АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1177/19 

Екатеринбург

15 апреля 2019 г.

 

Дело № А50-9336/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 10 апреля 2019 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 15 апреля 2019 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Плетневой В. В.,

судей Сушковой С. А., Столяренко Г. М.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «РЕСО-Лизинг» (далее – общество «РЕСО-Лизинг») на определение Арбитражного суда Пермского края от 17.10.2018 по делу № А50-9336/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.01.2019 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

общества «РЕСО-Лизинг» - Седых А.В. (доверенность от 21.03.2019                 № 187/2019);

Шелеховой Ольги Васильевны - Проценко Т.В. (доверенность                              от 09.09.2016 серии 59 АА номер 1784312);

финансовый управляющий должника Медведева Антона Евгеньевича – Новиков Павел Владимирович.

В судебном заседании суда кассационной инстанции, назначенном на 08.04.2019, объявлен перерыв до 14 ч 00 мин 10.04.2019.

После перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 07.04.2017 принято к производству заявление Медведева А.Е. о признании его несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу о банкротстве.

Решением суда от 26.05.2017 Медведев А.Е. признан банкротом с открытием процедуры реализации имущества гражданина, определением суда                              от 28.03.2018  финансовым управляющим утвержден Новиков П.В.

В рамках дела о банкротстве Медведева А.Е. финансовый управляющий Новиков П.В. 18.05.2018 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделками платежей по договору лизинга                     от 16.12.2014 № 1050ЛС-ПМ-МАЕ/01/2014 за период с 31.01.2015 по 31.07.2017 на сумму 658 199 руб.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 17.10.2018 (судья Копанева Е.А.), оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.01.2019 (судьи Мартемьянов В.И., Плахова Т.Ю., Чепурченко О.Н.) признаны недействительными (ничтожными) действия общества «РЕСО-Лизинг» по удержанию денежных средств из заработной платы Медведева А.Е. по договору лизинга от 16.12.2014                 № 1050ЛС-ПМ-МАЕ/01/2014, с ответчика в конкурсную массу должника взысканы денежные средства в размере 658 199 руб.

Общество «РЕСО-Лизинг», не согласившись с принятыми судебными актами, обратилось в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции от 17.10.2018 и постановление суда апелляционной инстанции от 11.01.2019 отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на неправильное применение норм материального права, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела. В обоснование доводов жалобы заявитель указывает, что все выплаты производились по личному распоряжению должника, который лично по своей воле распоряжался своим неприкосновенным минимумом, не входящим в конкурсную массу должника (статья 99 Федерального закона от 02.10.2007                   № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», далее – Закон об исполнительном производстве). При этом, поскольку оспариваемые сделки совершались за счет неприкосновенного минимума активов должника, исключенного в силу стать 99 Закона об исполнительном производстве и статьи 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы, они не могут быть оспорены ни по общим основаниям, предусмотренным статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, ни по специальным основаниям главы III.1 Закона о банкротстве, так как признание их недействительными нарушит право должника на распоряжение своим неприкосновенным минимумом и не приведет к увеличению конкурсной массы. Заявитель полагает, что действия ответчика по удержанию части неприкосновенного минимума дохода должника в счет исполнения обязательств по договору лизинга не могут быть оценены как недобросовестные, так как ответчик исполнял волю должника по распоряжению принадлежащим должнику доходам, исключенным из конкурсной массы. При этом заявитель отмечает, что лизинговые платежи являются равноценным встречным исполнением обязательств по договору лизинга, в связи с чем не могут быть признаны недействительными по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 или статьи 61.3 Закона о банкротстве. 

Поддерживая позицию заявителя кассационной жалобы, должник Медведев А.Е. в представленном отзыве указывает, что удержания части заработной платы должника производилось обществом «РЕСО-Лизинг» в счет уплаты лизинговых платежей по договору лизинга от 16.12.2014 № 1050ЛС-ПМ-МАЕ/01/2014 по его воле.

