Шестой арбитражный апелляционный суд 

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000, 

официальный сайт:  http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 06АП-7586/2021

21 февраля 2022 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 15 февраля 2022 года. Полный текст  постановления изготовлен 21 февраля 2022 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд  в составе:

председательствующего     Воронцова А.И.

судей                                       Волковой М.О., Жолондзь Ж.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии в заседании:

от финансового управляющего ФИО2: ФИО3 по доверенности от  02.02.2018 № 27АА 1193668.

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4

на определение от  26.11.2021

по делу № А73-2038/2020

Арбитражного суда Хабаровского края

по заявлению финансового управляющего ФИО4 - ФИО5 (вх.55639, вх.55641)

к ФИО8, ФИО7, ФИО9

о признании недействительными сделок по отчуждению имущества должника и применении последствий недействительности сделок,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН 

<

***>, адрес регистрации: 680007, 

<

...>; фактический адрес проживания: 680009, 

<

...>), 

 

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 20.02.2020 по заявлению ФИО6 возбуждено производство по делу о банкротстве ФИО4 (далее – должник).

Решением от 26.05.2020 (резолютивная часть от 19.05.2020) должник признан банкротом, введена процедура реализации имущества гражданина сроком на три месяца. Финансовым управляющим утвержден ФИО5, из Ассоциации «Дальневосточная межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих» (далее – финансовый управляющий).

21.04.2021 финансовый управляющий обратился в суд с заявлением (исх. № 112 от 20.04.2021; вх.№ 55639(11)) о признании недействительным отчуждения недвижимого имущества, принадлежащего супруге должника ФИО7 (далее – ФИО7): помещение, нежилое площадью 49,0 кв.м, этаж 1, адрес объекта: 

<

...> (15-35), в том числе функциональное 0 (26-29), кадастровый номер объекта: 27:23:0040697:2431 (далее – помещение № 1), осуществленного посредством совершения последовательных сделок:

- договора об уступке права требования от  01.08.2012, заключенного между ФИО7 и ФИО8 (далее – ФИО8),

- договора купли-продажи недвижимости от 29.06.2014, заключенного между ФИО8 и ФИО9 (далее –ФИО9). Просит применить последствия недействительности сделки, обязав ФИО9 возвратить в конкурсную массу должника спорный объект недвижимости.

Определением суда от 28.04.2021 заявление вх.№ 55639(11) принято к производству, назначено к рассмотрению в судебном заседании.

21.04.2021 финансовый управляющий обратился в суд с заявлением (исх. № 095 от 16.04.2021; вх. № 55641 (12)) о признании недействительным отчуждения недвижимого имущества, принадлежащего должнику ФИО4:  помещение, нежилое площадью 64,8 кв.м, этаж 1, адрес объекта: Хабаровский край, г. Хабаровск, ул. Большая, д.12, пом. I (24-27, 34), кадастровый номер объекта: 27:23:0040697:2432 (далее – помещение № 2), осуществленного посредством совершения последовательных сделок:

- договора об уступке права требования от  06.08.2012, заключенного между должником и ФИО8,

- договора купли-продажи недвижимости от 25.06.2014, заключенного между ФИО8 и ФИО9 Просит применить последствия недействительности сделки, обязав ФИО9 возвратить в конкурсную массу должника спорный объект недвижимости.

Определением суда от 28.04.2021 заявление вх.№ 55641 (12) принято к производству, назначено к рассмотрению в судебном заседании.

Определением от 30.06.2021 в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) к участию в обособленном споре № А73-2038-12/2020  в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО7

17.08.2021 от ФИО9 поступили документы, подтверждающие отсутствие задолженности за жилищные и коммунальные услуги в отношении нежилых помещений по ул. Большая, 12.

17.08.2021 от финансового управляющего поступило ходатайство о приобщении отчетов об оценке рыночной стоимости объекта недвижимости (помещения № 1) № 408/2021-1 на дату оценки 01.08.2012, № 408/2021-2 на дату оценки 25.06.2014; отчетов об оценке рыночной стоимости объекта недвижимости (помещения № 2) № 407/2021-1 на дату оценки 06.08.2012, № 407/2021-2 на дату оценки 25.06.2014.

