ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А66-7671/2021

г. Вологда

13 октября 2022 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 06 октября 2022 года.

В полном объёме постановление изготовлено 13 октября 2022 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Алимовой Е.А., судей Докшиной А.Ю. и Мурахиной Н.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии от общества с ограниченной ответственностью «Капитал Медицинское Страхование» ФИО2 по доверенности от 01.06.2022                 № 41/22, от Территориального фонда обязательного медицинского страхования Тверской области ФИО3 по доверенности от 20.10.2021 № 28/02, ФИО4 по доверенности от 20.10.2021 № 27/02, от государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области «Тверской областной клинический онкологический диспансер» главного врача                 ФИО5 на основании распоряжения от 29.03.2022 № 268-рп,                            

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Капитал Медицинское Страхование» на решение Арбитражного суда Тверской области от 25 июля 2022 года по делу                  № А66-7671/2021,

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «Капитал Медицинское Страхование» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 115184, Москва, улица Большая Татарская, дом 13, строение 19; далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Тверской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к Территориальному фонду обязательного медицинского страхования Тверской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 170100, 

<

...>; далее – фонд) о признании недействительным решения от 18.02.2021 № 14 в части пункта 2.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено государственное бюджетное учреждение здравоохранения Тверской области «Тверской областной клинический онкологический диспансер»                            (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 170008, 

<

...> Октября, дом 57/37; далее – учреждение).

Решением Арбитражного суда Тверской области от 25 июля 2022 года по делу № А66-7671/2021 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Общество с решением суда не согласилось и обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит суд апелляционной инстанции его отменить. В обоснование жалобы ссылается на то, что суд нарушил нормы материального права, не принял во внимание нормы закона и иные нормативные правовые акты, которые следует применить по данному делу, пришел к неверным выводам об отсутствии нарушений.

Представитель общества в судебном заседании жалобу поддержал.

Фонд в отзыве на апелляционную жалобу и его представитель в судебном заседании с доводами жалобы не согласились, просили решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Учреждение в отзыве на апелляционную жалобу и его представитель в судебном заседании с доводами жалобы не согласились, просили решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Заслушав объяснения представителей общества, фонда, учреждения, исследовав доказательства по делу, доводы жалобы, проверив законность и обоснованность оспариваемого решения, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела, фондом и обществом заключен договор о финансовом обеспечении обязательного медицинского страхования от 09.01.2017 № 6, по условиям которого фонд принимает на себя обязательства по финансовому обеспечению деятельности страховой медицинской организации в сфере обязательного медицинского страхования, а страховая медицинская организация обязуется оплатить медицинскую помощь, оказанную застрахованным лицам, в соответствии с условиями, установленными в территориальной программе обязательного медицинского страхования, за счет целевых средств.

Обществом проведены экспертизы качества медицинской помощи застрахованным лицам в условиях круглосуточного/дневного стационара учреждения по профилю «онкология» в период с 13.08.2020 по 14.08.2020, по итогам которых выявлены нарушения при оказании медицинской помощи с кодами дефекта 3.2.1, 3.2.3, 4.3.

Учреждение, не согласившись с результатами проведенной обществом экспертизы качества медицинской помощи, направило в фонд претензию. На основании указанной претензии фондом организовано проведение повторной экспертизы качества медицинской помощи, о чем составлен акт повторной экспертизы от 17.02.2021.

Комиссией фонда по урегулированию спорных вопросов между участниками обязательного медицинского страхования, работающими в сфере обязательного медицинского страхования Тверской области, по результатам рассмотрения претензий учреждения принято решение от 18.02.2021 № 14, которым претензия учреждения по одному страховому случаю (мед карта стационарного больного № 2020/6873) признана необоснованной (пункт 1), претензия учреждения по тринадцати страховым случаям (мед карты стационарных больных № 2020/7182, 2020/7205, 2020/66538, Д4439, Г371,  2020/5046, Д4113, 2020/7310, 4502,  2020/6348, 2020/6554, 2020/7272, 2020/6740) признана обоснованной, примененные обществом финансовые санкции по кодам дефекта 3.2.1, 3.2.3, 4.3 отменены, установлено, что случаи подлежат оплате в полном объеме (пункт 2).

Не согласившись с данным решением в части пункта 2, общество  обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Суд первой инстанции  в удовлетворении заявленных требований отказал.

Апелляционная инстанция не находит правовых оснований для отмены решения суда в силу следующего.

