ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-9274/2024

г. Челябинск

15 августа 2024 года

Дело № А47-13210/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 07 августа 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 15 августа 2024 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ковалевой М.В.,

судей Кожевниковой А.Г., Курносовой Т.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Клочкович С.А.,  рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  общества  с ограниченной ответственностью «Профессиональная коллекторская организация «НБК» на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 31.05.2024 по делу №А47-13210/2023 о завершении процедуры реализации имущества должника.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 16.08.2023 принято к производству заявление ФИО1 (далее – должник) о признании ее несостоятельной (банкротом), возбуждено дело о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 30.03.2023 (резолютивная часть объявлена 26.09.2023) должник признан несостоятельным (банкротом) с открытием процедуры реализации имущества сроком на шесть месяцев. Финансовым управляющим должника утверждена ФИО2, член Союза «Саморегулируемая организация «Гильдия арбитражных управляющих»

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества  опубликовано  в газете «Коммерсантъ» №187(7632) от 07.10.2023.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 31.05.2024 по делу №А47-13210/2023 процедура реализации имущества должника в отношении ФИО1 завершена, должник освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе, требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина.

Не согласившись с принятым судебным актом, общество с ограниченной ответственностью «Профессиональная коллекторская организация «НБК» (далее – ООО «ПКО «НБК», заявитель) обратился с апелляционной жалобой, просит определение отменить в части применения положений статьи 213.28 Закона о банкротстве и освобождения должника от обязательств перед кредитором обществом  ПКО «НБК».

В обоснование апелляционной жалобы указывает, что последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности путем получения денежных средств в различных кредитных организациях, принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств  при получении банковских кредитов исходя из уровня дохода должника в рассматриваемом случае должно быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств. Заключение должником новых кредитных договоров повлекло за собой увеличение финансовой нагрузки по оплате кредитных платежей по договору, правопреемником по которому является заявитель, а в дальнейшем способствовало прекращению исполнения должником обязательств по данному договору, что повлекло за собой увеличение кредиторской задолженности и количество кредиторов по настоящему делу. Должник злоупотребил своими правами, заключив кредитный договор с другим Банком в отсутствии достаточного дохода для оплаты всех платежей. 

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.06.2024 апелляционная жалоба кредитора принята к производству, судебное заседание назначено на 07.08.2024.

Лица, участвующие в деле, уведомлены о дате, времени и месте судебного разбирательства посредством почтовых отправлений, размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», представителей в судебное заседание не направили.

В соответствии со статьями 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие лиц, участвующих в деле.

В апелляционной жалобе заявитель оспаривает определение суда первой инстанции в части освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств перед ООО «ПКО «НБК».

В силу части 5 статьи 268 АПК РФ, с учетом разъяснений, данных в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 №12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений. При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ..

Возражений относительно проверки обоснованности и законности судебного акта только в обжалуемой части лицами, участвующими в деле, не заявлено.

В отсутствие возражений сторон в соответствии с ч. 5 ст. 268 АПК РФ определение пересматривается арбитражным апелляционным судом в обжалуемой части.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ в обжалуемой части.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзывов, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) судебного акта в обжалуемой части в связи со следующим.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пунктом 1 статьи 213 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI указанного Закона.

Согласно пункта 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По истечении срока процедуры реализации имущества финансовым управляющим во исполнение требований пункта 1 статьи 213.28 Закон о банкротстве суду представлен отчет финансового управляющего о своей деятельности и о результатах проведения процедуры реализации имущества гражданина с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества в отношении ФИО1

Из представленного в материалы дела отчета финансового управляющего по состоянию на 26.02.2024 усматривается, что кредиторы должника первой и второй очереди не установлены.

В реестр требований кредиторов включены требования кредиторов третьей очереди на общую сумму 491 576,51 руб., в том числе:

- ПАО «Сбербанк» в общем размере 180 064,40 руб.

- ООО «ПКО «НБК»  в общем размере 250 256,75 руб.;

- ООО «ХКФ» в общем размере 61 255,36 руб.

Как установлено апелляционным судом и следует из материалов дела, определением  суда от 12.12.2023 в реестр требований кредитора должника включено требование ООО «НБК» в размере 250 256,75 руб., возникшее на основании заключенных между АО ОТП Банк и ФИО1 кредитному  договору №2690489834 от 20.02.2015. Права требования по указанным кредитным договорам переданы первоначальным кредитором обществу «ПКО «НБК» на основании договора уступки прав (требований) №04-08-04-03/91 от 18.10.2018.

ФИО1 осуществляет трудовую деятельность вахтовым методом работы.

В соответствии с представленным отчетом финансового управляющего, поступившие на счета должника денежные средства в размере 228 995,88 руб. распределены финансовым управляющим на погашение текущих и запланированных по окончанию процедуры платежей по делу о банкротстве (18 994,95 руб.) на частичное погашение третьей очереди ПАО «Сбербанк России» (74 683,10 руб.), ООО «НБК» (103 795,92 руб.), ООО «ХКФ» (25 406,13 руб.).

