﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-9082/20 

Екатеринбург

18 марта 2021 г.

Дело № А76-19374/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 18 марта 2021 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 18 марта 2021 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Токмаковой А. Н.,

судей Черкезова Е. О., Лукьянова В. А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Уральский маслозавод» на решение Арбитражный суд Челябинской области от 29.06.2020 по делу № А7619374/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2020 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании 25.02.2021 приняла участие представитель общества с ограниченной ответственностью «Уральский маслозавод» Косматова С.Ю.  (доверенность от 11.01.2021). От Управления Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Челябинской области поступило ходатайство об отложении судебного заседания ввиду затруднительности явки представителя в Арбитражный суд Уральского округа. Определением Арбитражного суда Уральского округа от 25.02.21 рассмотрение жалобы отложено на 18.03.2021.

В судебное заседание 18.03.2021 прибыла представитель Управления Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Челябинской области Хуттер-Кукконин И.С., действующая по доверенности от 30.12.2020 № 98.

Общество с ограниченной ответственностью «Уральский маслозавод» (далее - ООО «УМЗ»)  обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением к Управлению Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Челябинской области (далее – Управление) о признании незаконным и отмене предписания от 16.05.2019 № 07ВН145.  

На основании ст. 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Панов Е. И.; ООО "БЕЗЕ"; Управления Россельхознадзора по Томской области; ФГБУ «Кемеровская межобластная ветеринарная лаборатория»; ООО «ТЗПП» (ИНН: 7017332712, ОГРН: 1137017012450).

Решением суда от 29.06.2020  в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением  Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2020 решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе и возражениях на отзыв Управления  на кассационную жалобу ООО «УМЗ» просит судебные акты отменить, требования удовлетворить, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права. ООО «УМЗ» указывает, что судами не установлены полномочия Управления Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Челябинской области на выдачу оспоренного предписания, не установлены полномочия на проведение мониторинга качества, безопасности пищевых продуктов и здоровья населения. Заявитель считает, что по результатам мониторинга ветеринарной безопасности, проведение которого предусмотрено абз.12 ст. 3 Закона РФ от 14.05.1993 №4979-1 «О ветеринарии», Правилами осуществления мониторинга ветеринарной безопасности территории РФ, утверждённых приказом Минсельхоза от 22.01.2016 № 22, не предусмотрена такая мера как выдача предписания. В соответствии с п. 5.1.6 Положения о Федеральной службе по ветеринарному и фитосанитарному надзору, утверждённого постановлением правительства РФ от 30.06.2004 № 327, и подп. б) п. 3 приказа Минсельхоза               № 185 от 17.05.2016, мероприятия в области качества и безопасности пищевых продуктов, материалов и изделий осуществляются Федеральной службой по ветеринарному и фитосанитарному надзору в пределах своей компетенции и в порядке государственного надзора, осуществляемого путём непосредственного проведения плановых и внеплановых проверок с соблюдением положений Федеральных законов «О защите прав юридических и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля» и «О техническом регулировании». Выдача предписаний по результатам проверок предусмотрена п. 1 ч. 1 ст. 17 Федерального закона от 26.12.2008 № 294-ФЗ «О защите прав юридических и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля» как мера реагирования органа контроля, проводившего проверку, в пределах его полномочий. Заявитель полагает, что предписание об устранении выявленных нарушений в рассматриваемом случае при наличии доказательств несоответствия продукции требованиям технических регламентов, полученных при проверке,  могло содержать требование о приостановлении реализации продукции (п. 1 и 3 ст. 9 Федерального закона от 27.12.2002 3184-ФЗ «О техническом регулировании»),  но не  оспариваемое требование. 

Таким образом, суд первой инстанции не установил полномочия Управления на выдачу предписания, суд апелляционной инстанции сослался на несуществующий приказ Россельхознадзора от 28.02.2018 № 1520. Этим нарушены: постановление Правительства РФ от 22.11.2000 № 883 «Об организации и проведении мониторинга качества, безопасности пищевых продуктов и здоровья населения», абз.12 ст. 3 Закона РФ от 14.05.1993 № 4979-1 «О ветиринарии», п. 1, 2, 8 Правил осуществления мониторинга ветеринарной безопасности территории Российской Федерации, утверждённых приказом Минсельхоза от 22.01.2016 № 22. П. 5.1.6 Положения и Федеральной службе по ветеринарному и фитосанитарному надзору, утвержденному постановлением Правительства РФ от 30.06.2004 3 327, подп. б) п. 3, абз.7 и 9 п. 4 приказа Минсельхоза № 185 от 17.05.2016, ст.ст. 9-13, 14. 17 Федерального закона от 26.12.2008 № 294-ФЗ, ст. 1.2 КоАП РФ, ч. 2 ст. 32, ч. 2 ст. 34 Федерального закона от 27.12.2002 № 184-ФЗ.

Также заявитель считает, что поскольку в предписании, актах отборов проб (образцов), протоколах испытаний отсутствует ссылка на проведение мониторинга пищевой продукции, они лишены доказательственной силы. 

