АРБИТРАЖНЫЙ СУД АЛТАЙСКОГО КРАЯ

656015, Барнаул, пр. Ленина, д. 76, тел.: (3852) 29-88-01

http:// www.altai-krai.arbitr.ru, е-mail: a03.info@arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

 

Р  Е  Ш  Е  Н  И  Е

Дело № А03-2268/2023

г. Барнаул

02 октября 2023 года

Резолютивная часть решения суда объявлена 26 сентября 2023 года.

Решение суда изготовлено в полном объеме 02 октября 2023 года.

 

Арбитражный суд Алтайского края в составе судьи Ильичевой Л.Ю., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, с использованием средств аудиозаписи, посредством онлайн-заседания, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Федеральной налоговой службы России в лице УФНС России по Алтайскому краю к Администрации Баевского района Алтайского края, индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании солидарно убытков в размере 1 365 718, 89 рублей,

с привлечением к участию в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3, Комитета по экономике, управлению муниципальным имуществом администрации Баевского района Алтайского края,

при участии в судебном заседании представителей сторон:

- от истца – не явился, извещен;

- от администрации Баевского района Алтайского края – ФИО4, доверенность от 03.11.2022, диплом от 24.04.2009 № ВСГ 2011080 (посредством онлайн-заседания);

- от ФИО2 – ФИО2, паспорт (посредством онлайн-заседания).

-от третьих лиц – не явились, извещены, 

с участием в судебном заседании слушателя от УФНС по Алтайскому краю – ФИО5, служебное удостоверение, доверенность 19-23/09058 от 01.06.2023, 

 

У С Т А Н О В И Л:

Федеральная налоговая служба России в лице УФНС России по Алтайскому краю (далее – истец, налоговой орган, Управление) обратилась в арбитражный суд с исковым заявлением к Администрации Баевского района Алтайского края (далее - Администрация), индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – Предприниматель, ИП ФИО2) о взыскании солидарно убытков в размере 1 365 718, 89 рублей.

Определением от 17.02.2023 года исковое заявление принято к рассмотрению, назначено предварительное судебное заседание.

К участию в дело в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО3, Комитет по экономике, управлению муниципальным имуществом администрации Баевского района Алтайского края.

Исковые требования обоснованы со ссылками на статью 10, 61.12, 61.13 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьи 10, 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивированы наличием совокупности условий для возмещения ФИО2 как руководителя МУП «АТП Баевского района», Администрацией как учредителя МУП «АТП Баевского района» ФНС России убытков в размере 1 365 718, 89 руб.

Администрация Баевского района Алтайского края, индивидуальный предприниматель ФИО2 представили в материалы дела отзывы, в которых просили отказать налоговому органу в удовлетворении заявленных требований. Ответчики полагают, что отсутствует причинно-следственная связь между их действиями и наступлением вреда истцу.

Комитет по экономике, управлению муниципальным имуществом администрации Баевского района Алтайского края представил в материалы дела письменные пояснения по вопросам, возникшим в ходе судебного разбирательства. Позицию по заявленным требованиям не высказал, оставил решение вопроса на усмотрение суда.

ФИО3 отзыв на исковое заявление в материалы дела не представил.

Более подробно позиция лиц, участвующих в деле, изложена в исковом заявлении дополнительных пояснений, представленных в материалы дела.

Лица, участвующие в деле, о месте и времени судебного заседания извещены надлежащим образом в соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Судебное заседание, с учетом мнения представителей ответчиков, в соответствии со статьи 156 АПК РФ проводится в отсутствие представителей истца и третьих лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Ответчики в судебном заседании возражали против заявленных требований по доводам, изложенным в исковом заявлении, ответили на вопросы суда.

Исследовав материалы дела, доводы искового заявления, выслушав в судебных заседаниях представителей лиц, участвующих в деле, оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд установил следующие обстоятельства.

Федеральная налоговая служба, в соответствии с постановлениями Правительства Российской Федерации от 29.05.2004 № 257 и от 30.09.2004 № 506, является уполномоченным органом по представлению в делах о банкротстве и в процедурах, применяемых в делах о банкротстве, требований об уплате обязательных платежей и требований Российской Федерации по денежным обязательствам.

