ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

22.06.2023                                                                                 Дело № А41-4843/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15.06.2023

Полный текст постановления изготовлен 22.06.2023

 

            Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего - судьи Перуновой В.Л.

судей: Коротковой Е.Н., Кручининой Н.А.

при участии в заседании:

от ФИО1 – ФИО2, доверенность от 07.07.2022,

от Гейма Д.А. – ФИО3, доверенность от 08.06.2023,

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

финансового управляющего должника

на определение Арбитражного суда Московской области от 18.02.2023,

постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 10.04.2023

по заявлению ФИО1 о процессуальном правопреемстве кредитора ПАО «Росбанк» в части суммы требований 1 227 713,26 руб. основного долга и 9 907,99 руб. процентов в третьей очереди реестра требований кредиторов должника, как обеспеченных залогом имущества должника, и заявлению финансового управляющего должника о признании требований ПАО «Росбанк» погашенными,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Гейма Д.А.,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 09.09.2021 Гейм Д.А. признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, определением Арбитражного суда Московской области от 31.05.2022 финансовым управляющим утвержден ФИО4

            Определением Арбитражного суда Московской области от 12.08.2021 требование ПАО «Росбанк» на сумму 1 227 713,26 руб. основного долга и 9 907,99 руб. процентов включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника, как обеспеченные залогом имущества должника.

            Определением Арбитражного суда Московской области от 02.02.2022, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 18.07.2022, в порядке процессуального правопреемства в реестре требований кредиторов должника кредитор ПАО «Росбанк» заменен на правопреемника ФИО1

            Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 22.09.2022 определение Арбитражного суда Московской области от 02.02.2022 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 18.07.2022 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.

            Определением Арбитражного суда Московской области от 18.02.2023, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 10.04.2023, в порядке процессуального правопреемства в реестре требований кредиторов должника кредитор ПАО «Росбанк» заменен на правопреемника ФИО1, отказано в признании требований кредитора ПАО «Росбанк» погашенными и исключении требований из реестра требований кредиторов должника.

            Не согласившись с принятыми судебными актами, финансовый управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит судебные акты судов первой и апелляционной инстанций отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

            В кассационной жалобе заявитель указывает на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов суда, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

            В соответствии с абзацем вторым части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания опубликована на официальном Интернет-сайте https://kad.arbitr.ru/.

            В порядке статьи 279 АПК РФ к материалам обособленного спора приобщены отзыв ФИО1 на кассационную жалобу и письменные объяснения финансового управляющего должника

            В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель финансового управляющего должника поддержал кассационную жалобу по указанным в ней доводам, представитель Гейма Д.А. возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

            Также в судебном заседании было заявлено устное ходатайство представителя ГК «Роскосмос» об отложении судебного заседания, которое оставлено судом кассационной инстанции без удовлетворения.

            Иные лица, участвующие в деле, не явились в судебное заседание по рассмотрению кассационной жалобы, о времени и месте проведения судебного заседания извещены надлежащим образом.

            Информация о процессе размещена на официальном сайте «Картотека арбитражных дел» в сети Интернет, в связи с чем кассационная жалоба рассматривается в судебном заседании в их отсутствие в порядке, установленном статьями 121, 123 АПК РФ.

            Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по обособленному спору фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

            Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

            В силу части 1 статьи 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

            Для правопреемника все действия, совершенные в арбитражном процессе до вступления правопреемника в дело, обязательны в той мере, в какой они были обязательны для лица, которое правопреемник заменил (часть 3 статья 48 АПК РФ).

            Анализ указанной нормы права позволяет сделать вывод о том, что процессуальное правопреемство представляет собой переход процессуальных прав и обязанностей от одного лица к другому в связи с материальным правопреемством, при этом перечень оснований материального правопреемства является открытым.

            Замена выбывшей стороны ее правопреемником в арбитражном судебном процессе возможна в том случае, если правопреемство произошло в материальном правоотношении, что должно быть подтверждено в соответствии с требованиями статей 65, 67 и 68 АПК РФ относимыми и допустимыми доказательствами лицом, заявившим о правопреемстве.

