АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-24029/2022

Дело № А55-12707/2021

г. Казань

18 октября 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 13 октября 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 18 октября 2022 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Мельниковой Н.Ю., 

судей Гильмановой Э.Г., Желаевой М.З.,

при участии представителей:

истца – ФИО1 (доверенность от 06.05.2022),

ответчика – ФИО2 (доверенность от 01.07.2021),

рассмотрев в открытом  судебном заседании кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Рми-Сталь» и общества с ограниченной ответственностью «Хевел»

на решение Арбитражного суда Самарской области от 14.04.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.07.2022

по делу № А55-12707/2021

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Хевел» к обществу с ограниченной ответственностью «РосМетИндустрия» о взыскании,

третьи лица: публичное акционерное общество «Химпром», общество с ограниченной ответственностью «СпецАвтоСтрой», акционерное общество «Объединенная страховая компания», страховое публичное акционерное общество «Ингосстрах», Приволжское управление  Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору в лице Чувашского филиала,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Хевел» (далее – ООО «Хевел»),с учетом принятого судом первой инстанции в порядке статьи  49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) уменьшения размера заявленных требований,  обратилось в Арбитражный суд Самарской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «РосМетИндустрия» (далее – ООО«РосМетИндустрия») о взыскании убытков, возникших в связи с повреждением кабельных линий Кл1 и КЛ2 36 Кв, в общем размере 71 668 844 руб. 34 коп., из которых:

1.1. Реальный ущерб в размере 7 753 016,04 руб., включающий в себя:

- 1 462 569,79 руб. - расходы по восстановлению кабельных линий КЛ1 и КЛ2 35 кВ;

- 1 527 143,51 руб. - затраты в виде себестоимости забракованной продукции;

- 4 256 322,74 руб. - расходы, связанные с устранением неполадок в работе производственного оборудования, возникших вследствие аварийного останова производственной линии;

- 506 980 руб. - расходы по оплате труда за работу сверх нормы рабочего времени.

1.2. Упущенная выгода в размере 63 915 828,30 руб. (потери валовой прибыли в связи с недовыпуском готовой продукции по причине простоя производственной линии).

Решением Арбитражного суда Самарской области от 14.04.2022 по делу № А55-12707/2021 с ООО «РМИ-СТАЛЬ» в пользу ООО «Хевел» взысканы убытки, возникшие в связи с повреждением кабельных линий Кл1 и КЛ2 36 Кв, в размере 1 462 569 руб. 79 коп., а также расходы по оплате государственной пошлины 4081 руб.; в удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.07.2022 решение Арбитражного суда Самарской области от 14.04.2022 оставлено без изменений.

Не согласившись с решением арбитражного суда и постановлением арбитражного апелляционного суда ООО «Рми-Сталь» обратилось в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить в части удовлетворения исковых требований о взыскании с ООО «РМИ-Сталь» в пользу ООО «Хевел» убытков, возникших в связи с повреждением кабельных линий КЛ 1 и КЛ2 35 кВ, в размере 1 462 569 руб. 79 коп., и направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Самарской области по основаниям, изложенным в жалобе.

В частности заявитель кассационной  жалобы оспаривает  факт аварии,  ненадлежащие оформление  акта  об аварии,  размер  убытков.

Не согласившись с решением арбитражного суда и постановлением арбитражного апелляционного суда ООО «Хевел» обратилось в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить в части отказа в удовлетворении следующих исковых требований:  о взыскании 1 527 143,51 руб. - затраты в виде себестоимости забракованной продукции; о взыскании 4 256 322,74 руб. – расходы, связанные с устранением неполадок в работе производственного оборудования, возникших вследствие аварийного останова производственной линии;                      о взыскании 506 980 руб.- расходы по оплате труда за работу сверх нормы рабочего времени; о взыскании упущенной выгоды в размере 63 915 828,30 руб. (потери валовой прибыли в связи с недовыпуском готовой продукции по причине простоя производственной линии);                              о взыскании части уплаченной госпошлины в сумме 195 919 руб. (200 000 руб. - 4081руб.) и направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Самарской области  по основаниям, изложенным в жалобе.

В частности заявитель кассационной жалобы оспаривает оценку доказательств арбитражными судами в части требований о взыскании реальных убытков, указывает, что при рассмотрении дела                          № А79-6345/2020 при тех  же обстоятельствах  требования  удовлетворены  в  большом размере.