В отзывах на кассационную жалобу кредитор Шелехова О.В и финансовый управляющий должника Новиков П.В.  просят обжалуемые судебные акты отставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

В силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, а также проверяет соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность обжалуемых судебных актов с учетом положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, платежи за период с 31.01.2015 по 30.09.2015 оспариваются финансовым управляющим по статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, платежи с 31.10.2015 по 28.02.2017 оспариваются по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, платежи с 31.03.2017 по 31.07.2017 оспариваются по пункту 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из доказанности факта недобросовестного поведения ответчика по совершению спорных платежей в период устойчивой неплатежеспособности должника, о которой ответчику было доподлинно известно, а также совершение сделок с преимущественным удовлетворением требований по отношению к иным кредиторам должника, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника. Также на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации суд признал платежи от 19.05.2017 в сумме 50 000 руб., 31.05.2017 в сумме 21 970 руб., 30.06.2017 в сумме 13 141 руб., 31.07.2017 в сумме 15 316 руб., ничтожными, поскольку они совершены должником в силу прямого запрета, установленного пунктом 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции, пересмотрев обособленный спор, с выводами суда первой инстанции согласился, оставив определение без изменения. 

В соответствии с положениями статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве. 

Согласно пункту 1, 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 данного Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

При этом пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015                № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» установлено, что пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25), согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 7 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 разъяснено, что сделка, нарушающая запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, и посягающая на права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из правовых позиций, изложенных в информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации                               от 25.11.2008 № 127 в силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации является ничтожным договор, заключенный с целью сокрытия имущества от обращения на него взыскания в нарушение требований статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации о недопустимости злоупотребления правом.

В соответствии с  пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с разъяснениями, данными в пунктах 5 - 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010      № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в силу указанной выше нормы права для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В пункте 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве определено, что с даты признания гражданина банкротом все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им, осуществляются только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться гражданином лично; сделки, совершенные гражданином лично (без участия финансового управляющего) в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, ничтожны. Требования кредиторов по сделкам гражданина, совершенным им лично (без участия финансового управляющего), не подлежат удовлетворению за счет конкурсной массы; снимаются ранее наложенные аресты на имущество гражданина и иные ограничения распоряжения имуществом гражданина; прекращается начисление неустоек (штрафов, пеней) и иных финансовых санкций, а также процентов по всем обязательствам гражданина, за исключением текущих платежей; задолженность гражданина перед кредитором - кредитной организацией признается безнадежной задолженностью.

Исследовав обстоятельства совершения оспариваемых сделок, суды установили, что 16.12.2014 между должником и обществом «РЕСО-Лизинг» заключен договор лизинга № 1050ЛС-ПМ-МАЕ/01/2014, по условиям которого лизингодатель обязался приобрести в собственность указанное лизингополучателем имущество, а именно автомобиль CEVROLET KLIJ CRUZE 2014 года выпуска, а лизингополучатель принять его во владение и пользование на условиях договора лизинга.

Сторонами в приложении № 1 к договору согласован график платежей по договору лизинга, начиная с января 2015 года, заканчивая декабрем 2017 года.

Должник на период осуществления платежей являлся работником общества «РЕСО-Лизинг» в должности заместителя директора филиала, заключен трудовой договор от 01.07.2010 № 01-07-10.

Из расчетных листков по выдаче заработной платы работника усматривается, что работодателем должнику производились операции по начислению заработной платы и по удержанию из нее, в том числе удержание производилось по исполнительному листу, по лизинговому платежу.

На момент совершения спорных платежей производилось удержание по исполнительному листу в связи с представлением работодателю соглашения            об уплате алиментов от 22.09.2009, что подтверждается письмом ответчика                          от 10.11.2014 направленным в адрес Межрайонного отдела судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств, розыску должников и их имущества (приложение к отзыву ответчика), в котором сообщалось о невозможности исполнения исполнительного листа по делу № 2-527/2010                    от 28.02.2011 в связи с удержанием из заработной платы должника 50% дохода в счет уплаты алиментов.

