ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-5713/2023

Дело № А41-98875/19

26 мая 2023 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 23 мая 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  26 мая 2023 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи   Терешина А.В.,

судей: Шальневой Н.В., Епифанцевой С.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в заседании: 

от ФИО2 - ФИО3, представитель по доверенности от 24.01.2023,

от конкурсного управляющего ООО «ДЭЗ» - ФИО4, представитель по доверенности от 05.05.2023,

от ООО «Инженерные системы» - ФИО5, представитель по доверенности от 24.11.2022,

от АО «Красногорская теплосеть» - ФИО6, представитель по доверенности от 2.02.2023,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2  на определение Арбитражного суда Московской области от 16.03.2023 по делу  № А41-98875/19, 

 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Московской области от 29.06.2020 во введении наблюдения в отношении ООО «Дирекция эксплуатации зданий» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) отказано; заявление ООО «ЖилКом» о признании должника несостоятельным (банкротом) оставлено без рассмотрения. 

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2020 определение суда первой инстанции отменено, в отношении ООО «Дирекция эксплуатации зданий» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО7 

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 19.01.2021 постановление арбитражного суда апелляционной инстанции отменено в части утверждения ФИО7 временным управляющим в деле о банкротстве должника, спор в этой части направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 31.08.2021 временным управляющим ООО «ДЭЗ» утвержден ФИО8 

Временный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании недействительными следующих сделок: 

– договора № 42 купли-продажи недвижимого арестованного имущества от 11.09.2020, заключенного между организатором торгов ООО «Центральный антикризисный институт» и ФИО9;

– договора купли-продажи нежилого помещения от 14.10.2020, заключенного между ФИО9 и ФИО2, и о применении последствий их недействительности в виде возврата нежилого помещения общей площадью 813,8 кв. м с кадастровым номером 50:11:0010203:5279, расположенного по адресу: 

<

...>, пом. XIII, в конкурсную массу должника. 

ООО «ДЭЗ» также обратилось в  Арбитражный суд Московской области с заявлением к ИП ФИО2 об истребовании имущества (нежилого помещения общей площадью 813,8 кв. м с кадастровым номером 50:11:0010203:5279, расположенного по адресу: 

<

...>, пом. XIII) из чужого незаконного владения, о признании права собственности последнего отсутствующим и признании за должником права собственности на имущество.

Определением суда от 13.12.2021 указанные обособленные споры объединены в одно производство для их совместного рассмотрения. 

Протокольным определением суда от 13.07.2022 в порядке ст. 49 АПК РФ принято уточненное заявление временного управляющего должника ФИО8, в котором просит признать недействительным договор купли-продажи нежилого помещения от 14.10.2020, заключенный между ФИО9 и ФИО2, и применить последствия его недействительности в виде возврата нежилого помещения в конкурсную массу должника.

Определением от 16.03.2023 Арбитражный суд Московской области истребовал из чужого незаконного владения индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу ООО «Дирекция эксплуатации зданий» нежилое помещение общей площадью 813,8 кв. м с кадастровым номером 50:11:0010203:5279, расположенное по адресу: 

<

...>, пом. XIII.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права.

В апелляционной жалобе также содержится ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока на ее подачу

Согласно части 3 статьи 259 АПК РФ ходатайство о восстановлении срока подачи апелляционной жалобы рассматривается арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьей 117 настоящего Кодекса.

Срок подачи апелляционной жалобы, пропущенный по причинам, не зависящим от лица, обратившегося с такой жалобой, в том числе в связи с отсутствием у него сведений об обжалуемом судебном акте, по ходатайству указанного лица может быть восстановлен арбитражным судом апелляционной инстанции при условии, что ходатайство подано не позднее чем через шесть месяцев со дня принятия решения или, если ходатайство подано лицом, указанным в статье 42 настоящего Кодекса, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о нарушении его права и законных интересов обжалуемым судебным актом (часть 2 статьи 259 АПК РФ).

В соответствии с частью 2 статьи 117 АПК РФ арбитражный суд восстанавливает пропущенный процессуальный срок, если признает причины пропуска уважительными.