От АО «Объединенная страховая компания» поступил отзыв на кассационную жалобу ответчика, в котором просит обжалуемые судебные отменить, кассационную жалобу ответчика удовлетворить, в удовлетворении исковых требований отказать.

От ООО «Рми-Сталь» поступил отзыв на ООО «Хевел», в котором просит оставить обжалуемые судебные акты в части отказа в удовлетворении требований ООО «Хезел» о взыскании затрат в виде себестоимости забракованной продукции, расходов по устранению неполадок в работе производственного оборудования, расходов по оплате труда за работу сверх нормы рабочего времени, упущенной выгоды без изменения, а кассационную жалобу ООО «Хенел» - без удовлетворения.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб,  отзывов на них, заслушав представителей истца и ответчика, проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) правильность применения судами первой и  апелляционной инстанций   норм материального и процессуального права, суд округа приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения кассационных жалоб ввиду следующего.

Арбитражным судами первой и апелляционной инстанций установлено, что 30.04.2020  в 12 час. 07 мин. на заводе ООО «Хевел» (далее - Общество) произошло аварийное отключение электроэнергии, что привело к экстренной остановке всего производственно-технологического оборудования завода и отключению всех систем обеспечения пожарной, газовой безопасности, видеонаблюдения и охранной сигнализации.

Причиной аварийного отключения электроэнергии послужило повреждение объектов внешнего электроснабжения завода ООО «Хевел» - кабельных линий 35кВ (КЛ1, КЛ2), проходящих по трассе, расположенной на территории ПАО «Химпром». Данный факт зафиксирован совместным актом от 30.04.2020 с участием представителей ООО «Хевел» и ПАО «Химпром».

Повреждение кабельных линий 35кВ (КЛ1, КЛ2), принадлежащих Истцу, произошло в результате обрушения ориентировочно в 12 час. 05 мин. 30.04.2020 наружу части кирпичной кладки внешней стены нижней части 5 этажа корпуса № 301 ПАО «Химпром» при выполнении работ по его сносу ООО «РосМетИндустрия» в рамках заключенного с ПАО «Химпром» договора подряда от 20.01.2020 №2283.

Как указал истец, ответчиком в ходе выполнения работ по сносу здания были нарушены следующие требования «СП 325.1325800.2017. Свод правил. Здания и сооружения. Правила производства работ при демонтаже и утилизации», утв. приказом Минстроя России от 28.08.2017 № 1170/пр (далее - Свод правил): площадка сноса и участки производства работ не были ограждены в соответствии с ГОСТ 23407 с установкой знаков безопасности и надписями в соответствии с ГОСТ Р 12.4.026                  (пункт  4.3.); подрядчиком не приняты меры по обеспечению прочности и устойчивости оставшихся опорных конструкций и примыкающих к ним элементов, по предотвращению падения конструкций при освобождении их креплений, по временному закреплению оставшихся конструкций и ведению работ с применением ручных машин в опасной зоне (пункты 6.1.3, 6.1.4., 6.11).

Несоблюдение установленных требований при выполнении работ по сносу здания ООО «РосМетИндустрия», по мнению истца, привело к повреждению кабельной эстакады и расположенных на ней кабельных линий истца вследствие обрушения наружу части кирпичной кладки сносимого здания.

При этом ответчику на момент производства работ было достоверно известно о факте нахождения кабельной эстакады в непосредственной близости с местом производства работ по сносу, поскольку она является наземным сооружением и не относится к категории подземных (скрытых) сооружений.

Следовательно, как указал истец, во исполнение требований раздела 5 Свода правил в ходе проведения мероприятий по обследованию общего технического состояния зданий (сооружений), подлежащих сносу, ответчик обязан был определить возможность применения тех или иных методов организации для безопасного проведения работ, а также определить перечень необходимых и достаточных мероприятий, направленных на обеспечение безопасного производства работ с целью исключения причинения вреда имуществу третьих лиц.

В результате аварийного отключения электроэнергии была полностью остановлена работа производственной линии истца. Период простоя производственной линии с учетом времени, необходимого на ее запуск и выход на 100% плановую загрузку мощностей, составил с 12 час. 07 мин. 30.04.2020 по 06 час. 25 мин. 05.05.2020, что подтверждается актом о простое производственной линии.

