СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Томск                                                                                               Дело № А27-3302/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 21 апреля 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 апреля 2025 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего      Сбитнева А.Ю.,

судей:                                     Дубовика В.С.,

                                               Иващенко А.П.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Сперанской Н.В., рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 (07АП-1632/25(2)) на определение от 24.02.2025 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-3302/2023 (судья Сержантова Н.А.) о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>), 

принятое по заявлению финансового управляющего ФИО2 к ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – не явился;

от иных лиц – не явились;

У С Т А Н О В И Л:

в деле о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 определением от 24.02.2025 удовлетворено заявление финансового управляющего о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности. Сделка, оформленная Соглашением об уплате алиментов на содержание ребенка № 42 АА 3631109 от 06.06.2022 (зарегистрировано в реестр №42/103-н/42-2022- 6-234), между ФИО1 и ФИО3, признана недействительной в части определения размера алиментов в сумме, превышающей ? от дохода ФИО1, но не менее величины прожиточного минимума на детей, установленного в целом по Российской Федерации в соответствующий период времени (с учетом определения об исправлении описки от 24.02.2025).

При этом, применены последствия недействительности оспариваемой сделки в вышеуказанной части - с ФИО3 в конкурсную массу ФИО1 взысканы денежные средства в размере 453 094,08 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда.

В обоснование доводов апеллянт указывает, что оплата алиментов на ребенка является законной формой его содержания, порядок и форма предоставления такого содержания определяется родителями самостоятельно, однако действующее законодательство не устанавливает запрет на заключение соглашения об алиментах при наличии признаков неплатежеспособности, кредиторской задолженности.

В порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации финансовым управляющим представлен отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому действия должника и ответчика по заключению соглашения об уплате алиментов, начиная с 27.05.2016 года, когда было заключено первое соглашение, а затем при заключении последующих соглашений от 01.06.2019, 06.06.2022, были совершены с целью вывода имущества должника.

В судебном заседании в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации был объявлен перерыв для предоставления дополнительных пояснений.

03.04.2025 должником были представлены пояснения относительно размера собственной заработной платы, а также трудовой деятельности бывшей супруги.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства (суд апелляционной инстанции располагает сведениями о получении адресатами направленной копии судебного акта (часть 1 статьи 123 АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о дате и времени слушания дела на интернет-сайте суда, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

В порядке части 1 статьи 266, частей 1, 3 статьи 156 АПК РФ суд считает возможным рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие участвующих в деле лиц и их представителей.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность обжалуемого определения, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для его отмены.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, брак между должником и ответчиком прекращен 30.08.2021, о чем 01.07.2022 составлена запись акта о расторжении брака. 

06.06.2022 между должником и ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р. в лице законного представителя матери, ФИО3 заключено соглашение об уплате алиментов. 

01.03.2023 должник обратился с заявлением о признании себя банкротом, ссылаясь на наличие задолженности перед банками по кредитным договорам в размере 8 199 931,53 руб. 

Определением суда от 04.07.2023 (резолютивная часть объявлена 27.06.2023) в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов; решением суда от 04.12.2023 (резолютивная часть объявлена 28.11.2023) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции указал, что соглашение об уплате алиментов признается недействительным в части в которой предоставление, причитающееся получателю алиментов, превосходит его разумно достаточные потребности, чем причиняется ущерб интересам иных кредиторов.

Рассмотрев материалы дела повторно в порядке главы 34 АПК РФ, суд апелляционной инстанции соглашается с правильностью выводов суда первой инстанции, отклоняя доводы апелляционной жалобы, исходит из следующих норм права.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан принимать меры по выявлению имущества гражданина и обеспечению сохранности этого имущества. 

Пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовому управляющему предоставлено право подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона. 

В соответствии с пунктом 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), в порядке главы III. 1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III. 1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах). 

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (включая сделки с недвижимостью). 

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 5 Постановления № 63 разъяснил, что для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: 

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица (абзац второй пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве). 

Под причинением вреда имущественным правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (абзац тридцать второй статьи 2 Закона о банкротстве). 

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: 

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; 

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. 