Заявитель указывает, что Россельхознадзор является органом, уполномоченным в соответствии с абз. 2-3 подп. б) п. 1 Положения о государственном надзоре в области обеспечения качества и безопасности пищевых продуктов, утверждённым постановлением Правительства РФ от 21.12.2000 № 987, осуществлять федеральный (региональный) государственный ветеринарный надзор за соответствием ветеринарным (ветеринарно-санитарным) требованиям, установленным нормативными документами, в части безопасности в ветеринарном отношении пищевых продуктов животного происхождения; в части безопасности в ветеринарном отношении условий заготовки пищевых продуктов животного происхождения, подготовки их к производству, изготовления, ввозу на территорию РФ, хранения, транспортировки, поставок. Следовательно, отбор готовой продукции при оказании услуг общественного питания в социальных учреждениях, в розничной торговле Управление по ветеринарному и фитосанитарному надзору Россельхознадзора производить не могло.

Кроме того, мониторинг безопасности в ветеринарном отношении, согласно в п. 2 приказа Минсельхоза России от 22.01.2016 № 22 «Об утверждении Правил осуществления мониторинга ветеринарной безопасности территории Российской Федерации», включает в себя систему постоянного наблюдения за наличием в продукции животного происхождения и иных товарах, подлежащих ветеринарному контролю (надзору), возбудителей заразных болезней животных; потенциально опасных для здоровья животных и человека микроорганизмов и т.д.; за наличием и распространением генетических болезней животных; за наличием иммунитета к возбудителям заразных болезней животных; за наличием генно-инженерно-модифицированных организмов в кормах. Вместе с тем протоколы испытаний № 1776р от 12.03.2019 и 3 1928р от 18.03.2019  подтверждают исследование по  показателям качества (массовая доля жира, белка, стерины), которые не относятся к показателям ветеринарной безопасности. Испытания проводились и по токсичным элементам, относящимся к ветеринарной безопасности, и нарушений не установлено.  Следовательно, поскольку нарушений безопасности продукции в ветеринарном отношении  не установлено, Управление не имело оснований выдать оспариваемое предписание.

Также заявитель указывает, что судами не исследован довод о нарушении территориальной подведомственности. Отбор проб производился на территории Томской области, исследование – в ИЦ ФГБУ «Кемеровская МВЛ», но полномочия ответчика распространяются на нарушения в Челябинской области, что следует из п. 5 Положения об Управлении Федеральной службы ветеринарного и фитосанитарного надзора по Челябинской области, утверждённого приказом Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Челябинской области.

Заявитель в кассационной жалобе указывает, что проведение и оформлении отбора проб совершено с нарушениями ч. 2 ст. 32, ч. 2 ст. 34 Федерального закона № 184-ФЗ от 27.1.2002 «О техническом регулировании», ГОСТ 26809.1-2014,   ГОСТ 33490-2015, п. 10 постановления Правительства РФ от 29.09.1997 № 1263, ч. 2 ст. 32, ч. 2 ст. 34 Федерального закона от 27.12.2002 № 184-ФЗ «О техническом регулировании», п. 4 ст. 15 Федерального закона от 26.12.2008 3 294-ФЗ.  Заявитель указывает, что отбор проб осуществлен с нарушением п. 125 Положения о едином порядке проведения своместных проверок объектов и отбора проб товаров, подлежащих ветеринарному контролю, утверждённому Решением Совета Евразийской экономической комиссии от 09.10.2014 № 94.

Также заявитель оспаривает доказательственную силу фотографий этикеток, так как эти фотодокументы не содержат сведений когда, при каких обстоятельствах, какими техническими средствами была проведена съёмка.

Заявитель также ссылается на отсутствие подписей владельцев продукции в актах отбора проб, а также на отсутствие перевозочных накладных, протоколов осмотра места происшествия, договоров на фасовку продукции ООО «УМЗ», иных документов, из которых можно было бы установить, что исследованная при испытаниях продукция (протоколы № 1928р от 19.03.2019, № 1776р от 12.03.2019) была изготовлена ООО «УМЗ» и поставлена в адрес третьих лиц, привлечённых к участию в настоящем деле.

 Заявитель полагает, что, учитывая расфасовку ООО «ТЗПП» продукции в отсутствие доказательств её изготовления ООО «УМЗ» и поставки в адрес   ООО «ТЗПП», не является доказанным факт изготовления и поставки именно ООО «УМЗ» сухого молока, не соответствующего техническому регламенту.

Заявитель указывает, что наличие в материалах дела государственного задания № 081-00014-19-00 от 29.12.2018 не обосновывает отбор проб и направление их на исследование. 

Также заявитель полагает, что требования Федерального закона № 294-ФЗ и Федерального закона «О техническом регулировании» к проведению проверок должны соблюдаться и при осуществлении государственного надзора в области обеспечения качества и безопасности пищевых продуктов, утверждённого постановлением Правительства РФ от 21.12.2000 № 987. Однако требования указанных Законов не выполнены, проверка либо административное расследование в отношении заявителя не проводились.

Также заявитель считает предписание незаконными и ограничивающими его права, поскольку выпуск продукции. Указанной в декларациях о соответствии ТС № RU Д-RU.АБ52.В.01861, дата регистрации от 14.09.2016 по 13.09.2019; ТС № RU Д-RU.АГ99.В.13540 дата регистрации 14/04/2016 по 13/04/2021 должен быть прекращён, но при этом остальная продукция, включённая в эти декларации, не отбиралась и не исследовалась.