Как указал истец, по вине ответчика истец вынужден был понести следующие убытки:

- расходы по восстановлению кабельных линий КЛ1 и КЛ2 35 кВ в размере 1 462 569,79 руб.;

- затраты в виде себестоимости забракованной продукции в сумме 1 527 143,51 руб. согласно прилагаемого к иску расчета. Согласно акту о простое производственной линии от 06.05.2020 в результате аварийного останова производственной линии общество понесло потери в виде забракованной продукции (полуфабрикатов);

- расходы, связанные с устранением неполадок в работе производственного оборудования, возникших вследствие аварийного останова производственной линии, в сумме 4 256 322,74 руб.;

- расходы по оплате труда за работу сверх нормы рабочего времени и в выходные (праздничные) дни работникам, привлеченным для ликвидации последствий аварии и запуска оборудования производственной линии согласно справке - расчету от 06.05.2020 в сумме 506 980 руб.

Кроме того, истец указал, что в связи с недовыпуском готовой продукции по причине простоя производственной линии истец не получил доход от реализации невыпущенного объема продукции, что является убытком в форме упущенной выгоды, рассчитанного истцом как потери валовой прибыли в размере 63 915 828,30 руб.

В целях досудебного урегулирования спора в адрес ООО «РосМетИндустрия» была направлена претензия, которая  ответчиком  оставлена  без удовлетворения, что послужило истцу основанием для обращения в суд с настоящим иском.

При рассмотрении настоящего спора арбитражные суды первой и  апелляционной инстанций  исходили из следующих установленных по делу обстоятельств и оценки  доказательств.

Согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее-ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. При этом в соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25                «О применении судами положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Для наступления ответственности, установленной статьей 15                     ГК РФ, необходимо наличие состава (совокупности условий) правонарушения, включающего: факт нарушения другим лицом возложенных на него обязанностей (совершения незаконных действий или бездействия), наличие причинно-следственной связи между допущенным нарушением и возникшими у заявителя убытками, а также размер причиненных убытков.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 10 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 №6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, причиненных гражданам и юридическим лицам нарушением их прав, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Необходимость таких расходов и их предполагаемый размер должны быть подтверждены обоснованным расчетом, доказательствами, в качестве которых могут быть представлены смета (калькуляция) затрат на устранение недостатков товаров, работ, услуг; договор, определяющий размер ответственности за нарушение обязательств, и т.п. Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на истце. При этом лицо, требующее через суд от иного хозяйствующего субъекта возмещения причиненных убытков, должно доказать наличие состава правонарушения. Отсутствие хотя бы одного из условий ответственности влечет отказ в удовлетворении иска.

Возражая по существу против заявленных требований, ответчик указал, что расследование аварий в электроэнергетике осуществляется в соответствии с Правилами расследования причин аварий в электроэнергетике, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 28.10.2009 № 846 (далее - Правила №846). Согласно пункту 3 Правил № 846 расследованию и учету подлежат аварии на всех объектах электроэнергетики и (или) энергопринимающих установках, расположенных на территории Российской Федерации, соответствующие указанным в пунктах 4 и 5 Правил критериям.

В силу пункта 4 Правил № 846 орган Ростехнадзора осуществляют расследование причин аварий, в результате которых произошли, в том числе, обрушение несущих элементов технологических зданий, сооружений объекта электроэнергетики и (или) энергопринимающей установки, если такое обрушение привело к введению аварийного ограничения режима потребления электрической и (или) тепловой энергии (мощности).

На основании пункта 5 Правил № 846, собственник, иной законный владелец объекта электроэнергетики и (или) энергопринимающей установки либо эксплуатирующая их организация осуществляют расследование причин аварий, в результате которых произошли, в том числе, повреждение основного оборудования электростанции, а также отключение такого оборудования; повреждение объекта электросетевого хозяйства (высший класс напряжения 6 кВ и выше) в электрических сетях или на электростанции.

В соответствии с пунктом 20 Правил № 846 результаты расследования причин аварий оформляются актом о расследовании причин аварии, форма и порядок заполнения которого утверждаются уполномоченным органом в сфере электроэнергетики. Министерство энергетики Российской Федерации  утвердило форму акта о расследовании причин аварий в электроэнергетике и порядок ее заполнения приказом от 02.03.2010 № 90.

