СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-3089/2021(14, 16)-АК

Дело № А60-56284/2019

10 июня 2024 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 29 мая 2024 года.

 

Постановление в полном объеме изготовлено 10 июня 2024 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Нилоговой Т.С.,

судей  Гладких Е.О., Даниловой И.П.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Малышевой Д.Д.,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещенных надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел апелляционные жалобы лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, ФИО1 и конкурсного управляющего ФИО2

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 12 марта 2024 года

о частичном удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО1, ФИО4, ФИО5,

вынесенное в рамках дела № А60-56284/2019

о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Уралспецстрой» (ИНН 

<

***>)

третье лицо: финансовый управляющий ФИО4 ФИО6,

установил:

Определением    Арбитражного суда Свердловской области от 02.10.2019 принято к производству суда заявление общества с ограниченной ответственностью «Нерудная логистическая компания «Автострада» (далее – общество)  о признании общества с ограниченной ответственностью «УралСпецСтрой» (далее – общество «УралСпецСтрой», должник) несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 06.12.2019 заявление общества «Нерудная логистическая компания «Автострада» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО7.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 17.06.2020 (резолютивная часть от 10.06.2020) общество «УралСпецСтрой» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО2 (далее – ФИО8), член Союза «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

11.11.2022 конкурсный управляющий ФИО2 обратилась в суд заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «УралСпецСтрой» ФИО3 (далее – ФИО3), ФИО5 (далее – ФИО5), ФИО4 (далее – ФИО4), ФИО1 (далее – ФИО1) и взыскании с указанных лиц солидарно 21 540 720 руб. 22 коп. 

В порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий ФИО4 ФИО6.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 12.03.2024 (резолютивная часть от 21.02.2024) заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично; к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «УралСпецСтрой» в сумме 21 540 720 руб. 22 коп. солидарно привлечены ФИО3 и ФИО1; в  удовлетворении остальной части требований отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий ФИО2 и лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, ФИО1 обратились с апелляционными жалобами.  

В обоснование апелляционной жалобы конкурсный управляющий указывает, что у суда отсутствовали основания для отказа в удовлетворении требований о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО4 и ФИО5, в связи с чем, обжалуемое определение суда в данной части подлежит отмене. Считает, что вопреки позиции суда, конкурсным управляющим в материалы дела были представлены исчерпывающие доказательства, подтверждающие все элементы состава правонарушений, при которых наступает субсидиарная ответственность указанных контролирующих должника лиц. Отмечает необоснованность выводов суда о том, что ФИО5 и ФИО4 не были вовлечены в процесс текущей деятельности должника и не были осведомлены о масштабах вывода активов, а также о том, что указанные лица не являются выгодоприобретателями по сделкам с обществом с ограниченной ответственностью «Производственно-строительная компания «Спутник» (далее – общество «ПСК «Спутник»). Настаивает на том, что статус ответчиков ФИО4 и ФИО5 как контролирующих должника лиц подтверждается материалами дела. Ссылается на наличие формально-юридических связей ФИО5 и ФИО4 с должником (прямое участие в капитале должника, участие в управлении деятельностью должника в силу занимаемой должности); полагает, что получение выгоды от незаконных сделок должника свидетельствуют о высокой степени их вовлеченности в процесс управления должником и о значительном влиянии на принятие существенных деловых решений относительно деятельности общества «УралСпецСтрой», что подтверждает их фактический и юридический контроль над должником и статус контролирующих лиц. ФИО5, ФИО4,  ФИО1, ФИО3 осуществляли совместные действия по выводу активов должника (денежных средств) в пользу общества «ПСК «Спутник» по убыточным (безвозмездным) сделкам, которые впоследствии были признаны судом недействительными. Обращает внимание, что положения устава общества «УралСпецСтрой», ограничивающие полномочия генерального директора общества «УралСпецСтрой», свидетельствуют о том, что распоряжение финансовыми ресурсами и собственностью общества в ходе текущей финансово-хозяйственной деятельности осуществлялось руководителем общества ФИО3 с ведома и согласия участников общества, к которым относятся ФИО4, ФИО1, ФИО5; решения о совершении должником заведомо убыточных сделок с аффилированными лицами принимались совместно, по согласованию между всеми контролирующими должника лицами, т.е. с участием и при одобрении со стороны ответчиков, что ответчиками не опровергнуто. Кроме того, конкурсный управляющий приводит доводы о необоснованности отклонения судом требования о привлечении к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника, необоснованности отклонения установленной конкурсным управляющим даты объективного банкротства должника. Настаивает, что признаки объективного банкротства имелись у должника с февраля 2018 года и начали складываться у должника с 16.02.2018 в связи с неисполнением денежного обязательства перед обществом с ограниченной ответственностью «Агрострой» (далее – общество «Агорострой»), которое не было погашено и было включено в реестр требований кредиторов должника. В последующем, после 16.02.2018 у должника возникли просроченные обязательства еще перед семью кредиторами, которые также не погашены до настоящего времени. Таким образом, с указанной даты задолженность нарастала и у должника не имелось возможности ее погасить. При этом, у контролирующих должника лиц отсутствовал экономически обоснованный план вывода общества из кризисной ситуации, напротив, контролирующими должника лицами принимались меры по выводу активов должника и совершались убыточные сделки во вред должнику и его кредиторам. Вопреки позиции суда в силу своих должностных полномочий ответчики ФИО5 и ФИО4 знали или должны были знать о кризисном состоянии должника и о возникновении у последнего нарастающей с февраля 2018 года суммы просроченной кредиторской задолженности и реальном отсутствии у общества «УралСпецСтрой» необходимых для продолжения финансово-хозяйственной деятельности активов, т.к. участвовали в управлении должником в силу занимаемых должностей и прямого участия в капитале должника, в связи с чем, вправе были самостоятельно созвать внеочередное собрание участников общества «УралСпецСтрой» для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника, чего ими сделано не было. По данному правовому основанию подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, которые возникли после 24.05.2018 до 02.10.2019 (дата возбуждения дела о банкротстве должника), кроме  ФИО1, участники общества «УралСпецСтрой» ФИО5, ФИО4 В этом периоде у должника возникли обязательства на общую сумму 19 878 146 руб. 39 коп. перед следующими кредиторами: обществами с ограниченной ответственностью «Вымпел», «НЛК Автострада», «СК Альфастрой», «ПК Стилобит», «Строймашсервис», «Автоспецрегион», «КЭС», «Технологии строительства», ИП ФИО9, которые не были погашены и впоследствии включены в реестр требований кредиторов должника.