В отзыве на кассационную жалобу Управление  отклоняет утверждение заявителя об отсутствии полномочий у Челябинского Россельхознадзора на вынесение предписания по результатам мониторинга, ссылаясь на п.п.2, 3, 4 Положения о мониторинге качества и безопасности пищевых продуктов, утверждённого постановлением Правительства РФ от 22.11.2000 № 883 (далее – Положение № 883), абз.5 п. 1 ст. 34 Федерального закона № 184-ФЗ от 27.1.2002 «О техническом регулировании»(далее – Закон о техническом регулировании). Считает, что указанный Закон предусматривает вынесение государственным органом предписания о прекращении действия декларации в случае получения достоверной информации о несоответствии продукции требованиям техрегламента, в том числе по результатам мониторинга, а не только по результатам административного расследования либо проверки. Также Управление указывает, что отбор проб молочной продукции осуществлён специалистами Управления Россельхозндзора по Томской области, привлечёнными прокуратурой Советского района г. Томска для проверки деятельности по организации питания учащихся, исследование проб осуществлено уполномоченным органом, данные действия совершены в рамках исполнения государственной программы мониторинга качества и безопасности пищевых продуктов (приказы Россельхознадзора № 081-00014-19-00 от 29.12.2018; № 1520 от 28.12.2018). Мера реагирования на поступившую информацию соответствует Положению № 883 и Закону о техническом регулировании.

Также Управление отклоняет довод о нарушении подведомственности, ссылаясь на ст.14 Федерального закона от 02.01.2000 3 29-ФЗ «О качестве и безопасности пищевых продуктов» (далее – Закон о качестве и безопасности пищевых продуктов), п. 1 Положения № 883, п.п. 8.1.1., 8.1.11 типового положения о территориальном органе Россельхознадзора, утверждённого приказом Минсельхоза России от 04.10.2012 № 527.

Кроме того, Управление указывает, что согласно подп. «а» п. 116, п.117 Положения о едином порядке проведения совместных проверок объектов и отбора проб товаров (продукции), подлежащих ветеринарному контролю (надзору), утверждённого Решением совета Евразийской экономической комиссии от 09.10.2014 № 94 (далее – Положение ЕврЭК об отборе проб № 94), в ходе осуществления государственной программы мониторинга предусмотрен отбор проб подконтрольных в силу п. 2 указанного Положения товаров, в частности, продуктов из натуральных компонентов молока. В рассматриваемом случае Россельхознадзор и его территориальные органы осуществляли мониторинг качества и безопасности пищевых продуктов   на основании приказа Россельхознадзора от 28.12.2018 № 1520 «О лабораторных исследованиях в рамках реализации мероприятий Россельхознадзора для обеспечения выполнения требований Соглашения ВТО по применению санитарных и фитосанитарных мер при вступлении России в ВТО на 2019 год». Данный приказ является действующим, не оспорен.

Управление разъясняет, что помимо пищевого мониторинга Россельхознадхор в силу абз.12 ст. 3 Закона РФ от 14.05.1993 № 4979-1 «О ветеринарии» также осуществляет мониторинг ветеринарной безопасности в порядке, установленном приказом Минсельхоза России от 22.01.2016 № 22 «Об утверждении Правил осуществления ветеринарной безопасности на территории Российской Федерации», и выполнение этих функций регулируется специальной нормативной базой.

Управление приводит доводы со ссылками на нормативные акты о неправильном понимании заявителем понятия пищевой безопасности в ветеринарном отношении.

Управление считает ошибочным утверждение заявителя о том, что п. 1 постановления Правительства РФ от 21.12.2000 № 987 «О государственном надзоре в области обеспечения качества и безопасности пищевых продуктов» (далее – Постановление № 987) ограничивает компетенцию органов Россельхознадзора по проведению пищевого мониторинга в отношении параметров пищевой продукции, прямо не поименованных в пп. «б» п. 1 указанного постановления. Управление указывает, что государственных надзор в области обеспечения качества и безопасности пищевых продуктов, реализуемый на основании ст. 13 Закона о качестве и безопасности пищевых продуктов, как административная процедура отличается от пищевого мониторинга, реализуемого на основании ст. 14 того же Закона. Следовательно, п. 1 Постановления № 987 не может толковаться как специальная норма, ограничивающая действие п. 1 Положения о мониторинге № 883.

Управление обращает внимание суда на то, что государственный мониторинг качества и безопасности пищевых продуктов проводился не в отношений ООО «УМЗ» как юридического лица,  а в отношении пищевой продукции, находящейся в обороте. Одной из целей мониторинга является согласно положениям абз.10 и 13 ст. 1, п.2 ст. 3, ст. 4 Закона о качестве и безопасности пищевых продуктов является исключение (пресечение) ситуаций, когда в обороте находятся пищевые продукты, не отвечающие нормативным требованиям безопасности, включая требования технических регламентов. Пищевой мониторинг не является формой контрольно-надзорной деятельности, регулируемой Федеральным законом от 26.12.2008 № 294-ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля» (далее – Закон № 294-ФЗ). При осуществлении пищевого мониторинга не применяется приказ Минсельхоза России от 17.05.2016 № 185, устанавливающий порядок осуществления Россельхознадзором в соответствии с Постановлением № 987 государственного надзора в области обеспечения качества и безопасности пищевых продуктов посредством проведения плановых и внеплановых проверок в соответствии с Законом № 294-ФЗ.