Финансовым управляющим имуществом должника проведен анализ финансового состояния должника, анализ наличия (отсутствия) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства.

Кроме того, финансовым управляющим с целью розыска имущества и получения сведений о должнике направлены запросы в соответствующие регистрирующие органы (копии запросов и ответов представлены в материалы дела).

Как следует из представленных ответов, имущество у должника отсутствует, самоходная техника, маломерные суда за должником не зарегистрированы. 

Финансовым управляющим должника представлено заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства, из которого следует, что им сделан вывод об отсутствии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства.

Таким образом, иное имущество, которое может быть реализовано в ходе процедуры банкротства, не выявлено. Финансовым управляющим в материалы дела представлено заключение об отсутствии признаков фиктивного или преднамеренного банкротства должника от 26.02.2024.

Из совокупности представленных в материалы дела доказательств следует, что у должника объективно отсутствует возможность полностью погасить задолженность перед кредиторами, т.к. отсутствует какое-либо имущество, на которое возможно было бы обратить взыскание.

Полагая, что в рамках процедуры банкротства в отношении должника проведены все необходимые мероприятия, имеются основания для завершения процедуры реализации имущества, финансовый управляющий обратился с ходатайством о завершении реализации имущества гражданина, при этом указал на обоснованность применения к должнику ФИО1 положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении гражданина от обязательств перед кредиторами.

При рассмотрении вопроса о завершении процедуры реализации имущества должника обществом «ПКО «НБК» заявлено ходатайство о неприменении в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств перед ним.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества должника суд первой инстанции, придя к выводу  о доказанности материалами дела наличия всех необходимых и достаточных оснований для завершения процедуры реализации имущества, на основании статьи 213.28 Закона о банкротстве признал необходимым процедуру реализации имущества гражданина, открытую в отношении имущества должника, завершить.

Доводов в части завершения процедуры реализации имущества должника апелляционная жалоба не содержит.

Применяя в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств, суд первой инстанции исходил из следующего.

Основной задачей института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, что в определенной степени ущемляет права кредиторов должника. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом (определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.06.2019 №305-ЭС18-26429, определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2018 № 310-ЭС17-14013).

Согласно пункту 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

Случаи, когда гражданин не может быть освобожден от исполнения обязательств перед кредиторами, предусмотрены статьей 213.28 Закона о банкротстве.

В соответствии с абзацем четвертым пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце.

Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (пункт 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 №45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан»).

Из приведенных норм права и разъяснений следует, что отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности управляющего и т.д.).

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Эта презумпция влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

Таким образом, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами, сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д. При этом в силу общих положений пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Как разъяснено в абзацах 4 - 5 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поведение стороны может быть признано недобросовестным по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны.

Приняв во внимание правовую позицию, согласно которой отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.), суд первой инстанции признал необоснованными и отклонил доводы ООО «ПКО «НБК» о том, что должник при получении кредита предоставил заведомо ложные сведения в отношении себя, своих финансовых показателей перед кредиторами, создав в результате наращивания долгов долговую нагрузку при отсутствии подтвержденных и реальных доходов, освободив должника от дальнейшего исполнения обязательств.

При этом суд учел, что материалы дела не содержат и кредиторами не доказано, что должник действовал незаконно, привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве; сокрыл (передал не в полном объеме) сведения финансовому управляющему или суду, представил недостоверные сведения, в связи с этим приходит к выводу об отсутствии правовых и фактических оснований для отказа в освобождении от дальнейшего исполнения обязательств.

Сам по себе факт невозможности оплачивать кредиторскую задолженность, вызванный ухудшением материального состояния должника, не может считаться незаконным и являющимся основанием для не освобождения гражданина от обязательств.

Приведенные обстоятельства свидетельствуют о том, что причиной банкротства ФИО1  послужило стечение объективных обстоятельств, признаки злонамеренного уклонения от исполнения обязательств отсутствуют.

Свидетельств того, что вступая в кредитные правоотношения, должник имел цель намерено не исполнять принятые на себя обязательства, не имеется.

Доказательства того, что должник совершал какие-либо действия по сокрытию принадлежащего ему имущества, скрыл какие-либо факты, позволившие бы удовлетворить требования кредиторов, в материалах дела отсутствуют.

Суд апелляционной инстанции также критически относится к доводу апеллянта о том, что должник злоупотребил своими правами, заключив кредитные договоры с другим Банком в отсутствии достаточного дохода для оплаты всех платежей.