Определением от 18.08.2021, руководствуясь пунктом 2.1 статьи 130 АПК РФ, исходя из субъектного состава участников споров и представленных доказательств, суд счел целесообразным объединить заявления финансового управляющего о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности вх. №55639(11) от 21.04.2021 к ФИО7,  ФИО8, ФИО9 и вх. №55641(12) от 21.04.2021 к ФИО8, ФИО9 для их совместного рассмотрения в рамках дела о банкротстве № А73-2038/2020, с присвоением единого вх.№ 55639(11).

Судебное разбирательство по спору неоднократно откладывалось, в последний раз – определением от 15.09.2021.

Определением суда от 26.11.2021 заявленные требования удовлетворено в полном объеме.

ФИО4 с определением суда не согласился, обратился в Шестой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просят определение суда отменить и принять новый судебный акт об отказе заявленных требований.

В апелляционной жалобе ее заявитель приводит доводы о том, что применяя положения статьи 10 ГК РФ, суд первой инстанции должен был указать о факте злоупотребления применительно к каждому ответчику. Однако из обжалуемого судебного акта невозможно сделать вывод о том, какие конкретно действия ФИО9 свидетельствуют о злоупотреблении. Факт аффилированности указанного ответчика к должнику материалами дела установлен не был. Указывая данного субъекта в качестве заинтересованного лица, суд первой инстанции не указал, в чем была выражена его заинтересованность. Указывая на осведомленность ответчиков о цели отчуждения имущества должником, суд первой инстанции фактически приводит положения абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, которые к рассматриваемым правоотношениям не применяются. При этом, даже наличие аффилированности у ответчиков и должника само по себе не подтверждает факт злоупотребления правами.

Кроме того, ответчиком в ходе судебного разбирательства было заявлено о применении срока исковой давности. С учетом статьи 191 ГК РФ срок исковой давности к заявленной финансовым управляющим сделке истек в 2015 году.

Более подробно доводы заявителей изложены в апелляционной жалобе № 28 от 09.12.2021.

В судебном заседании представитель финансового управляющего по доводам апелляционной жалобы возражал, просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без – удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб надлежащим образом. В силу статей 156, 266 АПК РФ неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционных жалоб в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статей 266, 268 АПК РФ.

Выслушав представителя финансового управляющего, изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения суда.

Частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) закреплено, что дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Перечень юридически значимых действий, которые могут быть оспорены в деле о банкротстве не ограничивается понятием сделки, предусмотренном статьей 153 ГК РФ, потенциально могут быть оспорены любые юридические факты, которые негативно влияют на имущественную массу должника (Определения Верховного Суда РФ от 18.12.2017 № 305-ЭС17-12763(1,2) по делу № А40-698/2014, от 12.03.2018 № 305-ЭС17-17342 по делу № А41-86889/2015).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI указанного Закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Пункт 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротстве) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации») применяется к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями.

Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3-5 статьи 213.32 (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ).

Оспариваемые сделки в отношении нежилых помещений совершены 01.08.2012, 06.08.2012, 25.06.2014, 29.06.2014, следовательно, спорные сделки могут быть оспорены по общим основаниям гражданского законодательства.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу приведенной нормы по основанию притворности может быть признана недействительной сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.

Квалифицирующим признаком притворной сделки является цель ее совершения - прикрытие другой сделки.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ», применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 31.07.2017 по делу № 305-ЭС15-11230, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю. Наличие доверительных отношений позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок. Само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, содержащейся в определении от 11.07.2017 № 305-ЭС17-2110 по делу № А40-201077/2015, совершая мнимые либо притворные сделки, их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости или притворности договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

В рассматриваемом случае, судом установлены факты отчуждения по договорам цессии от 01.08.2012, 06.08.2012, ФИО7 (цедент, супруга должника), ФИО4 (цедент, должник)  ФИО8 (цессионарий, сын должника) прав требований по договорам долевого участия в строительстве от 14.11.2011 № 13/14-Офис№ 1-цоколь, № 13/14-Офис № 1. 

Условия о цене (возмездности) состоявшихся уступок тексты договоров купли-продажи не содержат. Доказательств обратного в материалы дела в порядке статьи 65 АПК РФ не представлено.