Управление указывает, что оспариваемое предписание о прекращении действия декларации о соответствии пищевой продукции в связи с нарушением требований технических регламентов выдано по результатам рассмотрения в порядке ч. 2 ст. 28.1 КоАП РФ поступившей в Управление от уполномоченных органов достоверной информации, содержащей достаточные данные, подтверждающие, что в изготовленной ООО «УМЗ» продукции имеются признаки фальсификации, она не отвечает требованиям  ТР ТС 033/2013. Такая мера реагирования применяется органом государственного контроля (надзора) при наличии достоверных сведений, подтверждающих несоответствие продукции нормативным требованиям, и в случая, когда промедление в принятии данной меры способно повлечь причинение вреда жизни или здоровью граждан. Оспоренное предписание выдано с целью принятия незамедлительных мер по предотвращению причинения вреда (либо его угрозы) жизни и здоровью граждан в результате употребления указанной фальсифицированной продукции, а также исключения оборота данной продукции. Управление ссылается на положения ч. 1 ст. 1, ч. 2 ст. 15, ст. 18, ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, считая, что в рассматриваемом случае использование полномочий органом государственного надзора не приводит к ограничению прав частного лица сверх меры, требуемой для достижения публично-значимой цели. Применение такой меры реагирования Управлением основано на положениях ст. 4 Закона о качестве и безопасности пищевых продуктов и п. 1 ст. 34 Закона о техническом регулировании, что не предусматривает проведение внеплановой проверки для решения вопроса о вынесении предписания о прекращении действия декларации. Кроме того, Закон № 294-ФЗ не регулирует порядок вынесения предписания о прекращении действия декларации.

Относительно территориальной подведомственности Управление поясняет, что действовало согласно Типовому положению о территориальном органе Россельхознадзора, утверждённом приказом Минсельхоза России от 04.10.2012 № 527 и схеме размещения территориальных органов Россельхознадзора, утверждённой приказом Минсельхоза России от 06.11.2020 № 668, и, учитывая, что именно Управление Россельхознадзора рассматривало поступившую информацию в порядке ч. 2 ст. 28.1 КоАП РФ, этим органом выявлено нарушение Закона о техническом регулировании, то и предписание в порядке п. 1 ст. 34 Закона о техническом регулировании вынесено указанным Управлением.

Управление отклоняет доводы заявителя о нарушении законодательства при проведении отбора проб. Административный орган поясняет, что отбор проб осуществлялся государственным ветеринарным инспектором Управления Россельхознадзора по Томской области в присутствии представителей владельцев продукции (ИП Панов, ООО «Безе»), в рамках мониторинга качества и безопасности пищевых продуктов в соответствии со ст.14 Закона № 29-ФЗ и Положением о мониторинге № 883, в порядке, установленном Положением об отборе проб ЕврЭК № 94, Схемой отбора проб подконтрольных товаров, утвержденной письмом Россельхознадзора от 31.12.2014 N ФС-ЕН-2/26348, Межгосударственным стандартом ГОСТ 26809.1-2014 «Молоко и молочная продукция. Правила приемки, методы отбора и подготовка проб к анализу. Часть 1. Молоко, молочные, молочные составные и молокосодержащие продукты», устанавливающий правила приемки, методы отбора проб молочной продукции (в том числе сухого молока). 

По результатам отбора проб молочной продукции составлены акты отбора проб (образцов) № 1153369 от 28.02.2019, № 1159244 от 06.03.2019, по форме, согласно Приложению № 1 Положения об отборе проб ЕврЭК № 94. Утвержденная форма Акта отбора проб является обязательной, все графы акта заполнены в соответствии с требованиями Положения об отборе проб ЕврЭК № 94 с учетом функционала компонента ФГИС ВетИС - «Меркурий», предусматривающего модуль оформления акта отбора проб (п.5.3.9 раздела V Методических указаний по обеспечению функционирования Федеральной государственной информационной системы в области ветеринарии (утв. приказом Россельхознадзора от 30.01.2018 N 53). Акты отбора проб вручены владельцам продукции - ИП Панову, ООО «Безе»; замечания (возражения) от владельцев продукции по процедуре отбора проб не поступали. Мероприятия по отбору проб проводились не в отношении Заявителя жалобы, а в отношении предпринимателей ИП Панова, ООО Безе (продукции, находящейся у них в обороте), поэтому такие мероприятия могут быть оспорены владельцами продукции. Права же Заявителя жалобы в связи с отбором проб продукции не нарушены. Вместе с тем, поскольку отбор проб проведен в рамках государственного мониторинга качества и безопасности пищевой продукции (а не в результате проверки или административного производства), при непосредственном участии владельцев продукции, таким образом возможность участия в отборе проб третьего лица ООО «УМЗ» и представления им возражений, действующим законодательством не предусмотрена.

При поступлении в лабораторию - ФГБУ «Кемеровская МВЛ», отобранные образцы продукции в соответствии с положениями п.126 Положения об отборе проб ЕврЭК № 94 проверены персоналом лаборатории на их пригодность для исследования, отсутствие порчи, правильность упаковки и оформления сопроводительных документов; нарушений отбора проб не установлено, что подтверждается протоколами испытаний № 1776р от 12.03.2019, №1928р от 18.03.2019, а также письменными пояснениями ФГБУ «Кемеровская МВЛ» от 07.10.2019 № 956 по делу № А76-19374/2019 (имеются в материалах дела). Кроме того, процедурами системы менеджмента качества ГОСТ Р ИСО/МЭК 17025-2009 регламентировано инспектирование доставленных проб, с учетом условий доставки, информация о которых фиксируется в документах системы менеджмента качества. В ходе инспектирования доставленной пробы, несоответствий не установлено, проба доставлена в лабораторию, в установленных сроках годности, с соблюдением условий и сроков доставки, регламентированных в пункте 5.3.24.4 ГОСТ 26809.2-2014, все необходимые требования, установленные положениями ГОСТ 26809.2-2014 соблюдены и оценены лабораторией, что также нашло своё отражение в протоколе испытаний № 1776р от 12.03.2019, №1928р от 18.03.2019. 