Федеральная налоговая служба России 26.07.2017 обратилась в Арбитражный суд Алтайского края с заявлением о признании муниципального унитарного предприятия «Автотранспортное предприятие Баевского района муниципального образования «Баевский район» Алтайского края (далее - МУП «АТП Баевского района», (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Алтайского края (далее - суд) от 31.07.2017 по делу № А03-12818/2017 принято к производству заявление ФНС России о признании МУП     «АТП Баевского района» (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом).

Сумма задолженности МУП «АТП Баевского района» по обязательным платежам и денежным обязательствам перед Российской Федерацией, включенная в реестр требований кредиторов, составляла 1 862 298,22 рублей.

При обращении в суд с заявлением о признании должника банкротом, налоговым органом установлено наличие у МУП «АТП Баевского района» следующего имущества:

- здание (контора), расположенное по адресу: 658510, 

<

...>, площадь 344 кв. м., кадастровый номер объекта недвижимости 22:03:010602:391, дата возникновения собственности - 25.07.2013;

- ГАЗ322132, 2005 года выпуска, гос. peг. знак 

<

***> дата возникновения собственности - 08.08.2007;

- ПАЗ332050R, 1999 года выпуска, гос. peг. знак 

<

***> дата возникновения собственности - 17.07.2014.

Иного имущества по данным регистрирующих органов не установлено.

При обращении в Арбитражный суд Алтайского края с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) налоговый орган ссылался на бухгалтерскую отчетность за 2016 год с расшифровкой отдельных показателей, представленной в налоговый орган 31.01.2017, активы МУП «АТП Баевского района» составляли 3 700 тыс. руб., из них:

- основные средства 3 464 тыс. руб.;

- запасы 111 тыс. руб.;

- дебиторская задолженность 125 тыс. руб.

Определением суда от 31.10.2017 в отношении МУП «АТП Баевского района» введена процедура, применяемая в деле о банкротстве, - наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО3, являющийся членом Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Лига».

Решением суда от 30.05.2018 МУП «АТП Баевского района» признано несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

В ходе процедуры банкротства конкурсным управляющим проведена инвентаризация имущества должника (составлены инвентаризационные описи № 1-3 от 20.08.2018). Выявлено наличие имущества: нежилое здание, площадь 343,6 кв. м.; одноэтажное здание (Гараж), площадь 1030,0 кв. м, передано на основании решения Баевского районного совета народных депутатов от 27.12.2006 №111, право собственности в ЕГРН не зарегистрировано; земельный участок (аренда); автобус TIA3332050R, 1999 год выпуска (в нерабочем состоянии); автобус ПАЗ 32054, 2009 год выпуска (в нерабочем состоянии), право собственности в ГИБДД не зарегистрировано; автомобиль ГАЗ 322132, 2005 год выпуска (в нерабочем состоянии); станок сверлильный 1985 года выпуска (металлолом); станок токарный (металлолом), 1 шт.; сиденья № 619, 21 штука.

Стоимость имущества, по мнению конкурсного управляющего, позволяло покрыть судебные расходы на процедуру конкурсного производства.

В соответствии с отчетами об оценке рыночная стоимость имущества составила 2 123 995,00 рублей.

В ходе конкурсного производства в период с 02.12.2019 по 24.02.2020 проведены первые и повторные торги в форме аукциона. Торги признаны не состоявшимися в виду отсутствия заявок.

По состоянию на 02.03.2020, в ходе торгов посредством публичного предложения, реализована одна единица имущества - лот № 3 (Автобус ПАЗ - 68 010,00 руб.). Остальное имущество не реализовано в виду отсутствия заявок.

Арбитражным управляющим на 26.02.2020 назначено собрание кредиторов со следующей повесткой дня:

1. Отчет конкурсного управляющего.

2. Внесение изменений в положение о порядке, сроках и об условиях продажи имущества МУП «АТП Баевского района».

