АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

КЕМЕРОВСКОЙ ОБЛАСТИ

 

Дело № А27-7068/2024

 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

2 сентября 2024 г.                                                                              г. Кемерово

 

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Исаенко Е.В.,

при ведении протокола ФИО1,

с участием представителя истца по доверенности от 1.01.2024  ФИО2 (5, 14, 26 августа 2024 г.), диплом, паспорт, руководителя истца ФИО3 (14, 26 августа 2024 г.), паспорт,

руководителя ответчика ФИО4 (5, 14, 26 августа 2024 г.), паспорт;

слушателя ФИО5 (5, 14, 26 августа 2024 г.),

рассмотрев исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «Капитал» (ИНН 

<

***>)

к производственному кооперативу «КМК-1» (ИНН 

<

***>)

о взыскании 50 804,50 руб. неустойки за период с 19.09.2023 по 31.10.2023, 152,20 руб. почтовых расходов, 6 681,69 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 1.11.2023 по 26.08.2024, а также процентов по ст. 395 ГК РФ за период с 27.08.2024 по дату фактического исполнения обязательства (с учетом уточнения),

третье лицо без самостоятельных требований на предмет спора: общество с ограниченной ответственностью «Шахта Сибирская» (ИНН 

<

***>), 

 

у с т а н о в и л :

общество с ограниченной ответственностью «Капитал» (далее – истец, заказчик) обратилось к производственному кооперативу «КМК-1» (далее – ответчик, поставщик) о взыскании 75 616 руб. неустойки за период с 29.08.2023 по 31.10.2023, а также 1 265,68 руб. почтовых расходов. 

Иск мотивирован нарушением сроков изготовления и поставки металлоконструкций для станции обеззараживания (далее – товар), согласованных в спецификации №2 от 27.06.2023 (далее – спецификация) к договору поставки №01/П-01/23 от 1.01.2023 (далее – договор).

Ответчик иск не признал, указал на внесение существенных изменений в чертежи КМ в процессе выполнения работы.

Истец, настаивая на требованиях, представил пояснения, согласно которым все технические моменты согласовывались ООО «Шахта Сибирская» (конечный покупатель товара), ответчик помимо поставки и изготовления также принял на себя обязательство по разработке и согласованию с истцом чертежей КМД.

Определением от 15.06.2024 суд перешел к рассмотрению дела в общем порядке гражданского судопроизводства, привлек ООО «Шахта Сибирская» (далее – шахта) к участию в деле в качестве третьего лица без самостоятельных требований на предмет спора.

Истец неоднократно уточнял размер иска, согласно последнему уточнению просил взыскать 50 804,50 руб. неустойки за период с 19.09.2023 по 31.10.2023, 152,20 руб. почтовых расходов, 6 681,69 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 1.11.2023 по 26.08.2024, а также процентов по ст. 395 ГК РФ за период с 27.08.2024 по дату фактического исполнения обязательства, судебных расходов на направление претензии 152,20 руб.; уточнение судом принято в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Ответчик частично признал иск и уплатил признанную сумму, однако к моменту завершения рассмотрения спора на соответствующую сумму требования истцом уточнены (уменьшены), поэтому вопрос о принятии судом признания иска не рассматривается.

В процессе рассмотрения дела был произведен совместный осмотр и замер металлоконструкций в сборе (готового объекта) с целью выяснения действительно ли имели место отклонения фактически подготовленного фундамента под монтаж конструкций и его проектных размеров по чертежам КМ.

Стороны сформировали следующие позиции.

Истец настаивает, что внесение изменений в чертежи возможно только по согласованию с шахтой, она такого согласования не осуществляла. Фактические замеры фундамента, на который предполагалось устанавливать металлоконструкции, были переданы ответчику по электронной почте в процессе исполнения заказа просто для информации. К моменту передачи данных замеров товар не был изготовлен, ни по первоначальным, ни по «измененным» размерам, т.е. ответчику не пришлось ничего переделывать под «измененные» размеры. До этого ответчик не извещал истца о готовности товара к передаче, в октябре 2023 года для осмотра директору истца была представлена лишь часть товара, товар поставлен с просрочкой лишь 1.11.2023, а чертеж КМД (без каких бы то ни было отклонений от первоначально переданного ему КМ) передан еще позже – примерно в середине ноября 2023 года. Истец не оспаривает, что некоторая часть конструкций (скорее всего только 18, но возможно и все 113 перемычек) возможно и была изготовлена ответчиком под «измененные» размеры и принята истцом, но он готов был принять товар и без этих изменений, при необходимости сам бы скорректировал несущественные отклонения в процессе монтажа, где надо подрезал или доварил. Требование о взыскании процентов на сумму неустойки истец мотивирует недобросовестным поведением ответчика в ходе судебного разбирательства  ссылками на судебную практику о зачетоспособности начисленных сумм процентов со встречными обязательствами.