Ответчиком 10.11.2014 из Межрайонного отдела судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств, розыску должников и их имущества получено постановление от 09.10.2014 о направлении копии исполнительного листа на исполнение по месту работы должника, согласно которому исполнительное производство в отношении Медведева А.Е. также было возбуждено на основании исполнительного листа, выданного Свердловским районным судом города Перми по делу № 2-527/2010                            от 28.02.2011 о взыскании задолженности в сумме 150 860 798 руб. 80 коп.                 в пользу взыскателя публичного акционерного общества «Сбербанк России».

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, установив, что на дату произведения спорных удержаний из заработной платы ответчика по лизинговому платежу общество «РЕСО-Лизинг» было уведомлено о наличии у должника с 2009 года обязательств по уплате алиментов, а также о наличии с 2011 года неисполненных обязательств перед Сбербанком России на сумму   150 860 798 руб. 80 коп., суды пришли к выводу об осведомленности ответчика о наличии неисполненных обязательств перед иными кредиторами.

Суды также установили, что финансовое состояние должника было известно обществу «РЕСО - Лизинг», который являлся работодателем должника с 01.07.2010 года, занимался начислением ему заработной платы, соответственно, производя удержания из заработной платы, мог оценить его платежеспособность, то есть способность осуществлять, в том числе, и погашение требований перед Сбербанком России.

Требования Сбербанка России определением от 30.11.2017 по вышеназванным обязательствам включены в реестр требований кредиторов должника, то есть не были удовлетворены за счет имущества должника наряду с требованиями общества «РЕСО-Лизинг».

Порядок осуществления спорных платежей, удержание из заработной платы должника, являвшегося работником ответчика спорных сумм, свидетельствует о том, что указанные платежи осуществлялись не в порядке обычного гражданского оборота, а с целью преимущественного погашения требований ответчика перед иными кредиторами должника.

Об указанном свидетельствует тот факт, что до заключения договора лизинга № 1050ЛС-ПМ-МАЕ/01/2014 должником самостоятельно производились выплаты по своим обязательствам путем перечисления денежных средств на депозитный счет Межрайонного отдела судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств, что подтверждается ответом заместителя начальника отдела-заместителя старшего судебного пристава МО по ИОИП РД и ИИ УФССП России по Пермскому краю.

Из анализа выплат по расчетным листкам видно, что с учетом дополнительного удержания лизинговых платежей должнику к выплате заработная плата не причиталась.

Такое следует из расчетных листков за февраль-май, ноябрь 2015 года, апрель, июнь - август, ноябрь - декабрь 2016 года, март - июль 2017 года. Кроме того в эти месяцы у Медведева А.Е. образовывалась задолженность по лизинговым платежам.

Проанализировав расчет расчета заработной платы с учетом всех удержаний, в том числе НДФЛ (в расчетных листках НДФЛ работодателем удерживался) суды установили следующие обстоятельства.

Так, за 2015 год - начислено 819 129 руб., после уплаты НДФЛ -                714 462 руб., из которых по алиментному соглашению было удержано 50%, то есть 357 231 руб., по лизинговым платежам - 241 080 руб., Медведеву А.Е. на руки выдано 116 151 руб., сумма среднемесячных денежных средств, которыми должник мог распоряжаться самостоятельно составила 9 680 руб., что ниже прожиточного минимума, который в 2015 году для трудоспособного населения составлял 10 251 руб.

За 2016 год - начислено 729 274 руб., после уплаты НДФЛ - 635 924 руб., из которых по алиментному соглашению было удержано 50%, то есть                        317 962 руб., лизинговых платежей 239 115 руб., Медведеву А.Е. на руки выдано 78 999 руб., сумма среднемесячных денежных средств, которыми должник мог распоряжаться самостоятельно составила 6 583 руб. 25 коп., что ниже прожиточного минимума, который в 2016 году для трудоспособного населения равнялся 10 251 руб.