В своей апелляционной жалобе ФИО1 настаивает на необоснованности выводов суда о наличии оснований для привлечения ее к субсидиарной ответственности по обязательствам общества. Ссылается, что судом не установлена дата объективного банкротства общества «УралСпецСтрой», не дана правовая оценка представленному в материалы дела заключению эксперта (специалиста) №4811-09/08-23 по вопросам финансового положения и эффективности деятельности должника за период с 01.01.2017 по 31.12.2019. По мнению ответчика, конкурсным управляющим не доказаны обстоятельства, подтверждающие возникновение неплатежеспособности у должника в 2018-2019 годах, не представлена точная дата, когда руководитель обязан был обратиться с заявлением о признании должника банкротом, а также не представлен расчет размера требований, возникших после такой даты, и размер субсидиарной ответственности. Обращает внимание, что вопреки позиции конкурсного управляющего, в 2018 и 2019 годах активы общества составляли 160 126 тыс.руб. и 207 995 тыс.руб., соответственно, при этом присутствовала кредиторская задолженность в размере 49 278 тыс.руб. (в 2018 году) и в размере 106 132 тыс.руб. (в 2019 году), из бухгалтерского баланса общества следует, что предприятие  в 2018-2019 годах за счет вырученных от предпринимательской деятельности средств могло и осуществляло гашение текущих и налоговых платежей. Кроме того, обществом заключались государственные и муниципальные контракты, во исполнение которых банками выдавались соответствующие банковские гарантии, что также свидетельствует о положительной оценке деятельности общества финансовыми организациями. Следовательно, признаки объективного банкротства в период с 28.02.2018 по 22.11.2019 у общества «УралСпецСтрой» отсутствовали. Также ответчик обращает внимание, что судом не определены и не указаны, какие именно действия или бездействие ФИО1 привели к банкротству организации; выводы суда о том, что ФИО1 была учредителем общества и занимала должность заместителя генерального директора по экономической работе в связи с чем, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, являются несостоятельными. Настаивает на том, что ФИО1, как участник общества с размером доли в уставном капитале 33,33%, могла только принимать участие в общем собрании общества и не могла влиять на деятельность общества, за исключением утверждения крупных сделок и утверждения балансов общества. Программы развития общества и разумность в развитии общества, согласно Уставу, возлагается на его директора. Только исходя из балансов общества, ФИО1 могла видеть реальную картину состояния дел в обществе, а поскольку в 2018 году деятельность общества являлась положительной, оборотные активы росли, выручка предприятия была также на достаточном уровне, у ФИО1 не могли возникнуть основания для выводов о том, что общество является убыточным и имеет признаки банкротства. Отмечает, что доступ к денежным средствам общества у ФИО1 был ограничен, все решения самостоятельно принимались исключительно директором, перед учредителями директор не ставил вопросы по ведению хозяйственной деятельности, следовательно, ФИО1, также как и другие участники общества, не могла повлиять на действия единоличного исполнительного органа. Ссылается, что в период трудоустройства в обществе «УралСпецСтрой» в должности заместителя генерального директора по экономической работе в функционал ответчика входила подготовка документов, их систематизации и кадровые вопросы, что подтверждается имеющейся в материала дела должностной инструкцией; обязанности по анализу экономической ситуации в обществе, подготовке планов развития предприятия, участию в экономической жизни организации в обязанности ФИО1 не входили, соответственно она не могла влиять на финансовую деятельность организации. Кроме того, ответчик указывает, что на момент обращения общества «Нерудная логистическая компания» с заявлением о банкротстве «УралСпецСтрой», последнее вело обычную финансовую деятельность, в связи с чем, данный кредитор имел возможность получения исполнения обязательств посредством взыскания денежных средств в порядке искового производства. Обращает внимание, что в рамках процедуры банкротства общества «ПСК Спутник» судом было отказано в привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности. В рамках процедуры банкротства общества «УралСпецСтрой» ФИО1 также никакой выгоды не извлекла, стоимость активов организации не уменьшала, действовала в рамках, установленных обычаями делового оборота, что доказывает отсутствие оснований в привлечении ее к субсидиарной ответственности. Считает, что в рассматриваемом случае имеет место бездействие конкурсного управляющего в процедуре банкротства общества «УралСпецСтрой», а не наличие вины ФИО1 в невозможности покрыть убытки кредиторов, поскольку конкурсный управляющий, выявив в процедуре наблюдения сделки должника, подлежащие оспариванию, никаких действий по взысканию дебиторской задолженности, в частности, с общества «ПСК Спутник» не предпринимал. 

Согласно представленным отзывам ФИО4 и ФИО5 против удовлетворения апелляционной жалобы конкурсного управляющего возражают, ссылаясь на законность, обоснованность обжалуемого судебного акта и правомерность выводов суда.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.05.2024 судебное разбирательство по апелляционной жалобе конкурсного управляющего на основании части 5 статьи 158 АПК РФ было отложено на 29.05.2024 в связи с необходимостью совместного рассмотрения апелляционных жалоб конкурсного управляющего ФИО2 (№17АП-3089/2021(16)-АК) и лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, ФИО1 (№17АП-3089/2021(14)-АК).