Возражения заявителя, подвергающего сомнению факт изготовления им принадлежность исследованной продукции, Управление отклоняет, указывая на декларации о соответствии RU.АГ99.В.13540, где указано: «Изготовитель: ООО «Уральский маслозавод», Челябинская область, г. Озерск, ул. Кыштымская, д. 8», продукция: «сухое цельное молоко торговых марок «Аркадак» и «Рогачев». Кроме того, имеются этикетки на упаковке сухого цельного молока торговой марки «Аркадак» весом 25 кг (мешок), где на маркировке указано: «Изготовлено: ООО «Уральский маслозавод», Челябинская область, г. Озерск, ул. Кыштымская, д. 8» и указана продукция: «сухое цельное молоко торговых марок «Аркадак» и «Рогачев», и на упаковке сухого цельного молока торговой марки «Рогачев» весом 5 кг (мешок), где на маркировке указано: «Изготовлено: ООО «Уральский маслозавод», Челябинская область, г. Озерск, ул. Кыштымская, д. 8» и указана продукция: «сухое цельное молоко торговых марок «Аркадак» и «Рогачев». Кроме того, имеются выписки из ФГИС «Меркурий» об оформлении ветеринарного сопроводительного документа                № 1306360267, где указано: «сухое цельное молоко ТМ «Аркадак», дата изготовления – 09.01.2019, изготовитель - ООО «Уральский маслозавод»; об оформлении ветеринарного сопроводительного документа № 1306376734, где указано: сухое цельное молоко ТМ «Рогачев», дата изготовления – 09.01.2019, изготовитель - ООО «Уральский маслозавод. Также в материалы дела представлены акт проверки Прокуратуры Советского района г.Томска от 14.03.2019, акт проверки Прокуратуры Советского района г.Томска от 10.04.2019. 

Таким образом, учитывая, что в соответствии с декларациями о соответствии, подписанными собственноручной подписью директора ООО «УМЗ» Г.С. Григорьевой, заявитель производит сухое цельное молоко торговых марок «Аркадак» и «Рогачев», а на этикетках сухого цельного молока торговых марок «Аркадак» и «Рогачев» с датой производства 09.01.2019 в качестве изготовителя указан ООО «Уральский маслозавод», что подтверждается ветеринарно-сопроводительными документами, где зафиксирован факт изготовления Уральским маслозаводом 09.01.2019 партий сухого цельного молока данных торговых марок.

Также Управление поясняет, что выявленные нарушения относятся к производству продукции, следовательно, документальное подтверждение гражданско-правовых отношений  между ООО «УМЗ» и лицами, которые на момент проверки являлись конечными владельцами продукции, не имеет значения.

Довод о наличии вины ООО «ТЗПП» как организации, осуществившей фасовку сухого молока, в обороте продукции не соответствующей требованиям технического регламента, Управление отклоняет, ссылаясь на определение изготовителя. Содержащееся в ст. 4 ТР ТС 021/2011 «О безопасности пищевой продукции».

При рассмотрении спора судами установлено, что Управлением выявлен факт нарушения ООО «УМЗ» требований технических регламентов.

  Должностным лицом Управления Россельхознадзора по Челябинской области исследованы срочные отчёты ФГБУ "Кемеровская межобластная ветеринарная лаборатория" о выявлении продукции, не отвечающей требованиям N 1776р от 04.03.2019, N 1928р от 18.03.2019, N 1928р от 15.03.2019, к которым приложены протоколы испытаний проб (образцов) N 1776р от 12.03.2019, N 1928р от 18.03.2019, а также сопроводительная документация на отобранные образцы продукции. По результатам рассмотрения документов составлен протокол об административном правонарушении N 000096 от 16.05.2019, принято постановление по делу об административном правонарушении N 96 от 28.05.2019, ООО «УМЗ» привлечено к административной ответственности на основании ч. 1 ст. 14.43 КоАП РФ.

Кроме того, ООО «УМЗ» выдано предписание прекратить действие деклараций о соответствии: ТС N RU.АБ 52.В.01861 дата регистрации от 14.09.2016 по 13.09.2019 включительно; ТС N RU-Д-RU.АГ99.В.13540 дата регистрации от 14.04.2016 по 13.04.2021 включительно в связи с нарушением им требований пунктов 5.1.3, 5.2.2 ГОСТ 33629-2015 "Межгосударственный стандарт. Консервы молочные. Молоко сухое. Технические условия" (далее - ГОСТ 33629-2015), нарушением требований технического регламента 033/2013 "О безопасности молока и молочной продукции" (пунктов 30, 36 главы 7); таблицы 1 приложения N 1 Технического Регламента Таможенного союза ТР ТС 033/2013 "О безопасности молока и молочной продукции" (далее - ТР ТС 033/2013) при изготовлении 09.01.2019 молочной продукции (сухого цельного молока торговых марок "Аркадак" и "Рогачев", ГОСТ 33629-2015, жирность 26%).

Общество оспорило предписание, ссылаясь на недоказанность факта изготовления им молочной продукции (сухое цельное молоко торговых марок "Аркадак" и "Рогачев" ГОСТ 33629-2015), пробы которого подверглись исследованию; на нарушение порядка исследования проб; на недоказанность того, что предписание выдано по результатам мероприятий пищевого мониторинга; не  несоответствие действий Управления  Положению № 883, Правилам осуществления мониторинга ветеринарной безопасности, утверждённым приказом Минсельхоза России от 22.01.2016 № 22; на неприменение норм Федерального закона № 294-ФЗ.

