АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-6932/23 

Екатеринбург

31 июля 2024 г.

 

Дело № А60-55372/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 29 июля 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 31 июля 2024 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Соловцова С.Н., Тихоновского Ф.И., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Черкасской Н.О. рассмотрел в судебном заседании с использованием систем веб-конференции кассационную жалобу Елькиной Аллы Александровнына постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного судаот 22.05.2024 по делу № А60-55372/2022 Арбитражного суда Свердловской области.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времении месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет».

В судебном заседании в суде округа приняли участие представители: ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 21.10.2022 66АА № 7618214); ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 17.04.2024 66АА № 8467471); в судебном заседании с использованием систем веб-конференции участвовал представитель ФИО5 – ФИО6 (доверенность от 07.11.2022 серия 66АА № 7618605).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 13.10.2022 по заявлению ФИО7 возбуждено производство по делу о признании ФИО5 (далее - должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 30.12.2022 в отношении ФИО5 введена процедура реструктуризации его долгов, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО8.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 02.06.2023 ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества введена процедура реализации, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО8

В арбитражный суд 31.08.2023 поступило заявление финансового управляющего ФИО8 о взыскании с ФИО1 (далее - ответчик) в конкурсную массу должника неосновательного обогащения за пользование жилым помещением (квартира), площадью 42,1 кв.м. с кадастровым номером 66:41:0205019:461, расположенной в пер. Трамвайном г. Екатеринбурга (далее – спорная квартира), за период с 16.02.2021 по 30.11.2023, в размере 3 971 385 руб. (с учетом уточнения в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 15.02.2024 в удовлетворении требований финансового управляющего отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного судаот 22.05.2024 определение суда первой инстанции от 15.02.2024 отменено, заявление управляющего удовлетворено частично, с ФИО1 в пользу ФИО5 взыскано 1 007 142 руб. неосновательного обогащения.

В кассационной жалобе ФИО1 просит постановление апелляционного суда от 22.05.2024 отменить, определение суда первой инстанции от 15.02.2024 оставить в силе, ссылаясь на несоответствие выводов апелляционного суда обстоятельствам дела. По мнению заявителя, для взыскания неосновательного обогащения нужно установить не потенциальную возможность приобретения/сбережения имущества, а факт реального приобретения/сбережения имущества без законных оснований, но суд сделал лишь формальный вывод о том, что спорной квартирой владела и пользовалась ФИО1, что не соответствует установленным судами обстоятельствам и представленным доказательствам. Заявитель считает, что апелляционный суд ошибочно исходил из того, что факт владения и пользования спорной квартирой ФИО1 установлен в споре об оспаривании сделок должника (постановления апелляционного суда от 09.08.2023 и суда округа от 18.10.2023), но из соответствующих судебных актов следует, что сделка купли-продажи спорной квартиры от 16.02.2021 признана недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.02.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), в связи с отсутствием от ФИО1 встречного предоставления, а установление владения и пользования имуществом одним из лиц не требовалось и судами не осуществлялось, при том, что кредитор и управляющий факт того, что в спорной квартире проживает именно должник, не оспаривали ни в названном, ни в настоящем споре. Заявитель полагает, что применение последствий недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу направлено на создание определенности в имущественной сфере должника, в том числе в части спорной квартиры, в которой фактически проживает должник и члены его семьи, и при этом спорная квартира является единственным пригодным для проживания должника и членов его семьи (несовершеннолетней дочери) жилым помещением, что подтверждено свидетельскими показаниями и доказательствами несения должником расходов на содержание спорной квартиры и управляющим и кредитором не оспаривается, а доказательства иного, свидетельствующие о проживании должника в ином жилом помещении, отсутствуют, следовательно, когда должник фактически владел и пользовался спорным имуществом без взимания с него платы ФИО1, на которую эта квартира переписана лишь формально, и которая не могла извлекать из нее каких-либо полезных свойств, ответчик считает взыскание неосновательного обогащения несправедливым и необоснованным.

ФИО3 в отзыве по доводам кассационной жалобы возражает, просит в ее удовлетворении отказать, оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Законность обжалуемого судебного акта проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между ФИО5 (продавец) и ФИО1 (покупатель) 16.02.2021 заключен договор купли-продажи квартиры, по которому должник произвел отчуждение в пользу ответчика спорной квартиры площадью 42,1 кв.м. с кадастровым номером 66:41:0205019:461, по адресу пер. Трамвайный в г. Екатеринбурге.