До судебного заседания, 23.05.2024 и 24.05.2024 от конкурсного управляющего поступили возражения на отзывы ФИО4 и ФИО5, а также отзыв на апелляционную жалобу ФИО1

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, извещенные надлежащим образом, представителей для участия в заседании суда апелляционной инстанции 29.05.2024 не направили, что на основании части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения апелляционных жалоб судом. 

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

В рамках настоящего дела о банкротстве общества «УралСпецСтрой» конкурсный управляющий, обращаясь в арбитражный суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, указал на необходимость установления наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО3, ФИО5, ФИО4, ФИО1

Как следует из материалов дела, ФИО5 является участником должника с 03.08.2016 по настоящее время (размер доли в уставном капитале 33,33%).

ФИО4 является участником должника с 26.12.2014 по настоящее время (размер доли в уставном капитале 33,34%). При этом, в период 2018-2019 годов ФИО4 являлся работником общества «УралСпецСтрой» и занимал должность заместителя генерального директора.

ФИО3 являлся руководителем общества «УралСпецСтрой» в период с 17.05.2017 по 10.06.2020 (дата введения в отношении должника конкурсного производства), а также руководителем аффилированного контрагента должника общества «СПК Спутник» (ИНН 

<

***>) в период с 26.06.2018 по 18.12.2019.

ФИО1 являлась участником должника с 28.02.2018 по 22.11.2019 (в настоящее время доля в уставном капитале 33,33% принадлежит самому обществу). Кроме того, в 2018-2020 годах ФИО1 являлась работником общества «УралСпецСтрой» и занимала должность заместителя генерального директора по экономической работе, а также является родственником директора ФИО3 и участником общества «СПК Спутник» с 19.07.2019, в 2019 году являлась работником общества «СПК «Спутник».

В качестве первого основания для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий ссылается на положения пункта 8 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон), согласно которому если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно.

Их фактических обстоятельств дела следует и судом установлено, что в рамках дела о банкротстве общества «УралСпецСтрой» арбитражным судом признаны недействительными сделки должника с контролирующими должника лицами, причинившие существенный вред имущественным правам внешних кредиторов, а именно:

- сделка по перечислению должником в пользу ФИО3 в период с 16.02.2018 по 04.12.2019 денежных средств на общую сумму 1 629 800 руб. 96 коп.; 

- сделка по перечислению должником в пользу ФИО5 в период с 13.06.2018 по 08.04.2019 денежных средств на общую сумму 802 770 руб.; 

- сделка по перечислению должником в пользу ФИО5 в период с 10.04.2018 по 13.01.2020 денежных средств на общую сумму 967 944 руб. 23 коп.; 

- сделка по перечислению должником в пользу ФИО4 в период с 28.04.2018 по 05.07.2019 денежных средств на общую сумму 508 779 руб. 15 коп.; 

- сделка по перечислению должником в пользу ФИО1 в период с 01.03.2018 по 05.07.2019 денежных средств на общую сумму 468 270 руб.;

- сделка по перечислению должником в пользу общества «ПСК Спутник» в период 03.04.2019 по 05.12.2019 денежных средств на общую сумму 22405 444 руб. 55 коп.;

- сделка по перечислению должником в пользу общества «ПСК Спутник» в период 10.08.2018 по 05.11.2019 денежных средств на общую сумму 38 165 053 руб. 35 коп.; 

- сделка между должником, обществом «ПСК Спутник» и акционерным обществом «Сбербанк Лизинг» о перенайме предмета лизинга  от 11.06.2019 №1 по договору лизинга от 19.07.2018 №ОВ/Ф42967-01-01 на общую сумму 1 910 006 руб. 81 коп.; 

- сделка между должником и обществом «ПСК «Спутник» о переуступке права требования по договору цессии от 17.09.2019 №1 на общую сумму 7 289 521 руб. 64 коп.

При этом на даты совершения указанных сделок общество «ПСК «Спутник» являлось юридически и фактически аффилированным лицом по отношению к обществу «УралСпецСтрой».

На даты совершения вышеуказанных сделок общество «УралСпецСтрой» имело неисполненные просроченные денежные обязательства на общую сумму 19 100 522 руб. 41 коп. перед кредиторами, требования которых в последующем были включены в реестр требований кредиторов должника:

- общество «Агрострой» (денежное обязательство должника перед кредитором возникло 16.02.2018, требование кредитора в размере 467 781 руб. 86 коп. включено в реестр требований кредиторов должника определением арбитражного суда от 17.03.2020);

- общество с ограниченной ответственностью «Вымпел» (денежное обязательство должника перед кредитором возникло 03.07.2018, требование кредитора в размере 799 795 руб. 50 коп. включено в реестр требований кредиторов должника определением арбитражного суда от 15.09.2020);

- общество с ограниченной ответственностью «НЛК Автострада» (денежное обязательство должника перед кредитором возникло 26.07.2018, требование кредитора в размере 3 081 417 руб. 36 коп., включено в реестр требований кредиторов должника определением арбитражного суда от 06.12.2019);

- общество с ограниченной ответственностью «СК Альфастрой» (денежное обязательство должника перед кредитором возникло 04.09.2018, требование кредитора в размере 684 679 руб. 70 коп. включено в реестр требований кредиторов должника определением арбитражного суда от 11.08.2020);

- общество с ограниченной ответственностью «ПК Стилобит» (денежное обязательство должника перед кредитором возникло 11.02.2019, задолженность подтверждена решением арбитражного суда по делу № А60-13469/2019, требование кредитора в размере 9 624 455 руб. 62 коп. включено в реестр требований кредиторов должника определением арбитражного суда от 20.02.2020);

- общество с ограниченной ответственностью «Строймашсервис» (денежное обязательство должника перед кредитором возникло 08.06.2018, задолженность подтверждена решением арбитражного суда по делу № А60- 5164/2019, требование кредитора в размере 561 277 руб. 48 коп. включено в реестр требований кредиторов должника определением арбитражного суда от 03.03.2020);

- общество с ограниченной ответственностью «Автоспецрегион» (денежное обязательство должника перед кредитором возникло 23.07.2019,  требование кредитора в размере 3 793 963 руб. 77 коп. включено в реестр требований кредиторов должника определением арбитражного суда от 08.07.2020);

- общество с ограниченной ответственностью «КЭС» (денежное обязательство должника перед кредитором возникло 30.09.2019, требование кредитора в размере 87 151 руб. 12 коп. включено в реестр требований кредиторов должника определением арбитражного суда от 09.09.2020).

