АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 г. Тюмень Дело № А03-13997/2019 Резолютивная часть постановления объявлена 13 сентября 2023 года Постановление изготовлено в полном объеме 15 сентября 2023 года Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе: председательствующего Лаптева Н.В., судей Доронина С.А., Кадниковой О.В. – при ведении протокола с использованием средств веб-конференц-связи помощником судьи Алдаевой М.А. рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы ФИО1, ФИО2 на определение Арбитражного суда Алтайского края от 21.03.2023 (судья Крамер О.А.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 15.05.2023 (судьи Сбитнев А.Ю., Апциаури Л.Н., Фролова Н.Н.) по делу № А03-13997/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества ограниченной ответственностью «Стандарт» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – общество «Стандарт», должник), принятые по заявлениям конкурсного управляющего ФИО3 (далее – управляющий) о привлечении ФИО1 и ФИО4 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; взыскании убытков в пользу должника с ФИО1 в сумме 5 154 791,68 руб., с ФИО1 и ФИО2 солидарно в сумме 4 383 836,19 руб. Другие лица, участвующие в деле: ФИО2 (ИНН 

<

***>), ФИО1 (ИНН 

<

***>), ФИО4 (ИНН 

<

***>) (ответчики). Посредством системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания) в судебном заседании приняли участие представители: управляющего ФИО3 – ФИО5 по доверенности от 29.07.2021, ФИО2 – ФИО6 по доверенности от 13.07.2023. С у д у с т а н о в и л : в деле о банкротстве общества «Стандарт» управляющий обратился в арбитражный суд с заявлениями (с учетом уточнений): о признании доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 и Сарояна Т.С. за непередачу конкурсному управляющему документов бухгалтерского учёта должника, ФИО1 за причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов А03-13997/2019 в результате совершения этим лицом сделок должника, которые привели к невозможности полного погашения требований кредиторов; о взыскании в пользу должника убытков: с ФИО1 – в сумме 432 714,33 руб., причинённых в период с 07.07.2016 по 03.03.2017; с ФИО1 и ФИО2 солидарно в сумме 4 383 836,19 руб., причинённых в период с 03.03.2017 по 28.04.2018. Определением Арбитражного суда Алтайского края от 21.03.2023, оставленным без изменения постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 15.05.2023, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 и Сарояна Т.С. к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Стандарт» и приостановлено рассмотрение заявления в части размера субсидиарной ответственности до окончания мероприятий по формированию конкурсной массы и расчетов с кредиторами; взысканы в пользу должника убытки с ФИО1 в сумме 432 714,33 руб., с ФИО1 и ФИО2 солидарно в сумме 4 383 836,19 руб. ФИО1 и ФИО2 подали кассационные жалобы, в которых просят отменить определение арбитражного суда от 21.03.2023 и постановление апелляционного суда от 15.05.2023, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции. В кассационных жалобах приведены доводы: о недоказанности имеющих значение для дела обстоятельств, которые суды посчитали установленными, в частности, периоды руководства ответчиками должником на основании выписок из Единого государственного реестра юридических лиц, не являющихся надлежащими доказательствами, причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения сделок должника, которые привели к невозможности полного погашения требований кредиторов; неправомерности возложения на ответчиков бремени доказывания отсутствия убытков для должника; непринятии судами доказательств о возвращении ответчиками займов посредством внесения наличных денежных средств в кассу должника, последствий истечения срока давности для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности. В отзыве на кассационную жалобу управляющий возражает против доводов ФИО1 и ФИО2, которые, по его мнению, заявлены впервые и не были представлены нижестоящим судам для рассмотрения, согласился с выводами судов о доказанности оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, взыскания убытков, просил оставить без изменения