Таким образом, в силу закона доказательством аварии в электроэнергетике является акт о расследовании причин аварии, составленный по форме и в порядке в соответствии с Правилами № 846.

В материалы дела истцом представлены: акт расследования повреждения кабельной эстакады от 30.04.2020; акт о полном отключении напряжения на кабельных линиях 35 кВ «КЛ1» и «КЛ2» от ТЭЦ-3 до ЗРУ 35/10 кВ на территории ПАО «Химпром» от 30.04.2020; акт о выходе из строя оборудования завода ООО «Хевел» вследствие аварийного отключения электроэнергии от 30.04.2020; акт о неисправности питающих кабельных линий 35 кВ завода ООО «Хевел» от 30.04.2020. Однако, по мнению ответчика, ни один из названных актов не является допустимым доказательством.

Акты о полном отключении напряжения на кабельных линиях 35 кВ «КЛ1» и «КЛ2» от ТЭЦ-3 до ЗРУ 35/10 кВ на территории ПАО «Химпром» от 30.04.2020; о выходе из строя оборудования завода ООО «Хевел» вследствие аварийного отключения электроэнергии от 30.04.2020; о неисправности питающих кабельных линий 35 кВ завода ООО «Хевел» от 30.04.2020 не являются актами о расследовании причин аварии, составленными в порядке, предусмотренном Правилами № 846. Кроме того, представители ответчика на подписание названных актов не вызывались.

Ответчик считает, что акт расследования повреждения кабельной эстакады от 30.04.2020 не является допустимым доказательством, поскольку согласно указанному акту вследствие произошедшей аварии произошло частичное разрушение металлоконструкций кабельной галереи со смещением несущих металлических опор. То есть, повреждение получили несущие элементы сооружения, которыми у кабельных галерей являются колонны и балки (пункт 2.3.113 Правил устройства электроустановок издание 7 (далее - ПУЭ)). Истец утверждает, что следствием данных повреждений явилось временное прекращение подачи электрической энергии в цеха ООО «Хевел», то есть, произошло аварийное ограничение режима потребления электрической энергии (мощности).

Следовательно, в силу подпункта «г» пункта 4 Правил № 846 причины данной аварии должен был расследовать орган Ростехнадзора.

В соответствии с пунктом 4 Порядка передачи оперативной информации об авариях в электроэнергетике, утвержденного приказом Минэнерго РФ от 02.03.2010 №91, оперативный персонал объекта осуществляет передачу органу Ростехнадзора информации об авариях в электроэнергетике, в результате которых произошли события, указанные в пункте 4 Правил № 846, в течение 20 минут с момента возникновения аварии. В силу пункта 10 Правил № 846 в случае, если расследование причин аварии осуществляет орган федерального государственного энергетического надзора, комиссия по расследованию причин аварии создается приказом руководителя данного органа (его заместителя). Этим же приказом определяется состав комиссии. Председателем комиссии назначается должностное лицо органа федерального государственного энергетического надзора.

В материалы дела представлено письмо Приволжского управления Ростехнадзора от 13.09.2021 №292-2398, в соответствии с которым в нарушение приведенных выше норм права, ООО «Хевел» не известило орган Ростехнадзора о произошедшей 30.04.2020 аварии, вследствие чего указанный орган был лишен возможности сформировать соответствующую комиссию и провести расследование причин указанной аварии.

В этой связи ответчик считает, что акт расследования от 30.04.2020 составлен истцом с превышением полномочий и является недопустимым доказательством в силу части 3 статьи 64 АПК РФ.

 При этом указанный акт по форме и содержанию не соответствует требованиям Правил №846, а также приказа Минэнерго РФ от 02.03.2010 №90. В частности, указанный акт не содержит перечень и описание повреждений оборудования объектов электроэнергетики и (или) энергопринимающих установок (подпункт «д» пункта 21 Правил №846).

Таким образом, по мнению ответчика, истец не доказал ни факт повреждения линий КЛ1 и КЛ2, ни размер ущерба от их повреждения.

Указанные доводы ответчика, аналогичные доводам его апелляционной и кассационной жалобам, были надлежащим образом оценены судами первой  и апелляционной  инстанций и отклонены в силу следующего.

