ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-1379/2023

г. Вологда

18 декабря 2023 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13 декабря 2023 года.

В полном объёме постановление изготовлено 18 декабря 2023 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Кузнецова К.А., судей Марковой Н.Г. и Шумиловой Л.Ф., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии ФИО2, от Центрального банка Российской Федерации ФИО3 по доверенности от 19.03.2021 № ДВР21-Т2/79, ФИО4, ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на решение Арбитражного суда Вологодской области от 26 сентября 2023 года по делу № А13-1379/2023,

у с т а н о в и л:

Центральный банк Российской Федерации в лице Северо-Западного главного управления Центрального банка Российской Федерации (адрес: 191038, Санкт-Петербург, набережная реки Фонтанки, дом 68; ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; далее – Банк России) обратился в Арбитражный суд Вологодской области с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к закрытому акционерному обществу «Вологодский завод художественных изделий» (адрес: 160004, 

<

...>; ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; далее – Общество, ЗАО «ВЗХИ»), ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО2, ФИО12 о ликвидации Общества и возложении обязанности по ликвидации.

Решением суда от 26.09.2023 иск удовлетворен частично: Общество ликвидировано; на ФИО2 возложена обязанность по ликвидации Общества; установлен предельный срок представления утвержденного ликвидационного баланса и завершения ликвидационной процедуры, не превышающий шести месяцев со дня вступления настоящего решения в законную силу. В удовлетворении иска в остальной части отказано.

ФИО2 с этим решением суда не согласился, обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит его отменить. 

В обоснование своей позиции ссылается на то, что он никогда не являлся акционером Общества. 

Не согласен с выводом суда о возложении обязанности по ликвидации Общества на него как на лицо, которое фактически обладает контролем над деятельностью ЗАО «ВЗХИ».

Ликвидация Общества относится к компетенции общего собрания его акционеров. Его присутствие на заседаниях совета директоров Общества, проведение им регистрационных действий в интересах ЗАО «ВЗХИ», осуществлялись им в пределах его полномочий как исполнительного директора Общества в процессе хозяйственной деятельности. 

С декабря 2012 года ЗАО «ВЗХИ» не вело деятельность, расчетных счетов не имеет. 

Указывает, что в настоящее время не является исполнительным директором Общества, какого-либо контроля над ним у него не имеется. 

Выписка из реестра акционеров выдана 07.06.2010, а не в настоящее время. Реестр акционеров и документы Общества хранились у председателя совета директоров ЗАО «ВЗХИ». 

ФИО2 не согласен с выводом суда о том, что не имеется надлежащих доказательств того, что в настоящее время ФИО4, ФИО5, ФИО7, ФИО8, ФИО13, ФИО11, ФИО10, ФИО6, ФИО12 являются акционерами Общества. 

Полагает, что суд первой инстанции необоснованно отказал в привлечении к участию в деле в качестве соответчиков ФИО14, ФИО15, ФИО16 ФИО17, поскольку согласно выписке из протокола общего собрания акционеров от 30.07.2002 в качестве акционеров Общества указаны ФИО18, ФИО2 В., ФИО17 В решении суда от 27.05.2009 по делу № А13-7641/2008 указано на то, что акционерами Общества являются ФИО14, ФИО15, ФИО16 

Таким образом, при наличии сведений о лицах, являющихся акционерами Общества, суд необоснованно возлагает обязанность по ликвидации                         ЗАО «ВЗХИ» на ФИО2, который не является акционером. 

В связи с изложенным  просит отменить решение суда первой инстанции в части возложения на него обязанности по ликвидации Общества.

В судебном заседании ФИО2 апелляционную жалобу поддержал по изложенным в ней основаниям.

Банк России в отзыве и его представитель в судебном заседании просят решение суда оставить без изменений.

ФИО4 и ФИО5 в отзывах и в судебном заседании просят решение суда оставить без изменений.

ФИО8 заявила ходатайство о рассмотрении дела без его участия.

