АРБИТРАЖНЫЙ СУД

БЕЛГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ

Народный бульвар, д.135, г. Белгород, 308000

Тел./ факс (4722) 35-60-16, 32-85-38

сайт: http://belgorod.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А08-14673/2017

г. Белгород

31 октября 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 24 октября 2019 года

Полный текст решения изготовлен 31 октября 2019 года

Арбитражный суд Белгородской области в составе судьи Л.А. Кретовой, при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи и видео протоколирования секретарём судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ООО "РИМ" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к ООО "Лина" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), третьи лица: ГУП «Белоблтехинвентаризация» в лице Старооскольского филиала, Управление архитектуры и градостроительства администрации Старооскольского городского округа,

о взыскании 968 600 руб.,

при участии в судебном заседании:

от истца: директор ФИО2, паспорт РФ; ФИО3, представитель по доверенности от 21.04.2017г., паспорт РФ;

от ответчика: генеральный директор ФИО4,

от третьих лиц: не явились, извещены надлежащим образом.

УСТАНОВИЛ:

ООО "РИМ" обратилось в Арбитражный суд Белгородской области с иском к ООО "Лина" о взыскании 968 600 руб. убытков (упущенной выгоды), вызванных односторонним отказом арендодателя от договора аренды.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены  ГУП «Белоблтехинвентаризация» в лице Старооскольского филиала и Управление архитектуры и градостроительства администрации Старооскольского городского округа.

В ходе судебного разбирательства представитель ответчика заявил ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы, проведение которой просил поручить эксперту ООО «АКГ «ИнвестОценка» ФИО5. 

Определением арбитражного суда от 27.12.2018 по делу назначена судебная экспертиза, производство которой поручено эксперту ООО «АКГ «ИнвестОценка» ФИО5.

На разрешение эксперта поставлен следующий вопрос: «Определить размер дохода, который ООО "РИМ" могло получить по виду деятельности – розничная торговля пивом и сопутствующими товарами, на торговой точке по адресу: 

<

...>, за период с 06.06.2017 по 05.02.2018, в целях установления размера упущенной выгоды».

11.02.2019 от ООО «АКГ «ИнвестОценка» поступило заключение эксперта № В-190113/С от 08.02.2019.

Определением арбитражного суда от 16.07.2019 по делу  назначена дополнительная судебная экспертиза, производство которой поручено тому же эксперту.

На разрешение эксперта поставлен следующий вопрос: «Определить размер дохода, который ООО "РИМ" могло получить по виду деятельности – розничная торговля пивом и сопутствующими товарами, на торговой точке по адресу: 

<

...>, за период с 06.06.2017 по 05.02.2018, с учетом дополнительных документов, представленных в материалы дела ООО "РИМ", в целях установления размера упущенной выгоды».

02.09.2019 от ООО «АКГ «ИнвестОценка» поступило заключение эксперта № В-190806/С от 30.08.2019.

Протокольным определением от 09.10.2019 судом принято уменьшение исковых требований до 949 860 руб.

Представитель истца в судебном заседании поддержал исковые требования с учетом уменьшения.

Представитель ответчика в судебном заседании и письменных отзывах исковые требования не признавал, считает односторонний отказ от договора аренды правомерным, поскольку арендатор существенным образом нарушал условия договора.

Ответчик заявил ходатайство об отложении судебного заседания в связи с невозможностью явки представителя. Ходатайство ответчика об отложении судебного заседания судом отклонено с учетом длительности рассмотрения спора, отсутствия новых доказательств со стороны истца и участия представителя ответчика в предыдущих судебных заседаниях. Цель отложения судебного разбирательства ответчиком не  обоснована.

Третьи лица в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, письменные позиции по спору не представили.

Дело рассмотрено по существу в отсутствие третьих лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства.

Исследовав материалы дела, заслушав представителей сторон, суд считает иск подлежащим удовлетворению частично на основании следующего.

