СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Пушкина, 112, 

<

...> e-mail: 17aas.info@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 № 17АП-7791/2021(35)-АК

Дело № А60-45806/2020

31 июля 2025 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 21 июля 2025 года.  

Постановление в полном объеме изготовлено 31 июля 2025 года.  

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Нилоговой Т.С.,  

судей Гладких Е.О., Зарифуллиной Л.М., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Ивановой К.А.  

при участии в режиме веб-конференции: 

конкурсного управляющего ФИО1 (лично, паспорт), от ФИО2: ФИО3 (доверенность от 04.12.2020, паспорт),  

в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещенных надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,  

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2  

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 06 февраля 2025 года 

об удовлетворении заявления конкурсного управляющего о взыскании со ФИО2 в пользу должника убытков в сумме 806 000 руб.,  

вынесенное в рамках дела № А60-45806/2020 

о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «УЖК Единый Город» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),  

третье лицо: ФИО4, 

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.10.2020 к производству суда принято заявление акционерного общества «Екатеринбургэнергосбыт» (далее – общество «Екатеринбургэнергосбыт») о признании общества с ограниченной ответственностью «УЖК Единый город» (далее – общество «УЖК Единый город», должник) несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 05.03.2021 заявление общества «Екатеринбургэнергосбыт» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО5, член Ассоциации саморегулируемая организация «Объединение арбитражных управляющих «Лидер».  

В порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в рассмотрении дела в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО2 (далее – ФИО2).  

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 23.07.2021 общество «УЖК Единый город» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим должника утверждена ФИО1 (далее – ФИО1), член Саморегулируемой организации Союз арбитражный управляющих «Авангард».  

В рамках названной процедуры банкротства 10.11.2023 конкурсный управляющий должника ФИО1 (далее – конкурсный управляющий) обратилась в арбитражный суд с заявлением о взыскании со ФИО2 в пользу общества «УЖК «Единый город» убытков в сумме 806 000 руб. в связи с перечислением должником денежных средств в пользу общества с ограниченной ответственностью «Кашемир» (далее – общество «Кашемир»).  

В порядке статьи 51 АПК РФ в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечен бывший директор общества «Кашемир» ФИО4 (далее – ФИО4).  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 06.02.2025 (резолютивная часть от 30 01.2025) требования конкурсного управляющего удовлетворены, со ФИО2 в пользу общества «УЖК Единый город» взысканы убытки в сумме 806 000 руб.  

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, согласно которой просит определение суда отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований.  

В обоснование апелляционной жалобы приводит доводы об отсутствии у  

суда оснований для удовлетворения заявленных конкурсным управляющим требований, поскольку ФИО2 являлся добросовестным руководителем, не нарушал возложенных на него обязанностей, не допускал фактов нарушения прав и законных интересов общества, а именно расходование денежных средств не по назначению, следовательно, причинение убытков не доказано. Платежи в пользу общества «Кашемир» с расчетного счета должника были произведены в рамках гражданско-правовых отношений. Настаивает на том, что платежи на сумму 206 000 руб. произведены в качестве оплаты по договору доставки обедов от 01.03.2018 № КА-0204, реальное исполнение которого подтверждается соответствующими подписанными актами выполненных работ. Возможность оказания услуги по приготовлению комплексных обедов в рамках указанного договора подтверждается фактом закупа обществом «Кашемир» продуктов питания; оплатой аренды за помещение по адресу: 

<

...>, в котором находилось предприятие по организации питания, и коммунальных услуг; фактом наличия сотрудников, которые обеспечивали процесс приготовления питания, что подтверждается оплатой налогов и отчислений в различные фонды, в том числе сведениями ПФР от 12.03.2024. Помимо этого отмечает, что реальность правоотношений по договору займа подтверждается судебными актами, вынесенными в рамках дел № А60-35539/2020, № А60-36830/2020. Считает, что материалы дела не содержат доказательств, свидетельствующих о том, что при совершении платежей со счета должника ответчик действовал неразумно, недобросовестно, в противоречии с интересами общества.  

