АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-70284/2020

Дело № А55-20055/2016

г. Казань

04 февраля 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 28 января 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 04 февраля 2021 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Моисеева В.А.,

судей Ивановой А.Г., Коноплевой М.В.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Кошелев-Банк»

на определение Арбитражного суда Самарской области от 25.08.2020 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.11.2020

по делу №А55-20055/2016

по заявлению конкурсного управляющего ФИО1 об оспаривании сделок должника, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «КомплектСервис», г. Самара, ИНН 

<

***>,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Самарской области от 07.11.2016 общества с ограниченной ответственностью «Комплект-Сервис» (далее – ООО «Комплект-Сервис», должник), признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника, введена процедура конкурсного производства сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим должником утверждена ФИО1.

09.08.2018 конкурсный управляющий ФИО1 обратилась в арбитражный суд с заявлениями, в которых просила признать недействительными сделками совершенные ООО «Комплект-Сервис» на простом векселе № ТК-0000001 на сумму 70 000 000 руб. в виде передаточной надписи - индоссамента в пользу ФИО2, и на простом векселе № ТК-0000002 на сумму 53 370 000 руб. в виде передаточной надписи – индоссамента в пользу ФИО3, применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО2 и с ФИО3 в конкурсную массу 70 000 000 руб. и 53 370 000 руб. соответственно.

Заявления конкурсного управляющего ФИО1 об оспаривании сделок должника объединены судом  в одно производство для совместного рассмотрения в порядке статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определением (далее – АПК РФ) от 18.12.2018.

В порядке статьи 51 АПК РФ, арбитражный суд привлек ФИО4 (бывшего руководителя должника) и его финансового управляющего ФИО5, а затем и сменившего его ФИО6, к участию в рассмотрении заявлений конкурсного управляющего ФИО1 об оспаривании сделок должника в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 25.08.2020 отказано в удовлетворении заявленного требования.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.11.2020 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе акционерное общество «Кошелев-Банк» (далее – АО «Кошелев-Банк»), ссылаясь на неправильное применение судебными инстанциями норм права и несоответствие сделанных судами выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение суда первой инстанции, постановление апелляционного суда, обособленный спор – направить на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

По мнению заявителя кассационной жалобы, суды, дав неверную оценку имеющимся бухгалтерским документам, сделали ошибочные выводы об отсутствии вексельных обязательств векселедателя (общество с ограниченной ответственностью «ТК» (далее – ООО «ТК»)) перед должником, а также об отсутствии обязательств у должника по оспариваемым сделкам, в связи с чем неправомерно отказали в удовлетворении заявленных требований.

Конкурсный управляющий ФИО1 в представленном отзыве на кассационную жалобу поддерживает приведенные в ней доводы, считает, что жалоба подлежит удовлетворению.

ФИО4 представил возражения на кассационную жалобу, считает доводы АО «Кошелев-Банк» необоснованными, полагает, что суды дали верную оценку бухгалтерской документации как векселедателя, так и должника, правильно установив отсутствие оснований для признания спорных сделок недействительными.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, отзывов на нее, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом при разрешении настоящего спора, конкурсным управляющим были выявлены сделки:

1) совершенная ООО «Комплект-Сервис» на простом векселе № ТК0000001 на сумму 70 000 000 руб. в виде передаточной надписи - индоссамента в пользу ФИО2;

2) совершенная ООО «Комплект-Сервис» на простом векселе № ТК0000002 на сумму 53 370 000 руб. в виде передаточной надписи - индоссамента в пользу ФИО3

Полагая, что указанные сделки совершены при злоупотреблении сторонами правом, при отсутствии встречного исполнения обязательств другой стороной сделки, направлены на нарушение прав и интересов должника и его кредиторов, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлениями о признании их недействительными по основаниям пункта 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статей 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и применении последствий их недействительности в виде взыскания номинальной стоимости векселей с ФИО2 и ФИО3

Возражая против удовлетворения заявленных требований, ФИО2, ФИО3, ФИО4 заявили, в том числе, о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности на обращение с требованиями о признании сделок недействительными.