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в определении от 23.07.2018 305-ЭС18-3009, в условиях банкротства должника, а значит очевидной недостаточности у последнего денежных средств и иного имущества для расчета по всем долгам, нередко возникает ситуация, при которой происходит столкновение материальных интересов его кредиторов, конкурирующих за распределение конкурсной массы в свою пользу, и самого должника на сохранение принадлежащего ему имущества за собой. 

Из приведенных правовых положений и устойчиво сложившейся по данной категории споров судебной практики следует, что до тех пор, пока не доказано иное, факт совершения должником в преддверии собственного банкротства, в условиях своей неплатежеспособности сделки по отчуждению принадлежащего ему имущества в пользу заинтересованного лица в достаточной степени подтверждает направленность такой сделки на причинение вреда имущественным правам и законным интересам кредиторов.

Как следует из материалов дела, производство по делу о банкротстве должника возбуждено определением от 09.03.2023, оспариваемая сделка заключена 06.06.2022, в связи с чем действительность соглашения должна оцениваться применительно к правилам, предусмотренным пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Рассматривая вопрос о наличии признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, а также причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, судом первой инстанции установлено, что на момент заключения спорного соглашения у должника имелись неисполненные обязательства перед следующими кредиторами: 

- ООО «Региональная служба взыскания» по кредитному договору 

<

***> от 21.11.2023 в размере 37 117,98 руб., взысканная приказом мирового судьи судебного участка № 7 Заводского судебного района города Кемерово от 02.08.2021 по делу № 2- 1138/5-2021. Указанная задолженность впоследствии включена в реестр требований кредиторов должника определением Арбитражного суда Кемеровской области от 10.10.2023; 

- ООО «Региональная служба взыскания» по кредитному договору 2652210472 от 25.06.2014 в размере 162 699,76 руб., впоследствии включена в реестр требований кредиторов должника определением суда от 25.10.2023; 

- ООО «ЭОС» по кредитному договору 

<

***> от 21.12.2015 в размере 642 289,15 руб., взысканная на основании решения Яшкинского районного суда Кемеровской области от 13.09.2021 по делу № 2-340/2021, впоследствии включена в реестр требований кредиторов должника определением суда от 13.12.2023; 

- ООО ПКО «21 ВЕК» по кредитному договору 

<

***> от 02.12.2010 в размере 63 786,95 руб., взысканная решением Центрального районного суда г. Кемерово по делу № 2-739/2016, впоследствии включена в реестр требований кредиторов должника определением суда от 11.03.2024; 

- АО «Банк Русский Стандарт» по кредитному договору 

<

***> от 28.09.2015 в размере 675 828,42 руб., взысканная решением Центрального районного суда г. Кемерово от 05.08.2019 по делу № 2-3258/2019, впоследствии включена в реестр требований кредиторов должника определением суда от 20.10.2023. 

Таким образом, арбитражным судом сделан обоснованный вывод, что на момент заключения алиментного соглашения должник обладал признаками неплатежеспособности, о чем не могла не знать бывшая супруга должника, поскольку сделка совершена с заинтересованным лицом, бывшей супругой должника (матерью несовершеннолетнего ребенка) (статья 19 Закона о банкротстве).

Оценив в совокупности изложенные обстоятельства, суд первой  инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для признания соглашения недействительной сделкой.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан", внесудебное соглашение об уплате алиментов может быть признано недействительным по заявлению финансового управляющего, кредиторов должника в части в которой предоставление, причитающееся получателю алиментов, превосходит его разумно достаточные потребности, чем причиняется ущерб интересам иных кредиторов.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 02.08.2018 № 305-ЭС18-1570, действующее законодательство не устанавливает запрет на заключение соглашения об алиментах при наличии у плательщика алиментов признаков неплатежеспособности и кредиторской задолженности, а также не ставит в зависимость его заключение от указанных обстоятельств. Напротив, в случае банкротства такого лица требование о взыскании алиментов обладает преференцией перед иными требованиями кредиторов.

