№ 09АП-16920/2021

Дело № А40-56312/17

г. Москва

08 июля 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 06 июля 2021 г.

Полный текст постановления изготовлен 08 июля 2021 г.

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Комарова А.А.,

судей Бальжинимаевой Ж.Ц., Клеандрова И.М.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы финансового управляющего должника ФИО2, ФИО3 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 18.02.2021 по делу № А40-56312/17 о процессуальной замене кредитора ФИО4 на ООО «Деловой интерьер» в реестре требований кредиторов должника ФИО5 в части требования по кредитному договору 

<

***> от 19.01.2012 в размере 441.319.922,38 руб. из которых 349.302.319,30 руб. основной долг, 90.865.601,12 руб. пени на основной долг, 1.152.001,96 руб. пени на просроченные проценты по делу о признании несостоятельным (банкротом) Кутукова Александра Евгеньевича

при участии в судебном заседании:

от ФИО3: ФИО6, по дов. от 14.09.2018,

от ФИО4: ФИО7, по дов. от 09.10.2018,

от ООО «Деловой интерьер»: ФИО7, по дов. от 20.12.2018,

от ЗАО Группа ТЕХНОСЕРВИС: ФИО8 по дов. от 25.05.2021

Иные лица не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 30.10.2018 признан несостоятельным (банкротом) ФИО5 (дата рождения 09.02.1970).

Финансовым управляющим утвержден ФИО2, член Союза СРО «СЕМТЭК», о чем опубликовано сообщение в газете «КоммерсантЪ» от 03.11.2018 № 203.

В Арбитражный суд города Москвы 29.12.2020 посредством почтового отправления документов поступило заявление ФИО4 о замене в порядке процессуального правопреемства кредитора ФИО4 на ООО «Деловой интерьер» в части требований в размере 441.319.922,38 рублей, а также уменьшить сумму требований кредитора ФИО4

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 18.02.2021 суд произвел замену кредитора ФИО4 на ООО «Деловой интерьер» в реестре требований кредиторов должника ФИО5 в части требования по кредитному договору 

<

***> от 19.01.2012 в размере 441.319.922,38 руб. из которых 349.302.319,30 руб. основной долг, 90.865.601,12 руб. пени на основной долг, 1.152.001,96 руб. пени на просроченные проценты, уменьшил требование кредитора ФИО4 в части задолженности по кредитному договору 

<

***> от 19.01.2012 и оставил в реестре требований кредиторов должника требование ФИО4 в размере 53.123.468,76 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий должника ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение изменить в части суммы требований, в отношении которой было произведено правопреемство.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО3 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, принять по спору новый судебный акт.

От ФИО4 поступил отзыв на апелляционные жалобы с пояснениями к нему.

От ФИО3 поступили письменные пояснения на отзыв ФИО4

От ЗАО «Группа ТЕХНОСЕРВИС» поступили письменные объяснения.

Рассмотрев апелляционные жалобы в порядке статей 266, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив представленные доказательства, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения Арбитражного суда города Москвы на основании следующего.

Как усматривается из материалов дела, определением Арбитражного суда города Москвы от 04.04.2019г. требования ФИО4 включены в реестр требований кредиторов должника в размере 533.003.068,76 руб. из которых:

- 426.323.147,59 руб. основной долг,

- 4.236.039,67 руб. просроченная задолженность за обслуживание кредита,

- 102.443.881,49 руб. пени.

Выше указанное требование основано на договорах поручительства по кредитным договорам:

- договор поручительства №1995/П/9317 от 14.10.2014 к договору об открытии кредитной линии с ООО «ТЕХНОПРОДУКТ автомотив» в размере 53.123.468,76 руб.,

- договор поручительства №П/17101 от 19.01.2012 к договору об открытии невозобн6овляемой кредитной линии с ОАО «ИМИ» в размере 479.879.600,00 руб.