По смыслу статей 65, 198 и 200 АПК РФ обязанность доказывания наличия права и факта его нарушения оспариваемыми актами, решениями, действиями (бездействием) возложена на заявителя, обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта, решения, действий (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту, а также обстоятельств, послуживших основанием для их принятия (совершения), возлагается на орган или лицо, которые приняли данный акт, решение, совершили действия (допустили бездействие). 

Исходя из части 2 статьи 201 упомянутого Кодекса обязательным условием для принятия решения об удовлетворении заявленных требований о признании ненормативного акта недействительным (решения, действий, бездействия незаконными) является установление судом совокупности юридических фактов: во-первых, несоответствия таких актов (решения, действий, бездействия) закону или иному нормативному правовому акту, во-вторых, нарушения ими прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Федеральный закон от 29.11.2010 № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» (далее – Закон № 326-ФЗ) регулирует отношения, возникающие в связи с осуществлением обязательного медицинского страхования.

Часть 2 статьи 9 Закона № 326-ФЗ относит к участникам обязательного медицинского страхования территориальные фонды, страховые медицинские организации, медицинские организации.

В силу пункта 10 части 2 статьи 38 Закона № 326-ФЗ страховая медицинская организация обязана осуществлять контроль объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи в медицинских организациях, в том числе путем проведения медико-экономического контроля, медико-экономической экспертизы, экспертизы качества медицинской помощи, и представлять отчет о результатах такого контроля.

Согласно части 1 статьи 40 вышеназванного Закона контроль объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи медицинскими организациями в объеме и на условиях, которые установлены территориальной программой обязательного медицинского страхования и договором на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, проводится в соответствии с порядком организации и проведения контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи, установленным Федеральным фондом.

Из части 2 данной статьи следует, что контроль объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи осуществляется путем проведения медико-экономического контроля, медико-экономической экспертизы, экспертизы качества медицинской помощи.

Согласно пункту 21 статьи 2 Закона № 323-ФЗ качество медицинской помощи –  совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В соответствии с частью 1 статьи 64 Закона № 323-ФЗ экспертиза качества медицинской помощи проводится в целях выявления нарушений при оказании медицинской помощи, в том числе оценки своевременности ее оказания, правильности выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, степени достижения запланированного результата.

В силу части 9 статьи 40 Закона № 326-ФЗ результаты медико-экономического контроля, медико-экономической экспертизы, экспертизы качества медицинской помощи оформляются соответствующими актами по формам, установленным Федеральным фондом.

Частью 10 той же статьи установлено, что по результатам контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи применяются меры, предусмотренные статьей 41 настоящего Закона и условиями договора на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, в соответствии с порядком оплаты медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, установленным правилами обязательного медицинского страхования.

Статьей 42 Закона № 326-ФЗ предусмотрено, что медицинская организация в течение 15 рабочих дней со дня получения актов страховой медицинской организации вправе обжаловать заключение страховой медицинской организации при наличии разногласий по результатам медико-экономического контроля, медико-экономической экспертизы и экспертизы качества медицинской помощи путем направления претензии в территориальный фонд. Территориальный фонд в течение 30 рабочих дней со дня поступления такой претензии рассматривает поступившие от медицинской организации материалы и организует проведение повторных медико-экономического контроля, медико-экономической экспертизы и экспертизы качества медицинской помощи.

Порядок организации и проведения контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию утвержден приказом ФФОМС 28.02.2019 № 36 (далее –                  Порядок № 36, Порядок) и действовал в период поведения реэкспертизы.

В силу пункта 28 данного Порядка в соответствии с частью 6                        статьи 40 Закона № 326-ФЗ экспертиза качества медицинской помощи - выявление нарушений при оказании медицинской помощи, в том числе оценка своевременности ее оказания, правильности выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, степени достижения запланированного результата.

На основании пункта 29 Порядка № 36 экспертиза качества медицинской помощи проводится путем проверки соответствия предоставленной застрахованному лицу медицинской помощи договору на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, порядкам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям, стандартам медицинской помощи. 

Пунктом 93 данного Порядка установлено, что территориальный фонд в течение тридцати рабочих дней с даты поступления претензии рассматривает поступившие от медицинской организации документы и организует проведение повторных медико-экономического контроля, медико-экономической экспертизы и экспертизы качества медицинской помощи, которые в соответствии с частью 4 статьи 42 Закона № 326-ФЗ оформляются решением территориального фонда с представлением в соответствии с пунктом 61 настоящего Порядка акта реэкспертизы и/или экспертного заключения.

