СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А27-17989/2024

город Томск

17 января 2025 года.

Судья Седьмого арбитражного апелляционного суда Павлюк Т.В., 

рассмотрев апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 (№ 07АП-9606/24), на решение Арбитражного суда Кемеровской области от 04.12.2024 по делу № А27-17989/2024 (судья Ефимова О.Н.) по иску акционерного общества «Аэроплан», город Москва (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО1, город Мыски, Кемеровская область-Кузбасс (ОГРНИП 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании 60 000 руб. компенсации (30 000 руб. за нарушение авторских прав на произведения изобразительного искусства – рисунки: «Симка», «Нолик», «Файер», 30 000 руб. за нарушение исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам №502205, 502206, 536394), 

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО2, г. Москва,

без вызова лиц, участвующих в деле,

установил:

Акционерное общество «Аэроплан» (далее – истец, АО «Аэроплан») обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в арбитражный суд Кемеровской области к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик, предпрениматель) о взыскании 60 000 руб. компенсации (30 000 рублей за нарушение исключительных авторских прав на произведения изобразительного искусства — рисунки: «Симка», «Нолик», «Файер», а также 30 000 рублей за нарушение исключительных прав на товарные знаки по Свидетельствам № 502205, 502206, 536394). 

К участию в деле, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО2 (далее - ФИО2, третье лицо).

На основании статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом в порядке упрощенного производства.

Решением суда от 04.12.2024 исковые требования удовлетворены. 

Не согласившись с состоявшимся судебным актом, ответчик обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме, ссылаясь на то, что заявленная сумма компенсаций является чрезмерной, в частности в ввиду того, не доказан факт грубого и систематического нарушения исключительных прав истца; считает, что истцом нарушен досудебный порядок; кроме того, истцом в адрес ответчика не направлено исковое заявление с приложенными к нему документами; истцом не доказано право требования в качестве компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на спорные товарные знаки, поскольку не доказано, что спорные товарные знаки находятся в незаконном обороте и являются контрафактными.

Истец в отзыве на апелляционную жалобу просит оставить решение без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. Решение считает законным и обоснованным.

На основании части 1 статьи 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционные жалобы на решения арбитражного суда по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, рассматриваются в суде апелляционной инстанции судьей единолично без вызова сторон по имеющимся в деле доказательствам.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва, проверив в соответствии со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда первой инстанции в пределах доводов жалобы, апелляционная инстанция приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, АО «Аэроплан» является обладателем исключительных прав на три произведения изобразительного искусства-рисунки (изображения) образов персонажей: «Симка», «Нолик», «Файер» из анимационного сериала «Фиксики», что подтверждается:

- авторским договором с исполнителем № А0906 от 01.09.2009 с дополнительным соглашением к данному договору от 21.01.2015 и актом приема-передачи от 25.11.2009 года к данному договору;

- авторским договором № А1203 от 26.03.2012 с актом приема-передачи № 1 от 25.04.2012г. к данному договору, с актом приема-передачи № 2 от 25.05.2012 к данному договору.

Кроме того, АО «Аэроплан» является обладателем исключительных прав на товарные знаки по Свидетельствам:

- №502205, что подтверждается свидетельством на товарный знак №502205 зарегистрированным в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 13 декабря 2013 года, дата приоритета 18 ноября 2011 года, срок действия до 18 ноября 2031 года;

- №502206, что подтверждается свидетельством на товарный знак №502206, зарегистрированным в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 13 декабря 2013 года, дата приоритета 18 ноября 2011 года, срок действия до 18 ноября 2031 года;

- №536394, что подтверждается свидетельством на товарный знак №536394, зарегистрированным в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 05 марта 2015 года, дата приоритета 15 августа 2015 года, срок действия до 15 августа 2023 года;

В ходе мониторинга произведенной 19.04.2023 на сайте с доменным именем articool.gopr.ru истцом был обнаружен и зафиксирован факт неправомерного использования объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат АО «Аэроплан», а именно размещение на сайте обозначений схожих с рисунками из анимационного сериала «Фиксики», права на которые принадлежат Истцу: произведение изобразительного искусства - рисунки: «Симка», «Нолик», «Файер» с целью предложения, продажи продукции — фигур из воздушных шаров и их рекламы.