На основании решения Арбитражного суда города Москвы по делу А40-268568/18 ОАО «ИМИ» признано несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 03.07.2020. требования ФИО4 включены в реестр требований кредиторов ОАО «ИМИ» в размере 880.095.226,61 руб. из которых 397.462.647,16 руб. как обеспеченные залогом имущества.

На основании Соглашения о зачете от 01.11.2018, в счет погашения задолженности по кредитному договору 

<

***> от 19.01.2012 кредитором ФИО4 зачтена сумма в размере 48.311.848,59 руб., которая не учитывалась ранее при включении задолженности в реестр.

На основании договоров купли-продажи недвижимого имущества ОАО «ИМИ» были проданы предметы залога на сумму 31.622.119,60 руб.

Принимая во внимание факт погашения задолженности по кредитному договору 

<

***> от 19.01.2012 основным должником от реализации залогового имущества и ранее не учтенное соглашение о зачете, общий размер требования кредитора ФИО4 подлежит уменьшению на сумму 88.633.968,19 руб.

Таким образом, с учетом положений 363 ГК РФ, размер требований кредитора в реестре требований поручителя ФИО5 по кредитному договору 

<

***> от 19.01.2012 составляет 441.319.922,38 руб. из которых:

- 349.302.319,30 руб. основной долг.

- 90.865.601,12 руб. пени на основной долг,

- 1.152.001,96 руб. пени на просроченные проценты.

Между тем, решением Савеловского районного суда города Москвы от 16.04.2019 с ООО «Деловой интерьер» в пользу ФИО4 взыскано 599.932.852,33 руб. и обращено взыскание на заложенное имущество по договорам ипотеки заключенным ранее ОАО «Сбербанк России» (далее правопреемник ФИО4) и ООО «Деловой интерьер» в обеспечение кредитного договора 

<

***> от 19.01.2012. За счет переданного имущества, а  так же за счет совершения сделок по продаже залогового имущества, погашена задолженность по кредитному договору 

<

***> от 19.01.2012. в размере 676.944.852,33 руб.

Следовательно, у ООО «Деловой интерьер» возникло право требования к ФИО5 по части обязательств ФИО4 в рамках договора 

<

***> от 19.01.2012.

Поскольку, размер требования кредитора ФИО4 в реестре ФИО5 меньше размера погашенной ООО «Деловой интерьер» задолженности, права требования по кредитному договору 

<

***> от 19.01.2012. переходят к ООО «Деловой интерьер» на сумму 441.319.922,38 руб.

Между тем, суд первой инстанции отклонил доводы возражений ФИО3 и финансового управляющего, поскольку позиция сводится к несогласию с судебными актами положенными в обоснование доводов заявления. Кроме того, суд обратил внимание, что представленными судебными актами не установлена аффилированность участников гражданского оборота не в рамках дела о банкротстве основного должника ОАО «ИМИ» не в рамках рассмотрения заявлений об оспаривании сделок.

На основании изложенного суд первой инстанции произвел замену кредитора ФИО4 на ООО «Деловой интерьер» в реестре требований кредиторов должника ФИО5 в части требования по кредитному договору 

<

***> от 19.01.2012 в размере 441.319.922,38 руб. из которых 349.302.319,30 руб. основной долг, 90.865.601,12 руб. пени на основной долг, 1.152.001,96 руб. пени на просроченные проценты, уменьшил требование кредитора ФИО4 в части задолженности по кредитному договору 

<

***> от 19.01.2012 и оставил в реестре требований кредиторов должника требование ФИО4 в размере 53.123.468,76 руб.

Суд апелляционной инстанции признает верными выводы суда первой инстанции, а доводы апелляционных жалоб необоснованными по следующим основаниям.

