ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 10АП-9901/2024

Дело № А41-85826/21

24 июня 2024 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 июня 2024 года  Постановление изготовлено в полном объеме 24 июня 2024 года  

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Катькиной Н.Н., судей Досовой М.В., Семикина Д.С., при ведении протокола судебного заседания: ФИО1, при участии в заседании: 

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Наш Дом»  Негина Вячеслава Алексеевича: представитель не явился, извещен,  

от индивидуального предпринимателя ФИО2:  представитель не явился, извещен,  

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального  предпринимателя ФИО2 на определение  Арбитражного суда Московской области от 11 апреля 2024 года по делу № А41-85826/21,  по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью  «Наш Дом» Негина Вячеслава Алексеевича о признании сделки должника с  индивидуальным предпринимателем ФИО2  недействительной и применении последствий недействительности сделки,  

УСТАНОВИЛ:

Конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью (ООО)  «Наш Дом» Негин Вячеслав Алексеевич обратился в Арбитражный суд Московской  области с заявлением, в котором просил:  

- признать недействительной сделкой договор процентного займа № 2 от 24.02.21,  заключенный между должником ООО «Наш Дом» и индивидуальным  предпринимателем (ИП) ФИО2, на сумму 550 000  рублей,  

- применить последствия недействительности сделки, а именно: взыскать с ИП  ФИО2 в конкурсную массу ООО «Наш Дом» денежные средства в  размере 550 000 рублей (л.д. 4-5).  

Заявление подано на основании статьи 61.1, пункта 1 статьи 61.2 Федерального  закона № 127-ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)».  

Определением Арбитражного суда Московской области от 11 апреля 2024 года  была признана недействительной сделка в виде договора займа № 2 от 24.02.21,  заключенного между ООО «Наш Дом» и ИП ФИО2, применены  последствия недействительности сделки в виде взыскания с ИП ФИО2  550 000 рублей в конкурсную массу ООО «Наш Дом» и восстановления права  требования ИП ФИО2 с ООО «Наш Дом» денежных средств в сумме  550 000 рублей (л.д. 68-69).  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ИП ФИО2  обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в  которой просит определение отменить, ссылаясь на несоответствие выводов суда  фактическим обстоятельствам дела (л.д. 71-73).  

Законность и обоснованность определения суда проверены апелляционным судом  в соответствии со статьями 266-268 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации.  

Исследовав материалы дела и доводы апелляционной жалобы, апелляционный суд  приходит к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемого судебного акта.  

Как следует из материалов дела, 24.02.21 между ООО «Наш Дом» (Займодавец) и  ИП ФИО2 (Заемщик) был заключен договор процентного займа № 2, по  условиям которого Займодавец передает в собственности Заемщику денежные средства  в сумме 550 000 рублей под 1% годовых, а Заемщик обязуется возвратить Займодавцу  вышеуказанную сумму в срок до 23.02.22 (л.д. 30-32).  

Согласно выписке по лицевому счету ООО «Наш Дом» денежные средства в  сумме 550 000 рублей были перечислены должником в адрес ИП ФИО2  24.02.21 (л.д. 6-7).  

Определением Арбитражного суда Московской области от 02 декабря 2021 года  было возбуждено производство по делу о банкротстве ООО «Наш Дом».  

Решением Арбитражного суда Московской области от 21 февраля 2023 года  ООО «Наш дом» было признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное  производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3 (л.д. 35-37).  

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, конкурсный  управляющий ФИО3 указал, что заключенный ООО «Наш Дом» с  ИП ФИО2 договор займа является недействительной сделкой,  совершенной в целях причинения вреда кредиторам должника.  

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции руководствовался  положениями пункта 1 статьи 61.2 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.02 «О  несостоятельности (банкротстве)».  

Апелляционный суд не может согласиться с выводами суда первой инстанции по  следующим основаниям.  

В соответствии со статьей 32 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О  несостоятельности (банкротстве)" и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве)  рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным  процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  

недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а  также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.  

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 1 Постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых  вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О  несостоятельности (банкротстве)", под сделками, которые могут оспариваться по  правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на  исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским,  трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах,  таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным  законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства  Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов  или правовых актов иных органов государственной власти.  