Согласно пункту 2 указанных ответчиком правил под аварией понимаются технологические нарушения на объекте электроэнергетики и (или) энергопринимающей установке, приведшие к разрушению или повреждению зданий, сооружений и (или) технических устройств (оборудования) объекта электроэнергетики и (или) энергопринимающей установки, неконтролируемому взрыву, пожару и (или) выбросу опасных веществ, отклонению от установленного технологического режима работы объектов электроэнергетики и (или) энергоприни- мающих установок, нарушению в работе релейной защиты и автоматики, автоматизированных систем оперативнодиспетчерского управления в электроэнергетике или оперативно- технологического управления либо обеспечивающих их функционирование систем связи, полному или частичному ограничению режима потребления электрической энергии (мощности), возникновению или угрозе возникновения аварийного электроэнергетического режима работы энергосистемы.

Суды  пришли к выводу о том, что в данном случае речь идет о повреждении кабельных линий 35кВ (КЛ1, КЛ2), принадлежащих истцу не в результате каких-либо технологических нарушений на объекте электроэнергетике, а в результате механического воздействия на них.

Повреждение кабельных линий 35кВ (КЛ1, КЛ2), принадлежащих истцу, в результате падения на них частей строительных конструкций обрушаемых зданий и сооружений не относится к аварии в электроэнергетике, следовательно, приведенные ответчиком нормативные акты не могут быть применены в данном случае.

Кроме того, предметом исковых требований является взыскание ущерба, причиненного ненадлежащим исполнением ответчиком требований действующих строительных норм и правил при производстве работ по демонтажу зданий и условий договора.

Каких-либо требований к доказательствам причинения ущерба в результате неправомерных действий лица, приведших к повреждению или утрате имущества, в том числе и при повреждении кабельных эстакад указанное Постановление Правительства не содержит.

В данном случае, исходя  из существа спора, не будет иметь правого значения правильность оформления факта аварии. 

Сам факт аварии, произошедшей по вине ответчика, подтверждается материалами дела – представленными истцом выше перечисленными актами, а также пояснениями третьих лиц – ПАО «Химпром», СПАО «Ингострах» с приложением страховых материалов, в том числе аварийного акта по убытку от обрушения конструкции здания. 

Доводы  жалобы ответчика о ненадлежащем характере указанных доказательств опровергаются представленной истцом  в обоснование возражений на апелляционную жалобу перепиской с Приволжским управлением Ростехнадзора, который, в частности, письмом  № 292-812 от 03.06.2022 сообщил, что организация расследования причин аварии на объекте КЛ-35 кВ, произошедшей 30.04.3030, согласно п. 5 в) постановления Правительства Российской Федерации от 28.10.2009 № 846 «Правила расследования причин аварий в электроэнергетике», проводится собственником - ООО «Хевел».

Третье лицо - ПАО «Химпром», - в отзыве на иск указало, что между ПАО «Химпром» и ООО «РосМетИндустрия» (далее также - подрядчик, ответчик) заключен договор от 20.01.2020 № 2283 (далее - договор), согласно которому ООО «РосМетИндустрия» обязалось выполнить работы по созданию площадок складирования металлических отходов, щебня и т.д. с демонтажем корпусов № 301 и № 302 (далее – Объекты) и находящегося в них оборудования.

ПАО «Химпром» в свою очередь обязался передать ООО «РосМетИндустрия» лом черных и цветных металлов, образовавшийся в процессе демонтажа указанных объектов недвижимости и оборудования.

Согласно пункту 2.2.6 договора подрядчик обязан был выполнять мероприятия по защите примыкающих к объектам зданий, строений и сооружений, в том числе и от повреждений, включая постоянный мониторинг данных зданий и сооружений.

В нарушение условий договора подрядчиком не были выполнены условия указанного выше пункта, в части проведения мероприятия по защите находящейся в опасной зоне кабельной галереи кабельной линии 6, 35 кВ.

Подрядчиком также были нарушены положения разработанного им же и утвержденного Заказчиком ПОР, в части:

- обеспечения защиты инженерных частей (пункт 7.2);

- недопущения обрушения других конструктивных элементов здания при удалении какого-либо конструктивного элемента (пункт 9.2.4);

- осуществления сноса объекта методом обрушения конструкций внутрь (пункт 5.2.2.1).