Факт предложения к продаже указанных товаров от имени ИП ФИО1 подтверждается заверенными скриншотами страниц сайта сети Интернет от 19.04.2023, которые содержат цену каждой из предлагаемой к реализации фигуры и информацию о возможности заказа таких фигур (красная кнопка на сайте – ЗАКАЗАТЬ).

Нарушение ответчиком исключительных авторских прав на указанные рисунки выразилось в использовании вышеуказанных объектов интеллектуальной деятельности путем предложения к продаже фигур из воздушных шаров с использованием образов произведений изобразительного искусства Истца на интернет-сайте articool.gopr.ru   

Ссылаясь на то, что разрешение на использование спорного объекта интеллектуальной собственности путем заключения соответствующих договоров ответчик не получал, истец пришел к выводу о нарушении его исключительных прав действиями ответчика по продаже спорного товара.

04.08.2023 истцом направлена в адрес ответчика претензия с требованием о выплате компенсации за нарушение исключительных прав, которая оставлена ответчиком без удовлетворения, что и послужило основанием для обращения истца с настоящим иском в суд.

Арбитражный суд, удовлетворяя исковые требования, принял по существу законный и обоснованный судебный акт, при этом выводы арбитражного суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на правильном применении норм действующего законодательства Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции поддерживает выводы суда первой инстанции, отклоняя доводы апелляционной жалобы, при этом исходит из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 1229 ГК РФ юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если ГК РФ не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

Пунктом 1 статьи 1270 ГК РФ предусмотрено, что автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 названной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.

Согласно пункту 1 статьи 1259 ГК РФ произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения, в частности литературные произведения, произведения живописи, скульптуры, графики, дизайна, графические рассказы, комиксы и другие произведения изобразительного искусства, относятся к объектам авторских прав. Производные произведения, представляющие переработку другого произведения, также в силу части 2 статьи 1259 ГК РФ относятся к объектам авторских прав.

Применительно к положениям пункта 2 статьи 1270 ГК РФ незаконное использование произведения (его части) может выражаться, в частности, в безосновательном (т.е. без согласия правообладателя) воспроизведении произведения, его переработке, а также распространении произведения (его части) путем продажи или иного отчуждения его оригинала или экземпляра.

В силу статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

В соответствии со статьей 1482 ГК РФ в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака:

1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации;

2) при выполнении работ, оказании услуг;

3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот;

4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;

5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

Согласно абзацу 3 пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

В соответствии с пунктом 60 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление № 10) требование о взыскании компенсации носит имущественный характер. Нарушение прав на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации является самостоятельным основанием применения мер защиты интеллектуальных прав (статьи 1225, 1227, 1252 ГК РФ).

Использование ответчиком каждого объекта интеллектуальной собственности является самостоятельным нарушением исключительных прав истцов на соответствующие объекты.

АО «Аэроплан» обратилось в защиту принадлежащих ему исключительных прав на произведения изобразительного искусства - рисунки: «Симка», «Файер», «Нолик» из анимационного сериала «Фиксики», за нарушение исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам № 536394, 502206, 502205.

Факт предложения к продаже указанного товара от имени ИП ФИО1 подтверждается заверенными скриншотами страниц сайта сети Интернет от 19.04.2023.

Довод ответчика о том, что кроме скриншотов истец не представил иных доказательств факта реализации товара, судом первой инстанции был рассмотрен и правомерно отклонен в силу следующего. 

