АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

22 августа 2022 года

Дело №

А56-83328/2019

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Колесниковой С.Г., судей Боровой А.А.,               Бычковой Е.Н.,

при участии от  общества с ограниченной ответственностью «МедМодерн» ФИО1 (доверенность от 01.12.2021), от ФИО2 - ФИО3 (доверенность от 18.03.2021), от ФИО4 - ФИО3 (доверенность от 03.12.2019),

рассмотрев  15.08.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «МедМодерн» ФИО5 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.01.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2022 по делу № А56-83328/2019/суб.1, 

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.09.2019 принято заявление общества с ограниченной ответственностью «МедМодерн» адрес: 196070, Санкт-Петербург, Московский пр., д. 171, лит. А, пом. 8Н, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее - Общество), о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением от 03.12.2019 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО5.

Решением от 29.09.2020 Общество признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО5

В рамках дела о банкротстве Общества его конкурсный управляющий ФИО5 обратилась в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника контролирующих его лиц - ФИО6, ФИО2, ФИО4, ФИО7, ФИО8 и ФИО9.

Определением от 25.01.2022 суд первой инстанции привлек ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, отказал в удовлетворении остальной части требований, приостановил производство по обособленному спору до окончания расчетов с кредиторами.

В апелляционном порядке определение суд первой инстанции было обжаловано конкурсным управляющим в части отказа в удовлетворении требований.

 Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2022 указанное определение в обжалуемой части оставлено без изменения.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО5  просит отменить определение от 25.01.2022 и постановление от 18.05.2022 в части отказа в удовлетворении требований, дело направить в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

Податель жалобы полагает необоснованным вывод судов о недоказанности того, что ответчики могли давать должнику обязательные указания и получать выгоду.

Как указывает конкурсный управляющий, ФИО2 являлся заместителем генерального директора Общества, круг обязанностей не раскрыл; ФИО2 и его брат ФИО2 совершали сделки по выводу имущества Общества;                ФИО2 числился в списке лиц, имеющих возможность пользоваться банковскими картами Общества; исполнительный директор ФИО4, должностная инструкции в отношении которого не представлена, являлся родственником учредителя ФИО7 (доля участия 50%), не представил доказательства отсутствия влияния и контроля деятельности должника.

По мнению ФИО5 , заявление о признании Общества банкротом должно было быть подано не позднее января 2019 года, однако учредители ФИО10 и ФИО9 вышли из состава учредителей с целью освобождения их от заявленной ответственности, не созвали внеочередное собрание участников Общества  для принятия решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве Общества.

В судебном заседании представитель Общества поддержала доводы, приведенные в кассационной жалобе, а представитель ФИО2 и  ФИО4 возражал против удовлетворения жалобы.

Остальные лица, участвующие в деле, извещены о времени и месте судебного заседания, представителей не направили, в связи с чем жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и  установлено судами, с момента создания Общества 23.08.2017 по 24.09.2020 его единоличным исполнительным органом являлся ФИО6.

В обоснование своих требований конкурсный управляющий указал, что фактическое руководство Обществом  осуществляли: заместитель генерального директора ФИО2 (трудовой договор от 24.09.2018 № 31/18), также являющийся учредителем Общества в период с 17.08.2017 по 11.12.2018  с долей участия 25% и  в период с 11.12.2018 по 24.09.2020 – с доле в размере  50% уставного капитала, а также  исполнительный директор ФИО4 (трудовой договор от 01.02.2018 № 11/18), являющийся супругом учредителя ФИО7

Заявитель полагала, что привлечению к субсидиарной ответственности также подлежат ФИО7 как учредитель Общества с долей участия в период с 17.08.2017 по 11.12.2018 - 25%  и в период с 11.12.2018 по 24.09.2020 - 50%; ФИО10 - учредитель общества в период с 17.08.2017 по 07.12.2018 (доля  25%), которая 07.12.2018 вышла из состава участников Общества, а также ФИО9 - участник Общества в период с 17.08.2017 по 07.12.2018 (доля 25%), вышедшая  из состава участников 07.12.2018.