Установив данные обстоятельства, а также то, что иных источников дохода у Медведева А.Е. не имелось, суды сделали вывод, что ответчик не мог не знать, при наличии долга перед Сбербанком  в сумме 150 860 798 руб. 80 коп., о невозможности погашения требований перед всеми кредиторами, то есть о том, что должник обладал признаками неплатежеспособности.

Рассматривая возражения ответчика относительно совершения платежей при равноценном встречном представлении, а именно в качестве равноценного встречного представления должнику был предоставлен автомобиль CEVROLET KLIJ CRUZE 2014 года выпуска, суды установили следующие обстоятельства.

Так, 08.02.2018 ответчик письмом № И-01/1892-18 уведомил должника о расторжении договора лизинга № 1050ЛС-ПМ-МАЕ/01/2014 и изъятии предмета лизинга.

Из уведомления следует, что задолженность по договору лизинга составила 65 058 руб.

Из договора лизинга и акта сверки расчетов по договору усматривается, что всего лизинговые платежи по договору составили 723 257 руб., выплачено должником 658 199 руб., остаток долга 65 058 руб.

Между обществом «РЕСО-Лизинг» (цедент) и Милюковым А.В. (цессионарий) 19.02.2018 заключено соглашение об уступке права требования, предусматривающее передачу цессионарию права собственности на спорный автомобиль и права требовать изъятия его у должника.

На основании данного соглашения 27.02.2018 подписан акт приема-передачи.

На дату указанной передачи права требования должник уже находился в процедуре банкротства, о чем ответчику не могло быть не известно.

Поскольку договор лизинга № 1050ЛС-ПМ-МАЕ/01/2014 являлся выкупным, то по итогам выплат в размере 65 058 руб. автомобиль поступил бы в собственность должника и мог бы быть реализован в процедуре, денежные средства от реализации могли бы быть направлены на погашение требований кредиторов пропорционально.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, установив отсутствие автомобиля в конкурсной массе и принятие мер, направленных на изъятие предмета лизинга, что исключает равноценность встречного обязательства; данная выбранная ответчиком конструкция взаимоотношений с должником не только не позволила иным кредиторам должника в равных условиях получать удовлетворение своих требований, но и исключила возможность удовлетворения требований в принципе, суды пришли к выводу  о наличии правовых оснований для признания недействительными действий ответчика по удержанию денежных средств в оплату лизинговых платежей из зарплаты должника. 

При этом оценивая доводы ответчика о том, что спорные платежи осуществлялись за счет неприкосновенного минимума активов должника, исключенного из конкурсной массы, суд апелляционной инстанции указал, что они не могут быть оспорены, исследованы и отклонены, поскольку по общему правилу в конкурсную массу гражданина включается все его имущество, имеющееся на день принятия арбитражным судом решения о признании гражданина банкротом и введения процедуры реализации имущества, а также имущество выявленное или приобретенное после принятия указанного решения (пункт 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве), в том числе заработная плата и иные доходы должника.

По результатам исследования и оценки представленных в материалы дела доказательств, суд апелляционной инстанции установил, что после получения требования финансового управляющего о перечислении всей заработной платы на специальный счет, то есть с 01.08.2018 года, общество «РЕСО-Лизинг» прекратило все удержания из заработной платы Медведева А.Е. по исполнительным документам, прекратило удержание лизинговых платежей по договору лизинга № 1050ЛС-ПМ-МАЕ/01/2014 и перестало выдавать наличные денежные средства должнику. Исключение имущества из конкурсной массы в соответствии с пунктом 2 статьи 213.25 Закона о банкротстве судом не осуществлялось.