Так, в соответствии с информационной справкой, утвержденной Постановлением президиума Суда по интеллектуальным правам от 14.09.2017 № СП-23/24, сеть "Интернет" представляет собой совокупность вебсайтов, каждый из которых является единым целым логично объединенных страниц, включающих рекламно-информационные ресурсы, связанные общей идеей и/или дизайном. Сайт может содержать документы в формате HTML (форматированный текст), графические файлы, аудио-, видео- и мультимедийные данные, а также программы, связанные между собой по смыслу и ссылочно. Для того, чтобы информация, размещенная в сети "Интернет", могла приобрести статус процессуального доказательства, она представляется в материалы дела в какой-либо объективированной форме.

В соответствии с частью 2 статьи 64 АПК РФ в качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», допустимыми доказательствами являются, в том числе, сделанные и заверенные лицами, участвующими в деле, распечатки материалов, размещенных в  информационно-телекоммуникационной сети (скриншот), с указанием адреса интернет страницы, с которой сделана распечатка, а также точного времени ее получения.

Для признания скриншота допустимым доказательством действующее процессуальное законодательство не требует обязательного совершения действий именно нотариусом.

Таким образом, как верно указал суд первой инстанции, предоставленные истцом при предъявлении иска скриншоты для подтверждения факта предложения ответчиком к реализации контрафактного товара в силу статей 12, 14 ГК РФ, части 2 статьи 64 АПК РФ является соразмерным и допустимым способом самозащиты, в связи с чем, признал их отвечающими признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

В свою очередь ответчик, доказательств наличия у него права использования товарных знаков, указанных произведений изобразительного искусства в материалы дела не представил.

Как отмечено в пункте 162 Постановления № 10, для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения. При этом вероятность смешения зависит не только от степени сходства обозначений и степени однородности товаров для обычных потребителей соответствующих товаров, но и от иных факторов, в том числе от того, используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров, длительности и объема использования товарного знака правообладателем, степени известности, узнаваемости товарного знака, степени внимательности потребителей (зависящей в том числе от категории товаров и их цены), наличия у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом. При этом при выявлении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Таким образом, одним из юридических значимых обстоятельств, подлежащих установлению судами при рассмотрении дел соответствующей категории, является установление тождественности или сходства до степени смешения либо их отсутствие между товарным знаком, принадлежащим истцу, и обозначением, использованным ответчиком для индивидуализации своих товаров, а также однородность товаров (услуг), в отношении которых зарегистрирован товарный знак истца, и товаров (услуг), вводимых в гражданский оборот ответчиком.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

При этом, суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства. Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется. При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая, в том числе, от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

В пункте 5 Справки о некоторых вопросах, связанных с практикой рассмотрения Судом по интеллектуальным правам споров по серийным делам о нарушении исключительных прав, утвержденной постановлением президиума Суда по интеллектуальным правам от 29.04.2015 № СП-23/29 указано, что товарный знак может быть использован как при его нанесении на товар (в соответствии с подпунктом 1 пункту 2 статьи 1484 ГК РФ), так и при изготовлении самого товара в виде товарного знака.

Аналогичная позиция изложена в пункте 34 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом ВС РФ 23.09.2015, где сказано, что незаконное использование товарного знака посредством реализации товара, имитирующего товарный знак, является нарушением исключительных прав на такой товарный знак.

При этом при определении сходства до степени смешения между товарным знаком и вещью (например, игрушкой) применяются общие подходы, используемые для сравнения обозначений (как двухмерных, так и трехмерных).

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что объекты исследования имеют общее зрительное сходство и сходны до степени смешения с изображениями и товарными знаками, исключительные права на которые принадлежат истцу.

Основываясь на изложенном суд первой инстанции правомерно отклонил доводы ответчика о том, что собирательный образ кукол, изготовленный из воздушных шаров и не имеет никакого сходства с персонажами телесериала «Фиксики», так как при сравнении товарных знаков и изображений, исключительные права на которые зарегистрированы за истцом с обозначениями, содержащимися на спорном товаре, очевидно, что они имеют изображения, сходные до степени смешения с товарными знаками, правообладателем которых является истец, отметив правомерно и тот факт, вопреки доводам апеллянта, что для констатации этого нет оснований для обращения к специальным познаниям и назначения судом экспертиз любого вида.

