РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-188414/23-101-461

г. Москва

18 октября 2024 года

Резолютивная часть решения объявлена 24 сентября 2024 года

Решение в полном объеме изготовлено 18 октября 2024 года

Арбитражный суд города Москвы в составе судьи Беловой И.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Семеновой И.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ТРАСТ-С» (ОГРН: исковое заявление АО «Банк Воронеж» о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, 

с участием:

- АО «Банк Воронеж» - ФИО1 (паспорт, доверенность от 24.04.2024);

- от ФИО2 – ФИО3 (паспорт, доверенность от 28.08.2023);

- от ФИО4 – ФИО5 (паспорт, доверенность от 06.03.2024); ФИО6 (паспорт, доверенность от 21.09.2023); ФИО7 (паспорт, доверенность от 21.09.2023),

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда города Москвы от 26.02.2020 в отношении ООО «Айсберг Групп» введена процедура наблюдения, временным утвержден ФИО8 (ИНН 

<

***>, рег. номер 6255, член Ассоциации СРО «МЦПУ» - Ассоциация саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Межрегиональный центр экспертов и профессиональных управляющих», адрес для корреспонденции: 170006, 

<

...>). 

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 14.03.2020 № 46 (6767). 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.08.2021 дело №А40-317278/19-90-53, рассматриваемой судьей Готыжевой З.М., передано на рассмотрение судьи Беловой И.А. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 28.01.2022 производство по делу № А40-317278/19-101(90)-53 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Айсберг Групп» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) прекращено. 

В Арбитражный суд г. Москвы 22.08.2023 поступило исковое заявление АО «Банк Воронеж» о привлечении контролирующих должника лиц ФИО9, ФИО4, ФИО10, ФИО2 к субсидиарной ответственности солидарно по обязательствам должника ООО «Айсберг Групп» в размере 83 960 193,08 руб.

В настоящем судебном заседании подлежало повторному рассмотрению исковое заявление АО «Банк Воронеж» о привлечении контролирующих должника лиц ФИО9, ФИО4, ФИО10, ФИО2 к субсидиарной ответственности солидарно по обязательствам должника ООО «Айсберг Групп» в размере 83 960 193,08 руб.

Несмотря на надлежащее извещение о времени и месте судебного разбирательства, иные участники в настоящее судебное заседание, не явились. 

В материалах дела имеются доказательства их надлежащего уведомления, кроме того, судом размещена информация о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Арбитражного суда города Москвы в информационно-телекоммуникационной сети Интернет. 

Дело рассматривается в порядке статей 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации от 24.07.2002 № 95-ФЗ в отсутствие лиц.

В судебном заседании представитель АО «Банк Воронеж» поддержал заявление.

Представитель ФИО10 возражал против удовлетворения заявления.

Представитель ФИО2 возражал против удовлетворения заявления.

Представитель Банка заявил ходатайство об истребовании у ФНС справок 2-НДФЛ и 3-НДФЛ в отношении ФИО2 и ФИО10 за 2015 год.

В силу части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства.

В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения. 

При удовлетворении ходатайства суд истребует соответствующее доказательство от лица, у которого оно находится. 

Часть 1 статьи 9 АПК Российской Федерации, устанавливающая, что судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности, тем самым конкретизирует предписания статьи 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации. 

В соответствии с частью 3 статьи 9 АПК РФ арбитражный суд оказывает содействие лицам, участвующим в деле, в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела. 

Учитывая наличие в материал дела справок 2-НДФЛ за период с 2018 года, доказательства, об истребовании которых заявлено заявителями, признаются судом неотносимыми, в связи с чем ходатайство об истребовании доказательств подлежит отклонению как безосновательное.

Имеющиеся в материалах настоящего дела документы являются достаточными для установления имеющих значения для дела обстоятельств. 

Оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности на основании статьи 71 АПК РФ арбитражный суд пришел к следующим выводам.