В дальнейшем, ФИО8 по договорам купли-продажи от 25.06.2014 продал ответчику ФИО9:

- нежилое помещение, общей площадью 49,0 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, пом 0 (15-35), в том числе функциональное 0 (26-29), с кадастровым номером 27:23:0040697:2431, за 250 000 руб. (расчет произведен сторонами полностью до подписания договора);

- нежилое помещение, общей площадью 64,8 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, пом. I (18-29, 31-34), в том числе I (24-27, 34), с кадастровым номером 27:23:0040697:2432, за 250 000 руб. (расчет произведен сторонами полностью до подписания договора);

В рассматриваемом случае усматривается, что сделки по уступке права требования от ФИО7, ФИО4 по договорам долевого участия ФИО8. и последующие сделки совершены при подготовке к неблагоприятным последствиям, связанным с взысканием с должника суммы убытков в связи с установленным судом недобросовестностностью в действиях ФИО4 по совершению им как руководителем ООО «Сильван» убыточных сделок в совокупности с действием по продаже самому себе единственного производственного объекта ООО «Сильван» по заниженной цене, а также подтвержден факт злоупотребления ФИО4 своими правами единоличного исполнительного органа ООО «Сильван» и его участника в период с апреля по сентябрь 2011 года, в результате чего возникли убытки у других участников ООО «Сильван».. Последующая передача прав на недвижимое имущество от ФИО8 к ФИО9 на основании договоров купли-продажи по цене 250 000 руб. за каждый объект недвижимости при наличии доказательств явного существенного занижения цены продаваемых нежилых помещений, указывает на совершение данных сделок на нетипичных условиях, не доступных для независимых участников рынка, что свидетельствует о намерении сторон спорных сделок вывести ликвидное имущество должника из конкурсной массы, обеспечив его поступление к добросовестному приобретателю.

Вместе с тем в рамках проведения процедуры банкротства спорное имущество подлежало включению в конкурсную массу должника, в результате совершения оспариваемых сделок конкурсные кредиторы ФИО4 лишились возможности получить удовлетворение своих требований за счет спорного имущества, а сам должник не получило соразмерную плату за имущество, следовательно, совершением цепочки оспариваемых сделок причинен вред правам и имущественным интересам кредиторов должника.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Соответствующая правовая позиция изложена в определении Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6) по делу № А12-45751/2015.

Совокупность вышеизложенных обстоятельств, вопреки доводам апелляционной жалобы, свидетельствует о представлении финансовым управляющим должника обоснованных утверждений относительно наличия аффилированности ФИО11, ФИО9 бремя опровержения которых относится на соответствующих участников обособленного спора.

Судом установлено, что родство ФИО4 и ФИО8 подтверждается сведениями Комитета по делам записи актов гражданского состояния и архивов Правительства Хабаровского края от 13.08.2015 № 3.1-16/3132.

При этом, 25.06.1989 должником и ФИО7 заключен брак (свидетельство о заключении брака 

<

...>).

Таким образом, ФИО8, ФИО7 являются заинтересованными лицами по отношению к должнику в силу статьи 19 Закона о банкротстве.

В отношении ФИО9, суд апелляционной инстанции на основании совокупности обстоятельств, в том числе совершения купли-продажи по заниженной цене в отсутствие доказательств фактической передачи денежных средств, приходит к выводу о наличии признаков фактической аффилированности ответчика к должнику и ФИО8

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в определении от 23.07.2018 № 305-ЭС18-3009 по делу № А40-235730/2016, в условиях банкротства должника, а значит очевидной недостаточности у последнего денежных средств и иного имущества для расчета по всем долгам, нередко возникает ситуация, при которой происходит столкновение материальных интересов его кредиторов, конкурирующих за распределение конкурсной массы в свою пользу, и самого должника на сохранение принадлежащего ему имущества за собой (через родственные связи, если должник - физическое лицо).

Данная позиция основана на разъяснениях, данных в пункте 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)», содержащих опровержимую презумпцию осведомленности заинтересованного по отношению к должнику лица (статья 19 Закона о банкротстве) о совершении оспариваемой сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Из изложенного следует, что до тех пор, пока не доказано иное, факт совершения должником-гражданином в преддверии собственного банкротства, в условиях своей неплатежеспособности сделки по отчуждению принадлежащего ему имущества в пользу заинтересованного лица в достаточной степени подтверждает факт направленности такой сделки на причинение вреда имущественным правам и законным интересам его кредиторов (статьи 10 и 168 ГК РФ).