По результатам реэкспертизы территориальный фонд в течение десяти рабочих дней после оформления акта повторного контроля принимает решение, в том числе с учетом письменно выраженной позиции страховой медицинской организации (при наличии), и направляет результаты рассмотрения в форме соответствующих актов и решения, подписанного руководителем, в страховую медицинскую организацию и медицинскую организацию.

Согласно пунктам 53, 54, 56 Порядка № 36 территориальный фонд на основании части 11 статьи 40 Закона № 326-ФЗ осуществляет контроль за деятельностью страховых медицинских организаций путем организации контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи, проводит медико-экономический контроль, медико-экономическую экспертизу, экспертизу качества медицинской помощи, в том числе повторно.

Повторные медико-экономическая экспертиза или экспертиза качества медицинской помощи проводятся другим специалистом-экспертом медико-экономическая экспертиза или другим экспертом качества медицинской помощи экспертиза качества медицинской помощи.

Повторная экспертиза качества медицинской помощи проводится параллельно или последовательно с экспертизой качества медицинской помощи, осуществляемой страховой медицинской организацией, с привлечением другого эксперта качества медицинской помощи.

Задачами реэкспертизы являются проверка обоснованности и достоверности заключения специалиста-эксперта или эксперта качества медицинской помощи, первично проводившего медико-экономическую экспертизу или экспертизу качества медицинской помощи; контроль деятельности специалистов-экспертов/экспертов качества медицинской помощи.

В приложении 8 к Порядку № 36 приведен перечень оснований для отказа в оплате медицинской помощи (уменьшения оплаты медицинской помощи) по каждому коду дефекта.

В рассматриваемом случае экспертом качества медицинской помощи общества выявлены нарушения по кодам дефекта 3.2.1, 3.2.3, 4.3.

Код дефекта 3.2.1 предусматривает невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, в том числе рекомендаций по применению методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, данных медицинскими работниками национальных медицинских исследовательских центров в ходе консультаций/консилиумов с применением телемедицинских технологий, не повлиявшее на состояние здоровья застрахованного лица, код 3.2.3 те же действия, приведшее к ухудшению состояния здоровья застрахованного лица, либо создавшее риск прогрессирования имеющегося заболевания, либо создавшее риск возникновения нового заболевания (за исключением случаев отказа застрахованного лица от медицинского вмешательства, в установленных законодательством Российской Федерации случаях).

Код дефекта 4.3 предусматривает отсутствие в документации информированного добровольного согласия застрахованного лица на медицинское вмешательство или отказа застрахованного лица от медицинского вмешательства, в установленных законодательством Российской Федерации случаях.

Отклоняя доводы общества о правомерном вменении кода дефекта 4.3, суд первой инстанции установил следующее.

По мнению заявителя, отраженному в заявлении в суд и жалобе,  в медицинской документации отсутствует добровольное информированное согласие пациента на применение отдельных конкретных препаратов и их комбинаций в рамках химиотерапевтаческих схем, предусмотренных действующими клиническими рекомендациям, что является основанием применения кода дефекта 4.3.

В соответствии с частью 1 статьи 20 Закона № 323-ФЗ необходимым предварительным условием медицинского вмешательства является дача информированного добровольного согласия гражданина или его законного представителя на медицинское вмешательство на основании предоставленной медицинским работником в доступной форме полной информации о целях, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных вариантах медицинского вмешательства, о его последствиях, а также о предполагаемых результатах оказания медицинской помощи. Пациент при каждой госпитализации дает письменное добровольное согласие на медицинское вмешательство.

В данном случае в медицинских картах по спорным случаям оказания медицинской помощи имеются согласия, подписанные пациентами, в частности присутствуют три вида информированных добровольных согласий:

на химиотерапевтическое лечение с указанием всех возможных осложнений лечения:

на определенный вид медицинского вмешательства, осуществляемого при оказании всех видов медицинской помощи (курс лекарственной терапии);

на медицинское вмешательство, в том числе с согласием на проведение лечебных мероприятий: прием таблетированных препаратов, инъекций, внутривенных вливаний, диагностических и лечебных пункций.

Информированные добровольные согласия, которые даны пациентами, в рассматриваемых случаях не противоречат Закону № 323-ФЗ, содержат предупреждения пациентов о возможных осложнениях лечения, а также указания на наименования вида медицинского вмешательства.

Вопреки доводам жалобы, суд первой инстанции справедливо отметил,  что наличие в медицинской документации добровольного информированного согласия пациента на применение отдельных конкретных препаратов и их комбинаций законодательством Российской Федерации не предусмотрено.

