№ 09АП-30687/2024

Дело № А40-118060/19

г. Москва

28 июня 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 июня 2024 года  

Постановление

 изготовлено в полном объеме 28 июня 2024 года  

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи О.В. Гажур, судей А.Н. Григорьева, Р.Г. Нагаева при ведении протокола секретарем судебного заседания П.С. Бурцевым, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы  ФИО1, ФИО2  

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 08.04.2024 по делу № А40-118060/19 (177155) о признании недействительными сделками перечисление денежных средств в пользу  ФИО1 в общем размере 26 912 066,73 руб., а также по  перечислению денежных средств в пользу ФИО2 в общем  размере 19 121 000 руб. и применении последствий недействительности сделок, в рамках  дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Аэромет» (ОГРН 

<

***>, ИНН  

<

***>),  

при участии в судебном заседании: от ФИО1: ФИО3, ФИО4 по дов. от 16.01.2024 к/у ФИО5 лично, паспорт от ИП ФИО6: ФИО7 по дов. от 10.01.2024 ФИО2 лично, паспорт иные лица не явились, извещены 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 08.02.2021 ООО «Аэромет» признано  банкротом, в отношении общества открыто конкурсное производство, конкурсным  управляющим утверждена ФИО8, ИНН 

<

***>, член Союза  «МЦАУ». Адрес для направления корреспонденции: 150057, 

<

...>.  

Определением Арбитражного суда города Москвы 24.12.2021 арбитражный  управляющий ФИО8 освобождена от исполнения обязанностей  конкурсного управляющего ООО «Аэромет».  

Определением Арбитражного суда города Москвы 29.04.2022, оставленным без  изменения Постановлением Девятого апелляционного арбитражного суда от 19.07.2022,  

производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Аэромет» (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>) прекращено.  

Постановлением Арбитражного суда Московского округа 14.09.2022 определение  Арбитражного суда города Москвы от 29.04.2022 года, постановление Девятого  арбитражного апелляционного суда от 19.07.2022 года по делу № А40-118060/2019  отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.  

Определением от 30.03.2023 конкурсным управляющим должника утверждена  ФИО5, ИНН 

<

***>, члена Ассоциацией МСОПАУ. Адрес для  направления корреспонденции: 143200, 

<

...>.  

В Арбитражный суд города Москвы 18.10.2023 в электронном виде поступило  заявление конкурсного управляющего должника ФИО5 о признании сделок  недействительными и применении последствий недействительности сделок:  

– платежи ООО «Аэромет» в пользу ФИО1 в  размере 26 912 066,73 руб.;  

– платежи ООО «Аэромет» в ФИО2 в размере  19 121 000 руб., применении последствий недействительности сделки.  

Определением от 08.04.2024 Арбитражный суд города Москвы удовлетворил  заявление конкурсного управляющего ООО «Аэромет».  

Признал недействительными сделки по перечислению денежных средств в пользу  ФИО1 в общем размере 26 912 066,73 руб., а также по  перечислению денежных средств в пользу ФИО2 в общем  размере 19 121 000,00 руб.  

Применил последствия недействительности сделок. 

Взыскал с ФИО1 в конкурсную массу ООО  «Аэромет» денежные средства в размере 26 912 066,73 руб.  

Взыскал с ФИО2 в конкурсную массу  ООО «Аэромет» денежные средства в размере 19 121 000 руб.  

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО1 и ФИО2  обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в  которых просят отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт.  

В обоснование доводов жалоб ссылаются на неполное выяснение обстоятельств,  имеющих значение для дела, нарушение судом норм материального и процессуального  права.  

Через канцелярию суда от конкурсного управляющего должника поступил отзыв на  апелляционные жалобы, который приобщен судом к материалам дела в порядке ст. 262  АПК РФ.  

В судебном заседании апелляционного суда представитель ФИО1 и  ФИО2 лично доводы жалоб поддержали.  

ФИО2 заявил ходатайство об отложении судебного заседания, в  удовлетворении которого апелляционным судом отказано ввиду отсутствия правовых и  фактических оснований для его удовлетворения, а также заявил ходатайство о приобщении  к материалам дела дополнительных доказательств, в приобщении которых апелляционным  судом отказано ввиду того, что такие доказательства не были представлены в суд первой  инстанции при рассмотрении обособленного спора.  