В настоящем дела о банкротстве финансовый управляющий ФИО8 подал в арбитражный суд заявление о признании на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительными сделок должника с ФИО1: договора от 06.11.2019 купли-продажи квартиры (кадастровый номер 66:41:0205019:223); договора от 16.02.2021 купли-продажи квартиры (кадастровый номер 66:41:0205019:461); договора от 06.11.2019 купли-продажи машино-места (кадастровый номер 66:41:0205019:868); договора от 16.02.2021 купли-продажи машино-места (кадастровый номер 66:41:0205019:810); применении последствий недействительности сделок, по результатам рассмотрения которого Арбитражным судом Свердловской области 01.06.2023 вынесено определение об отказе в удовлетворении заявления.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.08.2023 по настоящему делу определение суда первой инстанции от 01.06.2023 отменено, на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве признан недействительным, в том числе, заключенный между ФИО5 и ФИО1 договор купли-продажи спорной квартиры от 16.02.2021, применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника спорной квартиры.

Ссылаясь на вышеизложенные обстоятельства, полагая, что у ФИО1 имеется обязанность возместить в конкурсную массу должника денежные средства, которые она сберегла вследствие использования спорной квартиры с даты подписания оспоренного договора по настоящее время, финансовый управляющий обратился с заявлением о взыскании с ФИО1 неосновательного обогащения за период с 16.02.2021 по 30.11.2023 в сумме 3 971 385 руб., исходя из стоимости аренды квартиры за 1 сутки (1017 дней х 3905 руб.).

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из следующего.

Пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного кодекса.

Правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации), и подлежат применению также к требованиям: 1) о возврате исполненного по недействительной сделке; 2) об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения; 3) одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством; 4) о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица (статья 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 2 статьи 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, неосновательно временно пользовавшееся чужим имуществом без намерения его приобрести либо чужими услугами, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло вследствие такого пользования, по цене, существовавшей во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило.

Лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано, на основании пункта 1 статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации, возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.

Необходимым условием возникновения обязательства из неосновательного обогащения является приобретение и сбережение имущества, отсутствие правовых оснований, то есть, если приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого не основано на законе, иных правовых актах, сделке (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2015 по делу № 306-ЭС15-12164).

Согласно пункту 5 постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора» вне зависимости от основания для расторжения договора сторона, обязанная вернуть имущество, возмещает другой стороне все выгоды, которые были извлечены первой стороной в связи с использованием, потреблением или переработкой данного имущества, за вычетом понесенных ею необходимых расходов на его содержание. 

В целях определения лица, с которого подлежит взысканию необоснованно полученное имущество, суду необходимо установить наличие самого факта неосновательного обогащения (то есть приобретения или сбережения имущества без установленных законом оснований), а также того обстоятельства, что именно это лицо, к которому предъявлен иск, является неосновательно обогатившимся лицом за счет лица, обратившегося с требованием о взыскании неосновательного обогащения (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации 1 (2014), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации лицо 24.12.2014).

Частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все материалы дела и все доказательства, исходя из конкретных обстоятельств настоящего дела, в том числе установленных по результатам рассмотрения обособленного спора о признании недействительными сделок должника с недвижимым имуществом, из которых следует, что договор от 16.02.2021 купли-продажи спорной квартиры заключен должником и ФИО1 с целью сокрытия данной квартиры от обращения на нее взыскания в пользу кредиторов должника, и при этом должник и ФИО1 не имели намерения реальной передачи данной квартиры в фактическое владение и пользование ФИО1, поскольку спорная квартира, в которой должник зарегистрирован с 31.10.2019 (до совершения спорной сделки), отвечает признакам единственного пригодного для проживания должника жилого помещения, и лишь в ней могли фактически проживать ФИО5 и его несовершеннолетняя дочь ФИО9, а другие помещения, пригодные для проживания должника, у ФИО9 в собственности отсутствуют, и доказательства иного, подтверждающие возможность должника и его несовершеннолетнего ребенка проживать по иному адресу, в другом жилом помещении, в материалы дела не представлены, а также, установив, что при таких обстоятельствах ФИО1 фактически не владела и не пользовалась спорной квартирой и не могла извлекать никакой выгоды из данной квартиры, переписанной на нее должником лишь формально, тем более за счет должника, при том, что именно сам должник фактически всегда владел и пользовался спорной квартирой совместно со своей семьей, в связи с чем возможность реального получения ФИО1 какого-либо дохода от владения и пользования спорным помещением в спорный период отсутствовала, и, исходя из того, что названное обстоятельство отсутствия у ФИО1 возможности распоряжаться спорной квартирой, которая из владения и пользования должника не выбывала, ничем не опровергнуто, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности материалами дела, что ФИО1 в спорный период сберегла какое-либо имущество должника и как-либо обогатилась за его счет, и о недоказанности того, что у ФИО1 в спорный период имелась соответствующая возможность.  

