АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

08 декабря 2021 года

Дело №

А66-9583/2016

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Бычковой Е.Н., судей Воробьевой Ю.В., ФИО1,

при участии от  общества с ограниченной ответственностью «СБК Строй» ФИО2 (доверенность от 29.12.2020), от компании «ЛРС Планунг унд Технологи ГмбХ» (LRS Planung & Technologie GmbH) ФИО3 (доверенность от 08.06.2020), 

рассмотрев 01.12.2021 в открытом судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Хольцпласт» ФИО4 и общества с ограниченной ответственностью «СБК Строй» на определение Арбитражного суда Тверской области от 29.04.2021 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2021 по делу № А66-9583/2016,

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Тверской области от 25.08.2016 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Хольцпласт», адрес: 170017, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество). 

Определением от 24.01.2017 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждён ФИО5. 

Решением суда от 17.08.2017 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО4. 

Определением суда от 08.06.2018, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного судаот 07.09.2018, признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов Общества требование компании «ЛРС Планунг унд Технологи ГмбХ» (LRS Planung & Technologie GmbH), адрес: Федеративная 

<

...>, г. Каарст, Детлев-Картсен- Ройведдер Штрассе, 5 (далее – Компания), в размере 86 823 249 руб. 25 коп., в том числе 85 750 565 руб. 18 коп. основного долга, 1 072 684 руб. 07 коп. процентов.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 25.12.2018 определение от 08.06.2018 и постановление от 07.09.2018 отменены, дело направлено в Арбитражный суд Тверской области на новое рассмотрение. 

Определением суда от 28.11.2019, оставленным без изменения постановлением от 12.02.2020, признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов Общества требование Компании в размере 86 823 249 руб. 25 коп., в том числе 85 750 565 руб. 18 коп. основного долга, 1 072 684 руб. 07 коп. процентов. В удовлетворении ходатайства ООО «СБК-Строй», адрес: 125167, Москва, Ленинградский пр., д. 37А, корп. 4, этаж 10, комната 10/24 А32, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, об уменьшении размера неустойки отказано.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 19.10.2020 указанные выше судебные акты отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Тверской области.

При новом рассмотрении спора суд определением от 29.04.2021,  оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2021, признал обоснованным и включил в третью очередь реестра требований кредиторов должника требование  Компании в размере 86 823 249 руб. 25 коп., в том числе 85 750 565 руб. 18 коп. основного долга, 1 072 684 руб. 07 коп. процентов.

В кассационных жалобах конкурсный управляющий должником и ООО «СБК-Строй», ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права, а также на несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просят отменить определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

Податели кассационных жалоб указывают на то, что указания, содержащиеся в определении Верховного Суда Российской Федерации не были выполнены судами первой и апелляционной инстанций, вопросы, поставленные Верховным Судом  Российской Федерации, при новом рассмотрении дела разрешены судами не были. Податели жалоб ссылаются на нарушение судом первой инстанции принципа состязательности процесса, поскольку доводы конкурсного управляющего должником и кредиторов, возражающих против удовлетворения требования Компании, остались не рассмотренными. 

По мнению подателей жалоб, судом неправильно установлен момент наступления финансового кризиса у должника. Податели жалоб считают, что судами не установлены фактические обстоятельства дела, а именно, действительно ли Компанией в 2014 году был утрачен контроль над должником, позволяло ли нахождение ФИО6 в органах управления Компании получать последней информацию о внутренних делах должника и фактически продолжать контролировать его деятельность. Податели жалоб ссылаются на неприменение судом закона, подлежащего применению. Как утверждают податели жалоб, доводы о применении в отношении сделок, на которых Компания основывает свои требования, положений закона о мнимости и притворности сделок, совершенных Компанией со злоупотреблением правом в связи с наличием общих хозяйственных интересов с должником, не были рассмотрены судом.

В отзыве на кассационные жалобы конкурсный кредитор ООО «Металлснаб-М»  поддерживает доводы жалоб.

Компания в своем отзыве на кассационные жалобы возражает против их удовлетворения и просит оставить без изменения обжалуемые судебные акты. 

В судебном заседании представители Общества и конкурсных кредиторов – ООО «СБК Строй» и ООО «Металлснаб-М» поддержали доводы, приведенные в кассационных жалобах, уточнили просительную часть жалоб, указав на необходимость направления дела в суд первой инстанции на новое рассмотрение в ином составе суда. 