Конкурсный управляющий должника, представитель ИП ФИО6 по доводам  жалоб возражали, просили оставить оспариваемое определение суда первой инстанции без  изменений.  

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания  дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в  сети Интернет, не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их  отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации.  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ)  информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном  интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.  

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверена апелляционным  судом в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

Девятый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев дело в порядке ст.  ст. 268, 269 АПК РФ, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив  доводы апелляционной жалобы, оценив объяснения лиц, участвующих в деле, не находит  оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из следующего.  

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК  РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, согласно  выписке по расчетному счету ООО «Аэромет» Должником в пользу ФИО1 (ИНН 

<

***>) перечислены денежные средства в общем  размере 26 912 066,73 руб. (за период с августа 2017 года по ноябрь 2018 года), а также в  пользу ФИО2 (ИНН 

<

***>) перечислены денежные  средства в общем размере 19 121 000,00 руб. (за период с мая 2018 года по сентябрь 2018  года).  

В качестве назначения платежа указано, что денежные средства в пользу  ФИО1 и ФИО2 перечислялись в счет оплаты электродов.  

При этом, у конкурсного управляющего Должника документы, подтверждающие  наличие обязательств между Должником и Заинтересованными лицами, отсутствуют,  равно как и документы, подтверждающие реальность исполнения Заинтересованными  лицами своих обязательств но передаче Должнику электродов.  

Конкурсный управляющий считает, что экономическая целесообразность  перечисления денежных средств в пользу Заинтересованных лиц в счет приобретения  электродов отсутствовала, поскольку Должник обладал всей необходимой материально- технической базой для самостоятельного производства приобретенных электродов.  

Так, согласно выписке по расчетному счету Должника ООО «Аэромет» арендовало  у ООО «ДЭЗ» (ОГРН 

<

***>) недвижимое имущество (в общем размере более 6  тыс, кв.м.), а также оборудование для осуществления производства указанных в ОКВЭД  составляющих.  

Конкурсный управляющий считает, что платежи, совершенные Должником в пользу  ФИО1 и ФИО2, подлежат  признанию недействительными на основании ст. ст. 10, 168 ГК РФ, ст. 61.2 Закона о  банкротстве, поскольку какие-либо документы по передаче электродов не предоставлены,  ответчики деятельности по производству/закупке и последующей продаже электродов не  осуществляли, материально-технической базы для её осуществления не имели.  

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, суд первой инстанции исходил  из того, что оспариваемая сделка была совершена в период неплатежеспособности  должника, в результате совершения сделки был причинен имущественный вред  кредиторам.  

Апелляционная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции на  основании следующего.  

Как установлено судом первой инстанции, заявление о признании должника  банкротом принято 05.06.2019, в то время как оспариваемые платежи совершены с  

04.08.2017 года по 28.09.2018 года, то есть в период подозрительности, установленный  ст.61.2. Закона о банкротстве.  

Положения п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривают, что сделка,  совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании  банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным  судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой  стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия  существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий,  при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки  (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет  признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств,  если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им  иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного  встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств  такого встречного исполнения обязательств.  

При этом согласно разъяснениям, указанным в Постановлении Пленума ВАС РФ от  23.12.2010 № 63, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до  принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для  признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 61.2 Закона  о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных п. 2 данной  статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.  

Таким образом, для признания сделки недействительной по основанию, указанному  в п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, лицу, требующему признания сделки  недействительной, необходимо доказать следующие обстоятельства: сделка должна быть  заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после  принятия указанного заявления (данный срок является периодом подозрения, который  устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота) и  неравноценное встречное исполнение обязательств.  

В п. 9 Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 (ред. от 30.07.2013) «О  некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что при определении соотношения п. 1 и 2  ст. 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.  

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия  заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее  недействительной достаточно обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 61.2 Закона о  банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных п. 2 данной статьи  (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.  

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была  совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о  признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании  п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с  учетом п. 6 настоящего Постановления).  