Согласно представленному отзыву конкурсный управляющий ФИО1 против удовлетворения апелляционной жалобы возражает, ссылаясь на законность, обоснованность обжалуемого судебного акта и правомерность выводов суда.  

В судебном заседании суда апелляционной инстанции, проведенном в режиме веб-конференции, представитель ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы, определение суда считает незаконным и необоснованным, просит его отменить; конкурсный управляющий ФИО1 против доводов апелляционной жалобы возражала, настаивала на обоснованности и правомерности выводов суда и отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения.  

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, извещенные надлежащим образом, представителей для участия в заседании суда апелляционной инстанции не направили, что на основании части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы судом.  

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.  

Как следует из материалов дела и установлено судом, обращаясь с  

настоящим заявлением о взыскании с ответчика убытков, конкурсный управляющий указал, что в рамках реализации мероприятий конкурсного производства был проведен анализ выписки общества «УЖК Единый город» по счету № 40702810016000098333, открытому в публичном акционерном обществе «Сбербанк России»; выявлено, что должником было осуществлено восемь денежных переводов в пользу общества «Кашемир» (ИНН 

<

***>) на общую сумму 806 000 руб.  

В частности, с расчетного счета должника обществу «Кашемир» были перечислены денежные средства:  

- 16.11.2017, 11.01.2018, 18.01.2018, 22.01.2018 в общей сумме 560 000 руб. (платежи на суммы 200 000 руб., 100 000 руб., 100 000 руб., 160 000 руб., соответственно) с назначением платежей «перечисление транша по договору беспроцентного займа от 07.11.2017»;  

- 14.03.2018 в сумме 40 000 руб. с назначением платежа «оплата по договору краткосрочного займа от 01.11.2017»;  

- 25.05.2018, 20.07.2018, 08.08.2018 в общей сумме 206 000 руб. (платежи на суммы 144 000 руб., 31 000 руб., 31 000 руб., соответственно) с назначением платежей «по договору доставки обедов от 01.03.2018 № КА-0204».  

Проанализировав договор займа от 07.11.2017, конкурсный управляющий установил, что предметом данного договора являлся беспроцентный денежный заем в сумме 100 000 руб., тогда так общая сумма перечислений должника со ссылкой на указанный договор составила 560 000 руб.  

В рамках дела № А60-36830/2020 обществу «УЖК Единый город» был выдан судебный приказ на взыскание 100 000 руб. по договору займа от 07.11.2017 № 5.  

Кроме того, обществу «Кашемир» были перечислены денежные средства в сумме 40 000 руб. со ссылкой на договор займа от 01.11.2017. Данный договор не представлен.  

Суммы займов обществом «Кашемир не возвращены. 

Также конкурсный управляющий указал на отсутствие встречного исполнения на сумму 206 000 руб., перечисленную обществу «Кашемир» с назначением платежа «по договору доставки обедов».  

Документы, подтверждающие обоснованность спорных перечислений, конкурному управляющему бывшим руководителем должника не представлены.  

Полномочия единоличного исполнительного органа общества «УЖК Единый город» с 06.10.2017 исполнял ФИО2, который также является единственным участником должника.  

Общество «Кашемир» являлось аффилированным по отношению к должнику лицом, поскольку его руководитель и единственный участник ФИО4 является супругой ФИО2; 11.03.2022 общество «Кашемир» исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо.  

Кроме того, как указывает конкурсный управляющий, должник на  

момент совершения указанных перечислений обладал признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества; прекратил исполнение обязательств перед ресурсоснабжающими организациями, долг перед которыми продолжал наращиваться в силу длящихся отношений.  

В реестр требований кредиторов общества «УЖК Единый город» включена задолженность перед публичным акционерным обществом «Т Плюс» (далее – общество «Т Плюс») в сумме 12 075 049 руб. 02 коп., сформированная за период с августа 2017 года (определение Арбитражного суда Свердловской области от 07.05.2021).  

Кредиторская задолженность общества «УЖК Единый город» превышала размер его активов.  

Так, размер кредиторской задолженности должника в 2017 году составлял 23,9 млн руб., в 2018 году – 13,8 млн руб., в 2019 году – 32,7 млн руб., в 2020 году – 22,09 млн руб., а размер активов должника, согласно проведенной конкурсным управляющим инвентаризации, составляет всего 5,3 млн руб. (дебиторская задолженность).  