            Пунктом 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) предусмотрено, что право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

            В силу пункта 2 статьи 382 ГК РФ для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

            Согласно статье 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

            На основании пункта 1 статьи 388 ГК РФ уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону или договору.

            В силу положений пункта 2 статьи 389.1 ГК РФ требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное.

            Согласно пункту 1 статьи 313 ГК РФ кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если исполнение обязательства возложено должником на указанное третье лицо.

            В силу пункта 2 указанной статьи в случае, если должник не возлагал исполнение обязательства на третье лицо, кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника таким третьим лицом, в следующих случаях:

            1) должником допущена просрочка исполнения денежного обязательства;

            2) такое третье лицо подвергается опасности утратить свое право на имущество должника вследствие обращения взыскания на это имущество.

            В соответствии с положениями статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации к общему имуществу супругов относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения.

            В соответствии со статьями 8, 307, 845, 848 и 858 ГК РФ, положениями Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», положением Центрального банка Российской Федерации от 02.03.2012 № 375-П «О требованиях к правилам внутреннего контроля кредитной организации в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», документами, представляемые для подтверждения источников происхождения собственных средств физического лица являются: справка о доходах физического лица, документов о праве собственности на имущество, документов о произведенных физическому лицу в соответствии с законодательством Российской Федерации выплатах, копии иных документов, подтверждающих источники происхождения собственных средств (доходов, имущества) физического лица.

            В соответствии с пунктом 2 статьи 138 Закона о банкротстве в случае, если залогом имущества должника обеспечиваются требования конкурсного кредитора по кредитному договору, из средств, вырученных от реализации предмета залога, восемьдесят процентов направляется на погашение требований конкурсного кредитора по кредитному договору, обеспеченному залогом имущества должника, но не более чем основная сумма задолженности по обеспеченному залогом обязательству и причитающихся процентов.

            Продажа предмета залога осуществляется в порядке, установленном пунктами 4, 5, 8 - 19 статьи 110 и пунктом 3 статьи 111 Закона о банкротстве, и с учетом положений статьи 138 Закона.

            Согласно пункту 4.1 статьи 138 Закона о банкротстве в случае признания несостоявшимися повторных торгов конкурсный кредитор по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, вправе оставить предмет залога за собой с оценкой его в сумме на десять процентов ниже начальной продажной цены на повторных торгах.

            Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, 02.09.2021 ПАО «Росбанк» (далее - цедент) и ФИО1 (далее - цессионарий) заключили договор передачи прав по закладной № ТФ-2111-616/1 (далее - договор), в соответствии с пунктом 1.1 которого цедент передает цессионарию права по закладной, удостоверяющей следующие права цедента:

            право требований по кредитному договору/договору займа № 292998-КД-2015 от 23.10.2015 к Гейму Д.А.;

            право залога на недвижимое имущество по адресу 

<

...>. Государственная регистрация ипотеки осуществлена за номером 50-50/001-50/062/004/2015-6627/1 от 30.10.2015.

            На основании пункта 1.3 договора передача прав по закладной осуществляется путем заключения договора, а также путем передачи цессионарию закладной с отметкой о новом владельце, в качестве которого должен быть указан цессионарий, дата которой должна совпадать с датой перехода прав.

            В силу пункта 1.4 датой перехода прав по закладной является 5 рабочий день после дня зачисления денежных средств, указанных в пункте 3.1 договора на корреспондентский счет цедента.

            В соответствии с разделом 2 договора объем передаваемых по закладной прав требования по кредитному договору/договору займа на дату перехода составляет сумму задолженности, включенную в реестр требований кредиторов в рамках банкротства Гейма Д.А. на основании определения Арбитражного суда Московской области от 12.08.2021:

            в части объема прав требований по возврату суммы кредита 1 227 713,26 руб.;

            в части объема прав требований по выплате неуплаченных процентов 9 907,99 руб.

            Также судами установлено, что на основании пункта 3.1 цена приобретения прав по закладной составляет 1 237 621,25 руб. и оплачивается цессионарием в течение 5 календарных дней с даты подписания договора. Цедент же, в силу пункта 3.2 в течение 10 рабочих дней с даты перехода прав, определяемой в пункте 1.4 договора, обязуется передать цессионарию все документы, удостоверяющие передаваемые права по закладной по акту приема-передачи, составленному по форме приложения № 1 к договору.