определение арбитражного суда от 21.03.2023 и постановление апелляционного суда от 15.05.2023, как законные. В судебном заседании представители поддержали доводы своих доверителей. Иные лица, участвующие в деле, их представители в судебное заседание не явились. Учитывая надлежащее извещение о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). А03-13997/2019 Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами норм материального права и соблюдение процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд округа не находит основания для удовлетворения кассационных жалоб. Как установлено судами и следует из материалов дела, общество «Стандарт» создано на основании решения от 04.06.2016 № 1 единственного участника ФИО1 Руководителями с момента создания должника являлись в периоды: с 07.07.2016 по 03.03.2017 – ФИО1, с 03.03.2017 по 28.04.2018 – ФИО2, с 28.04.2018 по 26.07.2019 – ФИО1, с 26.07.2019 по 04.09.2020 – Сароян Т.С. ФИО2 приходится матерью ФИО1, которая, в свою очередь является матерью ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Между обществом «Стандарт» (продавец) в лице директора ФИО1 и ФИО7 (покупатель) в лице представителя ФИО1 заключен договор купли-продажи от 07.06.2019, по условиям которого должник продал покупателю MITSUBISHI OUTLANDER, 2018 года выпуска, номер кузова – Z8TXTGF2WHM031389, паспорт ТС 40ОМ960362 от 11.01.2018 (далее – автомобиль) по цене 100 000 руб. Со счета общества «Стандарт» перечислены денежные средства на счет ФИО7 по договору оказания услуг от 01.10.2018 № 01-10/2018 в качестве оплаты консультационно-информационных услуг по ведению бизнеса и вспомогательные услуги по документальному сопровождению сделок заказчика. Консультационно-информационные услуги по ведению бизнеса включают в себя: управленческий анализ финансово-хозяйственной деятельности, анализ конкурентов, анализ рынка, рекомендации по привлечению клиентов; вспомогательные услуги по документальному сопровождению сделки: подготовка и оформление документов по сертификации товара, таможенному и бухгалтерскому оформлению, услуги в области составления внутренней документации. Стоимость выполненных работ определена сторонами в 10 % от выручки (оборота) за отчетный месяц, по заключенным контрактам. Расчет стоимости отражается в акте выполненных работ, по истечении календарного месяца. В подтверждение оказанных услуг представлены акты об оказании услуг от 31.10.2018 № 1, от 30.11.2018 № 2, от 31.12.2018 № 3, а также акт сверки за 2018 год между ФИО7 и обществом «Стандарт». По состоянию на дату подписания актов об оказании услуг ФИО7 едва исполнилось 18 лет, что вызывает разумные сомнения в наличии квалификации для оказания услуг, поименованных в договоре. Соглашением о зачете от 07.06.2019 ФИО7 и общество «Стандарт» прекратили взаимные обязательства путем проведения зачета встречных однородных требований на сумму 137 000 руб. Согласно актов ФИО7 оказала по договору А03-13997/2019 оказания услуг от 01.10.2018 услуги должнику на сумму 1 077 724 руб. (нет достоверных доказательств), должник перечислил 940 000 руб. на счет ФИО7, признав долг в сумме 137 724 руб.; ФИО7 приобрела по договору купли-продажи от 07.06.2019 у общества «Стандарт» автомобиль по цене 1 137 000 руб., внесла в кассу 1 000 000 руб. (нет достоверных доказательств). На момент подписания соглашения ФИО7 признала долг перед обществом «Стандарт» в сумме 137 000 руб. Согласно выпискам по счетам должника, открытым в публичном акционерном обществе «Сбербанк России» (далее – Сбербанк) и акционерном обществе «Альфа-Банк» (далее – Альфа-Банк), денежные средства расходовались в том числе, на оплату товаров в магазинах Новекс, Мария-Ра, Леруа-Мерлен, Лента, Вкусная жизнь, Блинная, в магазинах женской одежды и обуви Zara, H&M, Oysho, Goergo, Lisette и пр., а также снимались наличными в банкомате. Из материалов дела и анализа требований кредиторов, включенных в реестр, следует, что кредиторская задолженность начала образовываться с мая 2018 года: - задолженность перед обществом «Трейдинг» в сумме 384 516 руб., образовавшаяся в мае 2018 года, в связи с неисполнением должником своих обязательств по договору поставки сельскохозяйственной продукции № 