ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

13.11.2023

Дело № А41-4402/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 08.11.2023  

Полный текст постановления изготовлен 13.11.2023 

 

Арбитражный суд Московского округа в составе: председательствующего-судьи Морхата П.М.,

судей Зеньковой Е.Л., Уддиной В.З.

при участии в судебном заседании:

от УФНС России по Московской области - ФИО1, представитель по доверенности от 17.01.2023,

от ФИО2 - ФИО3, представитель по доверенности от 23.09.2022 на 2 года;

от ФИО4 – ФИО5, представитель по доверенности от 06.08.2020 на 5 лет;

от ФИО6 – ФИО7, представитель по доверенности от 18.10.2021 на 3 года;

иные лица извещены надлежащим образом, представители не явились,

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФНС России в лице УФНС России по Московской области 

на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 05 июля 2023 года (№ 10АП-7317/2023) по делу № А41-4402/2019

в части исключения из мотивировочной части постановления выводов об отсутствии признаков неплатежеспособности на момент проведения мероприятий налогового контроля; о подтверждении бухгалтерской отчетностью и аудиторским заключением отсутствие признаков неплатежеспособности на момент совершения оспариваемых платежей; о наличии признаков объективного банкротства в 2018 году,

на определение Арбитражного суда Московской области от 10 марта 2023 года и на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 05 июля 2023 года (№ 10АП-7317/2023) по делу № А41-4402/2019

об отказе в признании недействительными сделки по перечислению АО «Лифтек» денежных средств в пользу ФИО2 в период с 2012 по 2017 гг. в размере 21 190 091 руб. с назначением платежей: «выплата дивидендов»,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО «Лифтек», 

 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Московской области от 04.03.2019 по заявлению АО «Лифтек» (далее – Должник, Общество) возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) № А41-4402/2019.

Решением Арбитражного суда Московской области от 06.05.2019 по делу № А41-4402/2019 АО «Лифтек» признано несостоятельным (банкротом).

В отношении него открыта процедура конкурсного производства.

Конкурсным управляющим утверждён ФИО8.

Определением Арбитражного суда Московской области от 09.08.2019 требования уполномоченного органа (ФНС России в лице Межрайонной ИФНС России № 14 по Московской области (далее – Инспекция)) в размере 161 994 530 00 руб. включены в третью очередь реестра требований кредиторов Должника.

09.12.2022 в Арбитражный суд Московской области поступило заявление УФНС России по Московской области (далее – уполномоченный орган) о признании недействительными сделки по перечислению АО «Лифтек» денежных средств в пользу ФИО2 в период в период с 2012 по 2017 гг. в размере 21 190 091.00 руб. с назначением платежей: «выплата дивидендов».

Определением от 10.03.2023 Арбитражный суд Московской области в удовлетворении заявленных требований отказал.

Не согласившись с принятым судебным актом, УФНС России по Московской области обратилось в Десятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 05 июля 2023 года определение Арбитражного суда Московской области от 10 марта 2023 года оставлено без изменений.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ФНС России в лице УФНС России по Московской области обратилась в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить, спор направить на новое рассмотрение.

В обоснование кассационной жалобы ее заявитель ссылается на нарушение судом норм материального и процессуального права, а также несоответствие выводов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам по делу и имеющимся в деле доказательствам, утверждая, что суды проигнорировали выводы о наличии признаков неплатежеспособности, и о наличии требований иных кредиторов к должнику, имевшиеся на дату осуществления платежей.

По мнению заявителя жалобы, вывод судов о начале течения срока образования задолженности по обязательным платежам, выявленных по результатам мероприятий налогового контроля, основан на неправильном толковании норм материального права. Задолженность по обязательным платежам, выявленная по результатам мероприятий налогового контроля, возникла в проверяемый период, а не после принятия решения о привлечении должника к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Как указывает заявитель жалобы, ссылка судов на данные бухгалтерской отчетности противоречит материалам дела.

По утверждению заявителя кассационной жалобы сделки совершены за пределами срока подозрительности, поэтому налоговый орган лишен судом права на их обжалование.