Суды, отказав в удовлетворении требований, исходили из следующего.

Исходя из ч. 1 ст. 34 Закона о техническом регулировании органы государственного контроля (надзора) вправе выдавать предписание о приостановлении или прекращении действия декларации о соответствии лицу, принявшему декларацию, и информировать об этом федеральный орган исполнительной власти, организующий формирование и ведение единого реестра деклараций о соответствии; вправе выдавать предписания об устранении нарушений требований технических регламентов в срок, установленный с учетом характера нарушения.

Согласно п. 1 ст. 46 названного Закона требования к продукции или к связанным с ней процессам производства, хранения, реализации, установленные нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными документами федеральных органов исполнительной власти, подлежат обязательному исполнению в части, соответствующей целям защиты жизни или здоровья граждан, предупреждения действий, вводящих в заблуждение приобретателей.

В силу требований ч. 1, 2 ст. 15 Федерального закона от 30.03.1999 N 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения" пищевые продукты должны удовлетворять физиологическим потребностям человека и не должны оказывать на него вредное воздействие; пищевые продукты, пищевые добавки, продовольственное сырье, а также контактирующие с ними материалы и изделия в процессе их производства, хранения, транспортировки и реализации населению должны соответствовать санитарно-эпидемиологическим требованиям.

В соответствии с пунктом 2.4 Санитарных правил СП 1.1.1058-01 "Организация и проведение производственного контроля за соблюдением санитарных правил и выполнением санитарно-противоэпидемиологических (профилактических) мероприятий", утвержденных Постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 13.07.2001 N 18, производственный контроль включает, в частности, осуществление (организацию) лабораторных исследований и испытаний, в том числе готовой продукции при осуществлении ее производства, хранения, транспортировки, реализации и утилизации.

Таким образом, юридические лица обязаны осуществлять производственный контроль в отношении продукции, в процессе ее производства.

В силу пункта 30 ТР ТС 033/2013 молочная продукция, находящаяся в обращении на таможенной территории Таможенного союза в течение установленного срока годности, при использовании по назначению должна быть безопасна. Молочная продукция должна соответствовать требованиям настоящего технического регламента и других технических регламентов Таможенного союза, действие которых на нее распространяется.

Физико-химические и микробиологические показатели идентификации молочной продукции установлены в приложении N 1 к настоящему техническому регламенту (пункт 36 ТР ТС 033/2013).

В пункте 5 статьи 5 ГОСТ 33629-2015 "Межгосударственный стандарт. Консервы молочные. Молоко сухое. Технические условия" (введен в действие Приказом Росстандарта от 30.11.2015 N 2087-ст) установлены основные показатели и характеристики продукции.

В силу пункта 5.1.1 ГОСТ 33629-2015 продукт изготовляют в соответствии с требованиями настоящего стандарта по технологическим инструкциям с соблюдением требований, установленных санитарными правилами и нормами, гигиеническими нормативами, техническими регламентами или нормативными правовыми актами, действующими на территории государств, принявших стандарт. По физико-химическим показателям продукт должен соответствовать требованиям, указанным в таблице 2 (пункт 5.1.3 ГОСТ 33629-2015).

Факт нарушения ООО "УМЗ" технических регламентов подтвержден результатом лабораторных исследований, оформленных протоколами испытаний N 1776р от 12.03.2019, N 1928р от 18.03.2019.

Как зафиксировано в протоколе испытаний N 1776р от 12.03.2019, (исследуемый образец - сухое цельное молоко торговой марки "Аркадак", м. д.ж. 26%, дата изготовления 09.01.2019, размер партии 25 кг) массовая доля жира продукта составила - 21% (строка N 6 протокола испытаний) (согласно пункту 5.1.3 ГОСТ 33629-2015 массовая доля жира в сухом цельном молоке должна составлять не менее 26% и не более 41,9); массовая доля белка продукта составила - 2,05% (строка N 5 протокола испытаний) (согласно пункту 36 главы 7 (таблица 1 приложения N 1) ТР ТС 033/2013 массовая доля белка в сухом молоке должна составлять не менее 18%).

Как зафиксировано в протоколе испытаний N 1928р от 18.03.2019, (исследуемый образец - сухое цельное молоко торговой марки "Рогачев", м. д.ж. 26%, дата изготовления 09.01.2019, размер партии 5 кг) массовая доля жира продукта составила - 22,5% (строка N 8 протокола испытаний). (согласно пункту 5.1.3 ГОСТ 33629-2015 массовая доля жира в сухом цельном молоке должна составлять не менее 26% и не более 41,9), по показателям "бета-ситостерин", "кампестерин", "стигмастерин" жировая фаза пробы продукта фальсифицирована растительными маслами или жирами на растительной основе (строки N 5, 7, 9 протокола испытаний) (согласно пункту 5.2.2 ГОСТ 33629-2015 для изготовления сухого молока применяют только: молоко коровье сырое, молоко коровье пастеризованное, молоко обезжиренное, молоко сгущенное, сливки сырье).