К собранию кредиторов конкурсным управляющим представлено очередное положение о порядке продажи имущества должника, в котором, начальная цена продажи устанавливается в размере цены, установленной на последнем периоде проведения торгов посредством публичного предложения (т.е. начальная сумма имущества устанавливается в размере 50 % от повторных торгов в виде аукциона - 950 тыс. руб.).

Минимальная цена повторного публичного предложения по лоту устанавливается в размере не ниже 10 % от начальной цены лота (по предположениям конкурсного управляющего 230 тыс. руб., уполномоченного органа 94 тыс. руб.).

На собрании кредиторов уполномоченный орган ходатайствовал об объявлении перерыва для представления арбитражным управляющим пояснения о целесообразности проведения торгов и продолжения дальнейшей процедуры банкротства, а также расчета за счет каких средств возможно покрытие расходов процедуры банкротства.

Конкурсным управляющим представлено пояснение, согласно которому в ходе проведения торгов возможно поступление денежных средств от реализации имуществом от 50 % до 10 % от оценочной стоимости имущества должника (т.е. примерно от 1 100 тыс. руб. до 230 тыс. руб.). Также возможно поступление денежных средств от реализации имущества Должника, рыночная стоимость которого определена в соответствии с отчетом оценщика № 17/12/18-02 и составляет менее 100 тыс. руб. (максимальная стоимость 33 тыс. руб. минимальная стоимость реализации имущества 3 тыс. руб.).

Учитывая то, что, согласно предложенному проекту изменений в положение о продаже имущества минимальная стоимость имущества (цена отсечения), повторного публичного предложения по лоту устанавливается в размере не ниже 10% от начальной цены лота (объекты недвижимости - 84 772 руб.) налоговый орган 23.03.2020 обратился с заявлением о прекращении дела о банкротстве в виду недостаточности денежных средств на осуществление расходов.

По состоянию на 23.03.2020, в конкурсной массе МУП «АТП Баевского района» отсутствовали средства, достаточные для осуществления расходов по делу о банкротстве.

Текущие обязательства, в том числе расходы на конкурсное производство составили на дату рассмотрения ходатайства о прекращении 1 236 558,61 рублей.

Определением от 01.06.2020 судом отказано в прекращении производства по делу, в связи с ходатайством конкурсного управляющего о продлении процедуры конкурсного производства, поскольку у должника достаточно средств для погашения расходов в процедуре банкротства, а также не рассмотрено заявление о привлечении к субсидиарной ответственности.

В ходе процедуры конкурсного производства конкурсным управляющим проведены торги по реализации имущества, по результатам мероприятий имущество реализовано на общую сумму 332 122 руб.

Определением от 09.08.2021 процедура конкурсного производства завершена, а также судом указано, что в соответствии с ч. 9 ст. 142 Закона о банкротстве требования кредиторов, не удовлетворенные по причине недостаточности имущества должника, считаются погашенными.

В ЕГРЮЛ внесена запись о ликвидации юридического лица МУП «АТП Баевского района» от 11.11.2021.

Определением от 16.11.2021 к производству суда принято заявление ФИО3 о взыскании с МИФНС № 6 по Алтайскому краю за счет средств, выделенных на реализацию мероприятий, связанных с процедурой банкротства, в пользу арбитражного управляющего вознаграждения и понесенных расходов в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) МУП «АТП Баевского района» в размере 1 361 884,40 рубля.

Согласно уточненному заявлению, арбитражный управляющий просил взыскать с ФНС России в пользу ФИО6 вознаграждение и понесенные расходы в рамках дела о банкротстве в размере 1 395 484,40 рубля.

Определением от 02.08.2022 суд определил взыскать в пользу ФИО3, с Федеральной налоговой службы в лице УФНС России по Алтайскому краю за счет средств, выделенных на реализацию мероприятий, связанных с процедурами банкротства, сумму вознаграждения конкурсного управляющего и расходов на проведение процедуры конкурсного производства (почтовые расходы, расходы на публикации сообщений, командировочные расходы, канцелярские расходы) в размере 1 378 805,89 руб. В остальной части в удовлетворении заявления отказано.