Доводы обеих апелляционных жалоб сводятся к тому, что, по мнению апеллянтов, в состав группы компаний с общим интересом как минимум входили: ОАО «ИМИ», ООО «Деловой интерьер», ООО «Технопродукт автомотив», ЗАО «Техно Менеджмент», ЗАО «Группа Техносервис», ФИО9 Возглавлял указанную группу лиц ФИО9 По мнению апеллянтов указанные обстоятельства являются основанием для уменьшения суммы требований, по которым было произведено правопреемство.

Указанные доводы судом не принимаются в силу следующего.

Учитывая, что ни кредитный договор, ни договоры поручительства и ипотеки не содержат указания на совместно данное обеспечение, с учетом их толкования по правилам ст. 431 ГК РФ, а соглашения об установлении совместного обеспечения между кредитором и поручителями не заключалось, ООО «Деловой интерьер» не могло и не имело оснований для предположений о возможном совместном характере предоставленных обеспечений и предъявлении требований из регресса.

Таким образом, в данном случае отсутствуют основания для применения положений ст. 325 ГК РФ, а рассматриваемые взаимоотношения подлежат регулированию положениями ст. 387 ГК РФ о суброгации прав требований кредитора.

Согласно п. 2.7. договора поручительства № П/17101 от 19.01.2012 г., заключенного Сбербанком с ООО «Деловой интерьер», к поручителю, исполнившему обязательство за заемщика по кредитному договору, переходят права банка по этому обязательству в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование банка.

Кроме того, в силу пункта 1 статьи 322 ГК РФ солидарная обязанность (ответственность) возникает, если она установлена законом или предусмотрена договором. Законом не предусмотрена солидарная ответственность должника по основному обязательству и залогодателя - третьего лица. Условие о солидарной ответственности ООО «Деловой интерьер» в договоре ипотеки № 3/17101 от 19.01.2012 г. отсутствует.

ООО «Деловой интерьер» как залогодатель за счет залогового имущества погасил перед кредитором ФИО4 задолженность по кредитному договору № 

<

***> от 19.01.2012 г. на общую сумму 676 944 852,33 руб. В качестве доказательств к заявлению о правопреемстве приложены договор купли-продажи с ООО «Стеллус-Инвест» от 18.02.2019 г.; договор купли-продажи с ООО «Террум» от 18.02.2019 г.; акт о передаче нереализованного имущества должника взыскателю от 20.03.2020 г.

Залог и поручительство являются самостоятельным и независимым друг от друга способами обеспечения исполнения обязательств (п.6 Обзора по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств, утв. Президиумом Верховного суда РФ 22.05.2013 г.). Требования кредитора в отношении должника как залогодателя и как поручителя возникают из различных оснований и различаются как по объему, так и по порядку их осуществления, что исключает их совместный характер.

В обоснование аффилированности ФИО4 и ООО «Деловой интерьер» с должником ФИО5 апеллянты ссылаются на 

Постановление

 9ААС по делу № А40-43151/2015 от 30.11.2017 г. Но в данном деле доводы о том, что ФИО5, осуществляя непосредственное руководство АО «ИМИ», является участником ООО «Деловой интерьер» не соответствует действительности. ФИО5 утратил свои права участника в ООО «Деловой интерьер» семь лет назад и никакого влияния на деятельность ООО «Деловой интерьер» не оказывает. К выводу об отсутствии признаков заинтересованности и аффилированности между ФИО4 и ООО «Деловой интерьер» с одной стороны и ФИО5 и АО «ИМИ» с другой стороны пришли суды по делу № А40-117490/2019 и по делу № А40-50858/2020 при рассмотрении заявлений финансового управляющего ФИО2 о признании сделок недействительными, в удовлетворении которых судами было отказано. Кроме того, в деле № А40-43151/2015 ФИО4 не участвовала и данный судебный акт не может иметь преюдициальное значение для настоящего дела.

Ссылки на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.09.2020 г. по делу № А40-268568/2018 не состоятельны, поскольку данное постановление отменено судом кассационной инстанции от 30.11.2020 г.