            Суды установили, что во исполнение договора ФИО1 платежным поручением от 02.09.2021 № 570086 перечислены денежные средства в размере 1 237 621,25 руб. на счет филиала ПАО «Росбанк», вследствие чего с 08.09.2021 (5 рабочий день с момента перечисления денежных средств) к ФИО1 перешли права требования к Гейму Д.А. в объеме, предусмотренном в договоре, а именно в размере 1 237 621,25 руб.

            Во исполнение своих обязанностей, ПАО «Росбанк» в соответствии с актом приема-передачи документов от 13.09.2021 передал ФИО1 закладную от 30.10.2015 (оригинал) и кредитный договор  от 23.10.2015 №292998-КД-2015.

            Судами установлено, что оплата по договору произведена полностью.

            Как верно указано судами, ФИО1 перечислила денежные средства на счет ПАО «Росбанк» во исполнение заключенного договора, она не являлась стороной кредитного договора от 23.10.2015 № 292998-КД-2015  между Геймом Д.А. и ПАО «Росбанк», в результате чего полученные цедентом денежные средства нельзя рассматривать в качестве исполнения обязательства ФИО1 за Гейма Д.А.

            Упомянутый договор не расторгнут, недействительным не признан.

            Таким образом, суды пришли к обоснованному выводу о том, что заключенный между сторонами договор является действительной сделкой, основания для признания его мнимой сделкой не имеется, в действиях сторон нет признаков недобросовестного поведения, право требования к Гейму Д.А. перешло к ФИО1 от ПАО «Росбанк» в связи с надлежащим исполнением договора, стороны договора совершили конкретные действия, направленные на создание соответствующих заключенному договору последствий, в связи с чем существуют все правовые основания для замены ПАО «Росбанк» на ФИО1 в реестре требований кредиторов должника.

            Вопреки доводам кассатора о том, что уплаченные денежные средства не принадлежали ФИО1, суд округа учитывает установленные судами обстоятельства того, что денежные средства являлись личными сбережениями ФИО1 и ее супруга ФИО5

            Суды установили, что в подтверждение источников происхождения собственных средств супругов Р-вых были представлены следующие документы за период 2019-2021 годы:

            справки 2-НДФЛ ФИО5 о заработной плате, социальных и инвестиционных выплатах,

            пенсионные начисления ФИО5, подтверждаемые банковской выпиской по счету в ПАО «Сбербанк России», где указано зачисление денежных средств с назначением платежа - пенсия,

            справки из ПФР о пенсионных выплатах ФИО1,

            справка о закрытии вклада в АО «Тинькофф Банк»,

            информация о доходе с продажи квартиры, подтверждаемые выпиской из ЕГРН от 23.11.2022 № КУВИ-001/2022-205775299, платежным поручением  от 21.03.2018 № 89005, распиской в получении аванса и банковской выпиской по счету в ПАО «Сбербанк России» о зачислении денежных средств,

            информация от ФНС о получении дохода в виде процентов по вкладам.

            Судами учтено, что в Камчатском крае, где проживает ФИО1 и ее супруг (являющиеся пенсионерами), величина прожиточного минимума определяется на основании Закона Камчатского края от 05.03.2008 № 14 «О прожиточном минимуме в Камчатском крае» и рассчитывается в соответствии с Правилами исчисления величины прожиточного минимума на душу населения и по основным социально-демографическим группам населения в целом по Российской Федерации, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 29.01.2013 № 56. Прожиточный минимум рассчитывается ежеквартально на основании потребительской корзины и цен на продукты питания, предоставляемых территориальным органом федеральной службы государственной статистики по Камчатскому краю.

            С учетом предоставленных данных, суды отметили, что для накопления суммы в размере 1 227 713,26 руб. потребовалось бы не более 7,4 месяца, что говорит о разумной достаточности при оценке удовлетворительности потенциальных возможностей финансового положения ФИО1 при осуществлении приобретения права требования.

            Таким образом, суды обоснованно констатировали, что ФИО1 предоставлены необходимые данные о своих доходах, которые в свою очередь, наряду с отложенными наличными накоплениями сформировали источник денежных средств, необходимых при осуществлении выкупа права требования, доказательство обратного финансовым управляющим должника предоставлено не было.