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в определении от 27.10.2017 N 310-ЭС17-9405(1,2) по делу N А09-2730/2016, при разрешении вопроса о допустимости оспаривания соглашения об уплате алиментов необходимо соотнести две правовые ценности: права ребенка на уровень жизни, необходимый для его физического, умственного, духовного, нравственного и социального развития (статья 27 Конвенции о правах ребенка от 20.11.1989), с одной стороны, и закрепленное в статьях 307 и 309 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) право кредитора по гражданско-правовому обязательству получить от должника надлежащее исполнение, с другой стороны, - и установить между названными ценностями баланс. При этом под соответствующим балансом не может пониматься равенство интересов детей как кредиторов по алиментам и обычных гражданско-правовых кредиторов. 

Вместе с тем согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 02.08.2018 N 305-ЭС18-1570 по делу N А40-184304/2015, в отличие от обычных условий в ситуации несостоятельности обязанного к уплате алиментов лица существенное превышение размера алиментов относительно доли от дохода, которая подлежала бы уплате по закону (статья 81 СК РФ), может вызывать у кредиторов должника обоснованные претензии, поскольку от объема первоочередных платежей зависит удовлетворение их требований в процедуре банкротства. В связи с этим при разрешении такого рода споров судам необходимо обеспечить баланс интересов с одной стороны - несовершеннолетнего в получении содержания, который должен обеспечиваться независимо от несостоятельности плательщика алиментов, с другой - кредиторов, заключающийся в недопущении недобросовестного увеличения кредиторской задолженности. Сохранение ребенку прежнего уровня его материального обеспечения, существенно превышающего установленные законом нормы, не может быть реализовано за счет кредиторов. Иной подход посягает на основы правопорядка и стабильность гражданского оборота.

В силу пункта 2 статьи 83 Семейного кодекса Российской Федерации размер алиментов на несовершеннолетних детей с родителей определяется судом исходя из максимально возможного сохранения ребенку прежнего уровня его обеспечения с учетом материального и семейного положения сторон и других заслуживающих внимания обстоятельств (пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 N 56 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов").

Судом первой инстанции установлено и не оспаривается участвующими в деле лицами, что должник с 01.11.2018 по настоящее время работает в Государственном автономном учреждении здравоохранения «Кузбасская клиническая больница скорой медицинской помощи им. М.А. Подгорбунского». К заявлению о признании себя банкротом должник приложил справки 2-НДФЛ, из которых следует, что размер дохода в 2019 году составил – 1 697 135,56 руб., в 2020 году – 1 506 433,44 руб., в 2021 году – 1 609 085,05 руб. В материалы дела по запросу суда уполномоченным органом представлены сведения о доходах должника за 2023 года в размере 1 753 479,39 руб., за период с января по июль 2024 года в размере 1 231 031,13 руб. 

Государственным автономным учреждением здравоохранения «Кузбасская клиническая больница скорой медицинской помощи им. М.А. Подгорбунского» в материалы дела представлена так же справка от 11.09.2024 № 903, согласно которой в соответствии с соглашением от 06.06.2022 об уплате алиментов на несовершеннолетнего ребенка ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р. удерживается 50 % размера от заработной платы сотрудника. Так, за июль 2023 удержано 39 638,45 руб., за август 2023 – 65 886,56 руб., за сентябрь 2023 – 78 919,23 руб., за октябрь 2023 – 22 953,52 руб., за ноябрь 2023 – 55 670,41 руб., за декабрь 2023 – 71 223,93 руб., за январь 2024 – 61 918,98 руб., за февраль 2024 – 55 259,94 руб., за март 2024 – 65 060,10 руб., за апрель 2024 – 68 883,42 руб., за май 2024 – 92 512,50 руб., за июнь 2024 – 95 109,74 руб., за июль 2024 – 96 753,91 руб., за август 2024 – 64 302,44 руб. 

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что в материалы дела не представлены относимые и допустимые доказательства необходимости несения расходов на содержание детей ежемесячно в размере 50 % от заработной платы, установленный соглашением размер алиментов значительно превышает размер величины прожиточного минимума, устанавливаемый в Кемеровской области – Кузбассе, так и в целом по Российской Федерации.