11/18 от 11.01.2018 (решение Арбитражного суда Алтайского края от 20.09.2019 по делу А68-5450/2019); - задолженность перед обществом «Альянс» в сумме 474 000 руб., образовавшаяся 22.01.2019 по договору оказания услуг от 31.10.2018 (решение Арбитражного суда Алтайского края от 11.12.2019 по делу № А03-4038/2019); - решением Арбитражного суда Тульской области от 24.01.2019 по делу № А68- 13242/2018 с общества «Стандарт» в пользу общества «Трейдинг» взысканы денежные средства в сумме 846 875 руб. по договору поставки сельскохозяйственной продукции №11/18 от 11.01.2018, а также 19 938 руб. государственной пошлины; - задолженность перед обществом «ПРЕМИУМ СУРС» в сумме 3 275 800 руб., образовавшаяся 17.05.2019 по договору поставки от 01.03.2019 (решение Арбитражного суда Алтайского края от 24.10.2019 по делу № А03-10235/2019). По данным бухгалтерского учета общества «Стандарт» балансовая стоимость имущества по состоянию на 31.12.2018 составляла 14 084 000 руб., на 31.12.2019 – 13 980 000 руб.; чистая прибыль должника по итогам 2018 года составила 14 000 руб., по состоянию на 2019 год деятельность общества являлась убыточной. По итогам 2019 года получен убыток в размере 104 000 руб. Величина активов должника (основные средства) состоянию на 2018 года составляла 1 844 000 руб. Определением арбитражного суда от 15.02.2021 по заявлению общества «Трейдинг» возбуждено производство по делу о банкротстве общества «Стандарт». Определением арбитражного суда от 30.10.2019 в отношении общества «Стандарт» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждён ФИО3 А03-13997/2019 Решением арбитражного суда от 04.09.2020 общество «Стандарт» признано банкротом, открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждён ФИО3 Согласно отчета управляющего о результатах конкурсного производства по состоянию на 09.01.2023 сформирован реестр требований кредиторов должника в сумме 6 233 377,24 руб. По итогам проведенной инвентаризации выявлены внеоборотные активы в виде основных средств в размере 1 520 078 руб. (балансовая/рыночная стоимость), оборотные активы в виде дебиторской задолженности в размере 4 848 963,24 руб. (балансовая стоимость). ФИО1 заявила о том, что передала Сарояну Т.С. бухгалтерскую документацию, печать, базу данных 1С Бухгалтерия, базу данных Астрал-отчетность, в подтверждение чего представила акт приема-передачи. Сароян Т.С. не передал бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности конкурсному управляющему. Согласно бухгалтерскому балансу за 2020 год размер дебиторской задолженности общество «Стандарт» составлял 5 465 000 руб. Конкурсным управляющим на основании анализа картотеки арбитражных дел, а также анализа ответов на полученные запросы была выявлена дебиторская задолженность в размере 4 975 924,01 руб. Определением арбитражного суда от 02.07.2021 признан недействительным договор от 07.06.2019 купли-продажи автомобиля на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), применены последствия недействительности сделки в виде возложения на ФИО7 обязанности возвратить автомобиль в конкурсную массу общества «Стандарт». Суд исходил из того, что автомобиль рыночной стоимостью 1 520 078 руб. реализован контролирующим должника лицом заинтересованному лицу – дочери по цене 100 000 руб. в преддверии банкротства. Полагая, что имеются основания для привлечения бывших руководителей должника солидарно к субсидиарной ответственности и взыскании убытков, конкурсный управляющий обратился в суд с указанными заявлениями. В обоснование заявления о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника управляющий указал на: неисполнение бывшим руководителем должника Сарояном Т.С. обязанности, предусмотренной пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве, по обеспечению передачи в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему, что создало препятствие управляющему в полном объеме осуществить мероприятия по формированию конкурсной массы и погашению требований кредиторов общества «Стандарт»; А03-13997/2019 совершение ФИО1 следующих сделок: - отчуждение автомобиля по заниженной рыночной стоимости; - операции по перечислению денежных средств в сумме 970 000 руб. с расчетного счета № 