Учитывая, что исследование образцов спорной продукции произведено аккредитованным испытательным учреждением - Испытательным центром Федерального государственного бюджетного учреждения "Кемеровская межобластная ветеринарная лаборатория", аттестат аккредитации NRA.RU.21ПМ52, суды признали протоколы испытаний от 12.03.2019 N 1776р и от 18.03.2019 N 1928р относимыми и допустимыми доказательствами, подтверждающими несоответствие продукции требованиям технических регламентов.

Суды пришли к выводу, что на основании положений статьи 3 Закона Российской Федерации от 14.05.1993 N 4979-1 "О ветеринарии", Постановления Правительства Российской Федерации от 22.11.2000 N 883 "Об организации и проведении мониторинга качества, безопасности пищевых продуктов и здоровья населения", Приказа Минсельхоза России от 22.01.2016 N 22 "Об утверждении Правил осуществления мониторинга ветеринарной безопасности территории Российской Федерации" Управление Россельхознадзора вправе проводить мероприятия по осуществлению государственного надзора в форме лабораторного мониторинга.

Из материалов дела усматривается, что Управлением проводились мероприятия по осуществлению государственного мониторинга качества и безопасности пищевых продуктов на основании Приказа Россельхознадзора от 28.02.2018 N 1520 на 2019 год.

Для вынесения оспариваемого предписания в силу его ускоренного защитного и обеспечительного характера и с учетом достаточности сведений (документов), полученных управлением в ведомственном порядке, объективно не требовалось проведения проверки деятельности общества.

Оспариваемое по настоящему делу предписание принято Управлением в рамках проведения государственного надзора в области обеспечения качества и безопасности пищевых продуктов, одной из целей которого согласно положениям абзаца 10 и 13 статьи 1, пункта 2 статьи 3, статьи 4 Федерального закона N 29-ФЗ является исключение (пресечение) ситуаций, когда в обороте находятся пищевые продукты, не отвечающие нормативным требованиям безопасности, включая требования технических регламентов - продукты, в отношении обычного использования которых отсутствует обоснованная уверенность относительно их безвредности и безопасности для здоровья.

С учетом установленных обстоятельств, в совокупности с приведенными нормами права, суды сделали вывод, что положения Федерального закона N 294-ФЗ к рассматриваемой проверке неприменимы, что соответствует правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.01.2018 N 302-КГ17-13396.

Доводы заявителя о том, что установив несоответствие исследованных образцов продукции требованиям технических регламентов, Управление неправомерно выдало предписания о прекращении действия деклараций в отношении всего ассортимента продукции, на которую распространяются декларации, судами отклонены. Согласно решению Комиссии Таможенного союза от 18.06.2010 N 319 "О техническом регулировании в таможенном союз" сведения о продукции, в отношении которой принята декларация о соответствии, предполагают, что декларация о соответствии может быть выдана как в отношении конкретного товара, так и на целый перечень продукции, что позволяет производителю получать одну декларацию на несколько видов разной продукции. Такая декларация является единым документом. При этом нормативно не установлено приостановление или прекращение действия декларации в части. Следовательно, поскольку декларация о соответствии является единым документом и общество в данном случае получило декларации не на каждый вид продукции, а на целый перечень реализуемой продукции, то, установив факт несоответствия требованиям технических регламентов вышеуказанной продукции, включенной в данный перечень, управление законно вынесло предписания о прекращении действия деклараций в целом.

Суд кассационной инстанции данный вывод признал обоснованным, и не усмотрел нарушения прав заявителя оспоренным предписанием, поскольку заявитель не ограничен в совершении действий по подтверждению соответствия техническим регламентам продукции, включённой в перечень, содержащийся в спорных декларациях соответствия.

Судами отклонены возражения заявителя относительно принадлежности исследованной продукции.  При этом суды исходили из совокупности представленных сторонами доказательств: деклараций о соответствии RU.АБ 52.В.01861 дата регистрации от 14.09.2016 по 13.09.2019 включительно, RU-Д-RU.АГ99.В.13540 дата регистрации от 14.04.2016 по 13.04.2021, имеющих наименование изготовителя;  выписки из ФГИС «Меркурий» об оформлении ветеринарного сопроводительного документа   № 1306360267 на указанную в декларациях продукцию с информацией об изготовителе; этикеток на упаковке продукции с указанием изготовителя. 

Оснований для иного вывода у суда кассационной инстанции не имеется.

Относительно полномочий Управления на выдачу предписания в рамках проведения пищевого мониторинга доводы заявителя жалобы отклонены.  

   Согласно п.п. 2, 3, 4 Положения о мониторинге № 883, абз.5 п. 1 ст. 34 Закона о техническом регулировании предусмотрено вынесение государственным органом предписания о прекращении действия декларации о соответствии  в случае получения достоверной информации о несоответствии продукции требованиям технических регламентов, в том числе по результатам мониторинга, а не только по результатам административного расследования либо проверки, проведённой в порядке Федерального закона № 294-ФЗ. Обоснованность данной позиции подтверждена определением ВС РФ от 11.05.2018 по делу № 70-ПЭК18. Управление действовало в рамках исполнения государственной программы мониторинга качества и безопасности пищевых продуктов (приказы Россельхознадзора № 081-00014-19-00 от 29.12.2018; № 1520 от 28.12.2018).

  В соответствии со ст. 14 Федерального закона о качестве и безопасности пищевых продуктов Россельхознадзор осуществляет государственный мониторинг качества и безопасности пищевых продуктов, полномочия по проведению которого возложены на Россельхознадзор постановлением Правительства РФ от 22.11.2000 № 883. 