Исходя из изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме факта возникновения на стороне ФИО1 спорного неосновательного обогащения, ввиду чего, в отсутствие доказательств иного, суд первой инстанции не усмотрел правовых оснований для удовлетворения требований о взыскании заявленного управляющим неосновательного обогащения.

Таким образом, отказывая в удовлетворении заявления финансового управляющего, суд первой инстанции исходил из совокупности конкретных обстоятельств дела и недоказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для взыскания с ФИО1 заявленного неосновательного обогащения, а также из отсутствия доказательств иного, при этом суд верно применил соответствующие нормы права (статьи 1102, 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, дал им надлежащую правовую оценку, верно применил нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Отменяя определение суда первой инстанции, и, частично удовлетворяя требования, апелляционный суд исходил из того, что постановлением апелляционного суда от 09.08.2023 и постановлением суда округа от 18.10.2023 по настоящему делу в отношении сделки купли-продажи спорной квартиры от 16.02.2021 судами не установлено ее мнимости, следовательно, по мнению апелляционного суда, этими судебными актами установлен факт владения и пользования ФИО1 спорной квартирой, что, как полагает апелляционный суд, отражено и в постановлении суда округа от 23.04.2024 по настоящему делу, а также апелляционный суд исходил из того, что фактическое проживание в рассматриваемый период в спорной квартире должника не имеет правового значения, поскольку ФИО1 после приобретения спорной квартиры в собственность не утратила возможности распоряжения ею и извлечения прибыли, в том числе, от сдачи в аренду должнику или иному лицу, в связи с чем, поскольку по условиям договора купли-продажи от 16.02.2021 (раздел 3) квартира передана ФИО1 до подписания договора, то ФИО1 обязана возместить должнику сумму, которую она могла получить вследствие использования спорной квартиры, по крайней мере, с даты подписания договора по дату подачи настоящего заявления.

Между тем апелляционным судом не учтено следующее.

Постановлением апелляционного суда от 09.08.2023 и постановлением суда округа от 18.10.2023 по настоящему делу установлено, что сделка купли-продажи спорной квартиры, заключенная между заинтересованным лицами, является безвозмездной, совершена без равноценного встречного предоставления, с недобросовестной целью причинения вреда кредиторам должника путем сокрытия спорной квартиры от обращения на нее взыскания по требованиям кредиторов, при осведомленности ФИО1 об указанной цели сделки, в связи с чем данная сделка признана судами недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

При этом, вопреки выводам апелляционного суда, при вынесении вышеназванных судебных актов суды не устанавливали факт реальности владения и пользования ФИО1 спорной квартирой, а, напротив, исходили из того, наличие у должника исполнительского иммунитета в отношении спорной квартиры не имеет правового значения для признания недействительной сделки купли-продажи спорной квартиры, поскольку при наличии у должника нескольких жилых помещений, принадлежащих ему на праве собственности, помещение, в отношении которого предоставляется исполнительский иммунитет, определяется судом в соответствующем споре, а, учитывая гипотетическую возможность возникновения у должника права собственности на иные жилые помещения, признание спорной сделки недействительной целесообразно для целей возврата спорной квартиры ее фактическому обладателю (должнику) и создания определенности в части имущественной сферы должника, включая и имущество, наделенное исполнительским иммунитетом, при том, что возврат должнику спорной квартиры, являющейся местом жительства для должника и членов его семьи, прав должника не нарушает. 

Таким образом, по результатам рассмотрения спора о признании сделки купли-продажи спорной квартиры недействительной суды установили, что данная сделка совершена между заинтересованными лицами безвозмездно, с целью причинения вреда кредиторам должника путем обеспечения невозможности обращения взыскания на спорную квартиру в пользу кредиторов должника, и при этом суды констатировали, что оставление спорной квартиры в фактическом владении и пользовании должника не имеет значения для рассмотрения спора о недействительности сделки, а подлежит разрешению в самостоятельном порядке в соответствующем споре.

Кроме того, постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 23.04.2024 установлено что спорные машино-места в конкурсную массу должника не возвращены и находятся в фактическом владении и пользовании ФИО1, а доказательства, опровергающие данное обстоятельство, и, свидетельствующие об ином, отсутствуют, исходя из чего и с учетом иных установленных судами в соответствующем обособленном споре обстоятельств, суды взыскали с ФИО1 неосновательное обогащение исходя из стоимости пользования данным конкретным имуществом (машино-местами).

Таким образом, что при вынесении постановления от 23.04.2024 суд округа исходил из иных установленных судами фактических обстоятельств, отличных от обстоятельств, установленных судами в настоящем споре.