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих  оснований, установленных как п. 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В соответствии с разъяснениями, данными 9.1 Постановления № 63, применяя такой  признак наличия цели причинить вред имущественным правам кредиторов, как  безвозмездность оспариваемой сделки, необходимо учитывать, что для целей определения  этого признака платеж во исполнение как денежного обязательства, так и обязательного  платежа приравнивается к возмездной сделке (кроме платежа во исполнение обещания  дарения).  

Таким образом, любой платеж, кроме платежа во исполнение обещания дарения,  расценивается как сделка предусматривающее встречное исполнение.  

Согласно п. 2 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть  признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в  течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после  принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред  имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели  должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что  другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она  знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о  признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на  момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал  отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была  совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на  выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в  связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.  

В пункте 5 постановления Пленума от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах,  связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» разъяснено, что для признания сделки недействительной на основании  пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих условий:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника  к моменту совершения сделки.  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности  имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать  третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду,  что в соответствии с абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом понимаются  уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера  имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных  должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести  к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих  требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

Согласно пункту 6 Постановления Пленума ВАС РФ № 63, для доказывания цели  причинения вреда помимо установления признаков неплатежеспособности необходимо  доказать хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым-пятым  пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно:  

цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на  момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или  недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении  заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе  должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей  (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:  

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких  взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности  составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для  кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов  

должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю  отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;  

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления  кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо  скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы,  документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение  которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате  ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению  бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;  

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять  пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику  об определении судьбы данного имущества.  

Согласно пунктам 1, 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами  по отношению к должнику - юридическому лицу признаются руководитель должника, а  также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный  исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер  (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей  в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты 8  назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того,  какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного  периода возможность определять действия должника.  

Согласно представленным документам, имеются признаки аффилированности  Должника с ФИО1 и ФИО2 через Рибицкую А.С.  

Судом первой инстанции установлено, что на период совершения сделок по  перечислению денежных средств фактически Должник был подконтролен Рибицкой А.С. и  ФИО9 (участник Должника с 13.06.2017 с размером доли в 50%). Рибицкая Анна  Станиславовна являлась участником Должника с июня 2017 года по октябрь 2017 года.  После октября 2017 года в уставном капитале Должника участвовала ее дочь -  ФИО10. В последующем, ФИО10 произвела отчуждение  своей доли в УК Должника в пользу ФИО11 (ИНН 

<

***>),  который также являлся: участником ООО «Фирма Экса» (ОГРН 

<

***>),  участником которого являлся также ФИО1 (Приложение № 13). В свою очередь,  ООО «Фирма ЭКСА» являлось участником ООО КБ «Жилкредит», бенефициаром  которого являлась Рибицкая А.С., членом Совета директоров ЗАО «Компания Тверитекс»  (ОГРН 

<

***>), председателем Совета директоров и контролирующим лицом  которого являлась Рибицкая А.С.  

Кроме того, в период перечисления денежных средств в пользу Заинтересованных  лиц директором Должника являлся ФИО12 (ИНН 

<

***>),  который, в свою очередь, также являлся лицом, связанным с Рибицкой А.С.  

Так, ФИО12 являлся директором/участником/членом Совета директоров  компаний, которые фактически были подконтрольны Рибицкой А.С.:  ООО «АН РусНефтеТранс» (ОГРН 

<

***>); ООО «Управляющая компания»  (ОГРН 

<

***>); ЗАО «Компания Тверитекс» (ОГРН 

<

***>).  

Юридические лица, руководителями которых является одно и то же лицо,  признаются заинтересованными лицами.  

Одновременно с этим, как пояснил конкурсный управляющий, ФИО1  наряду с Рибицкой А.С. являлся участником ООО «ЛЭЗ» (ОГРН 

<

***>), которое  имело признаки фактической аффилированности с Должником (регистрация по одному и  тому же адресу, наличие одного представителя). Более того, ООО «ЛЭЗ» являлось  участником ООО КБ «Жилкредит», другим участником и бенефициаром которого являлась  Рибицкая А.С.; являлся участником ООО «Фирма ЭКСА», которое, в свою очередь,  являлось участником ООО КБ «Жилкредит» наряду с Рибицкой А.С.  