Определением от 19.08.2022 суд определил: исправить допущенные судом описки. Изложить абзац четырнадцатый листа девять мотивировочной части определения суда по делу № А03-12818/2017 от 02.08.2022 в следующей редакции: «Остаток вознаграждения и судебных расходов составляет 1 365 718, 89 руб.». Изложить абзац первый резолютивной части определения суда от 26.07.2022 и абзац первый резолютивной части полного текста определения суда по делу № А03-12818/2017 от 02.08.2022 в следующей редакции: «Взыскать в пользу арбитражного управляющего ФИО3 с Федеральной налоговой службы в лице УФНС России по Алтайскому краю за счет средств, выделенных на реализацию мероприятий, связанных с процедурами банкротства, сумму вознаграждения конкурсного управляющего и расходов на проведение процедуры конкурсного производства (почтовые расходы, расходы на публикации сообщений, командировочные расходы, канцелярские расходы) в размере 1 365 718, 89 руб.».

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 03.10.2022, постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 18.01.2023 определение суда от 02.08.2022 оставлено без изменения, жалобы ФНС России - без удовлетворения.

Платежным поручением от 31.01.2023 № 124511 взысканная сумма в размере 1 365 718,89 руб. перечислена ФНС России на расчетный счет ФИО3

В связи с этим, ФНС России обратилось в суд с заявлением о взыскании с ФИО2 (далее - ФИО2, руководитель, ответчик), осуществляющего полномочия директора (руководителя) МУП «АТП Баевского района» в период с 10.06.2005 по 12.06.2018, с Администрации Баевского района Алтайского края (далее - Администрация, учредитель, ответчик), осуществляющего полномочия единственного учредителя должника с 10.06.2005 убытков в размере 1 365 718,89 руб.

Суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований исходя из следующего.

Согласно п. 1 ст. 61.11 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве), если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. 

Согласно п. 1 ст. 61.19 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве), если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве. 

В соответствии с п. 31 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 по смыслу пунктов 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу о банкротстве на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование, о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона. В этом случае иные лица не наделяются полномочиями по обращению в суд вне рамок дела о банкротстве с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности.

 Согласно позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 10.06.2021 года по делу № А56-69618/2019, действующее законодательство, в том числе Закон о банкротстве, не содержит положений о том, что материальное право кредитора на возмещение вреда, причиненного контролирующим лицом, перестает существовать (прекращается), если этот кредитор, располагающий информацией о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, не предъявил соответствующий иск к причинителю вреда до прекращения производства по делу о банкротстве.

 С учетом изложенного пункт 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве не может быть истолкован судами как исключающий в материальном смысле право на иск о привлечении к субсидиарной ответственности кредитора, осведомленного о наличии оснований для привлечения к такой ответственности на момент прекращения производства по делу о банкротстве, вне рамок дела о несостоятельности.

Положения о субсидиарной ответственности в настоящей редакции Закона о банкротстве введены Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ).

В силу пункта 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о субсидиарной ответственности, поданных с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции данного Закона).

В пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» указано, что положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ (в частности, нормы материального права - статьи 61.11, 61.12) применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения к такой ответственности (например, неисполнение обязанности по подаче заявления о собственном банкротстве, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника одной или нескольких сделок), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то есть после 30.07.2017. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ (в частности, статья 10) независимо от даты возбуждения производства по заявлению.

При этом действующие положения главы III.2 Закона о банкротстве применимы в отношении спорных правоотношений только в части процессуальных норм, поскольку в силу части 4 статьи 3 АПК РФ в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора и рассмотрения дела, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Согласно материалам дела с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) в арбитражный суд (дело №А03-12818/2017) ФНС России обратилось 26.07.2017, что подтверждается штампом входящей корреспонденции арбитражного суда; указанные в заявлении нарушения имели место до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, следовательно, к данным нарушениям в силу пункта 1 статьи 4 ГК РФ применяются материальные нормы статей 9, 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на момент их совершения.

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве неподача заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления. При этом субсидиарная ответственность в таких случаях наступает лишь по тем обязательствам должника, которые возникли после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Закона.

Применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время статьи 61.11, 61.12 Закона о банкротстве) в части норм материального права зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности, а не от того, когда было подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности. Нормы процессуального права подлежат применению в редакции, действующей на дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Презумпция, установленная подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, является материально-правовой, что предопределяется природой отношений возникающих в рамках привлечения к субсидиарной ответственности, имеющих в своей основе доказывание наличия гражданско-правового деликта. Закрепление в законе презумпций, которые, пока не доказано обратное, предполагают наличие в действиях контролирующего лица таких элементов состава как противоправность и вина, в каждом случае является реакцией законодателя на выявленные практикой типичные способы причинения вреда кредиторам.

При этом необходимо учитывать, что субсидиарная ответственность как исключительный механизм восстановления нарушенных прав кредиторов направлена на обеспечение интересов кредиторов и в этом смысле вводимые законодателем презумпции участвующие в доказывании наличия оснований для привлечения субсидиарной ответственности могут противопоставляться другому участнику оборота (должнику) с учетом правового регулирования, действующего в момент совершения вменяемого действия (бездействия).

Действие норм материального права во времени, подчиняется и правилам пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Данный подход обусловлен необходимостью достижения соразмерности при соблюдении интересов общества и условий защиты основных прав личности, то есть баланса конституционно защищаемых ценностей, а потому вопрос придания обратной силы закону, изменяющему обязательства юридически равных участников гражданского правоотношения, требует дифференцированного подхода, обеспечивающего сбалансированность и справедливость соответствующего правового регулирования, не допускающего ущемления уже гарантированных прав и законных интересов одной стороны и умаления возможностей их защиты в пользу другой (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 02.07.2015 N 1539-О).

Вместе с тем, в соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), после возвращения заявления о признании должника банкротом уполномоченному органу он вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование, о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если возврат заявления мотивирован отсутствием надлежащих свидетельств, подтверждающих вероятность обнаружения в достаточном объеме имущества должника, за счет которого могут быть покрыты расходы по делу о банкротстве.

 В этом случае иные лица не наделяются полномочиями по обращению в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности (пункты 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

Суд также обращает внимание на то, что законодательство о несостоятельности как в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ и Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее – Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), так и Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, предусматривало возможность привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности за доведение должника до банкротства (создание ситуации невозможности погашения требований кредиторов). 

Следовательно, несмотря на последовательное внесение законодателем изменений в положения, регулирующие рассматриваемые отношения, правовая природа данного вида ответственности сохранилась.

Принимая во внимание то, что обстоятельства, послужившие основанием, для предъявления уполномоченным органом требования о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, совершены до 01.07.2017, суд заключил, что при рассмотрении настоящего спора в части материального права подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакциях, действовавших в указанный период, а также существует возможность применения при разрешении спора разъяснений Постановления № 53 в части, не противоречащей применимой норме, с учетом схожести составов ответственности.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ) контролирующие должника лица солидарно несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника и (или) обязанностям по уплате обязательных платежей с момента приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества, составляющего конкурсную массу. Арбитражный суд вправе уменьшить размер ответственности контролирующего должника лица, если будет установлено, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине контролирующего должника лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет контролирующего должника лица, привлеченного к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Контролирующее должника лицо не отвечает за вред, причиненный имущественным правам кредиторов, если докажет, что действовало добросовестно и разумно в интересах должника. 

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), если должник признан банкротом вследствие действий и (или) бездействия контролирующих лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. 

В силу статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

Ответственность контролирующих должника лиц, установленная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, в связи, с чем возложение на ответчиков обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ. Лицо, требующее привлечения к субсидиарной ответственности, должно доказать состав гражданско-правового нарушения в действиях (бездействии) контролирующего должника лица, в том числе противоправность поведения привлекаемого лица, его вину, а также причинно-следственную связь между противоправным поведением и наступлением банкротства. 

Применительно к абзацу первому статьи 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. В целях квалификации действий причинителей вреда как совместных судебная практика учитывает согласованность, скоординированности и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. (абзац первый пункта 22 Постановления № 53).