Из вышеизложенных установленных судами обстоятельств следует, что ни при рассмотрении настоящего спора, ни при рассмотрении иных обособленных споров судами не установлен факт владения и пользования ФИО1 спорной квартирой, напротив судами установлено, что в спорный период спорной квартирой фактически владел и пользовался именно должник, а не ФИО1, при том, что доказательства иного отсутствуют, из чего следует, что вывод апелляционного суда об обратном не соответствует материалам дела и установленным судами обстоятельствам.  

При таких обстоятельствах вывод апелляционного суда о том, что фактическое проживание в спорной квартире должника не имеет правового значения для настоящего спора, поскольку ФИО1 как собственник не утратила возможности распоряжения ею и извлечения прибыли, в том числе от сдачи в аренду должнику или иному лицу, сделан при неправильном применении норм материального права, поскольку на ФИО1 не может быть возложена обязанность возместить должнику то, что она якобы сберегла за счет должника вследствие пользования спорной квартирой, поскольку ФИО1 спорной квартирой фактически не владела и не пользовалась, а в действительности спорной квартирой владел и пользовался сам же должник (пунктом 1 статьи 1102, пункт 2 статьи 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации 1 (2014), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации лицо 24.12.2014), а также ФИО1 не обязана возвратить или возместить должнику все доходы, которые она извлекла или должна была извлечь из неосновательно полученного или сбереженного ей имущество (пункт 1 статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации, 5 постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора»), поскольку она не извлекала и не могла извлечь каких-либо доходов из имущества фактически находившегося во владении и пользовании самого должника, который при этом также не извлекал из спорной квартиры каких-либо доходов, а использовал ее только для собственного проживания. 

Из изложенного следует, что вывод апелляционного суда о том, что фактическое владение и пользование должником спорной квартирой в рассматриваемый период не имеет значения для настоящего спора, противоречит статьям 1102, 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации и приведенным выше позициям Верховного Суда Российской Федерации.

Следует также отметить, что в настоящее время судами рассматривается вопрос о признании спорной квартиры единственным жилым помещением, пригодным для проживания должника и челнов его семьи, и определением суда от 20.06.2024 установлено наличие у спорной квартиры статуса единственного пригодного для проживания должника жилого помещения.

Таким образом, из вышеназванных обстоятельств следует, что вывод апелляционного суда о наличии основании? для взыскания с ФИО1 в пользу ФИО5 неосновательного обогащения является несостоятельным, основан на неправильном применении норм права, не соответствует установленным судами обстоятельствам дела и имеющимся доказательствам. 

Согласно части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанции? являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанции?, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального или процессуального права. 

По результатам рассмотрения кассационной жалобы суд округа вправе оставить в силе одно из ранее принятых по делу решении? или постановлении? (пункт 5 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Учитывая изложенное, и то, что апелляционным судом неправильно применены нормы права (статьи 1102, 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации), выводы апелляционного суда являются необоснованными, не соответствуют материалам дела и сложившейся судебной практике, что повлекло вынесение неправильного судебного акта, в то время как суд первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования всех доказательств правильно установил фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, дал им надлежащую правовую оценку, исследовал и оценил все доказательства, в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и основании? для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), при этом судом первой инстанции верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения, и нарушении? норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены определения суда первой инстанции, судом округа не установлено, постановление апелляционного суда от 22.05.2024 по настоящему делу подлежит отмене, а определение суда первой инстанции от 15.02.2024 – оставлению в силе. 

С учетом изложенного, в порядке распределения судебных расходовпо уплате государственной пошлины с ФИО5 в пользу ФИО1 подлежат взысканию 3000 руб. государственной пошлины за подачу кассационной жалобы.

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 05.07.2024 приостановлено исполнение обжалуемого судебного акта до окончания производства в арбитражном суде кассационной инстанции. Поскольку производство по настоящей кассационной жалобе завершено, суд кассационной инстанции на основании статьи 283 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отменяет принятое приостановление исполнения судебных актов.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного судаот 22.05.2024 по делу № А60-55372/2022 Арбитражного суда Свердловской области отменить, определение Арбитражного суда Свердловской областиот 15.02.2024 по делу № А60-55372/2022 оставить в силе.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО1 3000 (три тысячи) рублей в возмещение государственной пошлины за подачу кассационной жалобы.

Приостановление исполнения постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2024 по делу № А60-55372/2022 Арбитражного суда Свердловской области, принятое определением Арбитражного суда Уральского округа от 05.07.2024, отменить. 

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                           Ю.А. Оденцова 

 

Судьи                                                                                        С.Н. Соловцов 

 

                                                                                                  Ф.И. Тихоновский