ФИО2 являлся адвокатом, в том числе ФИО13, а также представлял  интересы в судах различных лиц, связанных с Должником, в том числе самого Должника.  

Так, ФИО2 являлся представителем Должника при рассмотрении судом  дела А76-38093/2018; ФИО2 являлся представителем ООО «ЛЭЗ» (ОГРН 

<

***>), которое также фактически было подконтрольно Рибицкой А.С.; ФИО2 являлся членом Совета директоров ООО КБ «Жилкредит», участником и  бенефициаром которого являлась Рибицкая А.С.; ФИО2 является адвокатом  Рибицкой А.С.  

Таким образом, на момент совершения Должником сделок ФИО1 и  ФИО2 являлись аффилированными с ним лицами.  

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской  Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта  общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение  аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе  компаний через корпоративное участие), но и фактической.  

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от  22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на  товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях,  когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать  формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на  принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.  

О наличии фактической аффилированности может свидетельствовать поведение лиц  в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их  исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка  (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от  26.05.2017 N306- ЭС16- 20056).  

Судом первой инстанции обоснованно приняты во внимание доводы конкурсного  управляющего о том, что поставка товара со стороны ответчиков не могла быть  осуществлена, поскольку в материалы дела не предоставлены доказательства реальной  возможности ответчиков, не являющихся производителями электродов, отгрузить  указанный товар (у кого приобретался товар, где хранился товар) с учетом того факта, что  ни ФИО1, ни ФИО2 деятельности по производству/закупке и  последующей продаже электродов не осуществляли, материально-технической базы для её  осуществления не имели.  

Кроме того, отсутствуют сведения о возможности перевозить, отгружать, и/или  принимать товар.  

Отсутствует целесообразность заключения договора, не раскрыты экономические  мотивы заключения данной сделки.  

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что оспариваемые  договоры и платежи по ним были заключены между заинтересованными лицами с целью  причинения вреда кредиторам.  

Также на момент совершения оспариваемых сделок у Должника существовали  неисполненные обязательства перед другими кредиторами.  

Так, Решением Арбитражного суда Челябинской области от 14.12.2018 года по делу   № А76-32218/2018 установлено, что 31.08.2017 между ОАО «Магнитогорский метизно-калибровочный завод» (цедент) и ООО «Аэромет» (цессионарий) заключен договор  уступки права денежного требования № МК207586/2017-у (л.д,11-13), по которому  Должник должен был уплатить цену в размере 106 469 895 руб. 47 коп. в соответствии с  графиком платежей. Должник обязательства не исполнил. ОАО «ММК-Метиз» 30.07.2018  и 06.08.2018 направлены претензии МЗ-0575/МК1115 и № 3-0595/МК1120 с требованием  оплатить суммы основного долга и неустойки за нарушение сроков оплаты. Названным  решением суда взыскана задолженность в размере 20 000 000 рублей основного долга  

(сроки оплаты по договору: 30.06.202018 и 31.07.2018) и неустойка в размере 1 310 000  рублей.  

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 15.07.2019 года по делу   № A76-38093/2018 с ООО «Аэромет» в пользу ОАО «ММК-Метиз» по указанному выше  договору уступки взыскана задолженность за последующие платежи с 31.08.2018 по  31.12.2018 года в размере 46 469 895,47 руб., неустойку (пени) в размере 4 646 989,55 руб.  

В соответствии с определением Арбитражного суда города Москвы от 20.02.2020  года по делу № А40-118060/19 в реестр требований кредиторов должника включена  задолженность перед уполномоченным органом на сумму 12 933 278,82 руб. - во вторую  очередь; в размере 3 592 496,01 руб., из них 2 627 837,05 руб. - основной долг, 964 658,96  руб. - пени и штраф.  

Согласно мотивировочной части определения задолженность перед налоговым  органом образовалась в 2016-2018 годах.  

Задолженность перед Частное предприятие «SNG GLAV SNAB» возникла на  основании контракта от 31.03.2017 года, что подтверждается определением Арбитражного  суда города Москвы от 24.05.2021 года по делу № А40-118060/19.  