Представитель Компании возражал против  удовлетворения кассационных жалоб по доводам представленного отзыва. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, требование Компании основано на договоре займа и договоре поставки.

1) 24.06.2013 должником (покупателем) и Компанией (поставщиком) заключен контракт № HP014V01-13 на поставку пресс-форм для литья под давлением. В обоснование данной части требования в материалы дела представлены копия контракта, паспорт сделки, таможенные декларации, счета, сертификаты происхождения товара, авианакладные, транспортные накладные CMR, заявления компании «Шанхай ЛХС Глобал Логистикс Ко. ЛТД» о поставке товара. При этом спорное оборудование выявлено конкурсным управляющим должника в ходе проведения инвентаризации имущества и включено в конкурсную массу.

Цена контракта составила 582 183 евро, из которых должником оплачено только 58 218,30 евро.

Стороны контракта 01.09.2015 заключили соглашение об урегулировании задолженности, которым признали наличие у покупателя задолженности в размере 370 964,70 евро и согласовали порядок погашения задолженности, а также начисление процентов размере 3% годовых, начиная с даты подписания соглашения.

2) 20.09.2011 Компанией и должником заключено конститутивное соглашение № 07/2011, согласно которому должник признал перед компанией долг, возникший в результате поставки в 2006 - 2008 гг., осуществленной компанией в пользу третьего лица - общества «Хольцэкстрапласт» в размере: 43 100 евро и 158 900 долларов США за поставку оборудования; 1 077 471,71 евро за поставку сырья.

Впоследствии сторонами составлен протокол от 04.10.2011, согласно которому сумма задолженности по соглашению № 07/2011 составила 981 757,42 евро за поставленное сырье.

После этого названное обязательство новировано сторонами в договор займа, по условиям которого заемщик (должник) обязуется возвратить компании (заимодавцу) 981 757,42 евро в срок до 31.12.2014 с начислением 5% годовых.

Судами установлено, что после частичного исполнения заемного обязательства задолженность составила 849 766,56 евро.

Разрешая спор, суды сослались на положения статей 16, 71, 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 431, 1210, 1211, 1215 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и исходили из доказанности наличия и размера долга перед Компанией в заявленном размере. В части поставки суды отметили, что обязательства поставщиком по передаче оборудования должнику были исполнены, в то время как оплата со стороны покупателя в полном объеме не осуществлена.

В отношении заемных обязательств суды отметили, что они регулируются положениями германского законодательства (характерное исполнение осуществляла компания, все соглашения составлены на немецком языке, валютой займа является евро, стороны в своих соглашениях используют немецкую правовую терминологию). Суды указали, что германское законодательство допускает абстрактное принятие долга (§ 780 и § 781 Гражданского уложения Германии), в связи с чем сочли возникшие после новации абстрактного принятия долга заемные обязательства существующими. Суды установили, что и в этой части долг Компании не возвращен в полном объеме.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 25.12.2018 определение от 08.06.2018 и постановление от 07.09.2018 отменены, дело направлено в Арбитражный суд Тверской области на новое рассмотрение.

Суд округа указал на необходимость  установить реальность задолженности Общества по договору займа. Также суд округа указал, что Компанией не опровергнут довод возражавшего кредитора о том, что Компания посредством создания искусственной задолженности преследует цель причинения вреда иным кредиторам должника путем участия в проводимых в процедуре конкурсного производства мероприятиях по реализации имущества должника и распределению его конкурсной массы.

Рассмотрев дело повторно, суды первой и апелляционной инстанций признали требование Компании обоснованным и включили его в  третью очередь реестра. 

При этом судами отклонены возражения иных кредиторов и конкурсного управляющего должником об аффилированности должника с Компанией. Суды отметили, что на момент совершения спорных договоров Компания являлась единственным участником должника, который в тот период являлся платежеспособным. При этом в 2014 году Компания продала свою долю в уставном капитале, то есть перестала быть участником более чем за два с половиной года до подачи первого заявления о признании должника банкротом и введения в отношении него процедуры наблюдения.

Обращаясь в Верховный Суд Российской Федерации с кассационными жалобами, конкурсный управляющий и кредиторы должника указывали, что после наступления срока исполнения обязательств как по поставке, так и по займу задолженность длительное время не востребовалась Компанией. Подобное поведение значительно отличается от того, что можно было бы ожидать от любого независимого кредитора, который должен был бы незамедлительно принять меры по защите своих прав.

По мнению заявителей, такое поведение свидетельствовало о предоставлении должнику компенсационного финансирования, что указывает на необходимость субординации долга перед компанией.