Поступивший в суд отзыв ФИО2 на кассационную жалобу приобщен к материалам, в отзыве просит судебные акты оставить без изменения.

В судебном заседании представитель УФНС России по Московской области довода кассационной жалобы поддержал, представители ФИО6, ФИО4, ФИО2 против удовлетворения кассационной жалобы возражали.

Иные участвующие в деле лица своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что согласно части 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ информация о рассмотрении настоящей кассационной жалобы размещена на общедоступных сайтах Арбитражного суда Московского округа http://www.fasmo.arbitr.ru и http://kad.arbitr.ru в сети "Интернет".

Обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав представителей сторон, проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в ходе анализа банковских выписок Должника, уполномоченным органом установлено, что АО «Лифтек» перечислило в пользу ФИО2 денежные средства со следующим назначением платежей:

6 447 022 руб. в период с 27.03.2012 по 28.12.2012 с назначением платежей: «выплата дивидендов»;

5 452 720 руб. в период с 28.03.2013 по 30.12.2012 с назначением платежей: «выплата дивидендов»;

2 725 996 руб. в период с 03.04.2014 по 06.10.2014 с назначением платежей: «выплата дивидендов»;

1 536 475 руб. в период с 12.01.2015 по 10.11.2015 с назначением платежей: «выплата дивидендов»;

1965 478 руб. в период с 18.07.2016 по 25.11.2016 с назначением платежей: «выплата дивидендов»;

3 062 400 руб. в период с 08.09.2017 по 27.12.2017 с назначением платежей: «выплата дивидендов».

Таким образом, общая сумма денежных средств, поступивших от Общества в пользу ФИО2 с назначением платежей: «выплаты дивидендов» в период с 2012 по 2017 гг. составляет 21 190 091.00 руб.

Уполномоченный орган полагает, что данные сделки являются недействительными на основании ст. ст. 10, 168 ГК РФ.

Учитывая, что производство по делу возбуждено 04.03.2019 г., оспариваемые сделки не попадают в период подозрительности предусмотренный ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Вместе с тем, при квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом, заявитель должен указать, чем в условиях конкуренции норм о недействительности выявленные пороки сделки выходят за пределы предусмотренных Законом о банкротстве специальных оснований для оспаривания (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765).

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также  иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

 

Согласно п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с п.1 ст.223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Исходя из положений статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Как следует из разъяснений пункта 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 ст. 10 ГК РФ, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 Кодекса).

Согласно пункту 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п.2 ст. 168 ГК РФ).

Если совершение сделки нарушает установленный статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В пункте 10 информационного письма от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что если при заключении договора было допущено злоупотребление правом, то такой договор является недействительным (ничтожным) как противоречащий закону (статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из содержания приведенных норм, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Злоупотребление правом должно иметь место в действиях обеих сторон сделки, что соответствует правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 № 1795/11.

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Суды установили, что на период принятия решений о выплате дивидендов и на период их выплаты у Должника имелись значительная чистая прибыль, активы, запасы, на счетах имелись денежные средства, исполнялись контракты (имелись источники будущих доходов), соответственно, какие-либо кредиторы, требования которых не могли быть исполнены ввиду недостаточности денежных средств или иных активов Должника, отсутствовали.

Следовательно, в спорный период Должник не обладал признаками объективного банкротства.

Решение Инспекции о доначислении Должнику налогов в общем размере 96 630 344 руб., на котором основаны требования уполномоченного органа, принято 28.09.2018.

Вопреки позиции заявителя, указанные в решении Инспекции нарушения при исчислении НДС, допущенные исполнительным органом и главным бухгалтером Должника и приведшие к доначислению Уполномоченным органом соответствующих налогов, не свидетельствуют о неплатежеспособности и недостаточности имущества Должника на период совершения оспариваемых сделок и, тем более, об осведомленности Ответчика как акционера Общества об указанных обстоятельствах.

Задолженность по налогам, на которую ссылается заявитель, установлена Решением Инспекции от 28.09.2018 № 09-04/27/25, то есть указанной задолженности по состоянию на декабрь 2017 у Должника не имелось.

