО ТД «Автомолл» требования о привлечении к субсидиарной ответственности одновременно, означает уступку и требований банков по договорам поручительства, то есть всех требований кредиторов по указанного рода обязательствам (полная уступка прав).

Апелляционный суд находит ошибочным утверждение о том, что  деликтные права требования из субсидиарной ответственности имеют самостоятельный правовой характер, в связи с чем уступка ООО «Продтрейд» в пользу ООО ТД «Автомолл» требования о привлечении к субсидиарной ответственности не может означать уступку ему прав требования банка по договору поручительства.

Ни законодательство Российской Федерации, ни сформированная судебная практика не запрещает  солидаритет обязательств из разных оснований (о чем выше приведена правовая позиция Верховного Суда Российской Федерации в определении от 27.12.2021 № 308-ЭС17-15907(7) по делу ФИО7).

Кроме того, апелляционный суд учитывает правовую позицию, приведенную в определении Председателя Верховного Суда Российской Федерации от 15 мая 2024 года № 308-ЭС22-21714 по делу № А22-228/2021 Арбитражного суда Республики Калмыкия:  «заслуживают внимания доводы о том, что обязательства из поручительства и субсидиарной ответственности являются солидарными. Таким образом, после продажи прав по субсидиарной ответственности в силу прямого указания статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации к покупателю перешли и обеспечительные права по договорам поручительства. Банком заявлено о включении в реестр уже уступленного требования, что приводит к двойному взысканию в пользу двух разных кредиторов по одним и тем же обязательствам».

Следует согласиться с утверждением заявителя апелляционной жалобы о том, что  одним из самых ярких примеров подобного подхода  является солидаритет договорного иска об убытках к директору, реституционного иска к контрагенту по сделке и виндикационного требования (п. 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  от 30 июля 2013 г. № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

Концепция законодательства о банкротстве Российской Федерации  ориентирована на кредиторов, поэтому именно им принадлежит право выбора основного решения о судьбе должника и его активов, включая право распоряжения субсидиарной ответственностью.  В рассматриваемом случае кредиторы  такое право реализовали.

Процессуальное правопреемство представляет собой переход процессуальных прав и обязанностей от одного лица к другому в связи с состоявшимся материальным правопреемством. Для процессуального правопреемства необходимо наличие оснований, к числу которых относится договор уступки права требования.

Частью 3 статьи 48 АПК РФ определено, что для правопреемника все действия, совершенные в арбитражном процессе до вступления правопреемника в дело, обязательны в той мере, в какой они были обязательны для лица, которое правопреемник заменил.

Переход прав кредитору к другому лицу на основании закона предусмотрен статьей 387 Гражданского кодекса Российской Федерации.

К отношениям, связанным с переходом прав на основании закона, применяются правила настоящего Кодекса об уступке требования (статьи 388 - 390), если иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или не вытекает из существа отношений.

Уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору (пункт 1 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пунктов 1, 2 статьи 389.1 ГК РФ взаимные права и обязанности цедента и цессионария определяются настоящим Кодексом и договором между ними, на основании которого производится уступка. Требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное.

В положениях главы 24 ГК РФ не содержится специальных указаний о существенных условиях в сделках уступки права (требования). Поскольку целью сделки является передача обязательственного права требования от одного лица (первоначального кредитора, цедента) другому лицу (цессионарию), то существенными условиями являются указание на цедента и цессионария, а также на характер действий цедента: цедент передает или уступает право требования, а цессионарий соглашается принять или принимает это право. При этом законодатель не связывает возможность уступки права (требования) с бесспорностью последнего.

В рассматриваемом случае уступка права требования произведена в соответствии с положениями главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации, которая как сделка не противоречит закону, иным правовым актам; форма уступки права требования соответствует статье 389 Гражданского кодекса Российской Федерации; в договоре определен объем требований в конкретном денежном выражении.

Все вышеперечисленные обстоятельства позволяют удовлетворить  заявленные требования, а выводы суда первой инстанции об обратном ошибочны.