Все указанные требования кредиторов, включенные в реестр требований, должником не погашены.

Конкурсный управляющий ссылается на, что в результате участия контролирующих должника лиц в убыточных (безвозмездных) для должника сделках причинен существенный вред имущественным правам кредиторов общества «УралСпецСтрой», который выразился в уменьшении потенциальной конкурсной массы должника, что лишило его кредиторов реальной возможности получить удовлетворение своих требований к должнику (пункты 16,17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53).

Помимо совершения убыточных сделок конкурсный управляющий также указал на то, что ФИО3, будучи руководителем общества «УралСпецСтрой» в период с 17.05.2017 по 10.06.2020, не исполнил требование пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве и определение арбитражного суда от 10.02.2021 по настоящему делу о передаче конкурсному управляющему документов, отражающих экономическую деятельность предприятия-должника.

В качестве второго основания для привлечения к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве конкурсный управляющий указал, что руководитель общества «УралСпецСтрой» ФИО3, а затем собрание участников (ФИО5, ФИО4, ФИО1) после наступления даты объективного банкротства, которая, по мнению конкурсного управляющего, подлежит исчислению с даты неисполнения должником денежного обязательства перед обществом «Агрострой» (16.02.2018), не исполнили обязанность по обращению в суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) общества.

Таким образом, действия контролирующих должника лиц повлекли увеличение кредиторской задолженности и тяжелое финансовое положение общества, влекущее невозможность отвечать по своим обязательствам. Неисполнение обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о признании общества «УралСпецСтрой» банкротом только усугубила финансовое положение должника, привело к увеличению задолженности должника перед контрагентами, в том числе включенными в реестр требований кредиторов должника. 

Суд первой инстанции, частично удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, признал доказанным наличие оснований для солидарного привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО3 и ФИО1, не установив при этом оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5, ФИО4

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционных жалоб и отзывов на них, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 223 АПК РФ, статьей 32 Закон о банкротстве, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Исходя из общих норм гражданского законодательства, юридические лица, кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом. Исключением из общего правила является субсидиарная ответственность учредителей, собственников имущества юридического лица или других лиц, имеющих право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом определять его действия, по обязательствам юридического лица, если несостоятельность (банкротство) этого юридического лица вызвана действиями этих лиц (часть 3 статьи 56 ГК РФ).

Основания и порядок привлечения к субсидиарной ответственности предусмотрены главой III.2. Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве». 

Отказывая в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 и ФИО4 суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.

В рамках настоящего дела определениями суда от 05.03.2021 и 30.08.2021 признаны недействительными сделки по перечислению должником в пользу ФИО5 в период с 13.06.2018 по 08.04.2019 денежных средств на общую сумму 802 770 руб.  и в период с 10.04.2018 по 13.01.2020 –  на общую сумму 967 944 руб. 23 коп.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2022 признаны недействительными сделки по перечислению должником в пользу ФИО4 в период с 28.04.2018 по 05.07.2019 денежных средств на общую сумму 508 779 руб. 15 коп.

Удовлетворяя заявленные требования, суд исходил из того, что данные сделки совершены в преддверии банкротства при наличии сформировавшихся обязательств перед независимыми кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов, о которых в силу аффилированности ответчика были осведомлены.

Согласно бухгалтерским балансам должника, находящимся в публичном доступе, по итогам 2018-2019 годов у должника имелись следующие активы: запасы на сумму 10 925 тыс.руб. в 2018 году и сумму 43 035 тыс.руб. в 2019 году; дебиторская задолженность в 2018 году составляла 27 534 тыс.руб., в 2019 году – 62 778 тыс.руб.; денежные средства и эквиваленты в 2018 году составляли 8 600 тыс.руб. и в 2019 году – 1 492 тыс.руб.

Учитывая масштабы деятельности предприятия (строительная организация, участвующая в исполнении многомиллионных государственных контрактов), принимая во внимание размер оспоренных перечислений, а также то обстоятельство, что указанные суммы уже взысканы с ФИО5 и ФИО4 вышеуказанными судебными актами, соотнеся суммы перечислений с размером обязательств перед кредиторами, суд пришел к обоснованному выводу, что совокупный размер совершенных недействительных сделок не мог привести к объективному банкротству общества «УралСпецСтрой».

В ситуации, когда размер причиненного вреда не соотносится с масштабами деятельности должника и не способен привести к его банкротству, суд вправе самостоятельно переквалифицировать требование о привлечении к субсидиарной ответственности в требование о возмещении убытков (пункт 20 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Между тем, с учетом того, что в рамках настоящего дела уже данные сделки признаны недействительным, последствия их совершения, по сути, нивелированы (сумма сделок взыскана с ФИО5 и ФИО4), отсутствие доказательств того, что совершение указанных сделок повлекло последствия сверх указанных сумм задолженности, суд правомерно не усмотрел оснований для взыскания убытков в сумме совершенных сделок, поскольку иное, привело бы к возложению на данных лиц двойной ответственности. 