Остальные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с чем дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ, пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

Выслушав стороны, исследовав и оценив материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, апелляционный суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, Общество создано (зарегистрировано) 14.01.1999. 

ФИО2 с 19.03.2004 является его исполнительным директором.

Банк России выявил, что Общество не передало ведение его реестра регистратору по состоянию на 05.10.2021.

В связи с этим Банк России направил в адрес Общества предписание от 05.10.2021 об устранении данных нарушений в срок не позднее 60 календарных дней. Это предписание возвращено Почтой России с отметкой «истечение срока хранения».

Банк России повторно направил в адрес Общества предписание письмом от 22.11.2021. Это почтовое отправление также возвращено с отметкой «истечение срока хранения».

Согласно ответу Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 11 по Вологодской области (далее – МИФНС № 11) от 11.02.2022  по результатам проверки 04.02.2022 составлен протокол осмотра объекта недвижимости, установлено, что Общество находится по юридическому адресу.

В связи с данным обстоятельством Банк России направил в адрес Общества новое предписание от 18.03.2022 об устранении выявленных  нарушений в срок не позднее 60 календарных дней, которое также было почтой возвращено с отметкой «истечение срока хранения». Повторное предписание, направленное Банком России 12.05.2022 в адрес Общества, также возвратилось с отметкой «истечение срока хранения». 

МИФНС № 11 письмом от 27.07.2022 сообщила о том, что по результатам проверки 06.07.2022 составлен акт осмотра недвижимости и установлено, что Общество находится по юридическому адресу, также Обществом 07.07.2022 предоставлена налоговая отчетность.

Также МИФНС № 11 в письме от 26.10.2022 сообщила о том, что у регистрирующего органа отсутствуют основания для внесения в ЕГРЮЛ записи о недостоверности сведений в отношении юридического лица, поскольку в ходе проведения проверки Общества представлен ответ с приложением подтверждающих документов, согласно которому руководитель Общества является собственником помещения, используемого в качестве юридического адреса Общества.

Банк России 25.11.2022 направил в адрес Общества предписание об устранении нарушений, которое также возвращено почтой с отметкой «истек срок хранения».

Ссылаясь на данные обстоятельства, Банк России обратился в суд с настоящим иском о принудительной ликвидации Общества с возложением обязанности по его ликвидации на его акционеров.

Суд первой инстанции правомерно удовлетворил данный иск к ФИО2, руководствуясь статьями 61, 149 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), Федеральным законом от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее – Закон «Об АО»), Федеральным законом от 22.04.1996 № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» (далее – Закон «О рынке ценных бумаг»), Федеральным законом от 10.07.2002 № 86-ФЗ «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)» (далее – Закон «О Банке России»).

Согласно статье 44 Закона «Об АО» акционерное общество обязано обеспечить ведение и хранение реестра акционеров общества в соответствии с правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 5 статьи 3 Федерального закона от 02.07.2013 № 142-ФЗ «О внесении изменений в подраздел 3 раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Закон № 142-ФЗ) акционерные общества, осуществляющие до момента вступления в силу этого Закона № 142-ФЗ самостоятельное ведение реестра акционеров, обязаны в срок до 01.10.2014 передать ведение реестра лицу, имеющему предусмотренную законом лицензию, то есть профессиональному участнику рынка ценных бумаг, осуществляющему деятельность по ведению реестра владельцев ценных бумаг (далее – регистратор).

В рассматриваемом случае Общество не передало ведение его реестра регистратору по состоянию на 05.10.2021.

Данное нарушение Обществом не устранено, направленные Банком России в адрес Общества неоднократные предписания об устранении этого нарушения были почтой возвращены с отметкой «истечение срока хранения». Таким образом, Банком России приняты меры, направленные на приведение деятельности Общества в соответствие с законодательством.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что невыполнение ЗАО «ВЗХИ» предписаний Банка России, а также непредставление или нарушение порядка либо сроков представления в Банк России отчетов, уведомлений и информации, предусмотренных законодательством, является нарушением, влекущим применение к нарушителю мер административной ответственности и иных мер, предусмотренных законодательством.