При этом заявители опровергали выводы судов об отсутствии аффилированности между кредитором и должником на момент рассмотрения обособленного спора, ссылаясь на то, что доля в уставном капитале должника была отчуждена до банкротства лишь для видимости: директором как продавца доли (Компании), так и покупателя (VPS GmbH) является ФИО6, при этом ФИО7 (сын) является директором самого должника. Таким образом, контроль над должником со стороны группы лиц, представляющих продавца, утрачен не был.

Конкурсный управляющий утверждал, что со стороны независимых кредиторов ситуация выглядит таким образом, что Компания не предпринимала мер по истребованию задолженности вплоть до банкротства должника, позволяя последнему продолжать осуществлять предпринимательскую деятельность, не раскрывая перед независимыми кредиторами наличие финансового кризиса.

Отменив определение от 28.11.2019, постановление апелляционного суда от 12.02.2020 и постановление суда округа от  19.05.2020 и, направив дело в первую инстанцию на новое рассмотрение, Верховный Суд Российской Федерации в определении от 19.10.2020 указал, что  суды в нарушение положений статей 71, 168 и 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации наличие оснований для понижения очередности требований кредиторов не устанавливали, а соответствующие доводы подателей кассационных жалоб не проверяли.

Верховный Суд Российской Федерации указал на необходимость суду при новом рассмотрении дела проверить, действительно ли Компанией в 2014 году был утрачен контроль над должником либо, напротив, передача доли семье С-ных была осуществлена лишь для придания видимости утраты Компанией такого контроля, а также, позволяло ли нахождение ФИО6 в органах управления Компании получать последней информацию о внутренних делах должника и фактически продолжать контролировать его деятельность.

Если контроль был на самом деле утрачен, то судам необходимо установить момент наступления финансового кризиса у должника: возник ли он до или после утраты контроля. 

При рассмотрении дела в третий раз, суд первой инстанции установил, что Компания, которая была создана  10.08.1994, владела 100% доли в уставном капитале Общества с момента его учреждения (31.03.2005) до 17.04.2014.

Участниками Компании изначально являлись Лоренц, Риффель и ФИО6  Каждый из участников имел долю в размере 33, 33%, что следует из списка участников Компании. Доля каждого из этих участников являлась миноритарной и в соответствии с положениями статьи 47 Закона Федеративной Республики Германия «Об обществах с ограниченной ответственностью» и статьи 7 Устава Компании не позволяла участнику единолично принимать управленческие решения в отношении данного общества или назначать (менять) директоров такого общества. Указание на миноритарный характер доли 33,33% в уставном капитале Компании также содержится в выгрузке из базы данных «Bureau van Dijk», представленной в материалы настоящего обособленного спора уполномоченным органом.

ФИО6, являвшийся миноритарным участником не имел возможности определять действия Компании, поскольку его доли было недостаточно ни для формирования кворума на общем собрании участников, ни для принятия решения на таком собрании. Более того, ФИО6 был лишен права голоса по вопросам, связанным с деятельностью должника, учитывая, что сын ФИО6 занимал должность генерального директора должника.

Независимые и не связанные с должником участники Компании (г-н Лоренц и г-н Риффель) могли участвовать в голосовании по всем вопросам, соответственно, могли обеспечить наличие необходимого кворума и большинство голосов (3/4) для принятия решения.

Зарегистрирован 17.04.2014 переход 100% доли участия в уставном капитале должника от Компании к компании ВПС ГмбХ (VPS GmbH), контролируемой ФИО6 и ФИО7, что подтверждается выпиской из единого государственного реестра юридических лиц в отношении должника от 04.08.2016.

С передачей 100% доли в уставном капитале должника ВПС ГбмХ были переданы и бенефициарный интерес в отношении должника, и возможность определять его действия Компанией.

Открытая продажа 100% доли в уставном капитале должника компании ВПС ГмбХ, зарегистрирована в юрисдикции, где информация о конечных собственниках компании находится в открытом доступе (Федеративная Республика Германия).

С момента приобретения доли Общества ВПС ГмбХ, а также ее участники ФИО6 и ФИО7 открыто позиционировали себя в качестве учредителей (участников) должника, от имени ВПС ГмбХ в полной мере осуществляли полномочия единственного участника должника. Данные факты подтверждаются материалами дела и не опровергнуты в установленном законом порядке.

Таким образом, Компания контролировала должника до 17.04.2014.

Суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу, что после  указанной даты контроль Компании над Обществом был утрачен.