Кроме того, суд первой инстанции обоснованно принял во внимание, в настоящем случае ответчиком предлагались к реализации фигуры из воздушных шаров, то есть объекты, выраженные объемно-пространственной форме, при этом даже при неполном совпадении индивидуализирующих характеристик или изменении их несущественных деталей, персонажи сохранили свою узнаваемость как часть конкретного произведения – мультсериала «Фиксики», несмотря на изменение деталей одежды, которые не влияют на узнаваемость персонажей.

            Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Гражданского кодекса Российской Федерации для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим интеллектуальные права.

Абзацем третьим этого пункта определено, что, если иное не установлено ГК РФ, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Таких доказательств ответчик не представил.

В силу статьи 2 ГК РФ предпринимательской деятельностью является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном порядке.

Следовательно, предлагая к реализации спорные фигуры из воздушных шаров, которые схожи до степени смешения с товарными знаками и изображениями, исключительные права на которые принадлежат истцу, ответчик принял все риски, связанные с его введением в оборот. 

Апелляционной суд поддерживает вывод суда первой инстанции о том, что действия ответчика по изготовлению, хранению, предложению к продаже и самой продаже спорных товаров – фигур из воздушных шаров являются нарушением исключительных прав истца, незаконным использованием принадлежащих истцу интеллектуальных прав.

Следовательно, приобретая товар, а затем реализуя его, ответчик принял все риски, связанные с введением в оборот данного товара.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Как разъяснено в пункте 43.3 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 5/29 от 26.03.2009 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ.

В разъяснениях, содержащихся в пунктах 59, 61, 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», предусмотрено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. Рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252). По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства, руководствуясь статьями 1229, 1259, 1263, 1270, 1484, 1515 ГК РФ, разъяснениями, содержащимися в пункте 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», правовой позицией, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 40-П, исходя из принципов разумности и справедливости, восстановительного характера компенсации, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, принимая во внимание характер правонарушения, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что исковые требования о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки подлежат удовлетворению в заявленном ко взысканию размере - 60 000 руб., из расчета по 10 000 руб. за каждое из нарушений (три товарных знака и три изображения, соответственно. Соответственно, истец при расчете компенсации учитывал минимально возможный размер – 10 000 руб., с учетом положений пункта 1 части 4 статьи 1515 ГК РФ.

Довод о чрезмерности и завышености заявленной суммы компенсации отклоняется апелляционным судом, как основанный на неверном толковании норм права и направленный на переоценку вывода суда в указанной части.

Совокупность условий для снижения размера компенсации ниже минимального размера из материалов дела не усматривается, в связи с чем также отсутствуют основания для снижения размера компенсации в соответствии с Постановлением Конституционного суда РФ от 13.12.2016 № 28-П.

При этом, само по себе наличие статуса субъекта малого предпринимательства у ответчика в настоящем случае не является основанием для снижения размера взыскиваемой компенсации ниже минимально установленного законом предела, в отсутствие иных доказательств, поскольку, данные обстоятельства не позволяют сделать какие-либо выводы о материальном положении ответчика и не являются безусловным основанием для снижения размера компенсации. 

В нарушение положений ст. 65 АПК РФ апеллянтом не представлено доказательства наличия оснований для освобождения от ответственности в виде компенсации за нарушение прав истца, равно как не представлены доказательства наличия обстоятельств непреодолимой силы, сделавших невозможным соблюдение исключительных прав истца.

Учитывая характер допущенного правонарушения и исходя из необходимости сохранения баланса прав и законных интересов сторон, принимая во внимание то, что ответчик допустил нарушение исключительных прав, действия по заключению лицензионного договора ответчиком не предприняты, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что размер заявленной к взысканию компенсации является разумным и справедливым.