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности,  оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в  том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору,  передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия,  направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации,  предоставление отступного и т.п.).  

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, конкурсный  управляющий ФИО3 указал, что заключенный ООО «Наш Дом» с  ИП ФИО2 договор займа является недействительной сделкой,  совершенной в отсутствие равноценного встречного представления.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или  после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом  недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой  стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия  существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных  условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки  (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет  признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение  обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или  осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость  полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и  обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.  

В пункте 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением  главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что  пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания  недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств  другой стороной сделки.  

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не  требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому  неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из  условий сделки.  

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве  неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет  место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее  заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или)  иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные  сделки.  

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как  условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых  аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.  

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена  также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное  исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у  контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им  встречного исполнения.  

Как указывалось выше, производство по делу о банкротстве ООО «Наш Дом»  было возбуждено определением Арбитражного суда Московской области от 02 декабря  2021 года, оспариваемый договор заключен должником с ИП ФИО2 24  февраля 2021 года, то есть в период подозрительности, установленный пунктом 1  статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В силу пункта 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по  договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в  собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми  признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же  сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и  качества либо таких же ценных бумаг.  

Если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет  право на получение с заемщика процентов за пользование займом в размерах и в  порядке, определенных договором. При отсутствии в договоре условия о размере  процентов за пользование займом их размер определяется ключевой ставкой Банка  России, действовавшей в соответствующие периоды (п. 1 ст. 809 ГК РФ).  

Таким образом, целью заключения договора займа для заимодавца является  передача собственных денежных средств в пользование контрагенту с получением по  окончании определенного срока как суммы переданных денежных средств, так и  процентов за ее использование.  

По условиям договора процентного займа № 2 от 24.02.21 ООО «Наш Дом»  (Займодавец) передает в собственности ИП Ярмагамедову Ю.Я. (Заемщик) денежные  средства в сумме 550 000 рублей под 1% годовых, а Заемщик обязуется возвратить  Займодавцу вышеуказанную сумму в срок до 23.02.22.  

Доказательств того, что договор процентного займа № 2 от 24.02.21 был заключен  сторонами на нерыночных условиях, не представлено: срок возврата займа был  установлен сторонами в один год (с возможностью досрочного погашения  задолженности), определена процентная ставка за пользование займом.  

По смыслу заявленных требований конкурсному управляющему необходимо  доказать, что ИП ФИО2 полученные от ООО «Наш Дом» денежные  средства не возвратил.  

Действительно, доказательств поступления денежных средств по договору займа   № 2 от 24.02.21 от ИП ФИО4 в кассу или на счет ООО «Наш Дом» не  представлено.  

Однако, из материалов дела следует, что 20.04.21 между ООО «Наш Дом»  (Сторона-1) и ИП ФИО2 (Сторона-2) было заключено соглашение о  зачете взаимных требований, по условиям которого стороны погасили взаимные  обязательства на сумму 550 000 рублей, а именно:  

- обязательства Стороны-2 перед Стороной-1 по договору займа № 2 от 24.02.21, 

- обязательства Стороны-1 перед Стороной-2 по договору аренды  техники № 0101/2021 от 01.01.21 (л.д. 46).  

Согласно пункту 1 статьи 407 Гражданского кодекса Российской Федерации  обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным  настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.  

В силу статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство  прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования,  срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом  востребования. В случаях, предусмотренных законом, допускается зачет встречного  однородного требования, срок которого не наступил. Для зачета достаточно заявления  одной стороны.  

По смыслу действующего законодательства зачетом прекращаются только  реально существующие обязательства.  

Реальность хозяйственных взаимоотношений между сторонами, зачетом  обязательств по которым была погашена задолженность ИП ФИО2 перед  ООО «Наш Дом», подтверждается следующими документами:  

- договор № 0101/2021 аренды спецтехники (с экипажем) от 01.01.21,  заключенный между ИП ФИО2 (Исполнитель) и ООО «Наш Дом»  (Заказчик),  

- подписанные сторонами акты аренды техники № 7 от 31.01.21, № 8 от 28.02.21,   № 9 от 31.03.21, № 10 от 20.04.21 на общую сумму 550 000 рублей (л.д. 47-51).  