Полагая, что руководитель должника ФИО2, заключая беспроцентные договоры займа, переводя денежные средства в отсутствие встречного исполнения и не предпринимая эффективных мер по возврату задолженности, причинил убытки должнику и имущественный вред его кредиторам в сумме 806 000 руб., конкурсный управляющий обратился с настоящим заявлением в суд.  

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из доказанности причинно-следственной связи между действиями бывшего руководителя должника и его единственного участника ФИО2 и наступившими у общества «УЖК Единый город» неблагоприятными последствиями в виде убытков, уменьшения конкурсной массы, невозможности удовлетворения требований кредиторов.  

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав позиции сторон, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены судебного акта в силу следующих обстоятельств.  

Согласно абзацу 5 пункта 3 статьи 129 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон) конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника, лиц, входящих в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, собственника имущества должника, лицами, действовавшими от имени должника в соответствии с доверенностью, иными лицами, действовавшими в соответствии с учредительными документами должника,  

предъявлять иски об истребовании имущества должника у третьих лиц, о расторжении договоров, заключенных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника.  

Требование, предусмотренное пунктом 1 статьи 61.20 Закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами (пункт 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве).  

В силу пунктов 1, 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено Законом, в целях Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.  

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.  

В соответствии с пунктом 2 и подпунктом 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться:  

в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 названной статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника).  

В соответствии с пунктом 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям.  

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).  

Как верно установлено судом и подтверждается материалами дела, ФИО2 в период вменяемых ему действий, повлекших убытки, являлся директором и единственным участником должника, т.е. единоличным исполнительным органом юридического лица и лицом, определяющим действия юридического лица.  

В связи с чем, суд обоснованно заключил, что ФИО2 являлся контролирующим деятельность должника лицом, с которого могут быть взысканы убытки, причиненные должнику.  

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53), предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки. Также предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного  

дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.  

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера убытков, предусмотренных Законом о банкротстве, имеет значение причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ответчиков и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.  

Аналогичный подход отражен и в обзоре Верховного Суда Российской Федерации (определение от 31.03.2016 № 309-ЭС15-16713), согласно которому необходимо устанавливать наличие причинно-следственной связи между бездействием руководителя и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.  

Ответственность, установленная Законом о банкротстве, в виде взыскания убытков не является формальным составом, необходимо установить какие негативные последствия для процедуры конкурсного производства и формирования конкурсной массы повлекли действия (бездействия) ответчика, на которые управляющий ссылается в обоснование заявленных требований.  

В соответствии с частью 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.  

Пунктом 3 статьи 53 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).  

Согласно пункту 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.  

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или  

неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, обладают правами и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления.  

Ответственность, установленная вышеперечисленными нормами права, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.  

В силу пункта 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).  

Таким образом, наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены правила статьи 15 ГК РФ. Указанные в названной статье принцип полного возмещения вреда, а также состав подлежащих возмещению убытков обеспечивают восстановление имущественной сферы потерпевшего в том виде, который она имела до правонарушения.  

Предусмотренная данной нормой ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно при наличии определенных условий. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления  

Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62), арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.  

Истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.  

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия), указать на причины возникновения убытков и представить соответствующие доказательства.  

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным, бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.  

Из вышеуказанных положений законодательства и разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации следует, что, обращаясь в арбитражный суд с требованием о взыскании убытков с единоличного исполнительного органа общества, истец должен доказать факт возникновения убытков, их размер, противоправность действий (бездействия) руководителя общества (их недобросовестность и (или) неразумность) и причинно-следственную связь между его действиями (бездействием) и возникшими убытками.  

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие  

убытков. При этом размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.  

В силу статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.  

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.  

Удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15 ГК РФ) (статья 1082 ГК РФ).  

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.  

В силу пункта 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества с ограниченной ответственностью, единоличный исполнительный орган такого общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.  