<

***>, открытого обществом «Стандарт» в Сбербанке в пользу ФИО7 по договору о зачислении денежных средств на счета физических лиц от 06.09.2018 в период с 15.11.2018 по 24.12.2018; - операции по перечислению денежных средств в сумме 2 405 701,39 руб. с расчетного счета № 

<

***>, открытого обществом «Стандарт» в Сбербанке, с использованием банковской карты Visa Business 4274020011048971, держателем которой являлась ФИО1 в период с мая 2018 года по 04.03.2019; - операции по перечислению денежных средств в сумме 1 346 375,96 руб. с расчетного счета № 

<

***>, открытого обществом «Стандарт» в Альфа-Банке, в период с 21.12.2018 по 30.05.2019; перечисление денежных средств со счетов общества «Стандарт», открытых в Сбербанке и Альфа-Банке, с использованием банковской карты, а также снятие наличных денежных средств в сумме 4 816 550,52 руб. в период с 31.08.2016 по май 2018 года, в том числе: 4 383 836,19 руб. – в период руководства ФИО2 и 432 714,33 руб. – в период руководства ФИО1 Заявляя о взыскании убытков, конкурсный управляющий указал на то, что ФИО1 и ФИО2 не представили авансовые отчеты о целевом использовании денежных средств в нарушение порядка ведения кассовых операций в установленный срок, не возвратили сумму снятых денежных средств. Первичная бухгалтерская документация, подтверждающая фактическое их расходование в интересах общества «Стандарт», отсутствует. Признавая доказанным наличие основания для привлечения бывшего руководителя Сарояна Т.С. на основании пункта 1, подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, суд первой инстанции исходил из того, что ответчик не исполнил обязанность, предусмотренную пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве, по передаче бухгалтерской документации должника конкурсному управляющему. При этом отсутствуют доказательства наличия объективной невозможности исполнения данной обязанности. Непередача бухгалтерских документов конкурсному управляющему привела к невозможности выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволила проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы, принять меры к выявлению и истребованию дебиторской задолженности и имущества должника, а также к невозможности определения основных активов должника и их идентификации. Признавая доказанным наличие основания для привлечения бывшего руководителя ФИО1 к субсидиарной ответственности на основании пункта 1, подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, арбитражный суд исходил из того, А03-13997/2019 что отчуждение единственного ликвидного актива в пользу дочери (договор купли-продажи от 07.06.2019) в совокупности с перечислениями денежных средств со счета должника после появления кредиторской задолженности (с мая 2018 года) причинило существенный вред кредиторам должника, поскольку имущественное положение должника не позволяло исполнять денежные обязательства перед кредиторами. Указанные действия ФИО1 усугубили финансовое положение должника, что привело к банкротству, которое в такой ситуации стало неизбежным. Признавая доказанной совокупность обстоятельств, подтверждающих причинение обществу «Стандарт» убытков, суд первой инстанции указал на то, что единственным участником должника являлась ФИО1 В периоды с 07.07.2016 по 03.03.2017, с 28.04.2018 по 26.07.2019 она также являлась директором общества. В период с 03.03.2017 по 28.04.2018 директором общества назначена ФИО2 После вступления в должность ФИО2 была обязана самостоятельно действовать в интересах общества добросовестно и разумно, организовать систему контроля за целевым расходованием средств. Вместе с тем, ФИО1 продолжила распоряжаться денежными средствами должника, сохраняя образцы своей подписи в карточках банка, являясь держателем корпоративной карты. ФИО2 не организовала систему надлежащего контроля за финансовой деятельностью предприятия, фактически ФИО1 осуществляла контроль за счетами должника. Учитывая характер заявленных требований и доводы управляющего, арбитражный суд дал оценку не только наличию (отсутствию) документов, объясняющих расходование денежных средств, как таковой, но и направленности соответствующих действий на получение экономически полезного эффекта для должника. Обязанность возместить убытки может возникать, как при отсутствии первичных бухгалтерских документов, так и при неразумном использовании полученных денежных средств, которое не соответствует обычной управленческой практике и не приводит к возникновению имущественной выгоды на стороне общества. При отсутствии первичной бухгалтерской документации дать оценку действиям руководителя должника с точки соответствия его действий по расходованию денежных средств целям достижения экономического результата для управляющей компании, а также эквивалентности произведенных затрат полученному встречному предоставлению не представляется возможным. Учитывая, что документация должника управляющему до настоящего времени не передана, суд первой инстанции исходил из того, бремя доказывания расходования спорных денежных средств на нужды общества возлагается на ответчиков. То