Договор № 0101/2021 аренды спецтехники (с экипажем) от 01.01.21 и и  соглашение о зачете взаимных требований от 20.04.21, заключенные между ООО «Наш  Дом» и ИП ФИО2 в рамках настоящего обособленного спора  управляющим не оспаривались.  

Таким образом, в результате заключения оспариваемого договора займа  ООО «Наш Дом» получило равноценное встречное представление в виде прекращения  имевшихся у Общества долговых обязательств перед ИП ФИО2 на  аналогичную сумму.  

Следовательно, оспариваемая сделка не обладает признаками  недействительности, установленными пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в  связи с чем у суда первой инстанции не имелось оснований для удовлетворения  заявленных требований, а обжалуемое определение подлежит отмене.  

В рассматриваемом заявлении конкурсный управляющий ФИО3 также  ссылался на то, что займ был предоставлен заинтересованному лицу в условиях наличия  у должника неисполненных обязательств перед кредиторами, то есть, по сути, ссылался  на наличие оснований для признания оспариваемого договора недействительной  сделкой, совершенной в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов  должника.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть  признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в  течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после  принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред  имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной  цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).  

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана  заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении  интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или  недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если  на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки  стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка  была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо  направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю  (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника,  либо совершена при наличии одного из указанных в статье условий.  

Согласно разъяснениям, данным в пункте 5 Постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах,  связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности  (банкротстве)", пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность  признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения  вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).  

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному  основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие  совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью  причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки  был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала  или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с  учетом пункта 7 настоящего Постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду,  что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается  уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера  имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных  должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие  привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить  удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

В пункте 6 названного Постановления закреплено, что согласно абзацам второму -  пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда  имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два  следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из  других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве.  

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не  доказано другой стороной сделки.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности  имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать  третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения  содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства,  указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия  признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.  

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 Постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах,  связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности  (банкротстве)", в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью  причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана  заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была  знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции  являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной  сделки.  

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об  указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя  разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность,  установить наличие этих обстоятельств.  

Как указывалось выше, оспариваемый договор займа был заключен менее, чем за  год до возбуждения производства по делу о банкротстве ООО «Наш Дом», то есть в  период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

На дату совершения оспариваемой сделки ООО «Наш Дом» обладало признаками  несостоятельности, поскольку имело неисполненные обязательства перед  ИП Кахировым С.М. по договору подряда № 9-18 от 07.08.18, наличие которых  послужило основанием для возбуждения производства по настоящему делу.  

Однако, само по себе данное обстоятельство о недействительности сделки не  свидетельствует.  

Допустимых доказательств осведомленности ИП ФИО2 о наличии у  ООО «Наш Дом» неисполненных обязательств перед кредиторами не представлено.  

Указанное лицо заинтересованным по отношению к должнику признано не было. 

Сама по себе идентичность фамилии учредителя ООО «Наш Дом» и  ИП ФИО2 о наличии родственных связей указанных лиц не  свидетельствует, допустимых доказательств данного факта не представлено.  

Более того, как указывалось выше, в результате заключения оспариваемого  договора займа ООО «Наш Дом» получило равноценное встречное представление в виде  прекращения имевшихся у Общества долговых обязательств перед ИП ФИО2 на аналогичную сумму.  

Поскольку конкурсная масса ООО «Наш Дом» фактически уменьшена не была,  отсутствует факт причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в  результате заключения оспариваемой сделки, в связи с чем договор займа № 2  

от 24.02.21 не может быть признан недействительной сделкой в соответствии с пунктом  2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

При изложенных обстоятельствах у суда первой инстанции не имелось оснований  для удовлетворения заявленных требований, в связи с чем обжалуемое определение  подлежит отмене.  

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 3 части 4 статьи 272, статьей 271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 11 апреля 2024 года по  

делу № А41-85826/21 отменить. 

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Наш дом»  

отказать. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа  

через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия. 

Председательствующий Н.Н. Катькина  

Судьи: М.В. Досова 

Д.С. Семикин