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на единоличный исполнительный орган общества с ограниченной ответственностью обязанностей заключаются не только в принятии им всех необходимых и достаточных мер для достижения максимального положительного результата от предпринимательской и иной экономической деятельности общества, но и в надлежащем исполнении публично-правовых  

обязанностей, возлагаемых на него действующим законодательством.  

Согласно пункту 2 статьи 44 Закона об обществах единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.  

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).  

При определении интересов юридического лица следует учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ). Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу.  

При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц. О недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора помимо прочего могут свидетельствовать нарушения  

им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля (пункт 5 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62).  

Как разъяснено в пункте 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62, удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано.  

Статья 2 Закона о банкротстве определяет понятие вреда, причиненного имущественным правам кредиторов как уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

Таким образом, наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены правила статьи 15 ГК РФ. Указанные в названной статье принцип полного возмещения вреда, а также состав подлежащих возмещению убытков обеспечивают восстановление имущественной сферы потерпевшего в том виде, который она имела до правонарушения.  

Предусмотренная данной нормой ответственность носит гражданско-правовой характер и ее применение возможно при наличии определенных условий. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.  

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений.  

В соответствии со статьей 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.  

В силу части 1 статьи 64 и статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих  

требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется статьями 67 и 68 АПК РФ об относимости и допустимости доказательств.  

Стороны согласно статьями 8, 9 АПК РФ пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.  

Как установлено судом, обращаясь в суд за взысканием с бывшего руководителя должника убытков, конкурсный управляющий указал на совершение ФИО2 в период своего руководства ряда безвозмездных сделок по выводу имущества должника, выразившихся в перечислении денежных средств в пользу общества «Кашемир».  

Судебной практикой по делам о банкротстве выработаны критерии, позволяющие устранить сомнения в факте совершения платежа (в частности, пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»). В этих целях суд вправе включить в предмет доказывания любые сведения, которые позволят пролить свет на спорные обстоятельства, устранить имеющиеся у суда убедительные сомнения в реальности отношений и принять обоснованное решение.  

В силу специфики дел о банкротстве, определяющей повышенный стандарт доказывания и предполагающей необходимость особой степени осмотрительности и разумности в действиях контрагентов при совершении и исполнении сделок с должником, правильное оформление документов не является безусловным доказательством реальности взаимоотношений сторон.  

Повышенный стандарт доказывания в деле о банкротстве и обособленных спорах обусловлен самим фактом банкротства и вовлечением в этот процесс широкого круга участников, в том числе с диаметрально противоположными интересами.  

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника; заинтересованными признаются также руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в  

абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пункте 3 указанной статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.  

Таким образом, по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.  

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.  

Материалами дела подтверждается, что единственным участником общества «УЖК Единый город» с 06.10.2017 и директором должника с 23.10.2017 до даты открытия конкурсного производства являлся ФИО2; единственным участником и руководителем общества «Кашемир» с 06.10.2015 являлась супруга ФИО2 – ФИО4, что свидетельствует об аффилированности должника и общества «Кашемир».  

Соответственно, поскольку спорные платежи совершены в отношении заинтересованного лица, в рассматриваемом споре подлежит применению более повышенный стандарт доказывания, чем в условиях не осложненного процедурой банкротства состязательного процесса (пункт 15 Обзора Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017) от 16.02.2017, пункт 20 Обзора Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017) от 27.12.2017, определение Верховного Суда Российской Федерации от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197 по делу № А32-43610/2015).  

Общество «Кашемир» 11.03.2022 исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо.  

Проверяя вопрос об обоснованности расходования денежных средств должника бывшим директором ФИО2, вероятность получения встречного исполнения в пользу должника, арбитражный суд пришел к выводу о том, что достаточные доказательства правомерности перечисления денежных средств суду не представлены, а необоснованное перечисление денежных средств в пользу аффилированного лица образует состав убытков должника.  