обстоятельство, что ФИО2 не осуществляла фактическое руководство деятельностью должника, фактически спорными денежными средствами не распоряжалась, не снимают с неё ответственность за причиненные обществу убытки, поскольку передача функций управления должником и права на распоряжение расчетным А03-13997/2019 счетом общества другому лицу, без осуществления должного контроля, нельзя признать добросовестным и разумным. В рассматриваемом случае систематическое перечисление денежных средств со счета должника и снятие через корпоративную банковскую карту, при отсутствии исполнения встречного обязательства в форме предоставления отчетности о расходовании денежных средств либо обязательств их возврата может рассматриваться как действие, направленное на вывод активов из хозяйственного оборота должника. В результате совершения оспариваемых платежей из состава активов ООО «Стандарт» выбыли денежные средства, которые могли бы быть направлены на расчеты с кредиторами. Учитывая, что в период снятия денежных средств со счета с 2016 года по май 2018 года должник продолжал осуществлять деятельность, отсутствовали признаки объективного банкротства, действиями ФИО1 и ФИО2 обществу причинены убытки. Так, в период руководства ФИО2 со счета должника с использованием банковской карты, держателем которой являлась ФИО1, снято 4 383 836,19 руб., в период руководства ФИО1 – 432 714,33 руб. Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции о доказанности наличие основания для привлечения ФИО1 и Сарояна Т.С. к субсидиарной ответственности по пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, ФИО1 и ФИО2 к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков: противоправности их поведения, факта причинения должнику убытков в заявленном размере, наличия причинно-следственной связи между неправомерными действиями и понесенными убытками. Выводы арбитражного суда первой и апелляционной инстанций соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и примененным нормам права. Так, гражданское законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности (пункт 1 статьи 48, пункты 1 и 2 статьи 56, пункт 1 статьи 87 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)). Исходя из сложившееся судебной практики, это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и по общему правилу исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота. В то же время из существа конструкции юридического лица (корпорации) вытекает запрет на использование его правовой формы для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10 ГК РФ), на что обращено внимание в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от А03-13997/2019 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53). Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована волеизъявлением контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности (статья 1064 ГК РФ, статья 61.11 Закона о банкротстве, пункт 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах)). Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника. Процесс доказывания того, что требования кредиторов стало невозможным погасить в результате действий ответчиков, упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), при подтверждении которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска. Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 46 Закона об обществах и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. По смыслу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной А03-13997/2019 документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур банкротства, предполагает наличие вины руководителя. Смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, выводе активов и т.п., что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве). Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества. Именно поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079). В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Согласно пункту 1 статьи 53.1 ГК РФ указанное лицо обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу, и несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. В случае нарушения этой обязанности названное лицо несёт ответственность перед обществом за убытки, причинённые юридическому лицу его виновными действиями (бездействием) (пункт 2 статьи 44 Закона об обществах). В пунктах 1, 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62) разъяснено, что в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, А03-13997/2019 неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства. В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора. Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо. Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор принял решение без учёта известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; либо до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах (пункты 3, 4 Постановления № 62). Ответственность, установленная приведёнными нормами права, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по статье 15 ГК РФ. В соответствии со статьёй 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чьё право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права. Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, применение которой возможно лишь при доказанности совокупности следующих условий: возникновение убытков, причинно-следственная связь между противоправным поведением ответчика и возникшими у истца убытками, размер убытков. Поскольку суды установили все существенные обстоятельства, с которыми положения пункта 1 статьи 61.11, статьи 61.20 Закона о банкротстве связывают привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и к ответственности в виде возмещения убытков должнику, с применением презумпций, предусмотренных нормами подпунктов 1 и 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, заявление управляющего удовлетворено правомерно. Доводы, изложенные в кассационных жалобах, отклоняются. Процесс доказывания того, что требования кредиторов стало невозможным погасить в результате действий ответчиков, упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), при подтверждении которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска. А03-13997/2019 Повышенный стандарт доказывания предполагает необходимость представления суду ясных и убедительных доказательств. При отсутствии документов должника управляющему достаточно заявить убедительные доводы и (или) представить доказательства, подтверждающие существенность сомнений в добросовестном поведении бывшего руководителя в отношении имущества должника. При этом бывшему руководителю не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами деятельности должника. Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце втором пункта 10 Постановления № 62 в случаях, когда требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором. В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», поскольку данное требование в силу прямого указания Закона о банкротстве подаётся от имени должника, срок исковой давности исчисляется с момента, когда должник, например, в лице нового директора, не связанного (прямо или опосредованно) с допустившим нарушение директором, или арбитражного управляющего, утвержденного после прекращения полномочий допустившего нарушение директора, получил реальную возможность узнать о допущенном бывшим директором нарушении либо когда о нарушении узнал или должен быть узнать не связанный (прямо или опосредованно) с привлекаемым к ответственности директором участник (учредитель), имевший возможность прекратить полномочия директора, допустившего нарушение. Поскольку ФИО3 утвержден конкурсным управляющим общество «Стандарт» решением арбитражного суда от 04.09.2020, бухгалтерские документы бывшим руководителем не переданы, срок исковой давности к моменту обращения управляющего в арбитражный суд с заявлением не истёк. Размер ответственности субсидиарных ответчиков подлежит определению судом при возобновлении производства по обособленному спору после окончания расчётов с кредиторами с учётом сумм, взысканных в возмещение убытков, вины каждого в совершении противоправных и недобросовестных действий, повлёкших неполное удовлетворение требований кредиторов. Установление обстоятельств, влекущих привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, возмещение убытков относится к компетенции суда А03-13997/2019 первой и апелляционной инстанций, так как связано с оценкой имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в обособленном споре. Проверяя возражения ответчиков, суды дали надлежащую оценку имеющимся в деле доказательствам по правилам статьи 71 АПК РФ в их совокупности и взаимосвязи в результате полного и всестороннего исследования, нарушений норм процессуального права не допущено. Доводы, направленные на переоценку установленных обстоятельств, не могут быть положены в основу отмены обжалованного судебного акта, поскольку заявлены без учёта норм части 2 статьи 287 АПК РФ, исключающих из полномочий суда кассационной инстанции установление обстоятельств, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судами, предрешение вопросов достоверности или недостоверности доказательств, преимущества одних доказательств перед другими, а также переоценку доказательств, которым уже была дана оценка судом первой и апелляционной инстанций. Несогласие заявителей кассационных жалоб с оценкой обстоятельств дела и иное толкование ими положений действующего законодательства не являются основанием для отмены обжалованных судебных актов в кассационном порядке. Поскольку оснований, предусмотренных статьёй 288 АПК РФ, для отмены обжалуемых судебных актов не имеется, кассационные жалобы удовлетворению не подлежат. Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа п о с т а н о в и л : определение Арбитражного суда Алтайского края от 21.03.2023 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 15.05.2023 по делу № А03-13997/2019 оставить без изменения, а кассационные жалобы без удовлетворения. Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 АПК РФ. Председательствующий Н.В. Лаптев Судьи С.А. Доронин О.В. Кадникова