            Доводы финансового управляющего должника об отсутствии экономических мотивов приобретения прав требований судами верно признаны необоснованными в связи со следующим.

            Суды согласились с доводами кредитора о том, что приобретение прав требований происходило с целью реализации законных прав залогового кредитора в деле о банкротстве должника.

            Судами установлено, что приобретенное право требование к должнику обеспечивается правом залога на недвижимое имущество по адресу: 

<

...>. Государственная регистрация ипотеки осуществлена 30.10.2015 за номером 50-50/001-50/062/004/2015-6627/1. 

            Из материалов дела следует, что ФИО1 указывала, что мотивом приобретения вышеуказанных прав требований к должнику являлась возможность реализации предусмотренных Законом о банкротстве прав залогового кредитора, в том числе, права оставления предмета залога (представляющее инвестиционный интерес ликвидное недвижимое имущество) за собой в ходе торгов по продаже имущества должника.

            Доводы финансового управляющего о возможности злоупотребления со стороны нового кредитора при утверждении условий реализации залогового имущества должника правомерно подлежали отклонению судами, так как в случае наличия разногласий относительно порядка продажи имущества, любой участник дела о банкротстве вправе обратиться с соответствующим заявлением о разрешении таких разногласий в арбитражный суд.

            Как верно указано судами, в равной степени соответствующие возражения могут быть заявлены финансовым управляющим относительно начальной цены продажи имущества. В любом случае, торги по реализации имущества должника являются открытыми, а порядок продажи имущества исключает возможность какого-либо злоупотребления со стороны организатора торгов, электронной площадки или иных лиц.

            Доводы финансового управляющего о том, что в случае реализации залогового имущества денежные средства будут распределены в порядке статьи 138 Закона о банкротстве, и в таком случае конкурсный кредитор ЗАО «ОКЗ» получит денежные средства в минимальном размере верно признаны судами несостоятельными, так как в любом случае имущество должника изначально обеспечивало требования кредитора ПАО «Росбанк».

            Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованным выводам относительно цели приобретения прав требований.

            Кроме того, доводы финансового управляющего о наличии злоупотребления со стороны кредитора обоснованно признаны судами как основанные на неверном толковании норм материального права, поскольку переход прав к аффилированному лицу в данном случае не причинил вред иным кредиторам должника.

            Судами верно указано, что замена кредитора на ФИО1 даже в случае аффилированности  последней к должнику не может нарушить права иных кредиторов, состоящих в реестре требований кредиторов, поскольку размер требований иных кредиторов остается неизменным (принцип пропорциональности не нарушается).

            Кроме того, сама по себе аффилированность в настоящем обособленном споре не имеет правового значения, поскольку при проверке законности процессуального правопреемства не применяется повышенный стандарт доказывания, в рассматриваемом случае произошла уступка права требования уже включенного в реестр требований кредиторов должника, кроме того, действующее законодательство не содержит запрета на заключение подобного рода договоров и не свидетельствует о наличии единственной цели в виде причинения вреда другим лицам.

            Иное понимание закона полностью не позволяло бы аффилированным с должником кредиторам, обладающим действительными правами требования к должнику, реализовывать такие права в соответствии с установленным стандартом добросовестности в пределах, регламентированных статьей 10 ГК РФ, и неоправданно ущемляло бы таких кредиторов в гражданских правах по сравнению с кредиторами, не аффилированными с должником, порождало бы со стороны недобросовестных участников в деле о банкротстве, финансового управляющего, проявления правового нигилизма, ощущения безнаказанности при ущемлении прав залогового кредитора, защищаемых законом о банкротстве, что недопустимо.

            Судами установлено, что действия нового цессионария не нарушают установленных пределов осуществления гражданских прав, общий объем обязательств должника остается неизменным в связи с чем, отсутствуют основания для квалификации их как злоупотребление правом.

            При таких обстоятельствах суды обоснованно констатировали, что отказ в замене кредитора в реестре нарушает права как первоначального кредитора, преследующего интерес погашения его требования цессионарием и нового кредитора, приобретшего право по цессии и лишенного возможности получения имущественного удовлетворения за счет конкурсной массы.