 Как ранее, так и в настоящее время к такой ответственности подлежало привлечению лицо, осуществляющее фактический контроль над должником (независимо от юридического оформления отношений) и использовавшее властные полномочия во вред кредиторам, то есть своими действиями приведшее его к банкротству. Установление фактического контроля не всегда обусловлено наличием юридических признаков аффилированности (пункт 3 Постановления № 53).

Напротив, конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, в раскрытии своего статуса контролирующего лица не заинтересован и старается завуалировать как таковую возможность оказания влияния на должника. Следовательно, статус контролирующего лица устанавливается, в том числе через выявление согласованных действий между бенефициаром и подконтрольной ему организацией, которые невозможны при иной структурированности отношений.

 При этом в ситуации, когда инициирование вопроса о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности исходит от уполномоченного органа по итогам проведенных в отношении должника мероприятий налогового контроля, то судам необходимо руководствоваться, в том числе, правовой позицией, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, согласно которой материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания при рассмотрении обособленных споров в рамках дела о банкротстве. 

Данная правовая позиция Верховного Суда Российской Федерации сформирована в определении от 31.08.2020 года № 305-ЭС19-24480. 

В соответствии с положениями подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в результате причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

В силу разъяснений пункта 23 постановления от 21.12.2017 № 53 презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

  В пункте 16 постановления от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

На основании пунктов 1, 2 статьи 10 Закона о банкротстве в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином - должником положений настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

Нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Ответственность, предусмотренная пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Таким образом, возможность привлечения лиц, названных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности по указанным в данной норме основаниям возникает при наличии совокупности следующих условий: 

1) возникновения одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств; 

2) неподачи указанными в пункте 2 статьи 10 этого же Закона лицами заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; 

3) возникновения обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного в пункте 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (статья 68 АПК РФ).

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 1 статьи 9 АПК РФ).

В целях подачи заявления в суд по правилам статьи 9 Закона о банкротстве заявитель должен указать, когда непосредственно истек срок для подачи руководителем должника в арбитражный суд такого заявления (и когда, соответственно, истек срок принятия органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника); представить доказательства в обоснование названных сроков, а также доказательства, подтверждающие тот факт, что обязательства должника, по которым руководитель (учредитель, представитель собственника имущества) должника привлекается к субсидиарной ответственности, возникли после истечения срока, указанного в статье 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 2 ГК РФ гражданское законодательство регулирует отношения между лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, или с их участием, исходя из того, что предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг. Лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность, должны быть зарегистрированы в этом качестве в установленном законом порядке.

Убыточная деятельность, а равно деятельность, в результате которой предприятие не способно выполнять свои обязательства перед третьими лицами, а также налоговые обязанности и реально нести имущественную ответственность в случае их невыполнения, не соответствует его предназначению как коммерческой организации, преследующей в качестве основной цели извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ).

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче заявления должника в арбитражный суд, должны объективно отображать наступление критического для него финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц. 

Таким образом, действующее законодательство не предполагает, что руководитель (учредитель) должника обязан обратиться (принять решение об обращении) в арбитражный суд с заявлением о признании последнего банкротом, как только его активы стали уменьшаться, наоборот, данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния.

Кроме того, помимо объективной стороны правонарушения, связанной с нарушением обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены в статье 9 Закона о банкротстве, необходимо установить вину субъекта ответственности. Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, также имеет значение и причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Истец указывает на наличие в деяниях ответчиков состава деликатной ответственности:

- противоправный характер поведения лица, на которое предполагэтся возложить ответственность;

- наличие у потерпевшего лица убытков;

- причинно-следственная связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями;

- вина правонарушителя.

Между тем, представленные истцом доводы и доказательства не подтверждают наличие состава деликатной ответственности ответчиков перед налоговым органом.

Согласно ч. 2 ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Вопрос о привлечении к субсидиарной ответственности ответчиков, по основаниям, изложенным в иске налогового органа, уже рассматривался Арбитражным судом Алтайского края в рамках дела о банкротстве № А03-12818/2017 МУП «АТП Баевского района» по заявлению конкурсного управляющего.