Как усматривается из материалов дела, 06.05.2015 между ООО "Лина" (арендодатель) и ООО "РИМ" (арендатор) был заключен договор аренды части нежилого помещения площадью 35,7 кв.м. с кадастровым номером 31:06:00:00:2029:1001/А, расположенного по адресу: 

<

...>, для использования в качестве магазина, сроком по 05.04.2016.

Согласно п. 1.3 договора арендатор своими силами устанавливает перегородки в арендуемом помещении, электрический счетчик и роль ставни на арендуемую площадь и соседнюю площадь.

06.04.2016 стороны заключили договор аренды той же части нежилого помещения сроком по 05.03.2017.

06.03.2017 ООО "Лина" (арендодатель) и ООО "РИМ" (арендатор) заключили договор аренды указанной выше части нежилого помещения на новый срок по 05.02.2018 (т. 1 л.д. 19).

В акте приёма-передачи от 06.03.2017 стороны констатировали, что на основании произведённого внешнего и внутреннего осмотра установлено, что недвижимое имущество передаётся в хорошем состоянии: санитарное и техническое состояние на момент его передачи позволяет осуществлять его эксплуатацию в соответствии с назначением передаваемого имущества. При осмотре не обнаружено каких - либо недостатков, о которых не было сообщено арендатору (т. 1 л.д. 20).

21.04.2017 ответчик направил истцу письмо № 7 с просьбой освободить арендуемое помещение до 31.05.2017 в связи с ремонтом помещения (т. 1 л.д. 29).

18.05.2017 ответчик направил истцу письмо № 12 с требованием об устранении недостатков и освобождении арендуемого помещения в 3-х дневный срок в связи с нарушением арендатором существенных условий договора аренды (т. 1 л.д. 33).

На указанные письма истец направил ответчику сообщение с просьбой о предоставлении информации и доказательств нарушения арендатором существенных условий договора аренды, а также о возможности досрочного расторжения договора аренды по соглашению сторон при условии выплаты арендодателем упущенной выгоды (т. 1 л.д. 30).

24.05.2017 ответчик направил истцу письмо № 10 с сообщением о проведении 26.05.2017 проверки состояния арендуемого помещения (т. 1 л.д. 34).

29.05.2017 ответчик направил истцу уведомление № 13 с требованиями по итогам проверки демонтировать незаконно возведенные перегородки, демонтировать незаконно установленные рекламные конструкции, восстановить работоспособность автоматической пожарной сигнализации в помещении, освободить занимаемую часть помещения в срок до 31.05.2017 (т. 1 л.д. 35).

К указанному уведомлению были приложены подписанные со стороны арендодателя соглашение о расторжении договора аренды от 31.05.2017 и акт приема-передачи (возврата) помещения от 31.05.2017 (т. 1 л.д. 24-25).

В ответ на указанное уведомление истец сообщил ответчику письмом № 9 от 01.06.2017, что законных оснований для досрочного расторжения договора аренды не имеется, указанные арендодателем мотивы надуманны, что предполагает разрешение спора в судебном порядке (т. 1 л.д. 37 - 38).

01.06.2017 в арендованное помещение прекращена подача электроэнергии, о чем истец сообщил ответчику телеграммой от 01.06.2017 (т. 1 л.д. 26 - 28).

Письмом № 14 от 02.06.2017 ответчик сообщил истцу о непричастности к отключению электроэнергии (т. 1 л.д. 42).

Письмом № 11 от 09.06.2017 истец сообщил ответчику об отсутствии подачи электроэнергии и невозможности использовать помещение, а также потребовал восстановить подачу электроэнергии, что является обязанностью арендодателя по условиям договора аренды (т. 1 л.д. 43).

09.06.2017 ответчик направил истцу письмо №16, в котором уведомил арендатора об одностороннем расторжении договора аренды нежилого помещения с 07.06.2017 и обязал в трёхдневный срок вывезти имущество и оборудование (т. 1 л.д. 46 - 47).