При этом, из представленных товариществом собственников жилья «Большая 112» (далее – ТСЖ) сведений по состоянию на 14.10.2021 усматривается, что лицом, фактически использующим спорные нежилые помещения, как и лицом, оплачивающим коммунальные услуги за них, с 29.06.2014 по дату предоставления информации, является ИП ФИО7 (ИНН 

<

***>).

В платежных поручениях от 29.06.2021 № 37 и 38,плательщиком по которым является ИП ФИО7, в назначении платежа имеется указание на то, что оплата коммунальных услуг осуществлена за ФИО9

Кроме того, в материалы дела представлен договор аренды № Б12/1Ц от 01.01.2017, заключенный ТСЖ (арендодатель) с Центром развития ребенка «Маленькая страна» в лице руководителя ФИО7 (арендатор), по условиям которого в пользование арендатора передано место на фасаде здания, расположенного по адресу: 

<

...>, площадью 4 кв.м., для размещения вывески арендатора.   

Финансовым управляющим к заявлению приложено фото рекламной вывески Центра развития ребенка «Маленькая страна», с нанесенным на нее адресом «ул.Большая, 12, оф.5» и реквизитами ИП ФИО7 (ИНН, ОГРН).

Более того, судом принято во внимание, что помимо указанной сделки ФИО4 в период 2011-2014 гг. отчуждена большая часть ликвидного движимого и недвижимого имущества в пользу заинтересованных лиц, в частности:

- здание площадью 193,6 кв.м., расположенное по адресу: ЕАО, 

<

...>, по договору дарения отчуждено сыну должника ФИО8;

- нежилое помещение площадью 843,7 кв.м., расположенное по адресу: ЕАО, Смидовичский район, пгт.Смидовичи, ул.Советская, д.131, по договору дарения отчуждено сыну должника ФИО8;

- гаражный бокс, назначение - нежилое, общей площадью 19,4 кв.м., расположенный по адресу: Хабаровский край, г.Хабаровск, Железнодорожный район, вдоль ж/д ветки, в районе ул.Пугачева, ГСК № 444, бокс 23, по цепочке договоров отчужден в пользу племянницы должника ФИО10 (дочери ФИО10 и ее супруга ФИО10), а впоследствии – ФИО10 сыну должника ФИО8;

- самоходная машина – погрузчик марки SHANTUI SL 30W, заводской номер машины (рамы) SL30AA1000384, двигатель № WG005025, год выпуска 2010, отчуждена ФИО4 ФИО10;

- прицеп марки EZ LOADER, государственный регистрационный знак 

<

***> год выпуска – 2003, номер кузова – 1ZEAAHGB53A030324, отчужден ФИО4 ФИО10;

- седельный тягач марки КАМАЗ-65116, 2007 года выпуска, VIN -ХТС65116071149811, отчужден ФИО4 ФИО10, а впоследствии – ФИО10 сыну должника ФИО8;

- тягач марки ГТ-МУ, заводской номер 8502П0476, номер двигателя 375083, год выпуска 1985;

- квартира общей площадью 145,8 кв.м., расположенная по адресу: 

<

...> по цепочке сделок отчуждена ФИО4 сыну ФИО8, ФИО8 - матери должника ФИО7 и на основании завещания ФИО7 право собственности перешло ФИО8 и несовершеннолетнему ФИО8 и пр.

Таким образом, установленные судом первой инстанции обстоятельства свидетельствуют о согласованности действий как должника, так и заинтересованных с ним лиц, выступавших контрагентами по сделкам, с целью вывода активов должника во вред кредиторам последнего. В данном случае воля сторон по спорной сделке не была направлена на исполнение обязательств - надлежащих доказательств осуществления прав собственника ФИО9 не представлено, факт пользования и несения расходов ФИО7 нашел документальное подтверждение в материалах дела. Изложенное позволяет сделать вывод о том, что должник и ответчики намеренно и осознанно действовали в целях достижения одной общей цели - вывода активов должника и уклонения от расчетов с кредиторами, без намерения исполнить сделку, в том числе, в период уголовного преследования в отношении должника, в нарушение положений статей 1, 10 ГК РФ.