Согласно письму Банка России от 31.07.2014 № 015-55/6227 нормы статьи 149 ГК РФ и Закона № 142-ФЗ не содержат исключений из указанной выше обязанности акционерных обществ по передаче реестра акционеров независимо ни от каких условий, в том числе от количества акционеров (менее 50), типа общества (публичное или непубличное), наличия иных лицензий (в том числе на осуществление банковских операций, депозитарной деятельности, деятельности по ведению реестра), финансового состояния общества, транспортной удаленности регистратора, наличия в штате общества лиц, имеющих квалификационный аттестат специалиста финансового рынка по ведению реестра (третьего типа), и иных условий.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 18.07.2003 № 14-П указано, что ликвидация юридического лица не может быть назначена по одному лишь формальному основанию неоднократности нарушений законодательства, а должна применяться в соответствии с общеправовыми принципами юридической ответственности и быть соразмерной допущенным юридическим лицом нарушениям и вызванным ими последствиям.

В рассматриваемом случае допущенное Обществом нарушение законодательства о ценных бумагах посягает на установленный порядок обеспечения реализации единой государственной политики в сфере рынка ценных бумаг, который должен носить устойчивый характер в целях поддержания стабильности соответствующего сегмента рынка, что, в частности, должно обеспечиваться посредством соблюдения каждым участником данных правоотношений требований законодательства.

Неисполнение Обществом обязанности по передаче ведения реестра регистратору является нарушением одной из основных гарантий стабильности на рынке ценных бумаг и свидетельствует о пренебрежительном отношении со стороны Общества к своим публично-правовым обязанностям.

Более того при рассмотрении настоящего дела суд первой инстанции в каждом определении предлагал ответчикам устранить нарушения и представить суду сведения о передаче реестра акционеров регистратору. Однако ответчики не выполнили также и эти требования суда.

Таким образом, допущенное ЗАО «ВЗХИ»  названное выше нарушение закона является грубым.

На основании изложенного суд первой инстанции в соответствии со статьей 61 ГК РФ правомерно принял решение о ликвидации Общества.

В этой части апелляционная жалоба не содержит возражений.

Согласно пункту 5 статьи 61 ГК РФ решением суда о ликвидации юридического лица на его учредителей (участников) или на орган, уполномоченный на ликвидацию юридического лица его учредительным документом, могут быть возложены обязанности по осуществлению ликвидации юридического лица.

Пункт 11.2 Устава Общества к компетенции общего собрания акционеров относит ликвидацию Общества, назначение ликвидационной комиссии и утверждение промежуточного и окончательного ликвидационных балансов.

Банк России просит возложить обязанность по ликвидации Общества на ФИО4, ФИО5, ФИО7, ФИО8, ФИО13, ФИО11, ФИО10, ФИО6, которые определены им как акционеры Общества согласно отчету об итогах выпуска ценных бумаг от 12.02.1999, в котором по состоянию на указанную дату перечислены акционеры, владеющие не менее, чем 2 % обыкновенных именных акций Общества.

Однако в ходе рассмотрения дела участие в судебных заседаниях принимали ответчики ФИО4, ФИО5, ФИО8 Ответчики ФИО11, ФИО10 представили письменные возражения. В адрес остальных ответчиков, определенных истцом, судом направлялись уведомления о судебном процессе по их адресам регистрации, которые были почтой возвращены с отметками «за истечением срока хранения».