На указанное письмо истец письменно сообщил ответчику о не согласии с односторонним расторжением договора по инициативе арендодателя, поскольку все работы по установке перегородки и размещению рекламной вывески осуществлены в 2015 году при заключении первого договора аренды, и не являлись препятствием для заключения последующих договоров аренды на новый срок, остальные названные ответчиком нарушения истцом не признаются (т. 1 л.д. 48 - 49). 

В связи с отсутствием электроэнергии в арендуемом помещении истец на основании договора №35-08-17 от 08.06.2017 поручил ООО «Специализированное предприятие «Гарант»  проведение электротехнической экспертизы по вопросу определения причины отсутствия электроэнергии в арендуемом помещении.

Согласно заключению электротехнической экспертизы №35-08-17 от 13.06.2017 причина отсутствия напряжения на внутренних электрических сетях потребителя в нежилом торговом помещении арендатора ООО «РИМ» по адресу: 

<

...> дом №30 - отключение электроснабжения торгового помещения во внутреннем главном электрическом щите электроснабжения, ответственность за обслуживание и эксплуатацию которого несет ООО «ЛИНА» (т. 1 л.д. 53 – 86).

В связи с невозможностью использовать помещение для торговли истец вынужденно освободил помещение.

Согласно отчету № 342 от 06.06.2017 об оценке величины убытков (упущенной выгоды) от досрочного расторжения договора аренды, подготовленному оценщиком ООО «Торгово-Промышленная Компания «ПСВ», размер упущенной выгоды ООО «РИМ» составил 968 600 руб.

Претензию истца № 15 от 18.08.2017 о возмещении убытков (упущенной выгоды) ответчик оставил без удовлетворения, что явилось основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

Согласно ст. 606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

В силу п. 1 ст. 610 ГК РФ договор аренды заключается на срок, определенный договором.

В данном случае между сторонами был заключен договор аренды части нежилого помещения от 06.03.2017 площадью 35,7 кв.м. сроком по 05.02.2018 для размещения магазина.

Из материалов дела следует, что истец арендовал часть помещения у ответчика с 06.05.2015.

Между тем, через 1,5 месяца после заключения очередного договора 21.04.2017 ответчик (арендодатель) направил истцу (арендатору) письмо № 7 с просьбой освободить арендуемое помещение до 31.05.2017 в связи с ремонтом помещения.

При этом, в акте приёма-передачи от 06.03.2017 стороны зафиксировали, что в результате произведённого внешнего и внутреннего осмотра установлено, что недвижимое имущество передаётся в хорошем состоянии: санитарное и техническое состояние на момент его передачи позволяет осуществлять его эксплуатацию в соответствии с назначением передаваемого имущества. При осмотре не обнаружено каких - либо недостатков, о которых не было сообщено арендатору. Из содержания акта от 06.03.2017 следует, что претензий по техническому состоянию помещения у сторон друг к другу не имелось.

Из последующей переписки сторон следует, что ответчик имеет к истцу претензии по нецелевому использованию помещения, не регулярной уборке, не соблюдению арендатором требований пожарной безопасности, повреждению крыльца и пола, сооружению перегородки и установке рекламной вывески без согласования с арендодателем, однако истец с названными ответчиком нарушениями категорически не согласен ввиду отсутствия соответствующих доказательств.

29.05.2017 ответчик направил истцу уведомление № 13 с требованиями по итогам проверки состояния помещения демонтировать незаконно возведенные перегородки, демонтировать незаконно установленные рекламные конструкции, восстановить работоспособность автоматической пожарной сигнализации в помещении, освободить занимаемую часть помещения в срок до 31.05.2017, к которому приложил подписанные со своей стороны соглашение о расторжении договора аренды от 31.05.2017 и акт приема-передачи (возврата) помещения от 31.05.2017.