Задолженность перед ООО КБ «Жилкредит» возникла на основании кредитного  договора от 02.08.2018, что подтверждается определением Арбитражного суда города  Москвы от 30.07.2021 по делу № А40-118060/19.  

В соответствии со статьями 506 и 516 Гражданского кодекса Российской Федерации  поставщик обязуется передать в обусловленный срок производимые или закупаемые им  товары покупателю, а покупатель - оплатить поставляемые товары с соблюдением порядка  и формы расчетов, предусмотренных договором поставки. Если соглашением сторон  порядок и форма расчетов не определены, то расчеты осуществляются платежными  поручениями.  

Пунктом 1 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено,  что покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему  продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом,  иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа  обязательства.  

В то же время, согласно п. 1 ст. 516 ГК РФ покупатель оплачивает поставляемые  товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки.  

В соответствии с п. 1 ст. 9 ФЗ от 21.11.1996 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете» все  хозяйственные операции, проводимые организацией, должны оформляться  оправдательными документами. Эти документы служат первичными учетными  документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет. Пунктом 2 ст. 9 Закона о  отчетности в РФ установлен перечень обязательных реквизитов первичных учетных  документов. В указанный перечень входят, в том числе наименование документа, дата  составления документа, наименование организации, от имени которой составлен документ,  содержание хозяйственной операции, измерители хозяйственной операции в натуральном и  денежном выражении, наименование должностей лиц, ответственных за совершение  хозяйственной операции и правильностью ее оформления, личные подписи указанных лиц  и их расшифровки.  

Кроме того, ст. 75 АПК РФ содержит обязанность представлять в арбитражный  суд письменные доказательства в подлиннике или в форме надлежащим образом  заверенной копии, в том числе и по требованию суда.  

Между тем, какие-либо документы, свидетельствующие о материалах и технической  возможности закупить и поставить товар по договорам поставки на значительные суммы,  наличие складских помещений для хранения товара и транспортных средств по  перемещению товара, ответчиками не представлены. Доказательств обратного, в  нарушение ст.65 АПК РФ, материалы дела не содержат.  

На основании изложенного, судом первой инстанции установлены все презумпции  для признания сделки недействительной по п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце 4 пункта 4 Постановления  Пленума ВАС № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания  сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду  квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как  ничтожную (статьи 10 ГК РФ и 168 ГК РФ), в том числе, при рассмотрении требования,  основанного на такой сделке.  

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение  управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права,  сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской  Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам  или создающее условия для наступления вреда. При этом с учетом разъяснений,  содержащихся в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием Сделок  по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности  (банкротстве)», обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как  ничтожной в соответствии с часть 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской  Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных  интересов кредиторов.  

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности)  злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и  обязанностей.  

Для констатации ничтожности сделки по этому основанию, помимо  злоупотребления правом со стороны должника, необходимо также установить факт  соучастия либо осведомленности другой стороны о противоправных целях должника.  

При этом осведомленность контрагента должника может носить реальный характер  (контрагент точно знал о злоупотреблении) или быть презюмируемой (контрагент должен  был знать о злоупотреблении, действуя добросовестно и разумно (в том числе случаи, если  контрагент является заинтересованным лицом).  

Презумпция добросовестности является опровержимой. В ситуации, когда лицо,  оспаривающее совершенную со злоупотреблением правом сделку, представило достаточно  серьезные доказательства и привело убедительные аргументы в пользу того, что лица, ее  заключившие действовали не добросовестно, с намерением причинения вреда истцу, на  ответчиков переходит бремя доказывания того, что сделка совершена в интересах  контрагентов, а не для причинения вреда кредиторам.  

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь  для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.  

Как разъяснено в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I  части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25),  мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать  соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).  Стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.  

При рассмотрении вопроса о мнимости договора поставки и документов,  подтверждающих передачу товара, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия  копий документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо  принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства.  

Таким образом, Ответчик должен доказать реальность поставок, не только  предоставить документацию в подтверждение исполнения своих обязательств, но и  подтвердить реальную возможность осуществить данные поставки.  