В данном случае суд учитывая, что оспариваемое соглашение заключено за несколько месяцев до обращения должника в суд с заявлением о признании его несостоятельным (за девять месяцев и три дня), а также сопоставив размер среднего ежемесячного дохода должника, а также величину прожиточного минимума на душу населения в Кемеровской области, пришел к выводу о том, что установленный в соглашении размер выплат, составляющий 50 процентов от дохода и значительно превышающий величину прожиточного минимума на душу населения нарушает имущественные права кредиторов несостоятельного должника.

В связи с изложенным суд первой инстанции правомерно установил размер алиментов в размере 1/4 от дохода и признал оспариваемое соглашение в части, превышающей названный размер, недействительной сделкой.

Применяя общее правило об исключении одной четверти заработка и (или) иного дохода родителя на содержание одного несовершеннолетнего ребенка с учетом размера дохода одного из родителей – ФИО1, судом первой инстанции верно произведен расчет (480 999,05 руб. за весь спорный период).

Иные расходы, не связанные с обеспечением необходимого уровня жизни ребенка, осуществляемые родителями по своему усмотрению (в том числе организация ежегодного отдыха), не могут возлагаться на кредиторов путем дополнительного обременения конкурсной массы в условиях несостоятельности должника, позволяющего нести расходы по уплате алиментов в большем размере.

Таким образом, оспариваемого соглашение подлежит признанию недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом, судебная коллегия отмечает что вышеуказанные установленные судом фактические обстоятельства совершения спорной сделки полностью охватываются диспозицией пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Финансовым управляющим должника не приведены доказательства наличия пороков в оспариваемой сделке, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок. Такие доказательства ни суду первой инстанции, ни суду апелляционной инстанции не представлены.

Кроме того судом первой инстанции сделаны обоснованные вывод по доводу о пролонгации аналогичных соглашений, заключенных 27.05.2016 и 01.06.2019, удостоверенные нотариусом Кемеровского нотариального округа Кемеровской области ФИО5, зарегистрированные в реестре за № 3-2006 и № 42/66-н/42- 2019-3-178.

27.05.2016 и 01.06.2019 между должником и ответчиком были заключены соглашения об уплате алиментов, по условиям которых размер алиментов на содержание ребенка установлен в размере 50 % от всех источников дохода плательщика, в том числе и из заработной платы. 

На момент заключения данных соглашений должник и ФИО3 (бывшая супруга) состояли в зарегистрированном браке, который расторгнут 30.08.2021. На момент вышеуказанных соглашений супруги не делили имущество, оно не выходило из режима совместной собственности. На основании изложенного арбитражным судом сделан вывод, что заключение алиментных соглашений в данный период фактически являлось нецелесообразным, поскольку в период брака все доходы должника поступали в совместную собственность супругов. 

Вместе с тем арбитражным судом установлено, что в период с 27.08.2004 по 06.04.2017 должник был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя. 

Исходя из сведений банка данных исполнительных производств, впервые на основании исполнительного листа от 26.12.2016 № ФС 015808851, выданного ООО «Кузбасс-3» Арбитражным судом Алтайского края, 09.06.2017 было возбуждено исполнительное производство в отношении ИП ФИО1 № 10193/17/42021-ИП на общую сумму задолженности 2 126 353,03 руб.; прекращено 24.08.2022 на основании пункта 3 части 1 статьи 46 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее - Закон № 229-ФЗ). 

В дальнейшем, на основании исполнительного листа от 13.10.2016 №ФС0114545577, выданного АО «АМК-ФАРМА» Арбитражным судом Кемеровской области, 25.02.2019 было возбуждено исполнительное производство в отношении ИП ФИО1 № 7045/19/42021-ИП на общую сумму 2 206 193,73 руб.; прекращено 24.08.2022 на основании пункта 3 части 1 статьи 46 Закона № 229-ФЗ. 

Далее, в отношении должника возбуждались исполнительные производства в 2021 году (исполнительный лист от 27.11.2017 № ФС 016681737 на сумму 1 641 217,33 руб.), в 2022 году (исполнительный лист от 21.08.2019 № ФС 036087654 на сумму 892 834,34 руб.) в отношении иных кредиторов. 

Таким образом, судом первой инстанции мотивированно изложено, что соглашения об уплате алиментов 27.05.2016 и 01.06.2019 совершены заинтересованными лицами уже в ситуации неплатежеспособности должника и с целью вывода имущества последнего (получаемой заработной платы) из-под взыскания в рамках исполнительных производств.