Из содержания акта возврата к соглашению о расторжении договора от 31.05.2017, подписанного со стороны ответчика, следует, что помещение находится в надлежащем состоянии (с учётом естественного износа), производство косметического ремонта или восстановительного ремонта не требуется, стороны друг к другу взаимных претензий по состоянию помещения не имеют, что противоречит изложенной ответчиком позиции о причинах одностороннего отказа от договора аренды.

В связи с несогласием с предъявленными арендодателем нарушениями арендатор  сообщил ответчику письмом № 9 от 01.06.2017, что законных оснований для досрочного расторжения договора аренды не имеется, указанные арендодателем мотивы надуманны, предложил разрешить спор в судебном порядке.

Между тем, 01.06.2017 в арендованное помещение прекращена подача электроэнергии, что подтверждается материалами дела и не оспорено ответчиком.

При этом, согласно п. 2.1.7 договора аренды арендодатель принял на себя обязательства обеспечить арендованное помещение для его эксплуатации арендатором присоединенной электрической мощностью в размере не менее 20 кВт. 

09.06.2017 ответчик направил истцу письмо №16, в котором уведомил арендатора об одностороннем расторжении договора аренды нежилого помещения с 07.06.2017 и обязал в трёхдневный срок вывезти имущество и оборудование, на которое арендатор также сообщил о не согласии с односторонним расторжением договора по инициативе арендодателя, поскольку все работы по установке перегородки и размещению рекламной вывески осуществлены в 2015 году при заключении первого договора аренды, и не являлись препятствием для заключения последующих договоров аренды на новый срок, иные указанные арендодателем нарушения бездоказательны и не обоснованы.  При этом, арендатор потребовал восстановить энергоснабжение помещения.

Однако, в нарушение п. 2.1.7 договора аренды по состоянию на 13.06.2017 электроснабжение арендованного помещения не было восстановлено, что подтверждается заключением электротехнической экспертизы №35-08-17 от 13.06.2017, произведенной  специалистами ООО «Специализированное предприятие «Гарант».

Таким образом, ответчик фактически отказался от дальнейшего исполнения договора аренды в одностороннем порядке, уведомив арендатора об одностороннем расторжении договора аренды нежилого помещения с 07.06.2017 и необходимости освободить помещение от имущества и оборудования.

В силу пунктов 1, 2 ст. 450.1 ГК РФ предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

Согласно п. 3 ст. 615 ГК РФ, если арендатор пользуется имуществом не в соответствии с условиями договора аренды или назначением имущества, арендодатель имеет право потребовать расторжения договора и возмещения убытков.

Таким образом, нормами об аренде не предусмотрено право арендодателя на односторонний отказ от исполнения срочного договора аренды недвижимости.

В соответствии с п. 4.2 договора аренды изменение условий договора, его расторжение и прекращение допускается по соглашению сторон.

Согласно п. 4.3 договор аренды подлежит досрочному расторжению, а арендатор – принудительному выселению в 3-х дневный срок в следующих случаях: 

4.3.1. если арендатор не внес арендные платежи в течение 2-х раз по истечении установленного срока платежа;

4.3.2. использования арендатором арендуемых помещений в целом или частично с нарушением условий, оговоренных договором;

4.3.3. если арендатор умышленно или по неосторожности существенно ухудшает состояние арендуемого помещения.

В силу п. 4.6 договора все изменения условий договора и дополнения к нему оформляются сторонами в виде дополнительных соглашений, которые будут являться неотъемлемой частью договора.

Согласно п. 5.2 договора аренды при не достижении взаимного согласия, не исполнении или ненадлежащем исполнении условий договора одной из сторон, договор может быть расторгнут в соответствии с законодательством, действующим на территории РФ.

В силу ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Исходя из буквального толкования условий договора аренды в целом суд приходит к выводу, что договором аренды нежилого помещения от 06.03.2017 не предоставлено право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) по инициативе арендодателя.

Согласно материалам дела, арендатор был не согласен с предъявленными арендодателем нарушениями, соглашение о расторжении договора аренды в добровольном порядке не подписал, в связи с чем, односторонний отказ арендодателя от договора аренды с 07.06.2017 неправомерный.