Доводы финансового управляющего и кредитора ФИО3 о том, что аффилированность ФИО4 и ФИО5 якобы подтверждается определением АС г. Москвы от 04.04.2019 г. по делу № А40-56312/2017 несостоятельны. В данном процессе рассматривались требования ФИО4 о включении в реестр требований кредиторов ФИО5 и для принятия решения по данному вопросу не имеет значение наличие признаков аффилированности между кредитором и должником. Именно об этом написал суд, указывая, что «сложившаяся на сегодняшний день судебная практика указывает на то, что доводы о фактической аффилированности между кредитором и должником не являются основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов» и при этом вопрос об аффилированности судом не рассматривался. В данном судебном процессе рассматривалось требование кредитора ФИО4, основанное на договорах поручительства ФИО5 в обеспечение обязательств по кредитным договорам, заключенным Сбербанком с АО «ИМИ» и ООО «Технопродукт автомотив». Суд в данном случае не рассматривал требование ООО «Деловой интерьер» и взаимосвязанность его с должником. Указания апеллянта отсутствуют в выводах суда, в связи с чем не могут учитываться судом.

Суд в оспариваемом определении от 18 февраля 2021 г. сделал правомерный вывод о том, что судебными актами не установлена аффилированность участников гражданского оборота.

Кроме того, доводы апелляционных жалоб о недобросовестности кредитора ФИО4 документально и нормативно не подтверждены. 

Как следует из отзыва ФИО4 сделки, совершенные в 2014-2018 г.г., до настоящего времени не зарегистрированы в Росреестре, но при этом новыми собственниками ФИО10 и ФИО11 получены судебные решения о признании за ними права собственности. ООО «НАФТАПАК» также обратился в суд с заявлением о признании за ним права собственности. Конкурный управляющий АО «ИМИ» только 15 апреля 2021 г. исключил данные объекты из конкурсной массы АО «ИМИ». Учитывая, что сделки с недвижимым имуществом действительны для третьих только с момента их государственной регистрации, ФИО4, напротив, с целью экономии процессуального времени, подала заявление об уменьшении требований ранее, чем ее обязывает к этому действующее законодательство. Факт возбуждения исполнительного производства кредитором ФИО4 не скрывался, а напротив, приводился в качестве контраргументов против доводов финансового управляющего ФИО2 о том, что кредитор ФИО4 недобросовестно не производит обращение взыскания на имущество ООО «Деловой интерьер». В частности, данные доводы предоставлены по делу № 2-0991/2020 в Мещанском районном суде города Москвы при рассмотрении заявления ФИО2 о признании договора цессии между Сбербанком и ФИО4 недействительным. В удовлетворении данного требования ФИО2 отказано решением от 06.07.2020 г., вступившим в законную силу.

Исходя из разъяснений, данных в п. 16 Обзора судебной практики Верховного суда РФ № 3 (2017), для квалификации обеспечения как совместного необходимо ряд условий и исследованию подлежат вопросы о том, действительно ли существовала группа юридических лиц, имелось ли волеизъявление членов этой группы на предоставление совместного обеспечения, какова доля каждого члена группы в обеспечении кредитных обязательств.

Согласно положениям ст. 9 ФЗ от 26.07.2006 г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции» группой лиц признается совокупность хозяйствующих субъектов, действующих в едином экономическом интересе и в силу особых связей: имущественных, родственных, управленческих, способных оказывать ощутимое влияние друг на друга. В группу лиц входят юридические и физические лица, которые обладают более 50 процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции и доли в уставном капитале. ФИО5 на момент заключения обеспечительных договоров являлся акционером АО «ИМИ» с количеством акций 24,6 %. ООО «Деловой интерьер» не является ни дочерним обществом по отношению к АО «ИМИ» и ООО «Технопродукт автомотив», а также не участвует в капиталах указанных обществ, следовательно у данных обществ отсутствуют корпоративные связи. Наличие факта корпоративного участия физического лица - ФИО5 в капиталах обществ не является безусловным основанием для наличия у указанных лиц общего экономического интереса.