Учитывая изложенные обстоятельства, а также то, что апелляционная жалоба подана в пределах шести месяцев со дня принятия судом первой инстанции обжалуемого определения, суд апелляционной инстанции признает уважительными причины пропуска процессуального срока на подачу апелляционной жалобы, в связи с чем пропущенный процессуальный срок подлежит восстановлению.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 АПК РФ.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Из материалов дела следует, что вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Московской области от 19.08.2019 с ООО «ДЭЗ» в пользу АО «КЭС» взысканы денежные средства в размере 51 777 295,57 руб. основного долга,      14 363 879,96 руб. законной неустойки за период с 19.07.2017 по 12.08.2019 и законная неустойка, предусмотренная ст. 37 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике», за период с 13.08.2019 по день фактической оплаты суммы задолженности, а также расходы на уплату государственной пошлины в размере 87 596 руб. В целях принудительного исполнения судебного акта арбитражным судом выдан исполнительный лист от 31.10.2019 ФС № 024380947. 

Постановлением судебного пристава-исполнителя Межрайонного отдела по исполнению особо важных исполнительных производств № 2 Управления Федеральной службы судебных приставов по Московской области от 12.11.2019 возбуждено исполнительное производство № 26314/19/50049-ИП, в ходе которого принято постановление от 05.06.2020 № 50049/20/15009 о принятии результатов оценки стоимости арестованного имущества. 

Стоимость объекта недвижимого имущества должника ООО «ДЭЗ» – нежилого помещения общей площадью 813,8 кв. м с кадастровым номером 50:11:0010203:5279, расположенного по адресу: 

<

...>, пом. XIII, составила 28 913 000 руб. 

На основании постановления от 29.06.2020 спорное имущество передано в Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Московской области на реализацию путем проведения открытых торгов в форме аукциона. 

По результатам состоявшихся торгов по продаже арестованного имущества ООО «Центральный антикризисный институт» заключило с победителем ФИО9 договор № 42 купли-продажи недвижимого арестованного имущества от 11.09.2020, о чем 28.09.2020 внесена соответствующая запись в Единый государственный реестр недвижимости.

14.10.2020 между ФИО9 (продавцом) и ФИО2 (покупателем) заключен договор купли-продажи нежилого помещения, по условиям которого продавец продала покупателю нежилое помещение общей площадью 813,8 кв. м с кадастровым номером 50:11:0010203:5279, расположенное по адресу: 

<

...>, пом. XIII (п. 1.1 договора). 

Установленная соглашением сторон цена договора составила 30 200 000 руб., которую покупатель оплатил в момент его подписания, что подтверждается актом приема-передачи денежных средств (разделы 2 и 3 договора). 

Соответствующая запись в Единый государственный реестр недвижимости внесена 28.10.2020.

Временный управляющий должника, ссылаясь на положения ст. ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), считает, что договор купли-продажи, заключенный между ФИО9 (продавцом) и ФИО2 (покупателем) является ничтожной сделкой в силу того, что решением Арбитражного суда Московской области от 11.05.2021 по делу № А41-59188/20, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 12.07.2021, признаны недействительными торги, проведенные в рамках исполнительного производства № 26314/19/50049-ИП по лоту № 14 по извещению от 04.08.2020 №310720/37486835/01, и заключенный с ФИО9 договор купли-продажи в отношении нежилого помещения общей площадью 813,8 кв. м, с кадастровым номером 50:11:0010203:5279, расположенного по адресу: 

<

...>, пом. XIII. 

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 16.09.2021 судебные акты первой и апелляционной инстанций оставлены без изменения

Таким образом, по мнению временного управляющего, ответчик ФИО2 не является добросовестным приобретателем имущества.

Также финансовый управляющий считает, что сделки являются цепочкой сделок, прикрывающей одну единую сделку по выведению имущества ООО «Дирекция эксплуатации зданий».

Отказывая в удовлетворении заявленных требований суд апелляционной инстанции, исходит из следующего.

В процедурах наблюдения или финансового оздоровления по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, сделки (в том числе совершенные после введения этих процедур) оспорены быть не могут; в случае поступления соответствующего заявления временного или административного управляющего об оспаривании сделки по таким основаниям в этих процедурах суд выносит определение об оставлении его без рассмотрения применительно к пункту 7 части 1 статьи 148 АПК РФ (пункт 30 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 (ред. от 30.07.2013) "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

Согласно п. 1 ст. 66 Закона о банкротстве временный управляющий вправе предъявлять в арбитражный суд от своего имени требования о признании недействительными сделок и решений, а также требования о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником с нарушением требований, установленных статьями 63 и 64 настоящего Федерального закона.