Исходя из содержания статьи  754 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядчик несет ответственность за соблюдение при выполнении работ обязательных норм и правил.

В нарушение указанной нормы права, при производстве работ по демонтажу корпуса № 301 ПАО «Химпром» в рамках договора ответчиком были нарушены требования СП 325.1325800.2017 «Здания и сооружения. Правила производства работ при демонтаже и утилизации» (далее - Правила), а именно: пункты 5.1-5.5, выразившиеся в осуществлении демонтажа корпуса № 301 без учета конструктивных особенностей здания ввиду отсутствия обследования здания; пункты 6.1.3, 6.1.4, 6.11 выразившиеся в непринятии подрядчиком мер к обеспечению прочности и устойчивости оставшихся опорных конструкций и примыкающих к ним элементов, по предотвращению падения конструкций при освобождении их креплений, по временному закреплению оставшихся конструкций и ведению работ с применением ручных машин в опасной зоне.

Арбитражными судами  установлено, что ответчику на момент производства работ было достоверно известно о факте нахождения кабельной эстакады в непосредственной близости с местом производства работ по сносу, поскольку она является наземным сооружением и не относится к категории подземных (скрытых) сооружений.

Следовательно, во исполнение требований раздела 5 Правил в ходе проведения мероприятий по обследованию общего технического состояния зданий (сооружений), подлежащих сносу, ответчик обязан был определить возможность применения тех или иных методов организации для безопасного проведения работ, а также определить перечень необходимых и достаточных мероприятий, направленных на обеспечение безопасного производства работ с целью исключения причинения вреда имуществу третьих лиц, поскольку обязанность по разработке ПОР лежит именно на ответчике.

В результате указанных нарушений подрядчика, при выполнении им в рамках договора работ по демонтажу корпуса № 301 30.04.2020  приблизительно в 12 час. 05 мин. в процессе разборки верхней части стены 5 этажа произошло обрушение наружу части кирпичной кладки внешней стены нижней части этажа.

Вследствие обрушения наружу куски кирпичной кладки упали на кабельную галерею кабельной линии 6,35 кВ, произошло частичное разрушение кабельной галереи со смещением несущих металлических опор, а также произошло повреждение всех проводов кабельной галереи и их частичный обрыв.

По данному факту комиссией, созданной приказом Генерального директора ПАО «Химпром», с участием представителя ТПП и представителя ООО «РосМетИндустрии» ФИО3, отказавшегося от подписи, 30.04.2020 был составлен акт расследования повреждения кабельной эстакады.

01.05.2020 с актом был ознакомлен представитель ООО «РосМетИндустрии» - руководитель проекта ФИО4; 01.05.2020 сторонами был составлен совместный акт обследования технического состояния строительных конструкций кабельной эстакады с торца корпуса № 301 вдоль автодороги, в котором были зафиксированы соответствующие повреждения эстакады. Акт от ООО «РосМетИндустрия» был подписан соответственно руководителем проекта ФИО4 и прорабом ФИО3 Полномочия представителей ООО «РосМетИндустрии» на участие в составлении акта были подтверждены письмом ООО «РосМетИндустрия» от 14.05.2020 № 1405.

При этом на разрушенной кабельной галереи, принадлежащей ПАО «Химпром», помимо принадлежащих ему кабельных линий также располагались кабельные линии, принадлежащие ООО «Хевел», которые также были повреждены при обрушении кабельной галереи, что подтверждается совместным актом от 30.04.2020 с участием представителей ООО «Хевел» и ПАО «Химпром».

При таких обстоятельствах суды признали доказанной вину ответчика в произошедшем разрушении кабельной галереи и кабельных линий, принадлежащих ООО «Хевел».

По расчету истца реальный ущерб в размере расходов по восстановлению кабельных линий КЛ1 и КЛ35кВ составил 1 462 569,79 руб., что представляет собой разницу между общим размером понесенных истцом расходов по восстановлению кабельных линий в сумме 2 824 377,87 руб. и страховым возмещением, выплаченным истцу СПАО «Ингосстрах».

Арбитражные суды, оценив  представленные  доказательства, пришли к выводу, что указанные расходы на устройство временной кабельной трассы, расходы по восстановлению кабельных линий и оплату работ выполненных ООО «Энерго Строй» и ООО «Амазонка» подтверждены документально.