В соответствии со ст. 619 ГК РФ по требованию арендодателя договор аренды может быть досрочно расторгнут судом в случаях, когда арендатор:

1) пользуется имуществом с существенным нарушением условий договора или назначения имущества либо с неоднократными нарушениями;

2) существенно ухудшает имущество;

3) более двух раз подряд по истечении установленного договором срока платежа не вносит арендную плату;

4) не производит капитального ремонта имущества в установленные договором аренды сроки, а при отсутствии их в договоре в разумные сроки в тех случаях, когда в соответствии с законом, иными правовыми актами или договором производство капитального ремонта является обязанностью арендатора.

Договором аренды могут быть установлены и другие основания досрочного расторжения договора по требованию арендодателя в соответствии с пунктом 2 статьи 450 настоящего Кодекса.

Арендодатель вправе требовать досрочного расторжения договора только после направления арендатору письменного предупреждения о необходимости исполнения им обязательства в разумный срок.

В  силу п. 2 ст. 450 ГК РФ по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только:

1) при существенном нарушении договора другой стороной;

2) в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Согласно п. 2 ст. 452 ГК РФ требование об изменении или о расторжении договора может быть заявлено стороной в суд только после получения отказа другой стороны на предложение изменить или расторгнуть договор либо неполучения ответа в срок, указанный в предложении или установленный законом либо договором, а при его отсутствии - в тридцатидневный срок.

Таким образом, исходя из условий договора аренды нежилого помещения от 06.03.2017, при наличии у арендодателя претензий по нарушению арендатором условий договора аренды, в отсутствие согласия арендатора, данный договор подлежал расторжению в судебном порядке.

Между тем, при наличии действующего срочного договора аренды, заключенного с истцом, не прекратив правоотношения с истцом в установленном законом порядке, ответчик 21.04.2017 подписал с ФИО6 долгосрочный договор аренды нежилого помещения № 01/04СОО общей площадью 173,1 кв.м., включающей площадь, арендованную истцом, что расценивается судом как недобросовестное поведение.

Кроме того, как утверждает истец, на момент заключения договора аренды нежилого помещения от 06.03.2017, спорная перегородка и рекламная вывеска уже существовали и были установлены в 2015 году после заключения договора аренды от 06.05.2015.

В акте приёма-передачи от 06.03.2017 не зафиксировано каких-либо претензий арендодателя к арендатору, в том числе по санитарному и техническому состоянию помещения.

Доказательств того, что арендатор соорудил перегородку и установил рекламные вывески после 06.03.2017, ответчиком не представлено.

Согласно ст. 450.1 ГК РФ в случаях, если при наличии оснований для отказа от договора (исполнения договора) сторона, имеющая право на такой отказ, подтверждает действие договора, в том числе путем принятия от другой стороны предложенного последней исполнения обязательства, последующий отказ по тем же основаниям не допускается.

Довод ответчика о незаконной перепланировке помещения, произведенной истцом, судом не принимается во внимание, поскольку в п. 1.3 договора аренды сторонами согласовано, что арендатор своими силами устанавливает перегородки в арендуемом помещении.

Из пояснений сторон и технических паспортов следует, что перегородка отделяла арендованную истцом торговую площадь от остальной части помещения, без которой аренда части нежилого помещения площадью 35,7 кв.м. была невозможна. Обязательство по предоставлению арендатору согласованной площади для использования по назначению лежит на арендодателе, в связи с чем, приведение технической документации в соответствие с фактическим положением находится в сфере ответственности арендодателя.

Требование со стороны арендодателя о сносе временной перегородки, в отсутствие которой утрачивается объект аренды, согласованный в договоре аренды, противоречит обязанности арендодателя по предоставлению арендатору обособленного помещения для торговли в соответствии с условиями договора аренды.