Отклоняя доводы ответчиков и третьего лица о пропуске срока исковой давности, суд исходил из того, что ФИО1, утвержденная конкурсным управляющим должником решением Арбитражного суда Самарской области от 07.11.2016 не могла и не должна была узнать о спорных сделках ранее 07.11.2017 – даты вынесения судом определения в рамках дела о банкротстве ООО «ТК» № А55-26641/2016 о привлечении должника в лице его конкурсного управляющего ФИО1 к участию в рассмотрении заявления ФИО3 об установлении его требования, основанного на векселях, выданных ООО «ТК» должнику и переданных в последующем по оспариваемым сделкам ФИО3 и ФИО2

При этом проведение конкурсным управляющим инвентаризации спустя три месяца после утверждения его в процедуре банкротства, суд счел не свидетельствующим о том, что во время инвентаризации конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделок, а доказательств передачи бывшим руководителем должника конкурсному управляющему копии векселя, либо документов, подтверждающих наличие оснований для передачи векселей ответчикам, материалы дела не содержат.

Наличие иных доказательств, подтверждающих наличие у конкурсного управляющего информации об оспариваемых сделках, суд не установил.

Таким образом, суд сделал вывод о том, что конкурсный управляющий ФИО1, обратившись в суд с заявлениями о признании сделок недействительными 09.08.2018, срок исковой давности не пропустила.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции согласился.

При этом суды первой и апелляционной инстанции, рассмотрев спор по существу, не установили оснований для признания сделок недействительными, как предусмотренных Законом о банкротстве (статья 61.2), так и общегражданским законодательством (статьи 10, 168, 170 ГК РФ).

Отклоняя соответствующие доводы конкурсного управляющего, суды сослались на разъяснения, содержащиеся в пунктах 4, 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63), правовые позиции, содержащиеся в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А3226991/2009, определениях Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305ЭС17-4886) и исходили из того, что обстоятельства, выходящие за пределы признаков подозрительной сделки, конкурсным управляющим не указывались ни в первоначальном заявлении, ни в апелляционной жалобе, вследствие чего оснований для квалификации спорных сделок в соответствии со статьями 10, 168 ГК РФ суды не установили.

Суды также не согласились о наличии в спорных сделках признаков мнимости (статья 170 ГК РФ), указав на недоказанность свидетельствующих об этом обстоятельств: совершение сделок лишь для вида, без намерения создать соответствующих ей правовых последствий, наличия пороков воли одновременно у каждой из сторон сделок.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании сделок недействительными по статье 61.2 Закона о банкротстве, суды, сославшись на положения статьи 69 АПК РФ, признали обязательными для рассмотрения настоящего спора обстоятельства, установленные судом при рассмотрении требования ФИО3, основанного на спорных векселях, к векселедателю – ООО «ТК» в рамках дела о банкротстве последнего и нашедших свое отражение в определении суда от 13.12.2017 по делу № А55-26641/2016 .

Так, в рамках указанного спора судом было установлено, что должнику выданы простой вексель № ТК-0000001 на сумму 70 000 000 руб., дата составления 04.04.2011, векселедатель ООО – «ТК» и простой вексель № ТК-0000002 на сумму 53 370 000 руб., дата составления 30.04.2013, векселедатель – ООО «ТК».

ФИО3 обратился в рамках дела № А55-26641/2016 о несостоятельности (банкротстве) ООО «ТК» с заявлением о включении его требования в размере 131 692 412,18 руб., в основу которого положены, в том числе спорные векселя: № ТК-0000001 на сумму 70 000 000 руб. и № ТК-0000002 на сумму 53 370 000 руб., в реестр требований кредиторов ООО «ТК».

Разрешая вопрос относительно обоснованности заявленного требования, суд установил, что выдача векселей векселедателем должнику (ООО «Комплект-Сервис») не нашла подтверждения в бухгалтерской отчетности ООО «ТК», экономическая целесообразность в выдаче векселей, равно как и встречное предоставление со стороны должника отсутствуют.