Предоставление кредитных денежных средств согласно пункту 2.3.10. Договора ипотеки № 3/17101 от 19.01.2012 г. имеет целевое назначение: финансирование затрат на завершение ремонтных работ многофункционального комплекса «Очаково», расположенного по адресу: 

<

...>, а также погашение текущей задолженности по Кредитному договору № 

<

***> от 09.07.2010 г., Кредитному договору № 

<

***> от 05.05.2011 г., заключенным между ОАО «ИМИ» и ОАО «Помсвязьбанк».

Таким образом, ООО «Деловой интерьер» не участвовало в получении кредитных средств, что свидетельствует об отсутствии общего экономического интереса ООО «Деловой интерьер» с АО «ИМИ» в момент предоставления обеспечения.

Кроме того, погашение Сбербанку кредиторской задолженности за АО «ИМИ» не являлось со стороны ООО «Деловой интерьер» безвозмездным. В счет погашения данной задолженности совершены сделки купли-продажи недвижимого имущества. В признании недействительными данных сделок финансовому управляющему ФИО2 отказано по делу № А40-117490/2019 и решение вступило в законную силу. Из существа данных взаимоотношений следует, что обеспечение не было совместным и что распределение риска дефолта заемщика на ООО «Деловой интерьер» не предполагалось. Консолидированную бухгалтерскую отчетность АО «ИМИ» и ООО «Деловой интерьер» не вели. Кроме того, доли в уставном капитале ООО «Деловой интерьер» с 2012 года перепродавались несколько раз. ФИО4 приобрела долю в уставном капитале ООО «Деловой интерьер» в 2019 году за 77 млн. руб. ФИО4 имеет самостоятельный характер деятельности и никогда не вела общего бизнеса с ФИО5 Она является его конкурентом, а не аффилированным лицом.

Кроме того, поручительство ООО «Технопродукт автомотив» было предоставлено 16 сентября 2015 г., т.е. через 3,5 года после заключения кредитного договора № 

<

***> от 19.01.2012 г. Таким образом, поручительство не отвечает критерию единовременности предоставления, что исключает его квалификацию как совместного обеспечения.

Кредитор ФИО3 ошибочно полагает, что требование ООО «Деловой интерьер» подлежит понижению в очередности, так как погашение задолженности за счет залогового имущества произведено в период имущественного кризиса АО «ИМИ». Кредитор ФИО3 ошибочно полагает, что основанием возникновения прав залогодателя является момент обращения взыскания на залог. Ссылка кредитора ФИО3 на аналогичные выводы суда апелляционной инстанции от 15.09.2020 г. безосновательна, так как данное постановление отменено судом округа и действия ФИО4 по выкупу прав требований не признаны судом компенсационным финансированием, а ФИО4 не является лицом, контролирующим АО «ИМИ».

В пункте 2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 разъяснено, что очередность удовлетворения требований кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих.

Согласно пункту 6 Обзора очередность удовлетворения требования, перешедшего к лицу, контролирующему должника, в связи с переменой кредитора в обязательстве, понижается, если основание перехода требования возникло в ситуации имущественного кризиса должника. И в качестве момента основания возникновения прав требований в данном обзоре указан момент заключения договора об обеспечении обязательства, а не момент погашения задолженности поручителем или залогодателем.

Кроме того, договор залога недвижимого имущества и договор поручительства с ООО «Деловой интерьер» были заключены задолго до имущественного кризиса АО «ИМИ» и ФИО5, а именно 19 января 2012 г. Само по себе исполнение залогодателем ООО «Деловой интерьер» долговых обязательств ФИО5 и АО «ИМИ» является правомерным поведением, основанным на договоре залога недвижимого имущества. Кроме того, погашение кредита за счет залогового имущества не было досрочным, срок возврата кредита истек еще в 2017 году.