Рассматривая требование о привлечении ФИО3 и ФИО1 к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что действия ответчиков привели к невозможности расчетов должника с кредиторами, поскольку под контролем указанных лиц совершались действия по выводу активов должника, кроме того, в результате непередачи ФИО3 документации должника было затруднено формирование конкурсной массы.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Согласно статье 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Возможность определять действия должника может достигаться, в том числе, в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника.

Как установлено выше, ФИО3 являлся руководителем должника общества «УралСпецСтрой» в период с 17.05.2017 по 10.06.2020, а также руководителем общества «СПК «Спутник» в период с 26.06.2018 по 18.12.2019.

 ФИО1 являлась участником должника с 28.02.2018 по 22.11.2019, в 2018-2020 годах ФИО1 была работником общества «УралСпецСтрой» и занимала должность заместителя генерального директора по экономической работе, а также являлась родственником ФИО3 и участником общества «СПК «Спутник» с 19.07.2019, в 2019 году являлась работником общества «СПК «Спутник».

Принимая во внимание данные обстоятельства, при рассмотрении вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности необходимо учитывать в том числе сделки с обществом «СПК «Спутник», на что верно указал суд первой инстанции.

В рамках настоящего дела о банкротстве общества «УралСпецСтрой» установлено, что должник и общество «ПСК «Спутник» являются аффилированными лицами применительно к пункту 1 статьи 19 Закона о банкротстве, поскольку руководителем общества «УралСпецСтрой» в период с 17.05.2017 по 10.06.2020 являлся ФИО3, который в период с 26.06.2018 по 18.12.2019 также являлся руководителем общества «ПСК «Спутник»; участником общества «УралСпецСтрой» в период с 28.02.2018 по 22.11.2019 являлась ФИО1, которая в период с 2018 года по 2020 год являлась заместителем генерального директора по экономической работе в обществе «ПСК «Спутник», а также с 19.07.2019 владела 100% доли в уставном капитале общества «ПСК «Спутник» (постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2022).

Кроме того, в рамках настоящего дела признаны недействительными сделки совершенные должником в пользу следующих лиц: 

- в пользу непосредственно ФИО3 за период с 16.02.2018 по 04.12.2019 на общую сумму 1 629 800 руб. 96 коп.;

- в пользу непосредственно ФИО1 в период с 01.03.2018 по 05.07.2019 на общую сумму 468 270 руб.;

- в пользу общества «ПСК «Спутник» за период 03.04.2019 по 05.12.2019 на общую сумму 22 405 444 руб. 55 коп. (из них после того, как ФИО1 стала участником общества «ПСК «Спутник» на сумму 10 379 905 руб.);

- в пользу общества «ПСК «Спутник» на общую сумму за период 10.08.2018 по 05.11.2019 на общую сумму 38 165 053 руб. 35 коп. (из них после того, как ФИО1 стала участником общества «ПСК «Спутник» на сумму 23 100 000 руб.

Кроме того, признаны недействительными сделки:

- между обществом «УралСпецСтрой», обществом «ПСК Спутник» и обществом «Сбербанк Лизинг» о перенайме предмета лизинга  от 11.6.2019 №1  по договору лизинга от 19.07.2018 №ОВ/Ф42967-01-01  на общую сумму 1 910 006 руб. 81 коп. (при этом передача предмета лизинга в пользу общества «ПСК «Спутник» состоялась после того, как ФИО1 стала единственным участником данного общества);

- между обществом «УралСпецСтрой» и обществом «ПСК «Спутник» о переуступке права требования по договору цессии от 17.09.2019 №1 на общую сумму 7 289 521 руб. 64 коп.

Итого, общая сумма оспоренных сделок составила около 71 399 824 руб., основной размер которых выведен должником на общество «ПСК Спутник» (60 570 497 руб. 80 коп.), руководителем которого, как и руководителем должника, являлся ответчик ФИО3

Общая сумма оспоренных перечислений, совершенных в период, когда ФИО1 являлась единственным держателем актива в виде общества «ПСК «Спутник» составила более 30 млн руб.

Согласно бухгалтерским балансам должника, находящимся в публичном доступе, по итогам 2018-2019 годов у должника имелись следующие активы: запасы на сумму 10 925 тыс.руб. в 2018 году и 43 035 тыс.руб. в 2019 году; дебиторская задолженность в 2018 году составляла 27 534 тыс.руб., в 2019 году – 62 778 тыс.руб.; денежные средства и эквиваленты в 2018 году составляли 8 600 тыс.руб. и 1 492 тыс.руб. в 2019 году.

Соотнеся совокупный размер перечислений по оспоренным сделкам с представленными балансами, суд пришел к объективному выводу о том, что размер названных перечислений был существенным для деятельности должника (в 2019 году применительно к ответственности ФИО3 около 70%, ФИО1 – около 30 %). 

При этом судом принята во внимание позиция конкурсного управляющего, не опровергнутая ответчиками, о том, что данные балансы могли не отражать реальный размер активов должника, который в действительности был существенно ниже, поскольку материальных ценностей в процедуре банкротства общества выявлено не было, дебиторская задолженность в отсутствие документов невозможна ко взысканию и т.д.

Вопреки позиции ответчика ФИО1 факт участия должника в реализации государственных контрактов, в том числе контракта от 27.03.2018 на сумму 27 403 896 руб. не опровергает факт неправомерных действий ФИО3 и ФИО1 по выводу активов с должника в пользу подконтрольного общества и в отрыве от других показателей отчетности (в частности о данных о расходах/убытках и иных пассивах), само по себе участие должника в исполнении государственных контрактов о стабильном финансовом положении общества не свидетельствует. 

В данном случае, многочисленными судебными актами о признании сделок должника недействительными, судом установлено, что на момент совершения каждого из вышеупомянутых спорных перечислений должник отвечал критерию неплатежеспособности, имела место нарастающая задолженность перед кредиторами, а именно обществами «Агрострой», «Вымпел», «НЛК «Автострада», «СК Альфастрой», «ПК Стилобит», «Строймашсервис», «Автоспецрегион», «КЭС» на общую сумму 19 100 522 руб. 41 коп. 