Определением арбитражного суда от 29.08.2020, оставленным без изменения постановлениями Седьмого арбитражного апелляционного суда от 17.11.2020 и Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 05.02.2021, конкурсному управляющему должника отказано в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности Администрации Баевского района и ФИО2

В качестве основания для привлечении к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий ссылался на нарушение ответчиками ст. 9 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», в частности, на несоблюдение руководителем должника, его учредителем обязанности обратиться с заявлением о признании должника банкротом в арбитражный суд при наличии признаков банкротства, а также, в связи с не передачей бухгалтерских документов.

При рассмотрение данного обособленного спора арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Действующее законодательство не предполагает, что руководитель (учредитель) должника обязан обратиться (принять решение об обращении) в арбитражный суд с заявлением о признании последнего банкротом, как только его активы стали уменьшаться, наоборот, данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния.

Согласно инвентаризационной описи от 22.08.2018 № 1 в собственности должника находится нежилое здание (кадастровый номер 22:03:010602:391, адрес: 

<

...>; площадь 343,6 кв.м, (сообщение от 19.11.2018 № 3195956, размещенное на ЕФРСБ).

Согласно отчетам об оценке рыночной стоимости имущества должника от 17.12.2018 № 17/12/18-02, от 17.12.2018 № 17/12/18-01 стоимость движимого имущества составила 298 315 руб., недвижимого имущества - 1 703 940 руб. (сообщение от 29.12.2018 № 3362545, размещенное на ЕФРСБ).

В заявлении ФНС России о признании должника несостоятельным (банкротом) размер налоговой задолженности МУП «АТП Баевского района» по состоянию на 17.07.2017 составлял 1 928 129,75 руб., то есть денежную сумму, сопоставимую со стоимостью имущества должника, что не исключало возможности его реализации в целях погашения налоговой недоимки.

Кроме того, помимо объективной стороны правонарушения, связанной с нарушением обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены в статье 9 Закона о банкротстве, необходимо установить вину субъекта ответственности. Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, также имеет значение и причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

В свою очередь конкурсный управляющий должника не представил доказательств того, что в случае своевременного принятия директором и учредителем (собственником имущества) должника решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника задолженность перед кредиторами была бы погашена, то есть доказательств наличия прямой причинно-следственной связи между бездействием учредителя и наступившими последствиями в виде возникновения задолженности перед кредиторами, включенной впоследствии в реестр требований кредиторов.

Таких доказательств не представляет и налоговый орган.

Далее арбитражный суд указывает, что в рамках исполнительных производств составлен акт о совершении исполнительных действий от 27.08.2018, согласно которому по выходу на территорию МУП «АТП Баевского района» (по адресу: 

<

...>) были установлены истребованные судом документы в помещениях предприятия, после чего названные документы переданы конкурсному управляющему должника ФИО3

Акт совершения исполнительных действий от 27.08.2018 подписан судебным приставом-исполнителем, понятыми и самим конкурсным управляющим ФИО3 Постановлениями ОСП Баевского района Управления ФССП по Алтайскому краю от 27.08.2018 № 22026/18/17528 и от 27.08.2018 № 22026/18/17529 исполнительные производства от 01.06.2018 № 4127/18/22026 и от 07.08.2018 № 5273/18/22026 окончены в связи с полным исполнением требований по исполнительным документам.

На основании изложенного суд пришел к выводу, что на момент рассмотрения настоящего обособленного спора конкурсному управляющему передана документация должника. В абзаце 10 пункта 24 Постановления от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что к руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации, необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Конкурсный управляющий, во-первых, не конкретизировал объем недостающей документации, не указал, за какой период и какие именно документы ему необходимы для ведения процедуры, а, во-вторых, не мотивировал надлежащим и достаточным образом, каким образом не передача иной документации должника, точный состав которой он даже не представил, затруднила исполнение обязанностей конкурсного управляющего в ходе процедуры конкурсного производства.

Заявителем не представлено доказательств, что в распоряжении руководителя (учредителя) должника находятся или должны находиться иные документы, переданные конкурсному управляющему, не представлено доказательств затруднения проведения процедуры банкротства, а равно формирования и реализации конкурсной массы должника.