Доводы апеллянтов о пропуске срока исковой давности подлежит отклонению в силу следующего.

В силу статьи 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 ГК РФ (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Закон № 100-ФЗ)) срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Согласно пункту 2 той же статьи ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Ранее действовавшая редакция пункта 1 статьи 181 ГК РФ связывала начало течения срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и по требованиям о признании ее недействительной, не с субъективным фактором - осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав, - а с объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения такой сделки вне зависимости от субъекта оспаривания.

Переходными положениями (пункт 9 статьи 3 Федерального закона №100-ФЗ) предусмотрено, что новые сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01.09.2013.

Первоначальные сделки были заключены сторонами 01.08.2012 и 06.08.2012.

Следовательно, на день вступления в силу Федерального закона № 100-ФЗ (01.09.2013) трехлетний срок исковой давности, исчисляемый по правилам, предусмотренным ранее действовавшим законодательством, не истек.

Таким образом, применению подлежат положения статьи 181 ГК РФ в редакции Закона № 100-ФЗ.

Законодатель связывает начало течения срока исковой давности по ничтожной сделке с моментом начала исполнения такой сделки, а для лица, не являющегося участником этой сделки - с моментом осведомленности этого лица о начале ее исполнения, а по оспоримой сделке – с момента, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

При этом следует учитывать, что закон устанавливает презумпцию добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 1 ГК РФ).

Финансовый управляющий полагает, что спорная сделка является ничтожной, ссылаясь на статью 10 ГК РФ.

При рассмотрении настоящего спора, как указано выше, суд также пришел к выводу о злоупотреблении должником правами при заключении и исполнении спорного договора (статья 10 ГК РФ), что является признаком ничтожной сделки (абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Таким образом, сделки по отчуждению нежилых помещений являются ничтожным, а не оспоримым, и к нему применимо трехгодичный срок исковой давности в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ).

Течение срока исковой давности по указанному требованию в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, начинается со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки (пункт 1 статьи 181 ГК РФ).

При таких обстоятельствах, срок исковой давности не пропущен.

Исходя из вышеназванных обстоятельств совершения каждой сделки в отдельности и во взаимосвязи, приняв во внимание поведение заинтересованных лиц в период предшествующий и последующий после заключения договоров цессии, купли-продажи, следует признать, что  оспариваемые сделки цессии от 01.08.2012 и 06.08.2012 между должником, его супругой и сыном, а также договоры купли-продажи от 25.06.2014 между ФИО8, сыном должника и ФИО9 представляют собой цепочку взаимосвязанных сделок, совершенных для вида с целью усложнения процедуры возврата имущества в конкурсную массу и создания конечному приобретателю ФИО9 статуса добросовестного приобретателя, направленных на предотвращение обращения взыскания на имущество должника и на вывод ликвидного актива из конкурсной массы; спорное имущество передавалось контрагентам по сделке в отсутствие встречного предоставления; в результате заключения оспариваемых договоров должник лишился ликвидного имущества, соответственно был причинен вред имущественным правам кредиторов; при этом ФИО9 не могла не знать о цели оспариваемых сделок, поскольку является заинтересованными (аффилированными) лицами по отношению к должнику, в связи с чем, суд первой инстанции правомерно признал цепочки взаимосвязанных сделок недействительными на основании статей  10, 170 ГК РФ.

Согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

С учетом приведенных норм, существа спорных сделок и заявленных требований, суд первой инстанции верно применил последствия недействительности сделок в виде односторонней реституции в виде возврата   в конкурсную массу ФИО4 полученного ФИО9 от ФИО8 по договорам от  25.06.2014 недвижимого имущества.

Все иные доводы и аргументы заявителя апелляционной жалобы проверены судом апелляционной инстанции, признаются несостоятельными и не подлежащими удовлетворению, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта и основаны на неверном толковании норм действующего законодательства, обстоятельств дела. Несогласие заявителя жалобы с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона, не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не является основанием для отмены судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь частью 3 статьи 223, статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Хабаровского края от 26.11.2021 по делу № А73-2038/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий

А.И. Воронцов

Судьи

М.О. Волкова

 

Ж.В.Жолондзь