Так, в период с 16.11.2017 по 08.08.2018 со счета должника был осуществлен перевод денежных средств в пользу общества «Кашемир» в общей сумме 806 000 руб.:  

- с назначением платежа «по договору беспроцентного займа от 07.11.2017» перечислено 560 000 руб. платежами: от 16.11.2017 в сумме 200 000 руб., от 11.01.2018 в сумме 100 000 руб., от 18.01.2018 в сумме 100 000 руб., от 22.01.2018 в сумме 160 000 руб.;  

- с назначением платежа «по договору краткосрочного займа от 01.11.2017» перечислено 40 000 руб. платежом от 14.03.2018;  

- с назначением платежа «по договору доставки обедов № КА-0204 от 01.03.2018» перечислено 206 000 руб. платежами: от 25.05.2018 в сумме 144 000 руб., от 20.07.2018 в сумме 31 000 руб., от 08.08.2018 в сумме 31 000 руб.  

В обоснование правомерности платежей по договору оказания услуг по доставке обедов от 01.03.2018 № КА-0204 на сумму 206 000 руб. третьим лицом ФИО4 были представлены подписанные сторонами копии договора на доставку обедов от 01.03.2018 № КА-0204 и актов оказания услуг от 31.03.2018 № 98 на сумму 40 375 руб., от 30.04.2018 № 122 на сумму 38 955 руб., от 31.05.2018 № 129 на сумму 33 390 руб., от 30.06.2018 № 135 на сумму 43 780 руб., от 31.07.2018 № 141 на сумму 48 875 руб. (л.д.47, 60).  

Оценивая представленные документы, апелляционный суд считает необходимым обратить внимание, что по условиям договора от 01.03.2018 № КА-0204 стороны согласовали, что обеды изготавливаются по предварительному заказу заказчика, ежедневно, по меню, являющемуся приложением к договору; доставка обедов осуществляется транспортом исполнителя – общества «Кашемир» (пункты 2.4-2.6, 3.4, 4.1, 4.3 договора).  

Таким образом, с учетом необходимого принципа повышенного стандарта доказывания, помимо оформленных актов об оказании услуг, в материалы дела следовало представить мотивированные пояснения по обстоятельствам и доказательства исполнения договора, в том числе по формированию должником заказов по доставке питания (завтраков и обедов), доставки обществом «Кашемир» обедов по адресу местонахождения должника (заявки, договоры перевозки, доказательства наличия в штате общества «Кашемир» поваров и сотрудника – водителя либо иного лица, в чьи обязанности входила доставка заказов и т.п.), что в данном случае, сделано не было.  

Следовательно, сами по себе акты оказания услуг от 31.03.2018 № 98, от 30.04.2018 № 122, от 31.05.2018 № 129, от 30.06.2018 № 135, от 31.07.2018 № 141 не являются убедительными и достаточными доказательствами реального оказания услуг по доставке обедов по договору от 01.03.2018 № КА-0204.  

Факты оплаты обществом «Кашемир» продуктов питания (исходя из сведений о движении денежных средств по счету общества), с учетом видов его деятельности отраженных в ЕГРЮЛ, об оказании спорных услуг в пользу должника также не свидетельствуют.  

Иных договоров с третьими лицами об организации питания сотрудников должника, исполняемых обществом и свидетельствующих об осуществлении обществом «Кашемир» в тот же период времени аналогичной деятельности, в материалы дела не представлено.  

Имеющиеся в материалах дела сведения, предоставленные отделением ПФР по Свердловской области от 04.03.2024 о наличии в штате общества «Кашемир» двух сотрудников (л.д.70) достаточным доказательством фактического приготовления и доставки питания в адрес должника, не являются.  

Кроме того, из представленных сведений усматривается, что общество «Кашемир» состояло на учете в отделении ПФР по Свердловской области с 06.10.2015 по 11.03.2022.  

В соответствии с пунктами 2, 2.2 статьи 11 Федерального закона № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования» (далее - Федеральный закон № 27-ФЗ) в редакции, действовавшей до 01.01.2023, страхователи представляли в органы СФР: ежегодно сведения о страховом стаже застрахованных лиц по форме СЗВ-СТАЖ начиная с 2017 года; ежемесячно сведения о факте работы застрахованных лиц по форме СЗВ-М, начиная с 01.04.2016.  