Вместе с тем, ответчики в нарушение ст.65 АПК РФ доводы, опровергающие  выводы суда первой инстанции, материалы дела не содержат.  

Доказательств, свидетельствующих о наличии реальных деловых отношений между  должником и ответчиками в материалы дела не представлено. Первичная документация  ответчиками не представлена. Из имеющихся документов не представляется возможным  установить: где ответчики намеревались передать товар, подтверждения реальности  намерений сторон на исполнение заключенного договора поставки товара, а именно заявки  на поставку соответствующего товара с указанием отгрузочных реквизитов, и  спецификации/дополнительные соглашения, место и способ доставки груза, сведения об  оплате перевозки, сроки поставки, прочие конкретные условия исполнения договора.  Отсутствует какая- либо переписка между сторонами или иные документы,  подтверждающие намерение покупателя приобрести товар, подтверждающие  необходимость приобретения данного товара для осуществления хозяйственной  деятельности и возможность его приобретения.  

Принимая во внимание отсутствие документального подтверждения реальности  хозяйственных отношений между должником и ответчиками, значительную сумму  произведенных платежей, наличие кредиторов, отсутствие встречного предоставления суд  приходит к выводу о том, что произведенные платежи, в отсутствие документальных  оснований, направлены на вывод активов должника в преддверие банкротства.  

Таким образом, в результате совершения оспариваемой сделки уменьшилась  стоимость активов должника на сумму – 26 912 066,73 руб. и 19 121 000 руб.  

Таким образом, оспариваемые перечисления денежных средств в отсутствие  правовых оснований и наличия обязательств Должника перед ответчиками привело к  уменьшению возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по  обязательствам должника за счет его имущества.  

Согласно ч. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических  последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и  недействительна с момента ее совершения.  

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать  обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.  

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая  позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных  обстоятельств.  

Согласно ст. 9 АПК РФ, лица, участвующие в деле, несут риск наступления  последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.  

Довод ответчиков о пропуске срока исковой давности является необоснованным.  

Срок исковой давности конкурсным управляющим не пропущен, учитывая  следующие обстоятельства.  

08.02.2021 года введено конкурсное производство в отношении ООО «Аэромет»,  конкурсным управляющим утверждена ФИО8.  

12.08.2021 года – определением Арбитражного суда города Москвы отказано  конкурсному управляющему в истребовании выписок из банков. Знать об оспариваемых  сделках конкурсный управляющий ФИО8 не могла.  

20.12.2021 года – определением Арбитражного суда города Москвы ФИО8  освобождена от исполнения обязанностей.  

Далее в связи с отсутствием конкурсного управляющего процедура банкротства  была прекращена определением Арбитражного суда города Москвы от 29.04.2022 года.  

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.07.2022 года  определение Арбитражного суда города Москвы о прекращении производства по делу о  банкротстве оставлено без изменения.  

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 14.09.2022 года  определение Арбитражного суда города Москвы от 29.04.2022 и постановление Девятого  арбитражного апелляционного суда от 19.07.2022 года отменены, дело направлено на новое  рассмотрение в суд первой инстанции.  

30.03.2023 определением Арбитражного суда города Москвы утверждена ФИО5  

19.06.2023 года бывший конкурсный управляющий ФИО8 передала вновь  утвержденному конкурсному управляющему имевшиеся документы, среди которых  отсутствовали выписки по счетам, а также первичные документы.  

От залогового кредитора ИП ФИО14 (правопреемник ООО КБ Жилищник на  основании определения Арбитражного суда города Москвы от 01.09.2023 года) ФИО5 получила часть документов, на основании которых 18.10.2023 года конкурсный  управляющий ФИО5 обратилась в Арбитражный суд города Москвы с настоящим  заявлением.  

Начало течения сроков исковой давности связано совокупностью факторов: знание о  совершенной сделке и наличие процессуального права на подачу заявления.  

Право на подачу заявления возникло 08.02.2021 года – дата введения процедуры  конкурсного производства, а знание о совершенной сделке появилось лишь после передачи  копии выписки по расчетному счету конкурсному управляющему ФИО5 ИП  ФИО14  

Таким образом, срок исковой давности не пропущен, более того, фактические  обстоятельства совершения оспариваемых сделок свидетельствуют о том, что спорные  сделки являются мнимыми или притворными (ст. 170 ГК РФ), так как ответчики не  представляют доказательств реальности данных сделок, а в действительности произошло  дарение денежных средств ответчикам.  