В силу части 1 статьи 67, статьи 68 АПК РФ арбитражный суд принимает только те доказательства, которые имеют отношение к рассматриваемому делу (относимость доказательств). Обстоятельства дела, которые должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (допустимость доказательств). Арбитражный суд в соответствии со статьей 71 АПК РФ оценивает доказательства (на предмет относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи в их совокупности) по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. 

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, 

В соответствии со статьей 32 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)» и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Порядок и основания привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности установлены в главе III.2 Закона о банкротстве. 

В силу пункта 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом. 

Заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, подлежат рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом (п. 1 ст. 61.16 Закона о банкротстве). 

В пункте 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве закреплено, что если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве. 

Заявление, поданное в соответствии с пунктом 1 настоящей статьи, рассматривается арбитражным судом, рассматривавшим дело о банкротстве. При рассмотрении заявления применяются правила пункта 2 статьи 61.15, пунктов 4 и 5 статьи 61.16 настоящего Федерального закона (п. 2 ст. 61.19 Закона о банкротстве). 

В обоснование искового заявления, Банк указал следующее.

Согласно данным ЕГРЮЛ в отношении ООО «Айсберг Групп» с 04.03.2013 по 30.12.2019 единственным участником должника являлся ФИО4 (далее – ФИО4), с 04.03.2013 по 23.01.2020 обязанности генерального директора исполнял так же ФИО4, с 24.01.2020 руководителем должника является ФИО9 (далее – ФИО9).

Также по мнению Банка, контролирующими общество лицами являются: ФИО2 (далее – ФИО2) – супруга ФИО4, а также ФИО10 (далее – ФИО10) – сын ФИО4

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, Банк указал на то, что ответчики не исполнили обязанность по передаче документации общества арбитражному управляющему, ответчиками совершены противоправные действия по целевому использованию денежных средств, полученных по кредитному договору от 27.03.2017, а также должник не представлял бухгалтерскую отчетность в налоговый орган.

Исследовав материалы дела, изучив доводы искового заявления, доводы отзывов на него, суд пришел к выводу о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствами ООО «Айсберг Групп» ФИО4 и ФИО9, по следующим обстоятельствам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Как указывалось выше, с 04.03.2013 по 30.12.2019 единственным участником должника являлся ФИО4, с 04.03.2013 по 23.01.2020 обязанности генерального директора исполнял так же ФИО4, с 24.01.2020 руководителем должника является ФИО9

Таким образом, ФИО4 и ФИО9 являются контролирующими должника лицами по смыслу ст. 61.10 Закона о банкротстве.

Согласно п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве устанавливает, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующего обстоятельства - документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. 

Положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника (пункт 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве). 

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. 

Неисполнение руководителем должника указанной обязанности является основанием для его привлечения к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. 

Из смысла подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве следует, что на руководителя организации-должника возлагается субсидиарная ответственность по ее обязательствам, если первичные бухгалтерские документы или отчетность: 

- отсутствуют; 

- не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации; 

- либо указанная информация искажена. 

То есть, для привлечения руководителя к субсидиарной ответственности достаточно установить наличие одного из перечисленных обстоятельств. 

Ответственность, предусмотренная подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанной обязанности, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе, путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника. 

Применительно к правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 № 9127/12, руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности за не передачу документации лишь при доказанности совокупности следующих условий: 

- объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения руководителем обязательств по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации; 

- вины руководителя должника, исходя из того, принял ли он все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации); 

- причинно-следственной связи между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона № 402-ФЗ от 06.12.11 «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года. 

Как установлено судом, определением Арбитражного суда города Москвы от 26.02.2020 по делу № А40-317278/19-101(90)-53 в отношении ООО «Айсберг Групп» введена процедура наблюдения, временным утвержден ФИО8.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 28.01.2022 по делу № А40-317278/19-101(90)-53 прекращено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Айсберг Групп» на основании с п. 1. ст. 57 Закона о банкротстве.

Следовательно, ответчики обязаны были обеспечить передачу документации управляющему со дня вынесения определения суда о введении процедуры банкротства.