Доводы общества о неправильном оформлении информированных согласий пациентов на медицинское вмешательство не основаны на нормах права, а также противоречат буквальному содержанию рассматриваемого кода дефекта.

Таким образом, выводы фонда, указанные в оспариваемом решении о том, что обществом ошибочно применены санкции по коду дефекта 4.3, являются верными.

Ссылка общества в жалобе на письмо ФФОМС от 24.03.2022 № 00-10-101-1-06/2696 апелляционным судом не принимается, поскольку письмо не содержит правовых норм, не конкретизирует нормативные предписания и не является нормативно-правовым актом.

Также суд первой инстанции правильно согласился с выводами фонда о необоснованном применении обществом кодов дефекта 3.2.1 и 3.2.3.

Код дефекта 3.2.1 заявитель обосновал неисполненим медицинской организацией требования инструкции по применению лекарственных препаратов в части противопоказаний к применению или ограничению применения химиопрепаратов, неисполнением требования по указанию в сигнатуре листа назначений медицинской карты стациоарного больного (лист химиотерапии) о специальном режиме введения препарата, об оценке соблюдения режима введения препарата, указанию о способе введения (порт-система, ЦВК, др.), на использование обязательных игл Губера.

Код дефекта 3.2.3 вменен в связи с невыполнением необходимых молекулярно-генетичечеких исследований мутации генов, неисполнением требований о правильности выбора методов диагностики и профилактики тромбоэмболических осложнений у онкологических больных.

Доводы общества о неисполнении медицинской организацией требования инструкции по применению лекарственных препаратов в части противопоказаний к применению или ограничению применения химиопрепаратов также не приняты судом первой инстанции на основании следующего. 

В заключении комиссии фонда отмечено, что для обеспечения безопасности лекарственной противоопухолевой терапии перед началом химиотерапевтического лечения каждый пациент проходит необходимый минимум обследований и диагностики, консультаций специалистов – по показаниям, определяемым лечащим врачом. В медицинских картах есть информация об оценке общего состояния пациентов, жалоб не зафиксировано. В дневниках врача есть оценка общего состояния пациента по шкале ECOG, жалоб, указывающих на наличие нейропатии, у пациентов не зафиксировано. В выписном эпикризе пациенту даны рекомендации о контрольных анализах по месту жительства.

Ссылки подателя жалобы на то, что учреждением не исполнены требования инструкции по применению лекарственных препаратов, коллегией судей также не принимаются с учетом следующего.

В «ОСТ ГИСЛС 91500.05.0002-2001. Отраслевой стандарт «Государственный информационный стандарт лекарственного средства. Основные положения», утвержденном приказом Минздрава России от 26.03.2001 № 88 (далее – Стандарт),  установлено, что инструкция по применению лекарственного препарата для специалистов – это официальный документ, содержащий информацию о лекарственном препарате, необходимую и достаточную для его эффективного и безопасного медицинского применения. Данный Стандарт не регулирует взаимоотношения, возникающие между пациентами и медицинскими организациями, касающиеся применения лекарственных препаратов. Целью разработки и внедрения Стандарта является обеспечение качества информации о лекарственных средствах, разрешенных к медицинскому применению в Российской Федерации.

Режимы химиотерапии с применением конкретных препаратов, их дозировок, способы и частоты введения определены Клиническими рекомендациями, утвержденными Минздравом России. Стандартами действия. Практическими рекомендациями Российского общества клинической онкологии (RUSSCO).

В соответствии с пунктом 18 Порядка оказания медицинской помощи населению по профилю «онкология», утвержденного приказом Минздрава России от 15.11.2012 № 915н, в медицинской организации, оказывающей медицинскую помощь больным с онкологическими заболеваниями, тактика медицинского обследования и лечения устанавливается консилиумом врачей-онкологов и врачей-радиотерапевтов, с привлечением при необходимости других врачей-специалистов. Решение консилиума врачей оформляется протоколом, подписывается участниками консилиума врачей и вносится в медицинскую документацию больного.

В силу части 2 статьи 70 Закона № 323-ФЗ лечение пациента организует лечащий врач.

В соответствии с подпунктом «е» пункта 2.2 Критериев оценки качества медицинской помощи, утвержденных приказом Минздрава России от 10.05.2017 № 203н, назначение лекарственных препаратов осуществляется с учетом инструкций по применению лекарственных препаратов, возраста пациента, пола пациента, тяжести заболевания, наличия осложнений основного заболевания (состояния) и сопутствующих заболеваний.