Названные ответчики пояснили суду, что они ранее являлись работниками Общества, в 2001 году продали свои акции ФИО2 и ФИО12 Договор купли-продажи акций ФИО12 от 2001 года сохранился только у ФИО11, у остальных договоры не сохранились. В этот же период времени они уволились с работы в Обществе, в его деятельности не участвуют, дивидендов не получают. Ответчики ФИО5, ФИО4, ФИО11, ФИО8 также указывают на то, что Банком России ответчики определены исходя из данных отчета об итогах выпуска ценных бумаг от 12.02.1999. Однако информация этого отчета устарела и не соответствует действительности. Остальные физические лица, к которым Банк России предъявляет требования, также ранее являлись работниками и акционерами Общества, были уволены и продали акции в один период в 2001 года. Покупку акций осуществляли ФИО2 и ФИО12

Из решения Вологодского городского суда от 22.03.2001 по делу № 22404/2001 следует, что ФИО2 является акционером Общества. ФИО2 умер в 2021 году. Исполнительным директором Общества является его сын ФИО2

Кроме того, из судебных актов Арбитражного суда Вологодской области по делу № А13-7641/2008 и протоколов общих собраний Общества следует, что акционерами Общества являются другие лица, а не ответчики, к которым Банк России предъявляет требования.

Ответчики ФИО4, ФИО5, ФИО8 указывают на то, что в связи с давностью времени (прошло более 20 лет) договоры купли-продажи акций у них не сохранились.

Ответчик ФИО11 представила копию договора купли-продажи акций от 26.12.2001, согласно которому покупателем ее акций являлся ФИО12

Ответчик ФИО8 представила копию выписки из реестра акционеров Общества от 07.06.2010 за подписью исполнительного директора ФИО2, нотариально заверенную, согласно которой по состоянию на 01.01.2010 в реестре акционеров Общества записей о наличии ценных бумаг, учитываемых по лицевому счету ФИО19 не имеется (по причине продажи и списания акций с внесением записи по лицевому счету на приобретателя).

В апелляционной жалобе ФИО2 ссылается на то, что суд необоснованно отказал в привлечении к участию в деле в качестве соответчиков ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17 

Между тем согласно выписке из протокола общего собрания акционеров от 30.07.2002 в качестве акционеров Общества указаны ФИО18, ФИО2 В., ФИО17 

В решении суда от 27.05.2009 по делу № А13-7641/2008 указано на то, что акционерами Общества являются ФИО14, ФИО15, ФИО16

Названные доводы отклоняются судом апелляционной инстанции по следующим основаниям.

В решении Арбитражного суда Вологодской области от 27.05.2009 по делу № А13-7641/2008 указано на то, что акционерами Общества являются ФИО14, ФИО15, ФИО16. 

Согласно акту от 18.12.2020 о выделении к уничтожению судебных дел за 2008 год с истекшим сроком хранения данное дело № А13-7641/2008 уничтожено. В самом тексте судебного акта по этому делу не содержится идентифицирующих данных на ФИО20, ФИО14, ФИО16

В выписке из протокола общего собрания акционеров от 30.07.2002 в качестве акционеров Общества указаны ФИО18, ФИО2, ФИО17

Определением суда первой инстанции от 26.09.2023 (резолютивная часть от 20.09.2023) обоснованно отказано в удовлетворении ходатайств о привлечении к участию в деле в качестве соответчиков ФИО14, ФИО15, ФИО16 и ФИО17 по причине отсутствия идентифицирующих данных в отношении этих лиц; их привлечение к участию дело приведет к невозможности рассмотрения дела по существу, в связи с невозможностью извещения данных лиц о времени и месте судебного заседания.

Из решения Вологодского городского суда Вологодской области от 22.03.2001 по делу № 2-2404/2001 следует, что ФИО2 были подарены акции Общества. ФИО2 умер 14.04.2021, согласно ответу нотариуса от 31.07.2023 в состав его наследства акции Общества не входили.

Таким образом, из приведенных выше судебных актов, протоколов собраний, выписки из реестра акционеров от 07.06.2010 следует, что имеющийся в материалах дела отчет об итогах выпуска ценных бумаг от 12.02.1999 в отношении сведений об акционерах в настоящее время не является актуальным в связи с давностью составления.

Из имеющихся доказательств в их совокупности и взаимосвязи следует, что не имеется достоверных данных о том, что акционерами Общества в настоящее время являются ФИО4, ФИО5, ФИО7, ФИО8, ФИО13, ФИО11, ФИО10, ФИО6, ФИО12 Поэтому суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении исковых требований о возложении на этих лиц обязанности по ликвидации Общества.