К выводу о подтвержденности данных расходов пришло и СПАО «Ингосстрах» при выполнении своих обязанностей в рамках действующего на момент страхования договора страхования.

Арбитражные суды пришли  к выводу о доказанности причинно-следственной связи между убытками от повреждения КЛ1, КЛ2 и действиями ответчика, реальный ущерб в размере 1 462 569 руб. 79 коп. расходов по восстановлению кабельной линии КЛ1 и КЛ2, взыскав с ответчика в пользу истца данную  сумму.

Отказывая в удовлетворении остальной части размера убытков, суды пришли  к выводу, что весь объем затрат нельзя посчитать доказанным, а также поставить в вину ответчику и сделать вывод о наличии причинно-следственной связи между действиями последнего и заявленными истцом убытками в оставшейся части.

Согласно представленному истцом «Отчету по работам, выполненным службой сервисного обслуживания завода в рамках запуска оборудования после внезапного прекращения электроснабжения 30.04.2020» (далее - «Отчет по работам») после восстановления электроснабжения были выявлены следующие неисправности оборудования: неисправность сетевой платы вакуумного насоса станции КАИ 10; неисправность карты памяти контроллера передачи данных Siemens ET200S; неисправность панели управления 4РР420/0571-К30; ошибка связи в сети Profibus CSK.

Вместе с тем, исходя, в том числе из  возражений  ответчика, представленные в дело доказательства опровергают факт повреждения указанного оборудования. В частности, согласно расчету упущенной выгоды, приложенному истцом к претензии от 29.07.2020, план производства 30.04.2020 был не выполнен лишь на 0,6%, то есть, несмотря на прекращение энергоснабжения в 12:07 час. 30.04.2020, производственное оборудование истца работало на протяжении всего дня 30.04.2020.

Данное обстоятельство объясняется наличием у истца источников бесперебойного питания (ИБП), которые при прекращении подачи электроэнергии от «штатных» источников питания осуществляют энергоснабжение производственного оборудования в целях безаварийной остановки производственного процесса. Наличия ИБП истец подтвердил в объяснениях от 25.01.2022.

Вместе с тем, факт работы производственной линии на протяжении всего дня 30.04.2020 опровергает довод ООО «Хевел» о повреждении в 12:07 30.04.2020 вакуумного насоса, панели управления транспортером и карты памяти на контроллере, поскольку без указанного оборудования, по утверждению истца, работа производственной линии невозможна.

Если повреждение указанного производственного оборудования имело место, истец не доказал, что оно явилось следствием противоправных действий ответчика, в силу чего доводы  жалобы истца о том, что факт выполнения истцом плана производства на 30.04.2020 не свидетельствует о работе производства на протяжении всего этого дня, а также о том, что использование плановых производственных показателей эффективности завода в качестве доказательства отсутствия последствий аварии для производственной линии истца является некорректным, был оценен и  отклонен судом апелляционной инстанции.

Согласно исковому заявлению, указанное оборудование было повреждено вследствие аварийного останова производственной линии. Вместе с тем истец не поясняет, как именно аварийный останов сказался на работоспособности оборудования. То есть, истец не приводит доказательств причинно-следственной связи между данными событиями.

Доводы истца о потерях в виде забракованной продукции вследствие аварийного останова производства; о том, что вследствие аварии он понес расходы по оплате труда за работу сверх нормы рабочего времени, заявленные в жалобе, также  были предметом  оценки суда апелляционной  инстанции и  отклонены, как бездоказательные и опровергаемые представленными в дело доказательствами. Истцом   не представлены первичные документы, подтверждающие брак и оформляющие движение бракованной продукции; доказательства отражения брака в бухгалтерском учете истца.

Как  и не представлено  обоснованных  доводов, почему  такие  данные не подлежат отражению  в бухгалтерском  учете истца.

Доказательствами сверхурочной работы могут быть приказы (распоряжения) работодателя о привлечении сотрудника к сверхурочной работе, табели учета рабочего времени, график работы, путевые листы, другие документы, в которых отражено фактическое время работы. Доказательствами оплаты сверхурочной работы могут быть расчетно-платежные (платежные) ведомости, расходные кассовые ордера, платежные поручения. Ни один из указанных документов, кроме расчета истца, в дело не представлен.