С учетом данных обстоятельств судом в рамках дела № А5526641/2016 сделан вывод о ничтожности сделок по выдаче векселей ООО «ТК» должнику по основаниям статей 10, 168 ГК РФ.

Признав данные обстоятельства в качестве преюдициально установленных, не требующих доказывания при рассмотрении настоящего спора, суды, тем не менее, исследовали и бухгалтерскую отчетность должника за 2012-2014 г., установив, что вексель № ТК-0000002 на сумму 53 370 000 руб. и вексель № ТК-0000001 на сумму 70 000 000 руб., совершение передаточных надписей на которых и оспариваются конкурсным управляющим,  не нашли свое отражение в бухгалтерской отчетности должника с момента их передачи в ООО «Комплект-Сервис».

Данные обстоятельства расценены судами как свидетельство того, что должником ФИО3 и ФИО2 переданы несуществующие права требования по векселям, что в свою очередь не привело к неравноценному встречному исполнению со стороны ответчиков.

Установив, таким образом, что в результате совершения оспариваемых сделок уменьшение конкурсной массы не произошло, суды отказали в удовлетворении заявленных требований.

Судебная коллегия кассационной инстанции считает правильными выводы судов о том, что в оспариваемых сделках отсутствуют пороки, выходящие за пределы подозрительной сделки.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10, 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы (пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Между тем в указанных разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061).

Законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора.

Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления Пленума № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Оснований для вывода об ошибочности суждения судебных инстанций относительно отсутствия признаков мнимости в спорных правоотношениях судебная коллегия также не находит.

Кассационная жалоба и отзыв конкурсного управляющего на жалобу не содержат доводов относительно отсутствия в данном случае оснований для оспаривания сделок по статьям 10, 168, 170 ГК РФ.

Вместе с тем, суд округа считает ошибочными выводы судебных инстанций о том, что конкурсным управляющим не пропущен срок исковой давности.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год, при этом течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно статье 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом о банкротстве.

В абзаце 2 пункта 32 постановления Пленума № 63 разъяснено, что в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело возможность, узнать о нарушении права.

Статьей 129 Закона о банкротстве на конкурсного управляющего возложена обязанность по принятию мер, направленных на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц.

Выводы судов об отсутствии у конкурсного управляющего объективной возможности получить соответствующие сведения в отношении спорного имущества, что привело к невозможности своевременно обратиться в суд с данными требованиями, нельзя признать правильными в отсутствие соответствующих доказательств, а также с учетом того, что ФИО1 утверждена конкурсным управляющим должником 07.11.2016, а обратилась в суд с вышеназванными заявлениями только 09.08.2018.

При этом суды не установили обстоятельства, объективно воспрепятствовавшие конкурсному управляющему исполнить свои обязанности и обратиться в суд в пределах установленного срока исковой давности, обжалуемые судебные акты указания на такие обстоятельства не содержат.

С учетом того, что у конкурсного управляющего имелось достаточно времени для осуществления прав и исполнения обязанностей, предусмотренных статьей 129 Закона о банкротстве, в том числе, направления в разумный срок запросов и получения необходимых сведений об имуществе должника, в частности, истребования соответствующей документации  в целях анализа его сделок и выявления оснований для их судебного оспаривания, судебная коллегия считает, что конкурсный управляющий должником мог и должен был своевременно узнать о спорных сделках и обратиться в суд без пропуска срока исковой давности.

Пунктом 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Таким образом, в данном случае, суды, приняв к рассмотрению заявления ФИО3 и ФИО2 о пропуске срока исковой давности, ошибочно отказали в его применении, рассмотрев по существу заявленные требования.

Вместе с тем, поскольку ошибочные выводы судов не привели к принятию неправильных судебных актов, суд кассационной инстанции считает, что обжалуемые определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда не подлежат отмене.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Самарской области от 25.08.2020 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.11.2020 по делу № А55-20055/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судьяВ.А. Моисеев

СудьиА.Г. Иванова

М.В. Коноплева