В учредительных документах Общества не указано лицо, на которое возлагаются обязанности по его ликвидации в случае наличия оснований для этого.

Суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что назначение арбитражного управляющего для осуществления процедуры ликвидации Общества является преждевременным и может повлечь дополнительные затраты на вознаграждение арбитражного управляющего, на компенсацию его расходов.

Из выписки из Единого государственного реестра недвижимости от 16.05.2023 следует, что все объекты недвижимости, которые ранее были зарегистрированы за Обществом, проданы. В бухгалтерском балансе Общества за 2022 год в активах отражена дебиторская задолженность в размере 107 000 руб. Однако доказательств ее наличия и ликвидности не имеется.

Таким образом, у Общества не установлена достаточность активов для его ликвидации. Также не установлены и его акционеры, в отношении которых внесены записи в реестр. Поэтому при назначении арбитражного управляющего расходы на его вознаграждение могут быть возложены на Банк России.

В целях исключения данной ситуации суд первой инстанции обоснованно возложил обязанность по ликвидации Общества на ФИО2, так как он является лицом, которое фактически обладает контролем над деятельностью Общества, является его фактическим акционером, а именно в его (ФИО2) отношении внесена запись в ЕГРЮЛ как об исполнительном директоре Общества.

 Доводы апеллянта о том, что ФИО2 не имеет отношения к деятельности Общества, так как не является его акционером и исполнительным директором, отклоняются апелляционной коллегией.

Согласно пункту 5 статьи 61 ГК РФ решением суда о ликвидации юридического лица на его учредителей (участников) или на орган, уполномоченный на ликвидацию юридического лица его учредительным документом, могут быть возложены обязанности по осуществлению ликвидации юридического лица.

Как указано выше, в ЕГРЮЛ в отношении ФИО2 внесена запись как об исполнительном директоре Общества.

Сведений о наличии у Общества в настоящее время каких-либо иных действующих органов, кроме исполнительного директора, не имеется

На день рассмотрения дела судом первой инстанции в ЕГРЮЛ не имелось каких-либо записей о недостоверности сведений о том, что ФИО2 является исполнительным директором Общества.

Такая запись внесена в ЕГРЮЛ внесена по заявлению физического лица 09.10.2023, то есть после принятия обжалуемого судебного акта. 

Из приведенных выше писем МИФНС № 11 следует, что при проведении проверок установлено, что Общество фактически находится по юридическому адресу, Обществом сдается отчетность, руководителем Общества представлены в регистрирующий орган документы, подтверждающие право собственности руководителя Общества на недвижимое имущество, по адресу которого зарегистрировано Общество.

ФИО2 находится по юридическому адресу Общества. ФИО2 также в отзыве на иск указывает на то, что к нему обращаются граждане и требуют предоставить в суд реестр акционеров. Эти обстоятельства также подтверждают исполнение ФИО2 функций руководителя Общества.

ФИО2 в апелляционной жалобе ссылается на то, что реестр акционеров и документы Общества хранились не у него, а у председателя совета директоров Общества.

Данные доводы отклоняются, так как выписка из реестра акционеров от 07.06.2010 в отношении ФИО8 выдана за подписью исполнительного директора ФИО2

В протоколах заседания совета директоров Общества в качестве присутствующих указаны ФИО2 и ФИО2, в том числе о назначении исполнительным директором ФИО2 (протоколы от 12.11.2004, 13.11.2010, 14.11.2003).

В протоколе заседания совета директоров Общества от 14.11.2003 указано, что присутствуют двое ФИО2 и ФИО2, решение принято их голосами.

Из представленных регистрирующими органами регистрационных дел в отношении объектов недвижимости, отчужденных Обществом, следует, что соответствующие регистрационные действия проводились по заявлениям ФИО2, поданным от имени Общества.