Кроме того, суд апелляционной инстанции учитывает, что компенсация является штрафной мерой ответственности и преследует, помимо прочих целей, цель общей превенции совершения правонарушений, что не выполняется в случае необоснованного снижения компенсации со стороны суда.

Давая оценку доводу ответчика о недоказанности наступления отрицательных последствий для истца, в связи с нарушением его прав, и признавая его несостоятельным суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего. 

Так, согласно статьям 1301 и 1515 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение и товарный знак правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

В силу специфики объектов интеллектуальной собственности, обусловленной их нематериальной природой, правообладатели ограничены как в возможности контролировать соблюдение принадлежащих им исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации третьими лицами и выявлять допущенные нарушения, так и в возможности установить точную или, по крайней мере, приблизительную величину понесенных ими убытков (особенно в виде упущенной выгоды), в том числе, если правонарушение совершено в сфере предпринимательской деятельности (Постановление Конституционного Суда РФ от 13.12.2016 № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края»).

Руководствуясь вышеизложенными нормами права и разъяснениями, суд первой инстанции обоснованно указал на то, что истец освобожден от доказывания размера причиненных ему убытков и наличие таких убытков подразумевается.

В силу статьи 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В соответствии с пунктом 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

С учетом изложенного, исходя из того, что суд первой инстанции пришел к выводу об удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме, апелляционный суд вопреки позиции апеллянта, полагает, что заявленное ответчиком ходатайство о снижении размера компенсации обоснованно оставлено судом первой инстанции без удовлетворения. 

Доводы апеллянта о том, что действия истца свидетельствуют о злоупотреблении правом, заявлены исключительно с целью взыскания компенсации, судом апелляционной инстанции отклоняются в силу следующего.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 154 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» суд вправе отказать лицу в защите его права на товарный знак на основании статьи 10 ГК РФ, если по материалам дела, исходя из конкретных фактических обстоятельств, действия по приобретению соответствующего товарного знака (по государственной регистрации товарного знака (в том числе по подаче заявки на товарный знак), по приобретению исключительного права на товарный знак на основании договора об отчуждении исключительного права) или действия по применению конкретных мер защиты могут быть квалифицированы как злоупотребление правом.

Злоупотребление правом устанавливается применительно к конкретному потерпевшему и в результате конкретных действий лица, злоупотребившего правом. С учетом этого злоупотребление правом в отношении одного лица само по себе не означает злоупотребления правом по отношению к другому лицу.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

Согласно пункту 2 той же статьи в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

По смыслу вышеприведенных норм добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов использования гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия. Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

При рассмотрении данного дела злоупотребление правом со стороны истца в отношении ответчика не установлено, поскольку, обратившись в суд с рассматриваемым иском, истец реализовал предусмотренное законом право на судебную защиту, не имея намерений причинить кому-либо вред или добиться иных неправовых последствий. Доказательств обратного ответчиком в материалы дела не представлено.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, в которых содержатся объекты интеллектуальной собственности, - с тем, чтобы удостовериться в отсутствии нарушения прав третьих лиц на эти объекты - должно получить необходимую информацию от правообладателя, соответственно, ответчик мог самостоятельно предпринять меры по проверке сведений о товарных знаках.

Довод ответчика о нарушении истцом досудебного порядка урегулирования спора апелляционным судом отклоняется по следующим основаниям.

Согласно пункту 5.1. статьи 1252 ГК РФ в случае, если правообладатель и нарушитель исключительного права являются юридическими лицами и (или) индивидуальными предпринимателями и спор подлежит рассмотрению в арбитражном суде, до предъявления иска о возмещении убытков или выплате компенсации обязательно предъявление правообладателем претензии.

Как следует из положений гражданского законодательства Российской Федерации, претензия представляет собой сообщение к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб, содержащее требования о выплате компенсации или возмещении причиненного ущерба.