 Согласно приведенным в ответе ПФР сведениям последние данные по форме СЗВ-М представлены страхователем обществом «Кашемир» за май 2018 года; согласно сведениям по форме СЗВ-Стаж, в период с января по май 2018 года в обществе «Кашемир» были трудоустроены два сотрудника: ФИО6 и ФИО7. В последующем, сведений о фактах работы иных лиц общество «Кашемир» в отделение ПФР по Свердловской области не предоставляло.  

Следовательно, в обществе «Кашемир» наемные работники имелись только в период с января по май 2018 года. При этом, согласно актам оказания услуг соответствующие услуги по организации питания сотрудников должника предоставлялись в том числе в июне и июле 2018 года включительно.  

Соответственно, как само отсутствие официальных данных о трудоустройстве в обществе с июня 2018 года, так и отсутствие сведений о должностях и выполняемом функционале лиц, числящихся сотрудниками общества в период с января по май 2018 года, ставит под сомнение реальную возможность оказания обществом «Кашемир» услуг по изготовлению и доставке питания в пользу должника, которые были оплачены на сумму 206 000 руб. в период с мая по август 2018 года.  

Следует также отметить отсутствие в материалах дела аргументированных пояснений относительно объема услуг – завтраков и обедов применительно к численности персонала должника в определенный период.  

Так, в частности, из актов следует, что в марте и июле 2018 года были  

предоставлены услуги по приготовлению и доставке завтраков и обедов на 5 человек ежедневно, в апреле – мае 2018 года эти же услуги предоставлены в отношении 3 человек (завтрак) и 5 человек (обед), в июне – завтрак для 4 человек, обед для 5 человек.  

Факт наличия у должника в спорный период данного количества сотрудников материалами обособленного спора не подтвержден.  

Также вызывают обоснованные сомнения периоды оказания услуг, согласно актам (объем услуг), поскольку количество рабочих дней указанное в марте, мае – июле 2018 года не соответствует фактическим рабочим дням в данные периоды (в марте – 19 дней по акту (20 дней фактически), в мае – 18 дней по акту (20 дней фактически), в июне – 22 дня по акту (20 дней фактически), в июле – 23 дня по акту (22 дня фактически). Данные обстоятельства не соотносятся с позицией ФИО2 о формировании цены услуги из учета количества рабочих дней в месяце.  

Кроме того, ФИО2, как бывшим директором должника, не обоснована необходимость в организации питания сотрудников за счет работодателя в период с марта по июль 2018 года, при том, что в иные периоды осуществления деятельности аналогичные услуги обществу не оказывались.  

Совокупность вышеописанных обстоятельств ставит под сомнение реальность оказания услуг по организации и обеспечению питанием работников должника. Какие-либо документы, подтверждающие реальность существования фактических отношений (обосновывающие оказание услуг по организации питания) между должником и обществом «Кашемир» в материалах дела отсутствуют.  

Ссылаясь на обстоятельства заключения между должником и обществом «Кашемир» договора, предметом которого являлись услуги по приготовлению и доставке комплексных обедов, какие-либо документы в подтверждение представления услуг обществом должнику ФИО2 в материалы настоящего обособленного спора не представлены.  

Очевидных доказательств наличия технических и иных ресурсов у общества «Кашемир» для оказания заявленных услуг материалы дела не содержат.  

Отсутствуют перечисления от иных организаций, контрагентов, то есть услуги, указанные в назначении платежей, фактически оказывались только одной группе компаний, подконтрольной ФИО2  

Соответствующие доводы апелляционной жалобы признаются необоснованными.  

Относительно обоснованности перечислений денежных средств по договорам займа от 01.11.2017 и от 07.11.2017 судом установлено, что должником в пользу общества «Кашемир» произведено перечисление денежных средств в общей сумме 600 000 руб.:  

- 16.11.2017, 11.01.2018, 18.01.2018, 22.01.2018 в сумме 560 000 руб. (платежи на суммы 200 000 руб., 100 000 руб., 100 000 руб., 160 000 руб.,  

соответственно) с назначением платежей «перечисление транша по договору беспроцентного займа от 07.11.2017»;  

- 14.03.2018 в сумме 40 000 руб. с назначением платежа «оплата по договору краткосрочного займа от 01.11.2017»;  

Договор займа от 01.11.2017 конкурсному управляющему не передавался, в материалах дела отсутствует.  