Таким образом, отсутствуют основания для понижения очередности удовлетворения требований ООО «Деловой интерьер».

Суд кассационной инстанции в Постановлении от 24.09.2019 г. по делу А40-56312/2017 при рассмотрении кассационной жалобы на судебные акты о включении требований ФИО4 в реестр требований кредиторов ФИО5 в ответ на доводы заявителей об аффилированности кредитора ФИО4 и должника ФИО5 указал, что «то обстоятельство, что впоследствии, указанную задолженность приобрели фактически аффилированные с должником лица, само по себе не может придавать приобретенной задолженности характер корпоративного требования в том смысле, который заложен в правовом подходе, сформированном в определениях Верховного Суда Российской Федерации № 308-ЭС17-1556 от 06.07.2017, № 305-ЭС17-17208 от 15.02.2018, № 310-ЭС17-17994 (1,2) от 21.02.2018». В данном случае выводы суда выражают позицию Верховного Суда РФ и носят обобщенный характер, поскольку суд употребляет множественное число, а в данном случае задолженность приобретена только одним кредитором ФИО4, а не множеством лиц.

Верховный суд РФ в определении № 305-ЭС19-24713 от 13.01.2020 г. согласился с выводами нижестоящих судов о включении требований ФИО4 в реестр требований кредиторов ФИО5

В Постановлении 9ААС по делу № А40-43151/2015 от 30.11.2017 г. аффилированность ООО «Деловой интерьер», ФИО4 и ФИО5 не установлена. На стр. 4, абз. 12 и стр. 5, абз. 1,2 указано, что «помимо того, что ФИО5 является акционером и учредителем ЗАО «Группа Техносервис», он также является участником группы компаний, в которую входят: ...ООО «Деловой интерьер»...». Однако ФИО5 утратил свои права участника в ООО «Деловой интерьер» 06 февраля 2014 г. и никакого влияния на деятельность ООО «Деловой интерьер» не оказывает. К данному выводу пришли суды по делу № А40-117490/2019 и по делу № А40-50858/2020 при рассмотрении заявлений финансового управляющего ФИО2 о признании сделок недействительными.

Так в Постановлении 9ААС от 21.04.2021 г. по делу № А40-117490/2019 (инициатор иска - финансовый управляющий ФИО2) суд отклонил доводы об аффилированности ФИО4 и АО «ИМИ» как голословные и на стр. 8, абз.9, 10,11 указал: «Доводы об аффилированности - отклоняются, как голословные.

Ссылка Заявителя на то, что аффилированность ФИО4 и ФИО5 подтверждается определением АС г. Москвы от 04.04.2019 г. по делу № А40-56312/2017 -коллегией отклоняются, поскольку в данном деле рассматривались требования ФИО4 о включении в реестр требований кредиторов ФИО5 и для принятия решения по данному вопросу не имеет значение наличие признаков аффилированности между кредитором и должником.

Ссылка заявителя на Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.09.2020 г. по делу № А40-268568/2018 несостоятельна, поскольку данное Постановление отменено 30.11.2020 г. Арбитражным судом Московского округа».

В Постановлении 9ААС от 04.03.2021 г. по делу № А40-50858/2020 (инициатор иска - финансовый управляющий ФИО2) на стр. 6, абз.2, 3 суд указал: «Между тем, материалами дела не подтвержден факт наличия при заключении сделок между ООО «Деловой интерьер», АО «ИМИ» и ООО «Технопродукт автомотив» заинтересованности по смыслу вышеприведенной нормы права.

При этом судом первой инстанции обоснованно отклонен довод истца о том, что ФИО5 осуществляя непосредственное руководство АО «ИМИ» является участником ООО «Деловой интерьер», как не соответствующий фактическим обстоятельствам дела. Так ФИО5 утратил свои права участника в ООО «Деловой интерьер» 06.02.2014 г. согласно Договору купли-продажи доли от 06.02.2014. Доказательств того, что ФИО5 оказывает непосредственное влияние на деятельность ООО «Деловой интерьер», материалы дела не содержат».