В соответствии с п. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о  применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой  сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой  давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение  ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки,  со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом  срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не  может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.  

В данном случае конкурсный управляющий является лицом не участвовавшем в  сделке и срок исковой давности не мог начать течь ранее даты введения процедуры  конкурсного производства и на момент предъявления настоящего заявления в суд,  трехгодичный срок еще не истек.  

Доводы ответчиков о реальности взаимоотношений сторон являются  несостоятельны и не подтверждены материалами дела.  

ФИО1 ссылается в своей апелляционной жалобе на то, что он якобы  приобретал электроды у ООО «ЛЭЗ» и продавал их ООО «Аэромет» и ссылается на  соответствующие договоры и товарные накладные.  

При этом необходимо учитывать следующее. 

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 24.05.2024 года по  настоящему делу установлено, что Должник и ООО «ЛЭЗ» фактически контролировались  одними и теми же лицами, участники Должника аффилированы с участниками и бывшими  участниками ООО «ЛЭЗ», генеральным директором Должника и ООО «ЛЭЗ» в разное  время являлись одни и те же лица, Должник и ООО «ЛЭЗ» осуществляли деятельность по  одному юридическому адресу.  

Кроме того, ФИО1 также являлся участником ООО «ЛЭЗ», а ООО «ЛЭЗ»  всю свою материально-техническую базу передало Должнику в аренду, о чем подробно  

было изложено в заявлении об оспаривании сделок, следовательно, ООО «ЛЭЗ»  самостоятельно произвести электроды и продать их ФИО1 не могло.  

При этом ни ФИО1, ни ФИО2 не были зарегистрированы в  качестве ИП, не представляли доказательств того, как они производили доставку и  отгрузку такого большого объеме электродов, где они хранили товар и т.д.  

Названные ФИО1 документы в обоснование встречного предоставления  созданы лишь для вида, согласно правовому подходу, сформулированному в пункте 10  Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи  10 Гражданского кодекса Российской Федерации», в силу статьи 168 Гражданского кодекса  Российской Федерации договор, заключенный с целью сокрытия имущества от обращения  на него взыскания, является ничтожным как нарушающий требования статьи 10 Кодекса о  недопустимости злоупотребления правом.  

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. 

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но  создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения  волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств,  подтверждающих реальность намерений сторон.  

Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся  между собой доказательств, которые представляются в суд лицами, участвующими в деле,  в обоснование своих требований и возражений, а суд не вправе уклониться от их оценки  (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Использование формальных правовых механизмов для достижения результата,  который сторонами сделки не предусмотрен, охватывается понятием злоупотребления  правом, которое не может быть признано добросовестным поведением участников  гражданского оборота и не подлежит судебной защите (статья 10 Гражданского кодекса  Российской Федерации).  

Также необходимо обратить внимание на отсутствие доказательств того, что  ФИО2 являясь адвокатом и оказывая юридические услуги Должнику и  контролировавшим должника лицам ранее систематически также поставлял Должнику  электроды.  

В делах о банкротстве применяется повышенный стандарт доказывания, под  которым понимаются ясные и убедительные доказательства в подтверждение приведенных  доводов.  

На основании изложенного коллегия приходит к выводу, что судом первой  инстанции в полном объеме выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела;  выводы суда, изложенные в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам  дела, им дана надлежащая правовая оценка; судом правильно применены нормы  материального и процессуального права.  

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для  отмены или изменения определения суда первой инстанции по доводам, изложенным в  апелляционных жалобах.  

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или  опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционные жалобы не содержат.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 270 АПК РФ  безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не  установлено.  

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272  Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный  апелляционный суд  

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 08.04.2024 по делу № А40-118060/19  оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2- без  удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано  в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд  Московского округа.  

Председательствующий судья: О.В. Гажур  

Судьи: А.Н. Григорьев 

 Р.Г. Нагаев  

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.