Доводы ответчика о нарушении арендатором электротехнической безопасности и правил пожарной безопасности не предоставляют арендодателю права на односторонний отказ от срочного договора аренды.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что ответчик неправомерно отказался от договора аренды, нарушив свои обязательства по обеспечению надлежащих условий для эксплуатации арендатором помещения в течение установленного срока действия договора.  При этом, доводы о возможном нарушении арендатором условий договора, влекущем расторжение договора аренды, ответчик должен был вынести на разрешение суда по требованию о досрочном расторжении договора вместо самоуправного выселения арендатора.

В силу ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Возмещение убытков - это мера гражданско-правовой ответственности, поэтому ее применение возможно лишь при наличии условий ответственности, предусмотренных законом. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения обязательства контрагентом, наличие и размер убытков, причинную связь между допущенным правонарушением и возникшими убытками. 

В статье 9 АПК РФ закреплено, что судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. 

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

В п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 (ред. от 07.02.2017) "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" разъяснено, что упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Согласно п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" по смыслу статьи 15 ГК РФ, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

При определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 ГК РФ).

В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

Например, если заказчик предъявил иск к подрядчику о возмещении убытков, причиненных ненадлежащим исполнением договора подряда по ремонту здания магазина, ссылаясь на то, что в результате выполнения работ с недостатками он не смог осуществлять свою обычную деятельность по розничной продаже товаров, то расчет упущенной выгоды может производиться на основе данных о прибыли истца за аналогичный период времени до нарушения ответчиком обязательства и/или после того, как это нарушение было прекращено.

Должник не лишен права представить доказательства того, что упущенная выгода не была бы получена кредитором (п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7).

В п. 5  Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 (ред. от 07.02.2017) "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" разъяснено, что по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

Поскольку судом установлен факт неправомерности досрочного одностороннего отказа ответчика от договора аренды, наличие причинной связи между допущенным ответчиком нарушением и убытками истца предполагается, соответственно требование истца о взыскании с ответчика упущенной выгоды обоснованно.

Доказательств отсутствия вины ответчиком не представлено, как и не представлено относимых и допустимых доказательств того, что через 1,5 месяца после заключения договора аренды от 06.03.2017 помещению потребовался ремонт в результате неправомерных действий истца. Из акта приема-передачи помещения от 06.03.2017 и акта возврата помещения от 31.05.2017, подписанного со стороны ответчика, следует обратное.

В п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 разъяснено, что согласно пункту 5 статьи 393 ГК РФ суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков, включая упущенную выгоду, определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

В качестве доказательств размера упущенной выгоды истцом представлен отчет № 342 от 06.06.2017 об оценке величины убытков (упущенной выгоды), подготовленный оценщиком ООО «Торгово-Промышленная Компания «ПСВ» на основании товарных накладных, актов сверки и справок-отчетов о розничной выручке.

Согласно отчету № 342 от 06.06.2017 размер упущенной выгоды за период с 06.06.2017 по 05.02.2018 составил 968 600 руб.

В ходе судебного разбирательства ответчик не согласился с размером упущенной выгоды, определенным  специалистом ООО «Торгово-Промышленная Компания «ПСВ», заявил ходатайство о назначении судебной экспертизы.

Определением арбитражного суда от 27.12.2018 по делу назначена судебная экспертиза, производство которой поручено эксперту ООО «АКГ «ИнвестОценка» ФИО5, кандидатура которого предложена ответчиком.

На разрешение эксперта поставлен следующий вопрос: «Определить размер дохода, который ООО "РИМ" могло получить по виду деятельности – розничная торговля пивом и сопутствующими товарами, на торговой точке по адресу: 

<

...>, за период с 06.06.2017 по 05.02.2018, в целях установления размера упущенной выгоды».

Согласно заключению эксперта № В-190113/С от 08.02.2019 размер дохода, который ООО "РИМ" могло получить по виду деятельности – розничная торговля пивом и сопутствующими товарами, на торговой точке по адресу: 

<

...>, за период с 06.06.2017 по 05.02.2018, в целях установления размера упущенной выгоды мог составить округленно 574 838 руб.