Распоряжением Администрации Баевского района от 11.08.2017 № 120р определено место хранения документов МУП «АТП Баевского района» - здание конторы МУП «АТП Баевского района» по адресу: 

<

...>.

По запросу временного управляющего ФИО3 от 01.11.2017 Администрация Баевского района представила всю имеющуюся у неё информацию об имуществе МУП «АТП Баевского района» и соответствующие документы.

На основании изложенного, суд не усмотрел правовых оснований привлечения ФИО2, Администрации Баевского района Алтайского края, Комитета по экономике, управлению муниципальным имуществом Администрации Баевского района Алтайского края к субсидиарной ответственности по обязательствам МУП «АТП Баевского района».

Оснований для пересмотра обстоятельств, установленных арбитражным судом в деле о банкротстве должника, не имеется.

Согласно п. 3 ст. 59 Закона о банкротстве, в случае отсутствия у должника средств, достаточных для погашения расходов, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заявитель обязан погасить указанные расходы в части, не погашенной за счет имущества должника, за исключением расходов на выплату суммы процентов по вознаграждению арбитражного управляющего.

На основании изложенного, учитывая поведение налогового органа в рамках дела о банкротстве, суд не находит оснований для взыскания с Администрации Баевского района Алтайского края, индивидуального предпринимателя ФИО2 убытков, полагая недоказанным истцом состава правонарушения для взыскания с ответчиков убытков, а именно: наличие причинно-следственной связи между неподачей ответчиками заявления и возникновением у ФНС убытков в виде возмещения расходов по делу о банкротстве.

Суд также не находит оснований для применения статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей на момент совершения правонарушения – обязанности руководителя обратиться с заявлением о признании должника банкротом), поскольку уполномоченным органом не представлено доказательств наличия у должника каких-либо обязательств, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Закона о банкротстве. Такие доказательства отсутствуют также в материалах дела № А03-12818/2017 о банкротстве.

Обращаясь с заявлением о банкротстве, налоговый орган должен был осознавать последствия своих действий, связанных не только с реализацией прав на возможное получение задолженности, предоставленных кредитору Законом о банкротстве, но и с принятием на себя соответствующих обязанностей, возложенных названных законом на заявителя, который в случае отсутствия у должника достаточных для погашения расходов по делу о банкротстве средств будет обязан погасить указанные расходы в порядке пункта 3 статьи 59 Закона о банкротстве.

Какие-либо доказательства того, что уполномоченный орган, обращаясь в суд с заявлением о банкротстве, разумно полагал (спрогнозировал) с учетом наличия административного ресурса (доступ к сведениям об имуществе организаций, доходам, финансовым потокам) получить какой-либо положительный экономический эффект от инициирования процедуры несостоятельности в материалы дела не предоставлены, соответствующие обстоятельства судами не установлены.

По настоящему иску налоговый орган пытается переложить ответственность за последствия, связанные с обращением в арбитражный суд с заявлением о банкротстве МУП «АТП Баевского района» на лиц, в деяниях которых арбитражный суд противоправных действий (бездействия) не установил.

Исходя из конкретных обстоятельств по делу, суд пришел к выводу об отсутствии доказательств причинно-следственной связи между возникшими у уполномоченного органа обязательством по выплате управляющему вознаграждения и расходами по делу о банкротстве и действиями ответчиков (как в форме бездействия, так и действия).

Исходя из положений статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

         Судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (ст. 9 АПК РФ).

        Оценив представленные в дело доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о том, что истец не доказал наличие оснований для привлечения ответчиков субсидиарной ответственности.

Учитывая вышеизложенное, суд отказывает в удовлетворении исковых требований.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

Р Е Ш И Л:

Федеральной налоговой службе России в лице УФНС России по Алтайскому краю в удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Алтайского края в апелляционную инстанцию – Седьмой арбитражный апелляционный суд, в течение месяца со дня принятия настоящего решения.

 

Судья Арбитражного

суда Алтайского края                                                                                      Л.Ю. Ильичева