До заключения договора лизинга № 1050ЛС-ПМ-МАЕ/01/2014 должником самостоятельно производились выплаты по своим обязательствам путем перечисления денежных средств на депозитный счет Межрайонного отдела судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств. О чем свидетельствует ответ заместителя начальника отдела-заместителя старшего судебного пристава МО по ИОИП РД и ИИ УФССП России по Пермскому краю. После заключения договора лизинга должник утратил эту способность, так как общество «РЕСО-Лизинг», как работодатель, удерживало лизинговые платежи из заработной платы Медведева А.Е.

На момент заключения договора лизинга № 1050ЛС-ПМ-МАЕ/01/2014 общество «РЕСО-Лизинг» знало о существовании значительной кредиторской задолженности у Медведева А.Е., так как 10.11.2014 получило постановление о направлении копии исполнительного документа для исполнения по месту работы должника, из которого было видно, что сумма задолженности значительна (долг - 81 312 530 руб. 67 коп. в пользу АК Сберегательный банк РФ и исполнительский сбор - 10 560 255 руб. 92 коп.) и с момента возбуждения исполнительного производства (07.12.2011) прошло более трех лет.

Сам факт направления судебным приставом-исполнителем постановления об удержании из заработной платы Медведева А.Е., в силу пункта 1статьи 98 ФЗ «Об исполнительном производстве» свидетельствовал об отсутствии или недостаточности у должника денежных средств и иного имущества для исполнения требований исполнительного документа в полном объеме.

Исходя из данных обстоятельств, суд апелляционной инстанции  установил, что удержание ответчиком лизинговых платежей было направлено исключительно на причинение вреда кредиторам должника. Неприкосновенный минимум активов должника не был обеспечен прежде всего самим обществом «РЕСО-Лизинг», поскольку в результате осуществлявшихся им удержаний лизинговых платежей из заработной платы должник на протяжении нескольких лет получал доход в размере ниже прожиточного минимума, а также с нарушением пункта 3 статьи 99 Закона об исполнительном производстве.

Учитывая изложенное, и то, что вопреки доводам общества «РЕСО-Лизинг» со ссылкой на пункт 3 статьи 61.4 Закона о банкротстве, должник в результате совершения спорных платежей, равноценного встречного исполнения не получил, факт передачи автомобиля во временное владение и пользование таким равноценным встречным исполнением не является, суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для удовлетворения заявленных финансовым управляющим требований.

Таким образом, при вынесении обжалуемых судебных актов суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела заявленных финансовым управляющим требований, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Доводы заявителя кассационной жалобы по существу аналогичны доводам, изложенным в апелляционной жалобе, являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, получили надлежащую правовую оценку. Суд округа считает, что судами первой и апелляционной инстанций правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения. Анализ материалов дела свидетельствует о том, что при рассмотрении настоящего спора суды исследовали и оценили все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, с достаточной полнотой выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства. Изложенные в кассационной жалобе доводы не опровергают выводы судов с учетом установленных судами обстоятельств и по существу направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и сделанных на их основании выводов, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нормы статьей 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду округа при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Следовательно, несогласие заявителя с выводами судебных инстанций, основанными на оценке доказательств, равно как и иное толкование норм права, подлежащих применению в настоящем деле, не свидетельствуют о наличии в принятых судебных актах существенных нарушений норм материального и (или) процессуального права или допущенной судебной ошибки.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции являются законными, отмене не подлежат, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Поскольку кассационное производство завершено, судебные акты оставлены без изменения, приостановление исполнения судебных актов, произведенное определением Арбитражного суда Уральского округа                         от 19.02.2019, следует отменить.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 17.10.2018 по делу                 № А50-9336/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.01.2019 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «РЕСО-Лизинг» – без удовлетворения.

Отменить приостановление исполнения определения Арбитражного суда Пермского края от 17.10.2018 по делу № А50-9336/2017 и постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.01.2019 по тому же делу, принятое определением Арбитражного суда Уральского округа                          от 19.02.2019.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       В.В. Плетнева 

Судьи                                                                                    С.А. Сушкова 

                                                                                    Г.М. Столяренко