Ответчик первоначально указывал, что вообще не получал от истца необходимый для работы чертеж КМ, а только чертежи стадии «П», по представлении истцом соответствующих доказательств на доводе не настаивал. Также первоначально ответчик указывал, что вынужден был переделывать чертеж КМД под измененные размеры, сообщенные ему по электронной почте 19.09.2023 (с подписью должностного лица шахты), но затем пояснил, что чертеж КМД был выполнен только один – по проектным (первоначальным) размерам потому, что никаких «официальных» изменений в проект шахта не готовила и не согласовывала. Из измененных размеров было очевидно, что необходимо изменение конструкции: с одной стороны не делать торцевой крепеж и увеличить длину примерно на 40 мм. Именно таким образом были выполнены и переданы для монтажа на объект 113 перемычек и часть кронштейнов. Все они в наименовании отправочной марки после основного буквенно-цифрового обозначения имеют через дефис букву «Д» (что значит «дополнение»). Изменение деталей было необходимо для того, чтобы исключить их «доваривание» до нужной длины по фактическим размерам фундамента. Ответчик заявлял, что товар по первоначальным размерам был им изготовлен в срок, однако не смог пояснить, почему он его не передавал истцу, о готовности к отгрузке не извещал, никаких доказательств наличия изготовленного товара до его отгрузки 1.11.2023 не представил. По итогам замера ответчик заявил, что изготовленные им конструкции смонтированы с грубыми нарушениями, в связи с чем он «снимает их с гарантии».

Шахта отзыв не представила, на запрос истца ответила, что изменения в проект не вносились и не согласовывались.

Из материалов дела следует, что в рамках исполнения договора поставки №01/П-01/23 от 1.01.2023 и спецификации №2 к нему от 27.06.2023 истец (по договору – поставщик) обязался представить ответчику (по договору – заказчик, покупатель) проектную документацию и осуществить предоплату в размере 50% стоимости товара в течение 5 банковских дней с момента подписания спецификации, а ответчик – изготовить и поставить на условиях DDP на территорию ООО «Шахта Сибирская» металлические конструкции каркаса для «Станции обеззараживания» (согласно ТЗ и проекта) на сумму 1 267 350 руб., в т.ч. НДС. Срок перечисления оставшихся 50% оплаты – в течение 25 банковских дней с даты доставки товара. Срок поставки – 15-20 календарных дней с даты подписания спецификации и зачисления предоплаты. Вместе с товаром должны быть представлены товаросопроводительные документы и паспорт качества на товар. В стоимость товара входит разработка чертежей КМД, согласование их с заказчиком. Ответственность за неисполнение (ненадлежащее исполнение) обязательств по договору предусмотрена пунктом 6.2 договора – 0,1% от суммы неисполнения.

7.08.2023 заказчик перечислил предоплату.

28.08.2023 наступил срок исполнения обязательства по поставке товара, с 29.08.2023 имела место просрочка в его исполнении, в связи с чем истцом ответчику направлена претензия от 29.08.2023.

14.09.2023 ответчик направил истцу проект чертежа КМД (конструкции металлические деталировочные).

18.09.2023 от шахты истцу по электронной почте поступило сообщение с темой «Уточненные размеры сооружения для КМД каркаса станции обеззараживания» и текстом «Прошу учесть данные изменения при подготовке КМД к предоставленному проекту «Станция обеззараживания». Копия эскиза с уточненными размерами прилагается». Во вложении находился чертеж, на котором в схеме расположения элементов фахферка от руки были дописаны фактические величины, определяющие длину перемычек, вместо проектного значения 3200 мм. Отклонение имело место как в меньшую (короче), так и в большую сторону (длиннее проектного значения, максимально 3272 мм).

19.09.2023 данный чертеж был перенаправлен истцом ответчику; 20.09.2023 – дополнительно с подписью должностного лица шахты.

К данному моменту ответчиком товар изготовлен не был, поставка не произведена, доводы руководителя истца о наличии только части товара (даже не в сентябре, а  октябре 2023 года со ссылкой на готовность продемонстрировать соответствующую видеозапись в судебном заседании) – не опровергнуты.

1.11.2023 товар поставлен. Фактически те элементы металлоконструкций, которые по мнению ответчика требовали изменения конструкции в связи с уточнением их фактической длины, были изготовлены и переданы с изменениями: все 113 перемычек и часть кронштейнов. Изменение заключалось в увеличении длины и неизготовлении торцевого крепежа с одной стороны. Факт передачи и принятия  данных элементов по измененной конструкции подтверждается тем, что в наименовании отправочной марки после основного буквенно-цифрового обозначения они имеют  через дефис букву «Д» (что значит «дополнение»).