С учетом указанного,  ООО ТД «Автомолл»  является полным правопреемником по всем включенным в реестр требований кредиторов должника  требованиям (кроме ФНС России), включая требования:

Банка «Траст» (ПАО), ИНН 

<

***>, чьи требования учтены на основании определений от 15.11.2016, 14.05.2019 по настоящему делу;

ФИО8 (ИНН 

<

***>), чьи требования учтены на основании определения от 28.07.2020 по настоящему делу;

Банка ВТБ (ПАО), ИНН 

<

***>, чьи требования учтены на основании определения от 21.11.2016 по настоящему делу;

ФИО9, чьи требования учтены на основании определений от 02.12.2019, 19.11.2021 по настоящему делу;

ФИО10 (ИНН 

<

***>), чьи требования учтены на основании определений от 14.12.2016, 19.10.2017, 17.04.2023 по настоящему делу;

«Нота-Банк» (ПАО), ИНН 

<

***>, чьи требования учтены на основании определения от 15.10.2018 по настоящему делу;

АО «Банк Дом.РФ» (ИНН 

<

***>), чьи требования учтены на основании определения от 15.11.2016 по настоящему делу;

ООО «ДиалогРиелти» (ИНН 

<

***>), чьи требования учтены на основании определения от 26.04.2023 по настоящему делу.

В порядке правопреемства к ООО ТД «Автомолл»  перешли и права требования по требованиям кредиторов:

ООО «Оптима-Логистик», ИНН 

<

***>; ООО «Профессионалторг», ИНН 

<

***>; ООО «Галактика», ИНН 

<

***>; ООО «Финансовый консультант», ИНН 

<

***>; ООО «ПрофессионалКадр», ИНН 

<

***>; ООО «Простор», ИНН 

<

***>, чьи требования были учтены в реестре требований кредиторов должника ранее, но в резолютивной части настоящего постановления они не перечислены, вследствие  того, что все эти  кредиторы исключены из ЕГРЮЛ ввиду прекращения деятельности.

В этой связи  определение суда первой инстанции следует отменить на основании пунктов 2 и 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (неправильное применение  норм материального права) с принятием нового судебного акта об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Лица, участвующие в деле, могут получить информацию о движении дела в общедоступной базе данных «Картотека арбитражных дел» по электронному адресу: www.kad.arbitr.ru.

Руководствуясь ст. ст. 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда Иркутской области от 24 октября 2023 года по делу № А19-925/2016 отменить, принять новый судебный акт.

Заявление удовлетворить в полном объёме.

Произвести в порядке процессуального правопреемства замену конкурсных кредиторов общества с ограниченной ответственностью «ПродТрейд» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), включенных в реестр требований кредиторов третьей очереди, на их правопреемника – общество с ограниченной ответственностью Торговый дом «Автомолл» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), а именно по требованиям кредиторов:

Банка «Траст» (ПАО), ИНН 

<

***>, чьи требования учтены на основании определений от 15.11.2016, 14.05.2019 по настоящему делу;

ФИО8 (ИНН 

<

***>), чьи требования учтены на основании определения от 28.07.2020 по настоящему делу;

Банка ВТБ (ПАО), ИНН 

<

***>, чьи требования учтены на основании определения от 21.11.2016 по настоящему делу;

ФИО9, чьи требования учтены на основании определений от 02.12.2019, 19.11.2021 по настоящему делу;

ФИО10 (ИНН 

<

***>), чьи требования учтены на основании определений от 14.12.2016, 19.10.2017, 17.04.2023 по настоящему делу;

«Нота-Банк» (ПАО), ИНН 

<

***>, чьи требования учтены на основании определения от 15.10.2018 по настоящему делу;

АО «Банк Дом.РФ» (ИНН 

<

***>), чьи требования учтены на основании определения от 15.11.2016 по настоящему делу;

ООО «ДиалогРиелти» (ИНН 

<

***>), чьи требования учтены на основании определения от 26.04.2023 по настоящему делу.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца в кассационном порядке в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа путем подачи кассационной жалобы через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                             Н.А. Корзова

 

Судьи                                                                                           А.В. Гречаниченко

 

Н.И. Кайдаш