Исходя из содержания договора займа от 07.11.2017 № 5 следует, что предметом данного договора являлся беспроцентный денежный заем в сумме 100 000 руб., тогда так общая сумма перечислений должника со ссылкой на данный договор составила 560 000 руб.  

Суммы займов обществом «Кашемир не возвращены, иное не доказано.  

В рамках дела № А60-36830/2020 10.08.2020 обществу «УЖК Единый город» был выдан судебный приказ на взыскание с общества «Кашемир» денежных средств в сумме 100 000 руб. договору займа от 07.11.2017 № 5.  

На основании исполнительного листа, выданного 17.09.2020 Арбитражным судом Свердловской области Верх-Исетским РОСП г.Екатеринбурга 14.12.2020 возбуждено исполнительное производство № 144857/20/66001-ИП, которое прекращено 24.03.2022 в связи с внесением записи об исключении общества «Кашемир» из ЕГРЮЛ.  

Согласно справке о движении денежных средств по депозитному счету по исполнительному производству № 144857/20/66001-ИП по состоянию на 13.01.2025 денежные средства в пользу взыскателя общество «УЖК Дельта» (в настоящее время «УЖК Единый город») не поступали.  

Несмотря на неоднократные отложения судебных разбирательств по ходатайству представителя ФИО2 в целях выяснения поступления денежных средств по исполнительному производству № 144857/20/66001-ИП для установления реальной суммы в требовании конкурсного управляющего, какие-либо иные документы, в том числе свидетельствующие о возврате обществом «Кашемир» суммы займов, ответчиком представлены не были.  

Таким образом, является очевидным, что под видом займов ФИО2 были выведены активы должника на сумму 600 000 руб.  

Факт обращения общества «УЖК Дельта» в суд с целью взыскания с общества «Кашемир» денежных средств по договору займа от 07.11.2017 № 5 (только в сумме 100 000 руб.) не опровергает обстоятельств противоправности поведения ФИО2, как руководителя, поскольку при добросовестном осуществлении им обязанностей руководителя должника, действующего в именно интересах общества, по обычным условиям гражданского оборота, учитывая срок возврата займа указанного в договоре – 31.12.2018, ФИО2 мог и должен был обратиться за защитой прав общества значительно ранее июля 2020 года (дело № А60-35539/2020).  

Судебных разбирательств в отношении иных сумм, перечисленных должником обществу «Кашемир» под видом займов, инициировано не было.  

Кроме того, как установлено судом, у общества «УЖК Единый город» в  

период перечисления спорных денежных средств уже имелась кредиторская задолженность, что подтверждается вступившими в законную силу судебными актами о взыскании задолженности в пользу общества «Т Плюс»: решением Арбитражного суда Свердловской области от 10.09.2018 по делу № А60-25491/2018 (взыскана задолженность за период с декабря 2017 года по февраль 2018 года в сумме 3 553 495 руб. 83 коп.), решением Арбитражного суда Свердловской области от 22.02.2019 по делу № А60-69301/2018 (взыскана задолженность за период март 2018 года, с мая по сентябрь 2018 года в сумме 1 927 092 руб. 98 коп.), решением Арбитражного суда Свердловской области от 26.02.2019 по делу № А60-69302/2018 (взыскана задолженность за период с мая по сентябрь 2018 года в сумме 407 167 руб. 77 коп.), решением Арбитражного суда Свердловской области от 17.04.2019 по делу № А60-12627/2019 (взыскана задолженность за период с октября по декабрь 2018 года в сумме1 333 162 руб. 27 коп.), решением Арбитражного суда Свердловской области от 18.09.2020 по делу № А60-36955/2020 (взыскана задолженность за период август, октябрь 2017 года в сумме 566 269 руб. 49 коп.).  

Впоследствии требования кредитора общества «Т Плюс» включены в реестр требований кредиторов должника.  

Таким образом, ФИО2, являясь на момент совершения спорных перечислений руководителем должника, обладавший всем объемом документации и сведений относительно финансового состояния должника, при исполнении своих обязанностей руководителя общества «УЖК Единый город» действовал недобросовестно и неразумно, предоставляя фактически невозвратные займы, безосновательно перечисляя денежные средства в пользу аффилированного лица.  