По предложению суда участвующими в деле лицами 21.08.2024 произведен трехсторонний замер фактически смонтированных металлических конструкций. Результаты представлены в материалы дела. По длине перемычек зафиксированы незначительные отклонения от проектного значения, как в большую, так и в меньшую сторону.

Примерно 16.11.2023 ответчиком передан чертеж КМД, никакие изменения (в т.ч. с учетом электронного сообщения шахты от 18.09.2023) в него не вносились.

Таким образом, факт изготовления товара с просрочкой подтвержден, а причинно-следственная связь между просрочкой изготовления и изменением конструкции товара – нет.

Изменения в конструкции части элементов товара, хотя и обусловлены поведением шахты и заказчика, были произведены фактически, но не явились причиной просрочки изготовления товара. Ответчик не доказал факт готовности товара к отгрузке в пределах установленного договором срока. Он не доказал, что товар пришлось именно переделывать, а не просто изготавливать (уже находясь в просрочке), хотя бы и с некоторыми изменениями.

Исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой – определенной законом или договором денежной суммой, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения (пункт 1 статьи 329 ГК РФ и пункт 1 статьи 330 ГК РФ).

Ответственность за просрочку поставки товара предусмотрена пунктом 6.2 договора (0,01%), расчет произведен верно, не оспорен. Требование о взыскании неустойки подлежит удовлетворению.

Далее заявлено требование о взыскании 6 681,69 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму начисленной истцом неустойки, в т.ч. по дату фактического исполнения обязательства.

Статьей 395 ГК РФ предусмотрено, что за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств. Размер процентов определяется существующими в месте жительства кредитора или, если кредитором является юридическое лицо, в месте его нахождения, опубликованными Банком России и имевшими место в соответствующие периоды средними ставками банковского процента по вкладам физических лиц. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором (часть 1 статьи 395 ГК РФ). Если убытки, причиненные кредитору неправомерным пользованием его денежными средствами, превышают сумму процентов, причитающуюся ему на основании пункта 1 настоящей статьи, он вправе требовать от должника возмещения убытков в части, превышающей эту сумму (часть 2 статьи 395 ГК РФ). 

Проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок (часть 3 статьи 395 ГК РФ). 

В случае, когда соглашением сторон предусмотрена неустойка за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежного обязательства, предусмотренные настоящей статьей проценты не подлежат взысканию, если иное не предусмотрено законом или договором (часть 4 статьи 395 ГК РФ). Начисление процентов на проценты (сложные проценты) не допускается, если иное не установлено законом. По обязательствам, исполняемым при осуществлении сторонами предпринимательской деятельности, применение сложных процентов не допускается, если иное не предусмотрено законом или договором (часть 5 статьи 395 ГК РФ). 

Следовательно, начисление процентов на сумму неустойки не допускается.

Ранее в судебной практике имела место правовая позиция о возможности подобного начисления в качестве способа обеспечения исполнения судебных актов, сформированная в частности в постановлении Пленума ВАС РФ №22 от 04.04.2014 «О некоторых вопросах присуждения взыскателю денежных средств за неисполнение судебного акта». Однако в  настоящее время она не применима, поскольку в связи с принятием постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (пункт 84) не подлежит применению соответствующее постановление Пленума ВАС РФ. В определении Верховного Суда РФ от 22.11.2017 N 301-ЭС17-16866 по делу № А31-3087/2016 указано, что проценты за пользование чужими денежными средствами являются мерой ответственности за нарушение гражданско-правового денежного обязательства, а не способом обеспечения исполнения судебных актов.

Доводы истца со ссылкой на судебную практику по вопросу о зачетоспособности начисленных сумм процентов со встречными обязательствами отклоняются, поскольку не относятся к основаниям начисления процентов.

Требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами удовлетворению не подлежит.

Расходы по уплате государственной пошлины и почтовые расходы на направление претензии 152,20 руб. относятся на ответчика в соответствии со статьей 110 АПК РФ пропорционально размеру удовлетворенных требований в размере 134,51 руб. Аналогично и расходы по уплате государственной пошлины (от суммы уточненных требований) – в размере 2 031,78 руб. Излишне уплаченная государственная пошлина в размере 776 руб. подлежит возврату истцу из федерального бюджета в порядке статьи 333.40 Налогового кодекса РФ.

Руководствуясь статьями 110, 156, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

иск удовлетворить частично.

Взыскать с производственного кооператива «КМК-1» (ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Капитал» (ИНН 

<

***>) 50 804,50 руб. неустойки, 2 166,29 руб. судебных расходов.

В остальной части в иске отказать.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Капитал» (ИНН 

<

***>) из федерального бюджета РФ 776 руб. государственной пошлины, излишне уплаченной по платежному поручению №104 от 8.04.2024.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его вынесения.

Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его вступления в законную силу, при условии, если оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы. 

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Кемеровской области.

 

Судья                                                                                                        Е.В. Исаенко