Истец представил возражения по результатам экспертизы, дал дополнительные пояснения и по запросу эксперта представил дополнительные документы, полагая, что эксперт неверно определил доходы и расходы истца. 

На основании возражений истца определением арбитражного суда от 16.07.2019 по делу  назначена дополнительная судебная экспертиза, производство которой поручено тому же эксперту.

На разрешение эксперта поставлен следующий вопрос: «Определить размер дохода, который ООО "РИМ" могло получить по виду деятельности – розничная торговля пивом и сопутствующими товарами, на торговой точке по адресу: 

<

...>, за период с 06.06.2017 по 05.02.2018, с учетом дополнительных документов, представленных в материалы дела ООО "РИМ", в целях установления размера упущенной выгоды».

Согласно заключению эксперта № В-190806/С от 30.08.2019 размер дохода, который ООО "РИМ" могло получить по виду деятельности – розничная торговля пивом и сопутствующими товарами, на торговой точке по адресу: 

<

...>, за период с 06.06.2017 по 05.02.2018, с учетом дополнительных документов, представленных в материалы дела ООО "РИМ", в целях установления размера упущенной выгоды мог составить округленно 949 860 руб.

На основании заключения дополнительной экспертизы истец уменьшил исковые требования до 949 860 руб.

Между тем, как указано в заключении эксперта, определенный экспертом размер дохода не является упущенной выгодой, а является доходом, который ООО "РИМ" могло получить по виду деятельности – розничная торговля пивом и сопутствующими товарами, на торговой точке по адресу: 

<

...>, за период с 06.06.2017 по 05.02.2018, что может служить базой для установления размера упущенной выгоды судом.

Упущенная выгода является правовой категорией, в связи с чем, размер дохода, определенный экспертом, не является безусловной величиной, а может служить базой для установления размера упущенной выгоды судом с учетом всех доказательств, имеющихся в материалах дела.

Согласно п. 1 ст. 404 ГК РФ если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника. Суд также вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению.

По данному делу суд учитывает, что истцом не представлено доказательств принятия мер к уменьшению убытков.

В ходе судебного разбирательства истец пояснил, что торговля пивом и сопутствующими товарами до 01.06.2017 осуществлялась в четырех магазинах. После вынужденного выезда из арендованного помещения  по адресу: 

<

...>, в 2017 году истец прекратил заниматься торговлей пивом и сопутствующими товарами и в остальных магазинах. Между тем, истец ведет расчет убытков за период с 06.06.2017 по 05.02.2018.

Доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и прекращением вида деятельности по торговле пивом и сопутствующими товарами в остальных магазинах истцом не представлено, в связи с чем, взыскание упущенной выгоды с ответчика в заявленном истцом размере суд считает необоснованным.

В судебном заседании ответчик представил фотографии, свидетельствующие о том, что в г. Старый Оскол по состоянию на 14.10.2019 функционирует сеть пивных бутиков «Пив Буль» с аналогичным наименованием, которое использовал истец в период аренды помещения. 

Истец пояснил, что не имеет никакого отношения к данным магазинам. Вместе с тем, по мнению суда, истец не доказал, что безусловной причиной закрытия данного вида деятельности для истца в 2017 году явилось одностороннее расторжение договора аренды со стороны ответчика, а не иные объективные причины. Доказательств принятия мер по открытию магазина в другом месте истцом не представлено, как и не представлено доказательств того, что действиями ответчика созданы реальные препятствия для функционирования сети пивных магазинов истца. В связи с чем, довод истца о возможности получения дохода от торговли пивом и сопутствующими товарами в арендованном у ответчика магазине в течение всего периода времени по 05.02.2018 предположительный и не подтверждается соответствующими доказательствами.