Вместе с тем, как отмечено выше, поскольку оспариваемой сделкой является соглашение об уплате алиментов, при рассмотрении вопроса о действительных целях совершения сделки коллегия учитывает, что обязательства стороны по соглашению об уплате алиментов регулируются Семейным кодексом Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 81 Семейного кодекса Российской Федерации, при отсутствии соглашения об уплате алиментов алименты на несовершеннолетних детей взыскиваются судом с их родителей ежемесячно в размере: на одного ребенка - одной четверти, на двух детей - одной трети, на трех и более детей - половины заработка и (или) иного дохода родителей.

К заключению, исполнению, расторжению и признанию недействительным соглашения об уплате алиментов применяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие заключение, исполнение, расторжение и признание недействительными гражданско-правовых сделок (пункт 1 статьи 101 Семейного кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 116 Семейного кодекса Российской Федерации, выплаченные суммы алиментов не могут быть истребованы обратно, за исключением случаев: отмены решения суда о взыскании алиментов в связи с сообщением получателем алиментов ложных сведений или в связи с представлением им подложных документов; признания соглашения об уплате алиментов недействительным вследствие заключения его под влиянием обмана, угроз или насилия со стороны получателя алиментов; установления приговором суда факта подделки решения суда, соглашения об уплате алиментов или исполнительного листа, на основании которых уплачивались алименты.

Данная норма Семейного кодекса Российской Федерации согласуется с пунктом 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.

Суд первой инстанции, приняв во внимание квалификацию соглашения в качестве недействительной сделки, совершенной с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, пришел к выводу о допустимости взыскания с бывшей супруги полученных денежных средств за минусом денежных средств в размере прожиточного минимума на ребенка, подпадающих под исполнительский иммунитет в соответствии с абзацем 1 пункта 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве и статьей 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем правомерно применил последствия недействительности соглашения об уплате алиментов в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 453 094,08 руб.

Вместе с тем в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 N 56 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов" разъяснено, что, в частности, при взыскании алиментов в твердой денежной сумме, их размер следует определять с учетом величины прожиточного минимума для соответствующей социально-демографической группы населения, установленной в субъекте Российской Федерации по месту жительства лица, получающего алименты, а при отсутствии указанной величины - величины прожиточного минимума для соответствующей социально-демографической группы населения в целом по Российской Федерации.

Что прямо соотносится в данном случае и с общим подходом законодателя, обозначенным в отмеченной выше норме пункта 1 статьи 81 СК РФ о размере алиментов, взыскиваемых на одного ребенка от заработка и (или) иного дохода родителя.

При таких обстоятельствах последствия недействительности, примененные судом в отношении именно соответствующей части выбывшего из потенциальной конкурсной массы актива, не могут рассматриваться в качестве обратного взыскания собственно алиментов в смысле положений статьи 116 СК РФ.

Иной подход (о невозможности возврата уплаченного ранее по недействительной части алиментного соглашения в рамках реализации совместной цели причинения вреда кредиторам) предоставлял бы супругам легальный механизм злоупотребления правом должником в преддверии своего банкротства (заключение супругами соглашения об уплате алиментов с превышением необходимых объективных пределов), без фактической возможности действительного восстановления прав кредиторов гражданина-банкрота.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что действия сторон были направлены на искусственное увеличение текущей кредиторской задолженности ФИО1 с целью причинения вреда кредиторам должника и уменьшения размера его имущества.

Между тем, доводы апелляционной жалобы сводятся к повторению позиции, изложенной в суде первой инстанции и обоснованно отклоненной судом, и также не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как, не свидетельствуют о неправильном применении арбитражным судом области норм материального или процессуального права, а выражают лишь несогласие с ними. Убедительных аргументов, основанных на доказательственной базе и опровергающих выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит, в силу чего удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

определение от 24.02.2025 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-3302/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью состава суда, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети Интернет.

Председательствующий                                                                                    А.Ю. Сбитнев

Судьи                                                                                                                   В.С. Дубовик

                                                                                                                             А.П. Иващенко