Так, в Письме ФНС России от 01.07.2015 №СА-4-14/11453«О направлении Обзора судебной практики по спорам с участием регистрирующих органов №2 (2015)» указано, что обязанность по уплате налоговых платежей возникает с момента вынесения налоговым органом решения.

Исходя из представленных в материалы дела доказательств, суды верно установили, что материалами дела не подтверждается, что должником оспариваемая сделка совершена со злоупотреблением сторонами сделки принадлежащими им правами.

Относительно срока исковой давности суды первой и апелляционной инстанций установили следующее.

Как следует из материалов дела, конкурсное производство в отношении Должника открыто решением Арбитражного суда Московской области от 06.05.2019, которым также утвержден конкурсный управляющий Должника.

Определением Арбитражного суда Московской области от 09.08.2019 (резолютивная часть объявлена 17.07.2019) требования Уполномоченного органа в размере 161 994 530,00 руб., в том числе 96 731 898 руб. - налог, 39 768 277,69 руб. - пени, 25 494 355,01 руб. - штраф, признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов Должника.

Размер требований Уполномоченного органа, включенных указанным судебным актом в реестр требований кредиторов Должника, составляет более 10 % от общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов Должника.

В соответствии с пунктом 32 Постановления № 63 срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения.

В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело реальную возможность, узнать о нарушении права.

Уполномоченный орган, действую разумно и осмотрительно, должен был своевременно самостоятельно либо путем направления запросов конкурсному управляющему получить выписки по банковским счетам Должника, и, получив сведения о совершении спорных платежей, руководствуясь положениями пункта 2 статьи 181 ГК РФ и пункта 32 Постановления № 63, своевременно обратиться в суд с заявлением об оспаривании данных сделок в течение установленного законом срока исковой давности с момента включения требований Уполномоченного органа в реестр кредиторов.

Доказательств наличия объективных препятствий для своевременного получения Уполномоченным органом выписок об операциях по банковским счетам Должника, их анализа и подачи заявления об оспаривании сделки в установленный Законом о банкротстве срок с момента включения требований Уполномоченного органа в реестр требований кредиторов, в материалы дела не представлено. 

С первоначальным исковым заявлением, оставленным без рассмотрения, в рамках дела №А40-171049/2022 об оспаривании сделок по выплате Должником дивидендов в пользу ФИО2 за период с марта 2012 года по декабрь 2017 года заявитель обратился только 09.08.2022, то есть за пределами срока исковой давности.

Доводы кассационной жалобы свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными судами обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку. Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции считает, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства в связи с чем, оснований для иной оценки выводов судов у суда кассационной инстанции не имеется.

Доводы заявителя кассационной жалобы, сводящиеся фактически к повторению утверждений, исследованных и правомерно отклоненных арбитражным судом апелляционной инстанции, не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и процессуального права, а лишь указывают на несогласие с оценкой судом доказательств.

Опровержения названных установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд кассационной инстанции считает, что выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства. 

Нарушений или неправильного применения норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства или повлекших судебную ошибку, не установлено.  

Иная оценка заявителем жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

В соответствии со статьями 286 и 287 АПК РФ суд кассационной инстанции не имеет полномочий исследовать и устанавливать новые обстоятельства дела, а также не вправе переоценивать доказательства, которые были предметом исследования в суде первой и апелляционной инстанций.

Согласно пункту 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» при проверке соответствия выводов арбитражных судов первой и апелляционной инстанций о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (часть 3 статьи 286 АПК РФ) необходимо исходить из того, что суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции (часть 2 статьи 287 АПК РФ).

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований для удовлетворения кассационной жалобы по заявленным в ней доводам не имеется.

Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 10 марта 2023 года и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 05 июля 2023 года (№ 10АП-7317/2023) по делу № А41-4402/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                          Морхат П.М.

 

Судьи:                                                                       Зенькова Е.Л.

 

                                                                                   Уддина В.З.