 Согласно п.1 Положения о мониторинге № 883, государственный мониторинг качества и безопасности пищевых продуктов помимо Роспотребнадзора осуществляет также Россельхознадзор, в пределах своей компетенции. 

В силу пп.«а» п.4 названного положения, при проведении государственного мониторинга качества и безопасности пищевых продуктов осуществляется сбор достоверной и объективной информации о качестве и безопасности пищевой продукции, изготавливаемой на российских предприятиях, ввозимой и выпускаемой в свободное обращение на территории Российской Федерации, в том числе находящейся в обороте. 

В соответствии с Типовым положением о территориальном органе Россельхознадзора (п.п. 8.1.1, 8.1.11), утвержденным приказом Минсельхоза России от 04.10.2012 № 527, территориальные управления Россельхознадзора осуществляют наблюдение за факторами среды обитания человека, включая безопасность пищевых продуктов, организуют проведение необходимых расследований, испытаний, экспертиз, анализов и оценок, в том числе научных исследований по вопросам осуществления надзора в закрепленной сфере деятельности. 

Подпунктом «а» п.116, п.117 Положения о едином порядке проведения совместных проверок объектов и отбора проб товаров (продукции), подлежащих ветеринарному контролю (надзору), утвержденного Решением Совета Евразийской экономической комиссии от 09.10.2014 № 94, определено, что в ходе осуществления государственной программы мониторинга, с целью получения образцов для последующего лабораторного исследования, в полномочия государственного ветеринарного инспектора входит отбор проб подконтрольных товаров, находящихся в обороте на таможенной территории Таможенного союза. 

При этом к подконтрольным товарам, в силу п. 2 названного Положения, относятся товары, включенные в Единый перечень товаров, подлежащих ветеринарному контролю (надзору), утвержденный Решением Комиссии Таможенного союза от 18 июня 2010 г. № 317, где под кодом 0404 включены – «продукты из натуральных компонентов молока». 

Таким образом, Россельхознадзор и его территориальные органы осуществляет в отношении подконтрольных товаров (к которым относится сухое молоко) государственный мониторинг качества и безопасности пищевых продуктов посредством отбора проб и организации исследований (испытаний) отобранных образцов пищевой продукции, находящейся в обороте.

При этом пищевой мониторинг проводится в порядке, установленном постановлением Правительства РФ № 883, устанавливающим полномочия Россельхознадзора по оценке качества и безопасности пищевых продуктов путем сбора достоверной и объективной информации о качестве и безопасности пищевой продукции. 

В рассматриваемом деле мероприятия по осуществлению государственного мониторинга качества и безопасности пищевых продуктов проводились Управлением Россельхознадзора по Томской области на основании действующего Приказа Россельхознадзора от 28.12.2018 № 1520 «О лабораторных исследованиях в рамках реализации мероприятий Россельхознадзора для обеспечения выполнения требований Соглашения Всемирной торговой организации по применению санитарных и фитосанитарных мер при вступлении России в ВТО на 2019 год».

Довод заявителя о том, что положения п.1 Постановления № 987 ограничивают компетенцию Россельхознадзора и его территориальных органов по проведению пищевого мониторинга в отношении параметров пищевой продукции, прямо не поименованных в пп. «б» п.1 указанного Постановления, основан на неверном толковании закона, поскольку государственный надзор в области обеспечения качества и безопасности пищевых продуктов, реализуемый на основании ст.13 ФЗ № 29 о качестве и безопасности пищевых продуктов, как административная процедура функционально, предметно и содержательно отличается от пищевого мониторинга, реализуемого на основании ст.14 того же закона. Следовательно, пункт 1 Постановления № 987 не может толковаться как специальная норма, ограничивающая действие пункта 1 Положения о мониторинге № 883. 

При этом государственный мониторинг качества и безопасности пищевых продуктов проводился не в отношении ООО «УМЗ» как юридического лица, а в отношении пищевой продукции, находящейся в обороте у предпринимателей (ИП Панова Е.И., ООО «Безе»), одной из целей которого согласно положениям абз. 10 и 13 ст.1, п.2 ст.3, ст.4 Закона о качестве и безопасности пищевых продуктов является исключение (пресечение) ситуаций, когда в обороте находятся пищевые продукты, не отвечающие нормативным требованиям безопасности, включая требования технических регламентов. 

   Доводы заявителя об отсутствии доказательственной силы документов, явившихся основанием для выдачи оспоренного предписания, в том числе актов отбора проб, подлежат отклонению, поскольку не учитывают положения нормативных актов, регулирующих данные действия (Положение об отборе проб ЕврЭК № 94, Схема отбора проб подконтрольных товаров, утвержденной письмом Россельхознадзора от 31.12.2014 N ФС-ЕН-2/26348, Межгосударственный стандарт ГОСТ 26809.1-2014 «Молоко и молочная продукция. Правила приемки, методы отбора и подготовка проб к анализу. Часть 1. Молоко, молочные, молочные составные и молокосодержащие продукты»). 

Учитывая изложенное, суд кассационной инстанции признал основанными на законе и соответствующими материалам дела вывод судов о том, что    Управление обладало законными основаниями для применения полномочий, предоставленных абз. 5 п.1 ст. 34 Закона техническом регулировании, и вынесения предписания о прекращении действия деклараций о соответствии.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 29.06.2020 по делу № А7619374/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2020 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Уральский маслозавод» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий					           А.Н. Токмакова 

Судьи					           Е.О. Черкезов 

                                                                                             В.А. Лукьянов