            Такой подход мог бы привести к возникновению кондикционного обязательства, поскольку первоначальный кредитор бы обогащался дважды, что не соответствует как нормам гражданского законодательства, так и положениям законодательства о банкротстве.

            Ссылки финансового управляющего на судебную практику также правомерно подлежали отклонению судами, поскольку различие результатов рассмотрения дел, по каждому из которых устанавливается конкретный круг обстоятельств на основании определенного материалами каждого из дел объема доказательств, представленных сторонами, само по себе не свидетельствует о различном толковании и нарушении единообразного применения судами норм материального и процессуального права.

            Какого-либо преюдициального значения для настоящего дела данные судебные акты не имели, приняты судами по конкретным делам, фактические обстоятельства которых отличны от фактических обстоятельств настоящего обособленного спора.

            Более того, реализация конкурсным кредитором своих прав не может быть расценена в качестве злоупотребления им своим правом, поскольку такое право, в частности, предусмотрено статьями 18.1 и 138 Закона о банкротстве, так как правомерность и обоснованность заявленных конкурсным кредитором этих требований подлежит оценке судом, рассматривающим такое заявление по существу.

            Судами установлено, что размер требований залогового кредитора составляет всего 0,17% от общего размера требований к должнику, что не позволяет ему каким-либо образом осуществлять контроль над процедурой банкротства.

            Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что ФИО1 является добросовестным приобретателем, осуществившим оплату приобретенного права требования в полном объеме и за счет своих личных средств.

            Доводы финансового управляющего о наличии оснований для исключения требований кредитора также правомерно отклонены судом апелляционной инстанции.

            Судом апелляционной инстанции верно указано, что исполнение ФИО1 обязательств по оплате по договору цессии не является основанием для исключения требований.

            Так, заключенный между сторонами договор цессии является действительной сделкой, право требования к Гейму Д.А. перешло к ФИО1 от ПАО «Росбанк» в связи с надлежащим исполнением договора, стороны договора совершили конкретные действия, направленные на создание соответствующих заключенному договору последствий, в связи с чем существуют все правовые основания для замены ПАО «Росбанк» на ФИО1 в реестре требований кредиторов должника.

            Таким образом, учитывая, что ФИО1 с заявлением о намерении исполнить обязательства за Гейма Д.А. перед конкурсными кредиторами в суд не обращалась, исполнение произведено в пользу только одного кредитора и на основании заключенного и действительного договора цессии, намерений погасить все требования кредиторов третье лицо не имело, то отсутствуют основания считать обязательства Гейма Д.А. перед ПАО «Росбанк» прекращенными надлежащим исполнением.

            При указанных обстоятельствах заявление финансового управляющего об исключении данного требования из реестра требований кредиторов должника правомерно подлежало оставлению без удовлетворения.

            Таким образом, суд кассационной инстанции приходит к выводу о том, что указания суда кассационной инстанции при новом рассмотрении спора выполнены, судами первой и апелляционной инстанций полно и всесторонне исследованы обстоятельства дела, оценены доводы и возражения участвующих в деле лиц и имеющиеся в деле доказательства, выводы судов соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

            Иная оценка заявителем кассационной жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

            Доводы кассационной жалобы были предметом исследования судов, получили соответствующую оценку, и с учетом установленных судами фактических обстоятельств выводы судов не опровергают, как и не подтверждают нарушений норм материального права и норм процессуального права, повлиявших на исход дела.

            Доводы, направленные на переоценку установленных обстоятельств, не могут быть положены в основу отмены обжалованных судебных актов, поскольку заявлены без учета норм части 2 статьи 287 АПК РФ, исключающих из полномочий суда округа установление обстоятельств, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судами, предрешение вопросов достоверности или недостоверности доказательств, преимущества одних доказательств перед другими, а также переоценку доказательств, которым уже была дана оценка судами первой и апелляционной инстанций.

            Предусмотренных статьей 288 АПК РФ оснований для отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов не имеется, в связи с чем кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

            Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 18.02.2023, постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 10.04.2023 по делу № А41-4843/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

 

Председательствующий-судья                                 В.Л. Перунова

 

Судьи:                                                                         Е.Н. Короткова

 

                                                                                            Н.А. Кручинина