ФИО2, своими действиями, совместно с аффилированным лицом - обществом «Кашемир», руководителем которого являлась его супруга, формировали документооборот, с целью создания видимости правомерных действий.  

Действия ФИО2 носили очевидно противоправный характер, поскольку были направлены на нарушение прав должника с целью собственной имущественной выгоды и уклонения от расчетов с кредиторами должника, требования которых существовали на момент совершения спорных платежей.  

В частности, действия ФИО2 по перечислению денежных средств должника начиная с 16.11.2017 (платежи в пользу общества «Кашемир» 16.11.2017, 11.01.2018, 18.01.2018, 22.01.2018, 14.03.2018, 25.05.2018, 20.07.2018, 08.08.2018) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота и, по сути, являлись мнимыми, последовательно направленными на вывод активов предприятия-должника в период его неплатежеспособности, что повлекло уменьшение активов и убытки должника. По сути, ФИО2 произвольно использовал финансовые средства должника, чем причинил ему значительный материальный ущерб, выходящий за рамки обычных предпринимательских рисков.  

Кроме того, судом учтено, что неоднократно в рамках рассмотрения дел о банкротстве группы компаний, контролирующим лицом которой является ФИО2 (дела №№ А60-72266/2019, А60-45806/2020, А60-29516/2020, А60-9665/2020), судами установлена реализация схемы по обналичиванию денежных средств путем открытия расчетных счетов на третьих лиц и перечисления на указанные счета денежных средств по искусственно созданным основаниям, для создания которых участниками группы компаний систематически воспроизводились одни и те же результаты хозяйственной деятельности.  

Учитывая вышеприведенные обстоятельства, апелляционная коллегия полностью поддерживает выводы арбитражного суда о доказанности в рассматриваемом случае противоправности поведения ФИО2 и причинно-следственной связи между его действиями как руководителя должника и возникшими у общества ««УЖК«Единый город» убытками.  

Таким образом, поскольку размер убытков в сумме 806 000 руб. материалами дела подтвержден и ФИО2 не опровергнут, суд первой инстанции правомерно взыскал с него в пользу должника убытки в заявленном конкурсным управляющим размере.  

Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда апелляционной инстанции не имеется.  

Вопреки позиции, приведенной в апелляционной жалобе, предъявленные конкурсным управляющим требования ФИО2 надлежащими и достаточными доказательствами не опровергнуты.  

Учитывая, что ФИО2 являлся руководителем и единственным участником общества «УЖК Единый город» на момент совершения спорных платежей и в последующий период, опровержение позиции управляющего о необоснованности платежей не должно вызывать у такого лица объективных сложностей, поскольку единоличный исполнительный орган общества (директор), осуществляющий руководство текущей деятельностью общества, в целях осуществления своих полномочий имеет доступ ко всей документации, связанной с деятельностью общества и отвечает за сохранность документов (пункт 4 статьи 32 и статья 40 Закона об обществах); хранение документов, общества, должно быть организовано по месту нахождения его единоличного исполнительного органа (пункт 2 статьи 50 Закона об обществах).  

С учетом совокупности обстоятельств, установленных судом, у суда апелляционной инстанции не имеется оснований для иных выводов. Доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению, как не опровергающие правильные по существу выводы суда первой инстанции.  

Обстоятельства дела судом первой инстанции исследованы полно, объективно и всесторонне, им дана надлежащая правовая оценка. Обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.  

По сути, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, не опровергая их, сводятся к несогласию с оценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных обстоятельств по делу, что в соответствии со статьей 270 АПК РФ, не может рассматриваться в качестве основания для отмены обжалуемого судебного акта.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии со статьей 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.  

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.  

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя.  

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 06 февраля 2025 года по делу № А60-45806/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.  

Председательствующий Т.С. Нилогова 

Судьи Е.О. Гладких 

Л.М. Зарифуллина 

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:

Дата 25.06.2024 1:03:49

Кому выдана Гладких Елена Олеговна