Как было указано ранее, временный управляющий обратился в суд с заявлением о признании сделки недействительной по общим основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 Гражданского кодекса РФ.

В связи с чем, суду необходимо проводить проверку оспариваемой сделки на соответствие нормам гражданского законодательства.

При рассмотрении дела судом апелляционной инстанции не было установлено наличие оснований для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным ст. 10 и 168 Гражданского кодекса РФ ввиду следующего.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Так, пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам (кредиторов должника) или создающее условия для наступления вреда (требования кредиторов могут быть не удовлетворены, в частности вследствие совершения сделки по выводу имущества из собственности должника).

Таким образом, в случае несоблюдения требований, предусмотренных п. 1 ст. 10 ГК РФ, суд, арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. 

Для признания договора ничтожным в связи с его противоречием статье 10 ГК РФ необходимо установить сговор всех сторон договора на его недобросовестное заключение с умышленным нарушением прав иных лиц или другие обстоятельства, свидетельствующие о направленности воли обеих сторон договора на подобную цель, понимание и осознание ими нарушения при совершении сделки принципа добросовестного осуществления свои х прав, а также соображений разумности и справедливости, в том числе по отношению к другим лицам, осуществляющим свои права с достаточной степенью разумности и осмотрительности.

То есть злоупотребление правом должно иметь место в действиях обеих сторон сделки, что соответствует правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 N 1795/11.

При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Злоупотребление правом по своей сути есть неразумное и недобросовестное действие, имеющее своей целью причинить вред другим лицам.

В силу презумпции разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений бремя доказывания этих обстоятельств лежит на утверждающей стороне, данное требование не выполнено.

С учетом изложенного, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих сторон - участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Суд первой инстанции указал, что ИП ФИО2 нельзя признать добросовестным приобретателем имущества, однако суд апелляционной инстанции установил следующее.

В силу пункта 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Таким образом, целью покупки является получение в собственность имущества за соразмерное встречное представление.

В качестве доказательства возмездности приобретения спорного имущества ответчик ИП ФИО2 представил в материалы спора акт приема-передачи денежных средств.

Условие договора от 14.10.2020 об оплате покупателем приобретаемых объектов недвижимости имеет силу расписки, не требующей какого-либо дополнительного подтверждения иными документами.

Кроме того, апелляционная коллегия учитывает, что признаки юридической и фактической аффилированности должника, ФИО9 и ФИО2 отсутствуют.

По смыслу действующего законодательства и правоприменительной практики, аффилированными (входящими в одну группу лиц) признаются лица, отвечающие формально-юридически критериям, указанным в Законе о банкротстве, ФЗ "О защите конкуренции" и законодательстве о конкретных видах юридических лиц, а равно иные физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность (фактическая аффилированность).

По смыслу пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса, разъяснений, изложенных в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих конечных бенефициаров является наличие у него фактической возможности давать обязательные для исполнения указания или иным образом определять действия подконтрольных организаций.

Осуществление таким бенефициаром фактического контроля возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности.

В данном случае между должником и ответчиком отсутствуют формально-юридические признаки, позволяющие признать их входящими в одну группу лиц: ответчик не входит и не входил когда-либо в одну группу лиц с должником, не имели корпоративных взаимоотношений.

Доказательства обратного в дело не представлены.

Судебной практикой также выработаны критерии, по которым суд может установить наличие фактических отношений аффилированности должника.

О наличии их подконтрольности единому центру, в частности, могут свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам одного члена группы и одновременно ведут к существенной выгоде другого члена этой же группы; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одному и тому же лицу и т.д.

Учитывая объективную сложность получения кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств неформальной аффилированности, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств.

Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные свидетельства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении группы лиц, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обратного переходит на предъявившего требование кредитора, ссылающегося на независимый характер его отношений с должником.

В данном случае доводы о фактической аффилированности управляющий по существу основывает только на отсутствии у него сведений об оплате. Вместе с тем, отсутствие сведений у конкурсного управляющего ввиду непередачи ему всей документации должника, не означает отсутствие оплаты по договору. 