Иск о возмещении убытков или выплате компенсации может быть предъявлен в случае полного или частичного отказа удовлетворить претензию либо неполучения ответа на нее в тридцатидневный срок со дня направления претензии, если иной срок не предусмотрен договором.

Согласно представленным в материалы дела документам, истцом в адрес ответчика была направлена претензия 04.08.2023 (60300086309236), которая была получена адресатом 04.09.2023. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что письмо ожидало вручения с 09.08.2023 до 04.09.2023, таким образом, именно ответчик не получил корреспонденцию вовремя, и пытается переложить ответственность за несоблюдение досудебного порядка на истца.

В связи с указанным, апелляционный суд приходит к выводу о том, что ответчик был надлежащим образом извещен об имеющихся у истца требованиях.

Кроме того, в данном случае из материалов дела и доводов ответчика не следует намерения предпринять попытку разрешения спора мирным путем.

Поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о желании ответчика разрешить спор мирным путем, доводы жалобы о несоблюдении претензионного порядка являются несостоятельными. Аналогичный правовой подход применен в постановлении президиума Суда по интеллектуальным правам от 05.04.2018 по делу № СИП-581/2017 (определением Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 300-ЭС18-10023 по делу № СИП-581/2017 в передаче дела в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отказано).

Отклоняя довод апелляционной жалобы о том, что истец не направил исковое заявление в адрес ответчика, апелляционный суд исходит из следующего.

В силу ч. 3 ст. 125 АПК РФ истец обязан направить другим лицам, участвующим в деле, копии искового заявления и прилагаемых к нему документов, которые у них отсутствуют, заказным письмом с уведомлением о вручении.

Согласно пункту 1 части 1 статьи 126 АПК РФ, к исковому заявлению прилагаются уведомление о вручении или иные документы, подтверждающие направление другим лицам, участвующим в деле, копий искового заявления и приложенных к нему документов, которые у других лиц, участвующих в деле, отсутствуют.

Факт исполнения истцом обязанности, предусмотренной вышеуказанными нормами процессуального права, по направлению ответчику копии искового заявления подтверждается материалами дела. 

Доказательств того, что какие-либо приложения к заявлению отсутствовали, ответчиком в материалы дела не представлено.

Иное апеллянтом в соответствии с требованиями ст. 65 АПК РФ не доказано. 

Требование истца о взыскании с ответчика судебных расходов, государственной пошлины рассмотрено судом в соответствии со статьями 101, 106, 110, 112 АПК РФ. Апелляционная жалоба доводов в указанной части не содержит.

Ссылка на судебную практику, отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку различие результатов рассмотрения дел, по каждому из которых устанавливается конкретный круг обстоятельств на основании определенного материалами каждого из дел объема доказательств, представленных сторонами, само по себе не свидетельствует о различном толковании и нарушении единообразного применения судами норм материального и процессуального права. Какого-либо преюдициального значения для настоящего дела данные судебные акты не имеют, приняты судами по конкретным делам, фактические обстоятельства которых отличны от фактических обстоятельств настоящего дела.

Доводы апелляционной жалобы фактически направлены на переоценку установленных судом первой инстанции фактических обстоятельств, выражают несогласие с выводами суда, не опровергают их.

Несогласие подателя жалобы с выводами суда первой инстанции не является процессуальным основанием отмены судебного акта, принятого с соблюдением норм материального и процессуального права.

При принятии решения арбитражным судом первой инстанции не допущено нарушений норм материального и процессуального права, надлежащим образом исследованы фактические обстоятельства дела, имеющиеся в деле доказательства; оснований для переоценки выводов суда первой инстанции и отмены решения не имеется. По правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя.

Руководствуясь статьей 110, пунктом 1 статьи 269, статьями 271, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции, 

постановил:

Решение от 04.12.2024 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-17989/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Судья                                                                                                  Т.В. Павлюк