Указанная обязанность ответчиками не исполнена.

Доказательства передачи документов в полном объеме ФИО4 и ФИО9 не представлены.

ФИО4 и ФИО9 в материалы дела не представлены доказательства отсутствия у них документов, а также вины, что не передача документов оказались невозможными по объективным причинам (п. 1 ст. 401 ГК РФ).

В соответствии с бухгалтерской отчетностью по итогам 2019 балансовая стоимость активов должника составляла 73 116 тыс. руб., из которых:

Запасы – 11 978 тыс.руб.;

Финансовые и другие оборотные активы – 61 134 тыс. руб.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ, от 21.12.2017 № 53, следует, что в случае применения при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпций, связанных с не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Отсутствие первичной бухгалтерской документации должника в полном объеме затруднило выявление и истребование дебиторской задолженности, сделало невозможным анализ и выявление подозрительных сделок должника. 

Не обеспечение ответчиками передачи документации должника конкурсному управляющему впоследствии привело к невозможности полноценного формирования конкурсной массы для удовлетворения требований кредиторов и тем самым нанесло ущерб их интересам и, как следствие, прекращение производства по делу о банкротстве общества.

Пунктом 1 статьи 44 Закона № 14-ФЗ определено, что единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Кроме того, надлежащих доказательств сдачи бухгалтерского баланса общества в налоговый орган, в материалы не представлено.

Таким образом, фактические руководители общества ФИО4 и ФИО9 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве по обязательствам общества.

Доводы ФИО4 о том, что он передал документацию должника ФИО9, в подтверждение чего представлен акт приема-передачи от 24.01.2020, отклоняются судом, поскольку представленный акт приема-передачи не позволяет идентифицировать переданные документы, так как в нем указано только наименование и количество папок.  

Других надлежащих доказательств передачи документации ФИО9, в материалы дела и суду не представлено.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Пунктом 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплено, что положения подпункта 1 пункта 2 настоящей статьи применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если: 

1) заявление о признании сделки недействительной не подавалось; 

2) заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен; 

3) судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества. 

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно (п. 8 ст. 61.11 Закона о банкротстве). 

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.17 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. 

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. 

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства. 

В пункте 17 названного Постановления разъяснено, что в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем. 

Пунктом 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.17 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» закреплено, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства. 

В пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.17 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. 

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения. 

Как следует из материалов дела, 27.03.2017 между АО «Банк Воронеж» и ООО «Айсберг Групп» был заключен кредитный договор 

<

***> об открытии возобновляемой кредитной линии, в соответствии с п. 1.1 которого (в редакции ДС № 1 от 28.04.2018) Банк предоставил должнику кредит в размере 59 200 000 руб. основного долга на условиях возвратности и оплаты процентов за пользование денежными средствами.

В соответствии с пп. 6 п. 1.2 Кредитного договора кредит предоставляется на следующие цели: пополнение оборотных средств, обеспечение тендерных заявок по государственным контрактам, участия в аукционах (проведение аукционов в электронном виде), закупка оборудования для исполнения государственных контрактов.

Однако обязательства по своевременной оплате денежных обязательств, вытекающих из Кредитного договора, заемщиком надлежащим образом не исполнены.

Требования Банка, установленные в реестре требований кредиторов общества в общем размере 83 960 193 руб., погашены не были.

Сведения о целевом использовании денежных средств в сумме 59 200 000 руб. в материалы дела не представлены.

Кроме того, обществом были заключены следующие сделки, экономическая обоснованность заключения которых, ответчиками не подтверждена:

28.12.2016 – договор займа № 7/12-16 от 27.12.2016 на сумму 3 000 000 руб.;

14.08.2017, 16.02.2018 (период неплатежеспособности общества) – выплата дивидендов ФИО4 за 2015 года в размере 5 955 000 руб.;

10.01.2019 – выплата дивидендов за 2016 год в размере 2 314 200 руб.;

08.04.2019 – отчуждение доли в уставном капитале ООО «Метида» номинальной стоимостью 20 000 руб. (66,67%) в размере 18 667,60 руб.