При этом суды исходили из установленных при новом рассмотрении дела  обстоятельств и учли, что  все три участника Компании (Лоренц, Риффель и ФИО6) были управляющими, ни один из которых не мог действовать единолично (только совместно вдвоем согласно части 2 статьи 35 Закона Федеративной Республики Германия «Об обществах с ограниченной ответственностью»). Сохранившаяся у ФИО6 позиция одного из трех управляющих Компании после того, как 17.04.2014 Компания в результате купли-продажи передала 100% долю в уставном капитале должника компании VPS GmbH, не давала ФИО6 возможности определять решения Компании. 

Также судами была установлена дата возникновения у Общества признаков неплатежеспособности. 

В силу положений статьи 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

При этом само по себе возникновение признаков неплатежеспособности не свидетельствует об объективном банкротстве, то есть таком критическом моменте, когда должник стал не способен удовлетворить требования кредиторов из-за снижения стоимости чистых активов. 

Руководствуясь положениями статей 2, 63, 317.1, 486, 614, 711 ГК РФ, статьями 142, 148 Закона о банкротстве, разъяснениями, приведенными в пункте 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, приняв во внимание экспертное заключение № 65-14К/2020, в котором проведя анализ 16 финансовых  показателей деятельности должника в период с 2010 года по 2016 год, эксперты пришли к выводу о том, что динамика выручки и финансового результата должника и их абсолютные значения указывают на отсутствие в периоде 2010 - 2014 годы признаков, позволяющих охарактеризовать финансовое состояние должника как неудовлетворительное; признаки неудовлетворительного финансового состояния, в том числе снижение выручки, образование и накапливание убытка появляются в течение 2015 года, суд пришел к  обоснованному выводу о том, что ситуация, при которой мог возникнуть имущественный кризис должника, наступила не ранее 01.01.2015, то есть после утраты Компанией контроля над должником (17.04.2014).

Доказательств, объективно и достоверно свидетельствующих о прекращении должником исполнения обязательств перед кредиторами ранее установленной судом даты, материалы дела не содержат. 

Судом также установлено, что Компания предпринимала шаги по получению задолженности Общества, в том числе получена частичная оплата за оборудование, на оставшуюся часть задолженности предоставлена рассрочка с условием помесячного погашения и рыночного процента, заем предоставлен под рыночный процент и получены частичные платежи по займу. В 2016 году также продолжались переговоры по возврату должником оставшейся части задолженности. Кроме того, судом учтено, что с июня 2016 года Компания находится в процедуре банкротства, под контролем независимого управляющего Бинера Бэра и кредиторов.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции о доказанности факта наличия у должника неисполненного и непогашенного перед кредитором имущественного требования, подлежащего включению в реестр требований кредиторов, учитывая установленные при новом рассмотрении спора обстоятельства.

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права считает, что судами первой и апелляционной инстанций выполнены все указания, содержащиеся в определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.10.2020, установлены все обстоятельства, имеющие существенное значения для правильного разрешения спора с учетом всех доводов участвующих в деле лиц и с соблюдением принципа состязательности арбитражного процесса. 

Доводы о неприменении судами положений статей 170 и 10 ГК РФ, подлежащих, по мнению кредитора, применению, отклоняются, поскольку судами установлена реальность поставки (обязательства поставщика по передаче оборудования должнику были Компанией исполнены), а также возникновение после новации абстрактного принятия долга по заемному обязательству в соответствии со статьями 780 и 781 Гражданского уложения Германии). 

Доводы подателей жалоб о неверной оценке судами обстоятельств, приведенных независимым кредитором и конкурсным управляющим в обоснование сохранения контроля Компании за деятельностью Общества после 2014 года являются субъективными. Компанией раскрыты все корпоративные обстоятельства ее деятельности, что явилось предметом оценки судов на основании правил статей 19 Закона о банкротстве и с учетом определения фактического контроля над деятельностью должника. 

Суд кассационной инстанции не находит оснований для иной оценки установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств по делу. 

Поскольку при рассмотрении дела нормы материального права применены судами правильно и нормы процессуального права не нарушены, суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения жалобы.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Тверской области от 29.04.2021 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2021 по делу № А66-9583/2016 оставить без изменения, а кассационные жалобы конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Хольцпласт» ФИО4 и общества с ограниченной ответственностью «СБК Строй» – без удовлетворения.

 

Председательствующий

Е.Н. Бычкова

Судьи

 

Ю.В. Воробьева

 ФИО1