Также судом учтены обстоятельства нахождения общества «ПСК «Спутник» в процедуре банкротства (дело №А60-34264/2021).

Доказательств того, что обществом «ПСК «Спутник» будет погашена задолженность перед должником, ответчиками не представлено.

На даты совершения указанных сделок общество «ПСК «Спутник» являлось юридически и фактически аффилированным лицом по отношению к ФИО3, ФИО1

Как ФИО3, так и ФИО1, являясь контролирующими общество «ПСК «Спутник», следовательно, по сути, были выгодоприобретателями по данным сделкам, в том числе, в связи с тем, что в отношении указанных лиц было отказано в привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества «ПСК «Спутник».

При этом, суд обоснованно указал на отсутствие существенного значения, каким образом общество «ПСК «Спутник» распорядилось полученными денежными средствами, поскольку получило данные денежные средства без встречного предоставления с целью нарушения прав кредиторов должника, которые уже имелись на момент совершения спорных сделок и включены в реестр требований кредиторов, что установлено соответствующими судебными актами, при непосредственном участии директора должника ФИО3, который и произвел платежи, а также ФИО1, которая в указанный период являлась единственным участником общества «ПСК «Спутник», а, следовательно, выгодоприобретателем, поскольку за счет указанных спорных сумм активы общества «ПСК «Спутник» безосновательно пополнились (указанное влияет на стоимость доли, может искусственно замедлить момент наступления обязанности по подаче заявления в суд о несостоятельности и т.д.).

Ссылки на то, что данные денежные средства были потрачены на текущую (реальную) хозяйственную деятельность общества «ПСК «Спутник», только подтверждают выгоду данного общества, а, следовательно, и его единственного участника, приобретенную неосновательно. 

Кроме того, безосновательное пополнение активов общества «ПСК «Спутник» денежными средствами должника позволило избежать бенефициарам данного общества (ФИО3 – директору общества «ПСК Спутник» и должника и ФИО1 – единственному участнику общества «ПСК «Спутник») привлечения к субсидиарной ответственности в рамках соответствующего дела о банкротстве «ПСК «Спутник», в удовлетворении данного заявления отказано.

В данном случае, суд объективно указал, что в отличие от сделок по перечислению денежных средств в пользу ФИО5 и ФИО4, субъектный состав ответчиков в рамках спора о признании сделок недействительными (ответчик – несостоятельное общество «ПСК «Спутник») и в рамках настоящего спора различный (в рассматриваемой ситуации – ФИО3, ФИО1). 

При этом, с учетом функционала ФИО3 (исполнительный орган должника), именно указанное лицо имело непосредственную возможность осуществлять платежи должника в пользу общества «ПСК «Спутник», в отличие от собрания участьников, которые информацию о сделках могли теоретически узнать лишь на последующем годовом собрании в 2019 году и в 2020 году (первые платежи были совершены во второй половине 2018 года), при этом платежи производились относительно небольшими суммами от 400 000 руб. до 3 000 000 руб., вопрос о созыве собрания участников с целью одобрить сделку по корпоративным основаниям также относится к полномочиям руководителя общества.

ФИО1, будучи единственным участником общества «ПСК «Спутник», являлась, по сути, высшим органом управления данного предприятия, фактически воля данного общества при вступлении в те или иные правоотношения непосредственно формировалась волеизъявлением ФИО1, которая, зная о неосновательном получении платежей своим обществом (одновременно являлась родственником ФИО3 и занимала должность заместителя генерального директора по экономической работе в должнике), мер по возврату неосновательно полученного (без встречного предоставления) не предприняла, не указала исполнительному органу о необходимости возврата, вследствие чего обогатилась через подконтрольное ей общество, активы которого пополнились.

С учетом разного субъектного состава, принимая во внимание, что общество «ПСК «Спутник» произвести возврат денежных средств по недействительным сделкам не может в силу несостоятельности, при этом правомочием по отчуждению (перечислению) денежных средств от должника обладал непосредственно ФИО3 (о чем ФИО1 в силу родственных связей с ФИО3 было известно, последняя как держатель актива является выгодоприобретателем (активы дочернего общества неосновательно пополнились), в отсутствие доказательств того, ФИО3 ставил в известность собрание участников общества «УралСпецСтрой» о предстоящих перечислениях, учитывая, что платежи производились относительно небольшими суммами, что может свидетельствовать о намерении избежать пороговых значений для одобрения сделок по корпоративным основаниям при совокупной значительной сумме; то обстоятельство, что в рамках настоящего дела данные сделки уже признаны недействительными, их неблагоприятные последствия в размере перечислений нельзя признать нивелированными, как в случае со сделками  ответчиков ФИО5 и ФИО4

Исходя из того, что фактические действия по выводу активов произвел ФИО3, принимая во внимание, что ФИО5 и ФИО4 не являлись участниками общества «ПСК «Спутник», а, следовательно, не являлись выгодоприобретателями, в отсутствие доказательств по совершению активных действий со стороны ФИО5 и ФИО4 в отношении сделок с данным обществом, суд обоснованно не установил оснований для привлечения ФИО5 и ФИО4 к субсидиарной ответственности в связи с совершением сделок с обществом «ПСК «Спутник».

С учетом общего размера всех перечислений по спорным сделкам (более 71 млн руб. в период руководства ФИО3 и более 30 млн руб. в период участия ФИО1 в обществе «ПСК «Спутник») относительно размера требований кредиторов должник, включенных в реестр (согласно реестру требований кредиторов от 26.11.2020 его размер составлял 17 851 778 руб. 80 коп. (приложен к заявлению о субсидиарной ответственности), согласно заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности размер ответственности составляет 21 540 720 руб.  22 коп.) суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда о том, что в отсутствие спорных платежей в пользу общества «ПСК «Спутник» данные денежные средства должника могли быть направлены на погашение задолженности перед кредиторами, включенными в реестр, а, следовательно, к отсутствию оснований для признания должника банкротом. 