Таким образом, как обоснованно указал суд первой инстанции, назначая тот или иной химиотерапевтический препарат, лечащий врач, прежде всего, руководствуется Клиническими рекомендациями, утвержденными Минздравом России, Стандартами действия, Практическими рекомендациями Российского общества клинической онкологии (RUSSCO) и учитывает инструкцию по применению лекарственного препарата, возраст пациента, пол пациента, тяжесть заболевания, наличие осложнений основного заболевания (состояния) и сопутствующих заболеваний, т. е. с учетом множества факторов, а не только одной инструкции по применению лекарственного препарата, в связи с этим пришел к верному выводу о том, что спорные нарушения отсутствуют.

Ссылка в жалобе на приказ Минздравсоцразвития России от 09.08.2005               № 494 «О порядке применения лекарственных средств у больных по жизненным показаниям», пунктом 4 которого предусмотрены специальные требования, является несостоятельной, ввиду того, что данный приказ регулирует отношения в случае индивидуального применения по жизненным показаниям лекарственного средства, не зарегистрированного на территории Российской Федерации, что к рассматриваемым случаям не относится.

Выводы общества о том, что учреждением не исполняется требование по указанию в сигнатуре листа назначений о режиме введения препарата, об оценке соблюдения режима введения препарата, что создает риск ненадлежащего введения, опасного для пациента развития побочных эффектов, не достигая терапевтической дозы в крови, также не свидетельствуют о правомерности применения заявителем рассматриваемых кодов дефекта.

Материалами дела подтверждается и установлено судом, что в медицинских картах стационарных больных по рассматриваемым спорным случаям оказания медицинской помощи в дневниковых записях имеется информация о дате и времени начала курса, продолжении курса и завершении курса терапии.

Вопреки доводам общества, в листе назначений указания о времени введения препарата могут быть краткими и не содержать всю необходимую информацию, а дневниковые записи позволяют установить более точные сведения.

Доводы общества о допущенных учреждением нарушениях при оказании медицинской помощи ввиду отсутствия в медицинских картах сведений об установке порт-системы также отклонены судом.

Суд учел, что в протоколе заседания комиссии фонда верно отмечено, решение по установке порт-системы принимает лечащий врач или врачебная комиссия исходя из конкретных обстоятельств и при согласии пациента, в случае отсутствия противопоказаний, обязательного применения порт-системы нормами права не установлено.

Суд согласился с утверждениями фонда и учреждения о том, что порт-система является одним из способов применения препарата, наряду с примененными учреждением иными не запрещенными способами. При этом установка порт-системы представляет собой оперативное вмешательство, с возможностью возникновения осложнений, не требуется при краткосрочной терапии.

Кроме того, как указано в протоколе комиссии фонда, медицинская документация содержит сведения об установке порт-системы (использование иглы Губера).

Применительно к остальным спорным случаям в актах проведенной обществом экспертизы качестве медицинской помощи обязательное применение именно порт-системы, неправомерность примененного учреждением способа введения препарата не обоснованы.

Доводы заявителя о невыполнении необходимых молекулярно-генетических исследований мутации генов в соответствие с требованиями пункта 2.3. Клинических рекомендаций «Рак молочной железы» (2018 г.) не приняты судом первой инстанции как противоречащие материалам дела и не опровергнутые заявителем.

Излишние выводы суда относительно отсутствия в медицинской документации письменного отказа от медицинского вмешательства при отсрочке курса лечения по семейным обстоятельствам не привели к принятию неправильного судебного акта, в связи с этим доводы апеллянта о необоснованной оценке судом данного нарушения не могут служить основанием для отмены решения суда.

Ссылка подателя жалобы на судебную практику не принимается апелляционным судом, поскольку обстоятельства дел не тождественны.

В связи с указанным суд первой инстанции обоснованно отказал в  удовлетворении заявленных требований.

Доводы апелляционной жалобы являлись предметом исследования судом первой инстанции, не опровергают выводов суда, а лишь выражают несогласие с ними, поэтому не могут являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Материалы дела исследованы судом первой инстанции полно и всесторонне, выводы суда соответствуют имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права не допущено.

С учетом изложенного апелляционная инстанция приходит к выводу о том, что спор разрешен в соответствии с требованиями действующего законодательства, основания для отмены решения суда, а также для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд 

п о с т а н о в и л :

решение Арбитражного суда Тверской области от 25 июля 2022 года по делу № А66-7671/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Капитал Медицинское Страхование» – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд                 Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

Е.А. Алимова

 

Судьи

А.Ю. Докшина

Н.В. Мурахина