Конкурсный управляющий сослалась на то, что действия контролирующих должника лиц привели к существенному затруднению проведения процедуры банкротства, невозможности определения и идентификации основных активов должника и, как следствие, к невозможности удовлетворения требований кредиторов, а также на непередачу документации и материальных ценностей Общества конкурсному управляющему, искажение бухгалтерской отчетности, неподачу (несвоевременную подачу) заявления о признании должника банкротом, невозможность полного погашения требований кредиторов и причинение существенного вреда кредиторам.

В результате анализа и оценки исследованных в порядке статьи 71 АПК РФ доказательств, руководствуясь положениями пунктов 1 и 2 статьи 9, пункта 1 статьи 61.10, пунктом 1 статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002                          № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, правовыми позициями, изложенными пунктах 3, 7, 9, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 за 2016 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации  от 07.12.2015 № 307-ЭС15-5270, суды пришли к выводу о недоказанности статуса контролирующих должника лиц у ФИО2 и ФИО4,    ФИО7, ФИО8, ФИО9, в связи с чем отклонили требования конкурсного управляющего о привлечении названных лиц к субсидиарной ответственности.

Суды исходили из  недоказанности конкурсным управляющим того, что ФИО2, ФИО4, ФИО7, ФИО8 и ФИО9 обладали правом давать обязательные для исполнения должником указания, полномочиями на совершение от его имени сделок, получили какую-либо личную выгоду от сделок, заключенных Обществом, имели возможность распоряжаться денежными средствами должника, замещали должности его главного бухгалтера, финансового директора, а равно имели возможность иным образом определять действия должника, принуждая к тому его руководителя или членов органов управления, оказывая определяющее влияние на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Апелляционный суд проверил и обоснованно отклонил ссылку конкурсного управляющего  на пояснения бывших работников должника, согласно которым ФИО2, ФИО4 на собрании работников давали обязательные к исполнению организационные указания. Апелляционный суд установил, что подобное поведение ответчиков согласуется с осуществляемыми ими полномочиями в качестве заместителя генерального директора и исполнительного директора.

Довод конкурсного управляющего о непредставлении ответчиками должностных инструкций также обоснованно отклонен судом апелляционной инстанции, поскольку однозначно не свидетельствует  о наличии у них признаков контролирующего лица. При том, что иные доказательства конкурсным управляющим не представлены.

Является верным и вывод апелляционного суда о том, что брак  ФИО4 и ФИО7, свидетельствует об их аффилированности, но не подтверждает сам по себе того, что указанные лица могли определять и влиять на деятельность Общества.

Также проверены и отклонены доводы заявителя о подтверждении статуса контролирующих должника лиц со ссылкой совершение недействительной сделки.

Требование отношении ФИО7 признано необоснованным, поскольку конкурсный управляющий степень вовлеченности ответчика в процесс управления должником не раскрыл, возможность давать обязательные для исполнения Обществом указания или возможность иным образом определять действия должника, не обосновал.

Довод конкурсного управляющего о недобросовестности ФИО8 и ФИО9, выразившейся в выходе из состава участников Общества, не принят судами за недоказанностью.

Выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. Суды правильно применили нормы материального и процессуального права. Кассационная инстанция не находит оснований  для иной оценки представленных доказательств.

Несогласие подателя жалобы с оценкой судами фактических обстоятельств дела не может служить основанием для отмены обжалуемых судебных  актов.

С учетом изложенного правовых оснований для отмены обжалуемых судебных актов в соответствии с приведенными в кассационной жалобе  доводами не имеется.

 Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.01.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2022 по делу                                           № А56-83328/2019/суб.1 оставить без изменения, а кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «МедМодерн» ФИО5 – без удовлетворения.

 

Председательствующий

С.Г. Колесникова

Судьи

А.А. Боровая

Е.Н. Бычкова