Указанные обстоятельства ФИО3 и ФИО1 не опровергнуты (статья 65 АПК РФ).

Учитывая, что заявленный к возмещению размер субсидиарной ответственности значительно меньше совокупного размера перечислений (убытков), принимая во внимание, что конкурсный управляющий настаивал именно на таком виде ответственности, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности оснований для привлечения ФИО3 и ФИО1 к субсидиарной ответственности, определив обязательство солидарным.

Оснований для формирования иных выводов относительно оснований для привлечения к ответственности ФИО3 и ФИО1 судом апелляционной инстанции не выявлено.

Рассматривая требование о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 за создание условий невозможности расчетов с кредиторами в связи с неполной передачей конкурсному управляющему документов, отражающих экономическую деятельность должника, суд первой инстанции исходил из следующего.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование Закона обусловлено, в том числе, и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение бывшими руководителями должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

В соответствии с подпунктами 2, 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в том числе документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Положения подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности: 1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; 2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника (пункт 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно статьей 9, 10 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон о бухгалтерском учете) все хозяйственные операции, проводимые организацией, подлежат оформлению первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет без каких-либо пропусков или изъятий. 

В силу пункта 1 статьи 7 Закона о бухгалтерском учете ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта. 

В соответствии со статьей 29 Закона о бухгалтерском учете первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года. Экономический субъект должен обеспечить безопасные условия хранения документов бухгалтерского учета и их защиту от изменений. 

На основании пункта 2 статьи 50 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» общество хранит документы, предусмотренные пунктом 1 настоящей статьи, по месту нахождения его единоличного исполнительного органа или в ином месте, известном и доступном участникам общества. 

Таким образом, руководитель должника обязан не только обеспечить ведение бухгалтерского учета и сохранность первичных учетных документов должника, в случае необходимости их восстановление, но и впоследствии передать их конкурсному управляющему.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 24 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

При этом, под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления основных контрагентов должника, невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы. 

Таким образом, для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходимо установить факт неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, вину субъекта ответственности и причинно-следственную связь между отсутствием документации (несвоевременным предоставлением) и невозможностью формирования конкурсной массы (формирования не в полном объеме) и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

При этом приведенные в нормах Закона о банкротстве обстоятельства отсутствия документов бухгалтерского учета и (или) отчетности и прочих обязательных документов должника-банкрота, по сути, представляют собой лишь презумпцию, облегчающую процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора.

Смысл этой презумпции в том, что если лицо, контролирующее должника, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов.

Таким образом, правонарушение контролирующего должника лица выражается не в самом факте непередачи документации должника конкурсному управляющему, а в его противоправных деяниях, повлекших банкротство подконтрольного им лица и, как следствие, невозможность погашения требований кредиторов.

При этом обстоятельства, составляющие презумпцию, не могут подменять обстоятельства самого правонарушения, которое выражается не в самом факте непередачи документации должника конкурсному управляющему, а в его противоправных деяниях, повлекших банкротство подконтрольного им лица и, как следствие, невозможность погашения требований кредиторов.

Судом верно установлено, что руководитель общества «УралСпецСтрой» ФИО3 не исполнил требование пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве и определение арбитражного суда от 10.02.2021 по настоящему делу о передаче конкурсному управляющему документов, отражающих экономическую деятельность предприятия.

Правомерность требований конкурсного управляющего должника об истребовании у бывшего руководителя общества «УралСпецСтрой» ФИО3 документации должника и доказанность обстоятельств  непередачи их последним конкурсному управляющему, подтверждена постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 02.08.2021 по настоящему делу. 

При этом, в отсутствие документов конкурсный управляющий общества «УралСпецСтрой» объективно не имел возможности розыскать имущество должника, находящееся у третьих лиц, принять меры по взысканию дебиторской задолженности (прав требования должника) к третьим лицам. 

В связи с вышеуказанными причинами конкурсная масса общества «УралСпецСтрой» не сформирована и кредиторы утратили возможность получить удовлетворение своих требований за счет активов должника.

Как указано выше, согласно бухгалтерским балансам должника, находящимся в публичном доступе, по итогам 2018-2019 годов у должника имелись следующие активы: запасы на сумму 10 925 тыс.руб. в 2018 году и 43 035 тыс.руб. в 2019 году; дебиторская задолженность в 2018 году составляла 27 534 тыс.руб., в 2019 году – 62 778 тыс.руб., денежные средства и эквиваленты в 2018 году составляли 8 600 тыс.руб. и 1 492 тыс.руб. в 2019 году.

Вместе с тем, несмотря на то, что у должника имелась дебиторская задолженность, конкурсный управляющий не имел возможности предпринять меры по ее взысканию в силу отсутствия документов. 

Поскольку ранее размер субсидиарной ответственности уже определен в совокупном объеме всех требований по иным основаниям (совершение сделок по выводу активов должника), в данном случае отдельное установление размера ответственности по указанному эпизоду не требуется, поскольку поглощается ранее указанным основанием, в связи с совершением сделок во вред кредиторам общества «УралСпецСтрой».

Принимая во внимание совокупность вышеприведенных обстоятельств установленных судом, у суда апелляционной инстанции не имеется оснований для иных выводов. 

С учетом всех обязательств должника конкурсным управляющим размер субсидиарной ответственности определен в сумме 21 540 720 руб. 22 коп., контррасчет не представлен, размер не опровергнут, в связи с чем, апелляционная коллегия также не усматривает оснований для сомнений в его обоснованности.

Убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих переоценить данные выводы арбитражного суда первой инстанции, апелляционной коллегии судей не приведено.