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 03.07.2020 по делу № А40-268568/2018 о банкротстве АО «ИМИ» не устанавливает аффилированность между АО «ИМИ», акционером которого является ФИО5, с одной стороны, ФИО4 и ООО «Деловой интерьер» с другой стороны. При рассмотрении требований ФИО4 о включении в реестр требований кредиторов должника АО «ИМИ» (определение АС г. Москвы от 03.07.2020 г.) суд указал, что «доводы временного управляющего о том, что должник и кредитор являются аффилированными лицами, в связи с чем в удовлетворении заявленных требований следует отказать, отклоняются судом, поскольку сам по себе факт аффилированности должника и кредитора не является основанием для отказа во включении требований в реестр требований кредиторов должника». Таким образом, суд отклонил доводы об аффилированности и вопрос об аффилированности не рассматривал. Кроме того суд округа 30.11.2020 г. согласился с данными выводами суда первой инстанции.

Верховный суд РФ в определении № 305-ЭС21-425 (1,2) от 27 мая 2021 г. (в первой инстанции Дело № А40-268568/2018 о банкротстве АО «ИМИ») по результатам изучения материалов дела не установил признаков контроля со стороны кредитора ФИО4 над должником АО «ИМИ». На стр. 2, абз. 6 Верховный суд РФ указал: «Суд округа правомерно указал на то, что сама по себе аффилированность не является основанием для понижения требования. При этом доводов, которые бы подтверждались материалами дела, о контроле со стороны кредитора над должником заявители в кассационных жалобах не приводят».

Таким образом, ссылки кредитора ФИО3 на Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.09.2020 по делу № А40-268568/2018 не состоятельны, поскольку данное Постановление отменено судом кассационной инстанции и Верховный суд РФ также согласился с выводами судов первой и кассационной инстанций.

ФИО4 не является заинтересованным лицом по отношению к АО «ИМИ» и к ФИО5 по основаниям, предусмотренным ст. 19 Закона о банкротстве и ст. 81 Закона об акционерных обществах, не является юридически или фактически аффилированным лицом, по основаниям ст. 4 Закона «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», не оказывает и не имеет возможности оказывать влияние на деятельность АО «ИМИ» и ФИО5 и не обязана в обратном подчиняться ФИО5 и АО «ИМИ». То обстоятельство, что ФИО4 приобрела 25.10.2017 г. права требования по кредитному договору, заключенному в 2012 году, а долю в уставном капитале ООО «Деловой интерьер» 06.09.2019 г., не свидетельствует о ее аффилированности с ФИО5 Права требования и доля в уставном капитале выкуплены ФИО4 в собственных экономических интересах. ФИО4 имеет самостоятельную коммерческую деятельность и является конкурентом ФИО5, а не его аффилированным лицом.

Также ФИО4 не входит с ФИО5 и АО «ИМИ» в группу лиц по смыслу ст. 9 Закона «О защите конкуренции»: акций АО «ИМИ» не имеет, единоличным исполнительным органом не является, обязательные указания давать обществу не вправе, в состав коллегиальных исполнительных органов не входит, по ее предложению не назначался: единоличный исполнительный орган, коллегиальный исполнительный орган либо совет директоров, и не имеется других оснований для включения ее в группу лиц.

На основании изложенного коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции в полном объёме выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела; выводы суда, изложенные в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, им дана надлежащая правовая оценка; судом правильно применены нормы материального и процессуального права.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционных жалобах.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционные жалобы не содержат.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 102, 110, 269 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 18.02.2021 по делу № А40- 56312/17 оставить без изменения, а апелляционные жалобы финансового управляющего должника ФИО2, ФИО3 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:        А.А. Комаров

Судьи:        Ж.Ц. Бальжинимаева

                                                                                                                  И.М. Клеандров