Также суд учитывает, что для определения размера дохода истец представил большой объем накладных на внутреннее перемещение товара с других торговых точек в магазин по адресу: 

<

...>, однако по запросу суда и эксперта первичные накладные на получение товара от поставщиков, подлежащего внутреннему перемещению, не представлены, поскольку утрачены.

Экспертом отмечено, что представленные истцом величины выручки, указанные в справках ООО «РИМ» за 2016 год, не соответствуют данным, представленным в отчете о прибылях и убытках за 2016 год, в связи с чем, эксперт анализировал первичные документы и справки, имеющиеся в материалах дела, без проведения юридической экспертизы и правовой оценки представленных документов, что не входит в компетенцию эксперта.  

Кроме того, в ходе судебного разбирательства установлено, что с 16.05.2017 истец начал использование онлайн-кассы (ККТ). За период с 16.05.2017 по 31.05.2017 выручка, проведенная через онлайн-кассу, составила 36 263 руб. 71 коп., что более чем в 4 раза меньше выручки за указанный период по предоставленным истцом первичным документам за вычетом затрат на покупку товаров и материалов, и вызывает сомнения в достоверности первичных документов.

Вместе с тем, столь короткий период для полного анализа нерепрезентативен, поскольку в полной мере не учитывает фактор сезонности, в связи с чем, уменьшение определенного экспертом дохода в 4 раза суд признает необоснованным.

Довод истца о том, что в некий переходный период истец был вправе часть товара не проводить через онлайн-кассу, по мнению суда, несостоятельный и противоречит действующему налоговому законодательству.

В п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Согласно ч. 1, 2 ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Оценив все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности и взаимной связи,  исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению, суд, с учетом ст. 404 ГК РФ, усматривает основания для взыскания с ответчика в пользу истца упущенной выгоды в сумме 474 930 руб., что составляет 50 % от размера дохода, определенного экспертом.

Указанный размер упущенной выгоды, при установленных судом обстоятельствах, является разумным и обоснованным, обеспечивающим баланс интересов сторон.

На основании изложенного, иск подлежит удовлетворению частично.

Согласно ст. 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом. 

Распределение судебных расходов между лицами, участвующими в деле, регулируется положениями статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В соответствии с частью 1 указанной статьи судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. 

Истец при подаче иска уплатил государственную пошлину в размере 22 372 руб.

Государственная пошлина с размера уменьшенных исковых требований составляет 21 997 руб. 

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате госпошлины в сумме 10 998 руб. 50 коп. пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. 

Стоимость проведенной судебной экспертизы (с учетом дополнительной) составила 40 000 руб.

В ходе судебного разбирательства расходы по оплате экспертизы принял на себя ответчик.

По итогам рассмотрения дела с истца в пользу ответчика подлежат взысканию судебные расходы на оплату экспертизы в сумме 20 000 руб.

Таким образом, с учетом зачета судебных расходов, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию 465 928 руб. 50 коп. 

Излишне уплаченная государственная пошлина подлежит возврату истцу.

Сторонам в определениях суда разъяснены положения части 2 статьи 268 АПК РФ о том, что дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными.

На основании ч. 1 ст. 139 АПК РФ мировое соглашение может быть заключено сторонами при исполнении судебного акта в суде первой инстанции.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ООО "РИМ" удовлетворить частично.

Взыскать с ООО "Лина" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу ООО "РИМ" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) упущенную выгоду в сумме 474 930 руб., судебные расходы  по уплате государственной пошлины в сумме 10 998 руб. 50 коп., а всего – 485 928 руб. 50 коп.

Взыскать с ООО "РИМ" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу ООО "Лина" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) судебные расходы на оплату экспертизы в сумме 20 000 руб.

В результате зачета взыскать с ООО "Лина" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу ООО "РИМ" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 465 928 руб. 50 коп.

Возвратить ООО "РИМ" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) из федерального бюджета государственную пошлину в сумме 375 руб.

Решение может быть обжаловано в месячный срок в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Белгородской области.

Судья

Кретова Л. А.