Что касается вопроса о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве.

Апелляционный суд находит справедливыми выводы суда об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3, а также участников должника (ФИО5, ФИО4, ФИО1) за неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) общества «УралСпецСтрой», после наступления даты объективного банкротства (по мнению конкурсного управляющего, такой датой является дата 16.02.2018).

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанности по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; если уполномоченным органом должника принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества, и в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 этой же статьи, не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них. В этом случае одним из правовых механизмов, обеспечивающих удовлетворение требований таких кредиторов при недостаточности конкурсной массы, является возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Как следует из пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона.

Согласно пункту 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, если в течение предусмотренного пунктом 2 указанной статьи срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 названной статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве. Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи.

Пункт 3.1 указанной статьи введен Федеральным законом от 29.07.2017 №266- ФЗ, в данной части вступил в силу со дня официального опубликования (30.07.2017).

Отказывая в признании доказанным наличие обстоятельств привлечения к субсидиарной ответственности по указанному конкурсным управляющим основанию (за неисполнение требования о подаче заявления в суд о несостоятельности (банкротстве)) судом верно учтено, что основной вывод активов (перечисление денежных средств без встречного предоставления) был произведен в 2019 году: так, все платежи на общую сумму 22 391 444 руб., признанные недействительными определением суда от 21.10.2021, совершены в 2019 году; из платежей на сумму 38 165 053 руб. 35 коп., которые были признаны недействительными определением суда от 31.05.2021, только в сумме 7 513 200 руб. совершены в 2018 году. При этом, данная сумма не является критичной в рассматриваемом случае, если предположить, что всех последующих неправомерных платежей, совершенных в 2019 году, не было бы.

В отсутствие спорных платежей данные денежные средства должника могли быть направлены на погашение задолженности перед кредиторами, включенными в реестр, а, следовательно, к отсутствию оснований для признания должника банкротом, поскольку совокупный размер требований кредиторов существенно меньше совокупного объема перечислений по спорным сделкам.

В 2019 году возникли требования перед следующими кредиторами, включенными в реестр:

- общество «ПК Стилобит» (денежное обязательство должника перед кредитором возникло 11.02.2019, задолженность подтверждена решением арбитражного суда по делу № А60-13469/2019, требование кредитора в размере 9 624 455 руб. 62 коп. включено в реестр требований кредиторов должника определением арбитражного суда от 20.02.2020). На 11.02.2019 с учетом указанной задолженности кредиторская задолженность, включенная в реестр, составляла примерно 16 млн руб. При этом, размер денежных средств, который был у должника и в последующем выведен, только по определению от 31.05.2021 составлял 30 651 853 руб. (38 165 053 руб. 35 коп.- 7 513 200 руб.), что больше реестра требований кредиторов;

- общество «Автоспецрегион» (денежное обязательство должника перед кредитором возникло 23.07.2019,  требование кредитора в размере 3 793 963 руб. 77 коп. включено в реестр требований кредиторов должника определением арбитражного суда от 08.07.2020). На 23.07.2019 с учетом указанной задолженности кредиторская задолженность, включенная в реестр, составляла примерно до 20 млн руб. При этом, размер денежных средств, который был у должника и в последующем выведен, только по определению от 31.05.2021 составлял 23 097 999 руб. 60 коп. (38 165 053 руб. 35 коп.- около 15 млн руб.), что больше реестра требований кредиторов;

- общество «КЭС» (денежное обязательство должника перед кредитором возникло 30.09.2019, требование кредитора в размере 87 151 руб. 12 коп. включено в реестр требований кредиторов должника определением арбитражного суда от 09.09.2020). Заявление о признании общества банкротом было подано 25.09.2019, соответственно на 30.09.2019 уже имелось в суде заявление о банкротстве.

Исходя из фактических обстоятельств моментом, когда добросовестный руководитель должен подать заявление о несостоятельности, является дата, когда сальдо денежных средств должника становиться меньше требований кредиторов. В тоже время в данном конкретном случае, суд объективно исходил из того, что должник обладал возможностью расчета с кредиторами, но между тем, вместо расчетов с реальными независимыми кредиторами стал выводить денежные средства на аффилированную организацию.

Кроме того, судом учтено, что ФИО5 и ФИО4 не были вовлечены в процесс текущей деятельности, в отличие от ФИО3 и ФИО1 (директор и директор по экономической работе), не были осведомлены о масштабах вывода активов и, соответственно, могли об этом узнать только на годовом собрании участников по итогам 2019 года, то есть в 2020 году.

Учитывая изложенное, суд пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве, как со стороны руководителя должника, так и со стороны его участников.

Суд апелляционной инстанции считает, что все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследован.

Изложенные в апелляционных жалобах доводы не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм права, не опровергают выводов суда первой инстанции, по существу направлены на переоценку установленных судом обстоятельств, оснований для которой суд апелляционной инстанции не усматривает.

Принимая во внимание, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора, а также доводы, изложенные в апелляционных жалобах, были предметом рассмотрения и исследования суда первой инстанции и им дана надлежащая правовая оценка, а также учитывая конкретные обстоятельства по настоящему обособленному спору, суд апелляционной инстанции считает, что конкурсный управляющий в полной мере доказал обоснованность заявленных требований в части привлечения ФИО3 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, приведенные в апелляционных жалобах доводы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не оценены судом первой инстанции при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение и влияли на законность и обоснованность принятого им решения. Суд также обоснованно отказал в привлечении к ответственности ФИО5 и ФИО4 в связи с отсутствием к тому соответствующих оснований.

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием для отмены (изменения) судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

При таких обстоятельствах определение суда первой инстанции следует оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 12 марта 2024 года по делу № А60-56284/2019 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Т.С. Нилогова 

 

Судьи

 

Е.О. Гладких 

 

И.П. Данилова