Указанные сделки не могли быть оспорены, поскольку дело о банкротстве общества прекращено в связи с отсутствием денежных средств у должника для проведения процедуры банкротства.

Указанные обстоятельства, свидетельствуют о недобросовестности в поведении ФИО4 и ФИО9, что бесспорно свидетельствует о наличии причинно-следственной связи между действиями (бездействиями) контролирующих должника лиц и негативными последствиями для его кредиторов.

На основании изложенного суд приходит к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО4 и ФИО9 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества за совершение сделок, причинившим вред обществу и кредиторам.

В силу пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Поскольку производство по делу о банкротстве общества прекращено, заявленная сумма субсидиарной ответственности в размере 83 960 193,08 руб. (размер неисполненных обязательств) подлежит взысканию с ФИО4 и ФИО9 в пользу Банка.

Вместе с тем, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявления Банка о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО2, по следующим основаниям.

Как указано в пункте 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника (подпункты 1 - 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве). 

Как указывает Банк, ФИО2 является супругой ФИО4, а ФИО10 является его сыном.

Брак между ФИО2 и ФИО4 расторгнут 21.11.2016, что подтверждается свидетельством о расторжении брака № 826653.

С учетом данных обстоятельств, представленных в дело доказательств, оснований полагать, что ФИО2 и ФИО10, являясь родственниками бывшего генерального директора общества, имели право давать для должника указания, являются контролирующими должника лицами, у суда не имеется, также не представлено доказательств того, что указанные лица являлись выгодоприобретателями по сделкам.

Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Доводы ФИО4 о пропуске Банком срока исковой давности, подлежат отклонению.

В соответствии с п. 3 ст. 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом. 

В соответствии с п. 5 ст. 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным главой III.2, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Предусмотренный абз. 1 п. 5 ст. 61.14 Закона о банкротстве срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: 

о лице, имеющем статус контролирующего; 

о неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность;

 о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности).

В рамках первой процедуры банкротства ООО «Айсберг Групп» требования АО «Банк Воронеж» рассмотрены не были в связи с прекращением производства по делу о банкротстве должника. 

Требования АО «Банк Воронеж» были включены в реестр требований кредиторов ООО «Айсберг Групп» только в ходе второй процедуры банкротства определением АСГМ от 24.06.2021 по делу № А40-317278/2019.

Право на подачу заявления о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Айсберг Групп» возникло у АО «Банк Воронеж» не ранее даты включения требования Банка в реестр требований кредиторов, то есть не ранее 24.06.2021. 

Следовательно, субъективный трехлетний срок исковой давности для АО «Банк Воронеж» также начинает течь не ранее 24.06.2021.

Настоящее исковое заявление подано 22.08.2023, то есть в течение срока исковой давности.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об удовлетворении заявления Банка в части привлечения ФИО4 и ФИО9 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Айсберг Групп», в остальной части отказать.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесённые лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 32, 61.11, 61.14 Закона о банкротстве, статьями 65, 71, 75, 184, 185, 223 АПК РФ, а также иными нормативными актами, указанными по тексту судебного акта,

РЕШИЛ:

В удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств – отказать.

Исковое заявление АО «Банк Воронеж» удовлетворить в части.

Привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Айсберг Групп» ФИО4 и ФИО9.

Взыскать солидарно с ФИО4 и ФИО9 в пользу АО «Банк Воронеж» в порядке субсидиарной ответственности 83 960 193,08 руб., а также госпошлину в размере 200 000 руб.

В части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО10 – отказать.

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в месячный срок с момента изготовления в полном объеме.

Информация о движении дела, о порядке ознакомления с материалами дела и получении копий судебных актов может быть получена на официальном сайте Арбитражного суда города Москвы в информационно-телекоммуникационной сети Интернет по веб-адресу: www.msk.arbitr.ru.

               Судья:

И.А. Белова