Как указано выше, на наличие таких связей может указывать подконтрольность обоих юридических лиц единому центру, осуществление согласованных действий к существенной выгоде другого члена этой же группы, которые противоречат экономическим интересам одного члена группы, совершение таких действий, которые невозможны при обычных отношениях в условиях рынка между "независимыми" контрагентами.

Наличие таких критериев материалами дела не подтверждено.

Суд первой инстанции указал, что при рассмотрении обособленного спора арбитражным судом установлены обстоятельства, сопутствующие совершению сделки по приобретению у ФИО9 нежилого помещения, которые должны были вызвать у ИП ФИО2 сомнения в отношении права продавца на отчуждение спорного имущества. 

Дело о банкротстве ООО «ДЭЗ» возбуждено определением суда от 21.11.2019. постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2020 (резолютивная часть объявлена 24.09.2020) в отношении должника введена процедура наблюдения. 

Спорное имущество приобретено ФИО9 по заключенному с организатором торгов ООО «Центральный антикризисный институт» договору № 42 купли-продажи недвижимого арестованного имущества от 11.09.2020 (соответствующая запись в Единый государственный реестр недвижимости внесена 28.09.2020), 14.10.2020 отчуждено в пользу ФИО2 П

При этом определением Арбитражного суда Московской области от 25.09.2020 по делу № А41-59188/20 принято к производству заявление должника ООО «ДЭЗ» к ООО «Центральный антикризисный институт», Межрайонному отделу по исполнению особо важных исполнительных производств № 2 Главного управления Федеральной службы судебных приставов по Московской области, Главному управлению Федеральной службы судебных приставов по Московской области и ФИО9 об оспаривании торгов.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу, что имущество приобретено ответчиком ИП ФИО2 после возбуждения дела о банкротстве и введения в отношении должника процедуры наблюдения, при наличии его притязаний в отношении спорного объекта недвижимости и в течение месяца после перехода к ФИО9 титула собственника.

Однако судом апелляционной инстанции установлено следующее.

Ответчик ФИО2 не являлся кредитором должника, не является аффилированным к должнику лицом, в связи с чем у суда отсутствуют основания полагать, что ИП ФИО2 мог или должен был знать о наличии возбужденного дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ДЭЗ».

Исходя из представленных в материалы дела доказательств, арбитражный суд считает, что материалами дела не подтверждается, что оспариваемая сделка, заключенная между ФИО9 и ФИО2 совершена со злоупотреблением сторонами сделки принадлежащими им правами.

Кроме того, вопреки доводам временного управляющего, в ходе рассмотрения обособленного спора не установлено, что выбытие спорного имущества должника в пользу ИП ФИО2 представляло собой единую взаимосвязанную сделку, осуществленную под контролем последнего, что ФИО9 выступала номинальным звеном и осуществляла покупку нежилого помещения на торгах и его последующую продажу под контролем ФИО2 

Таким образом, цепочка сделок по переходу права собственности на объект недвижимого имущества от должника к ИП ФИО2 не может быть квалифицирована как единая притворная сделка, направленная на непосредственное отчуждение имущества в пользу последнего, что исключает применение к спорным отношениям правового механизма, установленного ст. 167 ГК РФ.

Однако суд первой инстанции посчитал, что, учитывая недействительность первой сделки (договора № 42 купли-продажи недвижимого арестованного имущества от 11.09.2020, заключенного между организатором торгов ООО «Центральный антикризисный институт» и ФИО9), повлекшей выбытие нежилого помещения из собственности ООО «ДЭЗ», которая установлена в рамках дела № А41-59188/20, имущественные права и интересы должника, его кредиторов могут быть защищены посредством применения положений ст. ст. 301 и 302 ГК РФ о виндикации.

По смыслу статьи 12 ГК РФ определение законом способов защиты гражданских прав направлено на восстановление нарушенного права.

В связи с этим содержащийся в статье 12 ГК РФ перечень способов защиты гражданских прав не является исчерпывающим и защита прав может быть осуществлена иными способами, предусмотренными законом.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 209 Гражданского кодекса РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. 

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом. 

Статья 301 Гражданского кодекса РФ устанавливает, что собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения. Исходя из взаимосвязанного смысла статей 209, 301 Гражданского кодекса РФ истцом по виндикационному иску может быть лицо (собственник, либо лицо владеющее имуществом в силу закона или договора), из обладания которого незаконно выбыло имущество (вещь), являющееся предметом виндикационного иска, а ответчиком по виндикационному иску является незаконный владелец, фактически обладающий имуществом (вещью) на момент предъявления требования.