Так, первый кредитный договор заключен должником с кредитной организацией 22.06.2013, второй кредитный договор – спустя три года 20.05.2019, а с заявлением о банкротстве должник обратился в суд только в  августе 2023 (более чем через 10 лет поле заключения первой кредитного договора). Исходя из суммы кредита и размера взысканных впоследствии средств, следует вывод, что кредитные обязательства должником исполнялись.

Таким образом, в данном случае судом не установлено недобросовестное поведение должника по отношению к апеллянту и его правопредшественнику -  АО ОТП Банк при возникновении и исполнении обязательств (не доказан факт принятия на себя долговых обязательств без намерения их погашения в условиях намеренного сокрытия информации, существенно влияющей на принятие положительного решения о кредитовании). Не имеется также данных о предоставлении должником недостоверных данных при оформлении кредита в 2013 и 2019 году.

Вопреки доводам апеллянта, само по себе принятие должником на себя обязательств в значительном размере и при отсутствии достаточного дохода для оплаты всех платежей не свидетельствует о недобросовестном поведении должника, не исключает применение к гражданину такого последствия признания его несостоятельным, как освобождение от долгов.

Достаточных доказательств того, что должник умышленно сообщал кредиторам какие-либо неподдающиеся проверке сведения относительно своего финансового положения суду не представлено.

Каких-либо действий, свидетельствующих о незаконности либо недобросовестности поведения должника, влекущие последствия, предусмотренные ст. 213.28 Закона о банкротстве материалы дела не содержат.

Признаков фиктивного или преднамеренного банкротства должника не установлено, подозрительных сделок, свидетельствующих о недобросовестном поведении должника, финансовым управляющим также не установлено.

Факта совершения ФИО1 мошенничества либо злостного уклонения от погашения кредиторской задолженности также не установлено.

Доводы апелляционной жалобы кредитора фактически повторяют его доводы, рассмотренные судом первой инстанции, и не могут быть признаны обоснованными с учетом вышеизложенного.

Суд апелляционной инстанции в данном случае учитывает, что заключение кредитного договора осуществляется после проверки кредитной организацией предоставленных сведений и документов и установления факта наличия у заемщика (в данном случае общество, за исполнение обязательств которым поручился должника) финансовой возможности выплатить кредит. Являясь профессиональным участником рынка кредитования, банк должен разумно оценивать свои риски при предоставлении денежных средств; в данном случае не имеется каких-либо свидетельств наличия препятствий при проведении проверки платежеспособности должника при рассмотрении вопроса о предоставлении кредита. При этом отсутствуют веские основания для суждения о том, что банк - правопредшественник ООО ПКО «НБК», располагая полной информацией о состоянии обязательств и финансовом положении должника, принял бы иное решение по вопросу его кредитования, поскольку из условий предоставленного договора можно заключить, что невысокое бремя подтверждения официальными документами заемщиком своей платежеспособности компенсируется значительным размером процентов, под который выдан кредит (в конкретном случае 47,9% годовых).

Вопреки выводам ООО «НБК», само по себе принятие должником на себя обязательств в значительном размере не исключает применение к гражданину такого последствия признания его несостоятельным, как освобождение от долгов.

Последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности путем получения денежных средств в различных кредитных организациях может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств, лишь в случае сокрытия им необходимых сведений (размер дохода, место работы, кредитные обязательства в других кредитных организациях и т.п.) либо предоставления заведомо недостоверной информации.

Таких обстоятельств в рамках настоящего дела не установлено.

Таким образом, материалами дела не установлено обстоятельств, свидетельствующих о противоправности действий должника, направленных на умышленное причинение ущерба кредиторам, уклонение от исполнения своих обязательств, сокрытие своего имущества и доходов, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и тому подобных фактах недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве), признаков преднамеренного или фиктивного банкротства не выявлено, оснований для неприменения к ФИО1 правил пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от исполнения обязательств, в частности, перед кредитором ООО «НБК» не имеется.

С учетом изложенного, в отсутствие убедительных доказательств недобросовестного поведения ФИО1 и исходя из социально-реабилитационной направленности института потребительского банкротства, суд апелляционной инстанции считает в данном случае правильным вывод суда первой инстанции о необходимости освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами в силу положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

В отношении выводов суда о наличии оснований для выплаты финансовому управляющему вознаграждения и установления процентов по вознаграждению апелляционная жалоба доводов не содержит.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба также не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с судебным актом и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений или неправильного применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, являющихся основанием для отмены (изменения) судебных актов (статья 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах определение суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционные жалобы, с учетом приведенных в них доводов, следует оставить без удовлетворения.

При подаче апелляционных жалоб на определения, не перечисленные в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 176, 268, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 31.05.2024 по делу №А47-13210/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу  общества  с ограниченной ответственностью «Профессиональная коллекторская организация «НБК» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции. 

Председательствующий судья       М.В. Ковалева

СудьиА.Г. Кожевникова

Т.В. Курносова