В апелляционной жалобе ФИО2 ссылается на то, что его присутствие на заседаниях совета директоров Общества, проведение им регистрационных действий в интересах Общества осуществлялись им лишь ранее в пределах его полномочий как исполнительного директора Общества в процессе хозяйственной деятельности Общества, однако с декабря 2012 года Общество деятельность не ведет, расчетных счетов не имеет. Поэтому в настоящее время он не является исполнительным директором Общества, какого-либо контроля над Обществом у него нет.

По мнению апеллянта, суд первой инстанции необоснованно признал его фактическим акционером Общества, так как законодательство не содержит такого понятия.

Эти доводы являются необоснованными.

МИФНС № 11 представила суду отчетность Общества. Эта отчетность сдана в налоговый орган также ФИО2, в том числе в 2023 году – отчетность от 06.02.2023, 22.03.2023, 20.06.2023, 11.07.2023, 15.08.2023 и другие даты.

Таким образом, в настоящее время именно ФИО2 действует от имени Общества, представляя его интересы в государственных органах, подавая от его имени документы и заявления.

Апеллянтом данные выводы не опровергнуты.

Согласно статье 3 Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» бенефициарный владелец – это в целях настоящего Федерального закона физическое лицо, которое в конечном счете прямо или косвенно (через третьих лиц) владеет (имеет преобладающее участие более 25 % в капитале) клиентом – юридическим лицом либо имеет возможность контролировать действия клиента.

В рассматриваемом случае ФИО2 является таким бенефициарным владельцем в отношении Общества.

Перечисленные выше доказательства соответствуют друг другу и в их совокупности и единстве свидетельствуют о том, что исполнительный директор Общества ФИО2 фактически обладает контролем над деятельностью      ЗАО «ВЗХИ», является его фактическим акционером (бенефициарным владельцем), поэтому суд первой инстанции обоснованно возложил на него обязанность по ликвидации Общества.

В силу абзаца 7 подпункта 2 пункта 1 статьи 7 Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ в случае, если в результате принятия предусмотренных настоящим Федеральным законом мер по идентификации бенефициарных владельцев бенефициарный владелец не выявлен, бенефициарным владельцем может быть признан единоличный исполнительный орган клиента с возложением на него последствий, связанных с деятельностью юридического лица в рамках предусмотренной законом ответственности учредителей. 

На основании изложенного суд первой инстанции правомерно удовлетворил иск к ФИО2

Обратное может влечь ограничение права на судебную защиту (ограничение представленных Банку полномочий по контролю за рынком ценных бумаг и соблюдению его субъектами установленных для них императивных правил), при том, что само по себе возложение обязанности по ликвидации юридического лица на его руководителя каким-либо нормам закона (включая пункт 5 статьи 61 Гражданского кодекса РФ) не противоречит.

Выводы суда об установленных обстоятельствах основаны на доказательствах, указание на которые содержится в обжалуемом судебном акте и которым дана оценка в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, а выводы о применении норм права – на фактических обстоятельствах, установленных судом на основании оценки представленных в материалы дела доказательств.

Вопреки мнению подателя жалобы, из содержания обжалуемого судебного акта следует, что суд дал оценку всем доводам и возражениям лиц, участвующих в настоящем деле, надлежащим образом исследовал все имеющиеся в материалах дела доказательства, установил все обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, подлежат отклонению, так как тождественны доводам, которые являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции и получили надлежащую правовую оценку, основания для непринятия которой у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Иное толкование апеллянтом положений законодательства, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права.

Других убедительных доводов, основанных на доказательственной базе, позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, в апелляционной жалобе не содержится.

Судом первой инстанции полно и всесторонне исследованы обстоятельства дела, нарушений или неправильного применения норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены решения суда апелляционная коллегия не усматривает.

Руководствуясь статьями 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд 

п о с т а н о в и л :

решение Арбитражного суда Вологодской области от 26 сентября 2023 года по делу № А13-1379/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу Боброва Владимира Вячеславовича – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

К.А. Кузнецов

Судьи

Н.Г. Маркова

Л.Ф. Шумилова