В пункте 32 Постановления N 10/22 разъяснено, что, применяя статью 301 ГК РФ, судам следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении.

Иск об истребовании имущества из чужого незаконного владения (виндикационный иск) характеризуют четыре признака: наличие у истца права собственности (или иного вещного права) на истребуемую вещь, утрата фактического владения вещью, возможность выделить вещь при помощи индивидуальных признаков из однородных вещей, фактическое нахождение вещи в чужом незаконном владении ответчика на момент рассмотрения спора. Виндикационный иск не подлежит удовлетворению при отсутствии хотя бы одного из перечисленных признаков.

Ответчиком по виндикационному требованию является незаконный владелец, фактически обладающий имуществом (вещью) на момент предъявления требования без надлежащего правового основания либо по порочному основанию приобретения.

Согласно пп. 1, 2 ст. 302 ГК РФ, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 22 июня 2017 года N 16-П указано, что добросовестным приобретателем применительно к недвижимому имуществу в контексте пункта 1 статьи 302 ГК РФ в его конституционно-правовом смысле в правовой системе Российской Федерации является приобретатель недвижимого имущества, право на которое подлежит государственной регистрации в порядке, установленном законом, если только из установленных судом обстоятельств дела с очевидностью не следует, что это лицо знало об отсутствии у отчуждателя права распоряжаться данным имуществом или, исходя из конкретных обстоятельств дела, не проявило должной разумной осторожности и осмотрительности, при которых могло узнать об отсутствии у отчуждателя такого права.

Согласно Определению Верховного Суда Российской Федерации от 26.03.2015 N 305-ЭС14-5473 по делу N А41-268/14 возможность признания лица добросовестным приобретателем обусловлена соблюдением совокупности условий, предусмотренных пунктом 1 статьи 302 ГК РФ отсутствие осведомленности приобретателя о приобретении имущества у лица, которое не вправе было его отчуждать, возмездное приобретение имущества, наличие воли собственника либо лица, которому имущество было передано собственником во владение, на отчуждение имущества.

По смыслу указанных правовых норм, виндикационный иск может быть удовлетворен при доказанности наличия у истца права собственности или иного вещного права на спорное имущество, фактического наличия имущества у ответчика и отсутствия у последнего правовых оснований для владения им, а также признаков добросовестного приобретателя имущества.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 37 Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22, собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества. 

При таких обстоятельствах, пока не доказано иное, имущество следует считать выбывшим по воле собственника, а последующего приобретателя - добросовестным.

Согласно пункту 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. 

Таким образом, из содержания ст. 302 ГК РФ и указанного выше разъяснения следует, что добросовестность приобретателя обуславливается тем, что приобретатель не знал и не имел возможности знать о том, что лицо, у которого он возмездно приобрел имущество, не имело правомочий на его отчуждение.

Следовательно, ответчику необходимо доказать, что спорная недвижимость была приобретена им по возмездной сделке и при этом он не знал и не должен был знать, что лицо, у которого он приобрел имущество, не имело права на его отчуждение.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце третьем пункта 38 названного постановления, ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительности сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем.

Доказательств того, что ответчик знал об отсутствии у ФИО9 права собственности на отчуждаемое имущество не представлено; сделка, на основании которой ответчик приобрел право собственности на спорное недвижимое имущество, отвечает признакам действительности сделки; имущество приобретено возмездно.

Таким образом, у суда первой инстанции отсутствовали основания для удовлетворения заявленных требований, в связи с чем, определение Арбитражного суда Московской области от 16.03.2023 по делу  №А41-98875/19 подлежит отмене, а заявления ООО «ДЭЗ» и временного управляющего должника оставлению без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 16.03.2023 по делу  №А41-98875/19 отменить.

Заявление временного управляющего ООО «ДЭЗ» оставить без удовлетворения.

Заявление ООО «ДЭЗ» оставить без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Московского округа в месячный срок со дня его принятия. Подача жалобы осуществляется через Арбитражный суд Московской области.     

 

Председательствующий cудья 

А.В. Терешин

Судьи 

 

Н.В.ШальневаС.Ю. Епифанцева