При  представлении указанных доказательств истец имел возможность скрыть персональные данные своих работников. Не все перечисленные документы содержат  в себе персональные данные  работников, но и такие документы  представлены  не были.

 Суды также обоснованно учли, что восстановление поврежденных кабельных линий, как следует из материалов дела, осуществлялось подрядными организациями, а не работниками истца. 

Таким образом, арбитражные суды  пришли к выводу, что расходы истца по оплате труда за работу сверх нормы рабочего времени документально не подтверждены, и если имели место, то не находятся в причинной связи с повреждением кабельной галереи.

Исходя из предмета  доказывания по настоящему спору, арбитражные суды  при оценке  доказательств и доводов по делу  исходили  из положений статьи 71  АПК РФ.

В обосновании своих доводов и возражений  стороны спора имели возможность заявить по делу  ходатайство о проведении по делу  судебной экспертизы. Спорные вопросы  технического и иного характера                            (не правого) могли быть переданы  на рассмотрение и оценку специалистов. Ни истец, ни ответчик  таким  правом  не воспользовались.

Также  при рассмотрении требований истца в  части взыскания упущенной выгоды, суды  не установили оснований для их удовлетворения.

 Согласно пункту 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 24.03.2016 №7, при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления.

Предъявляя требование о взыскании упущенной выгоды, истцу необходимо доказать, какие доходы он реально (достоверно) получил бы при надлежащем исполнении обязательств в обычных условиях гражданского оборота. То есть, лицо, требующее возмещения убытков в форме упущенной выгоды, должно доказать, что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве субъективного представления данного лица.

Кроме того, необходимым условием для удовлетворения требования о взыскании упущенной выгоды является установление допущенного ответчиком нарушения, как единственного препятствия для получения истцом дохода при принятии им всех необходимых мер к его получению.

Истец указал, что вследствие простоя общество «Хевел» не получило доход от реализации невыпущенного объема продукции, не представив при этом доказательств возможности реализации и получения прибыли.

Арбитражные  суды установили, что в расчете упущенной выгоды истец использует исключительно плановые показатели производственной эффективности, утвержденные приказом генерального директора,  а также данные о стоимости сырья для производства продукции и цене продажи готовой продукции, не подтверждая их какими-либо документами. Свои потенциальные расходы истец ограничивает стоимостью сырья, не учитывая покупку материалов, топлива, использование основных производственных фондов (машины и оборудование), оплату труда работников, другие затраты, связанные с производством и реализацией продукции (общехозяйственные расходы, внереализационные расходы, налоговые платежи и т.п.). Расчет упущенной выгоды не подтвержден документально.

В процессе рассмотрения дела в Арбитражном суде Самарской области заявил ходатайство о назначении экономической экспертизы в целях подтверждения размера убытков в виде упущенной выгоды, однако впоследствии от ходатайства отказался, просил вернуть ему денежные средства с депозита суда.

Согласно статье 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, вправе знать об аргументах друг друга до начала судебного разбирательства. Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. Таким образом, истец не воспользовался своими процессуальными правами, что является его коммерческими рисками.

При таких обстоятельствах, с учетом оценки представленных доказательств и доводов сторон  в их совокупности, арбитражные суды пришли к выводу, что  требования о взыскании убытков, возникших в связи с повреждением кабельных линий в размере 1 462 569 руб. 79 коп. подлежат  удовлетворению, основания для удовлетворения исковых требований в оставшейся части истцом не доказаны.

Доводы кассационных жалоб изучены судом, однако, они подлежат отклонению, поскольку указанные в кассационных жалобах доводы не опровергают законность и обоснованность принятых по делу судебных актов и правильности выводов судов, а свидетельствуют о несогласии заявителей с установленными судами обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку.

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 АПК РФ.

Иная оценка заявителями жалоб установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

При рассмотрении дела и вынесении обжалуемых судебных актов судами нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено. Нормы материального права применены правильно.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований для удовлетворения кассационных жалоб не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Самарской области от 14.04.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.07.2022 по делу № А55-12707/2021 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке и сроки, установленные статьями 291.1., 291.2. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судьяН.Ю. Мельникова

СудьиЭ.Г. Гильманова

М.З. Желаева