АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

15 августа 2023 года

Дело №

А56-91482/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 08 августа 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 15 августа 2023 года.

 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Мирошниченко В.В., судей Зарочинцевой Е.В.,           Яковца А.В.,

при участии конкурсного управляющего ООО «Сфера» ФИО1 (паспорт), от ООО «Первая факторинговая компания» представителя                   ФИО2 (доверенность от 01.03.2023), от ФИО3 представителя ФИО4 (доверенность от 02.08.2023),

рассмотрев 08.08.2023 в открытом судебном заседании кассационную  жалобу  ФИО3 на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.06.2023 по делу № А56-91482/2021/сд.2,

у с т а н о в и л :

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Сфера», адрес: 190020, Санкт-Петербург, Бумажная ул., д. 17, лит. А, пом. 6703,                           ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), конкурсный управляющий ФИО1 обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением, в котором с учетом уточнений просил  признать недействительной сделкой договор купли-продажи транспортного средства от 09.02.2018 № 01-090218, заключенный должником и ФИО3, и в качестве применения последствий недействительности сделки взыскать солидарно с контролирующих должника лиц, а именно  ФИО5 и ФИО3, рыночную стоимость автомобиля, которая составляла на дату заключения оспариваемого договора  3 663 000 руб., либо истребовать рассматриваемое транспортное средство в конкурсную массу должника у последующего приобретателя - ФИО6.

Определением от 31.01.2023 в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.06.2023 определение от 31.01.2023 отменено, договор купли-продажи транспортного средства от 09.02.2018 № 01-090218, заключенный между должником  и ФИО3, признан недействительной сделкой и в качестве применения последствий недействительности сделки с  ФИО3 в конкурсную массу Общества взыскано 2 463 000 руб. В удовлетворении заявления в остальной части отказано.

В кассационной жалобе ФИО3 просит постановление от 08.06.2023 отменить, а определение от 31.01.2023 оставить в силе.

Податель жалобы ссылается на то, что стоимость спорного транспортного средства была определена в оспариваемом договоре в размере 1 200 000 руб. с учетом имеющихся у автомобиля недостатков – существенных кузовных повреждений,  которые требовали дорогостоящего ремонта. По мнению ФИО3, определенная в договоре цена транспортного средства с учетом названных обстоятельств соответствовала его рыночной стоимости и в его действиях по заключению с должником рассматриваемого договора отсутствует злоупотребление правом.

Кроме того, ФИО3 указывает на то, что в ином обособленном споре № А56-91482/2021/сд.3 суд апелляционной инстанции пришел к противоположным выводам, указав на то, что стоимость транспортного средства определена с учетом технических повреждений, в связи с чем в удовлетворении заявления конкурсного управляющего было отказано.

Податель жалобы полагает, что судом апелляционной инстанции при определении суммы, подлежащей взысканию, в порядке применения последствий недействительности сделки, ошибочно при расчетах исходил из того, что рыночная стоимость составляет 3 663 000 руб., поскольку конкурсный управляющий в своем отчете ссылался на то, что такая стоимость равна 3 250 000 руб. 

Также, по мнению ФИО3, взыскиваемая с него сумма подлежала уменьшению на стоимость необходимого восстановительного ремонта.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий Обществом просит обжалуемое постановление оставить без изменения.

В судебном заседании представитель ФИО3 поддержал доводы жалобы, а конкурсный управляющий Обществом возражал против ее удовлетворения.

 Остальные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы. 

Законность обжалуемого постановления проверена в кассационном порядке.

Как установлено судами, 09.02.2018 между Обществом и  ФИО3 был заключен договор купли-продажи автомобиля № 01-090218, по условиям которого должник продал ФИО3 транспортное средство Toyota Land Cruiser 200, VIN 

<

***>. Согласно условиям договора стороны определили, что стоимость рассматриваемого транспортного средства составляет 1 200 000 руб.

Определением от 13.10.2021 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) Общества. 

Определением от 29.11.2021 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1 

Решением от 27.05.2022 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1

Конкурсный управляющий Обществом, полагая, что указанное транспортное средство отчуждено должником в отсутствие равноценного встречного предоставления и имеются основания для признания названного договора недействительной сделкой  в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьями 10, 168  Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

В данном случае, поскольку дело о банкротстве должника возбуждено определением от 13.10.2021, а договор был заключен 09.02.2018, то есть более чем за три года до возбуждения дела о банкротстве должника, то он не может быть  оспорен по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в абзаце четвертом пункта 4 постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и  в пункте 10 постановления от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснил, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ). Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Вместе с тем согласно позиции Верховного суда Российской Федерации, содержащейся в определении Судебной коллегии по экономическим спорам от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, по общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки).  Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом.

Наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

 В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Заявление конкурсного управляющего по данному обособленному спору могло быть удовлетворено только в том случае, если он доказал наличие в оспариваемой сделке пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки. 

В данном случае обстоятельства, на которые ссылался конкурсный управляющий в обоснование своего заявления (неравноценность встречного предоставления, наличие у должника кредитора на дату заключения оспариваемого договора, причинение вреда имущественным правам кредиторов и осведомленность ответчика о финансовом положении Общества и цели заключения рассматриваемой сделки), как правильно указал суд первой инстанции, полностью соответствуют диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, даже при доказанности всех указанных обстоятельств у судов не было оснований для выхода за пределы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а для квалификации рассматриваемого договора  по данной норме отсутствовал один из обязательных признаков – трехлетний период подозрительности (сделка совершена 09.02.2018, а заявление о банкротстве Общества  принято 13.10.2021).

Кроме того, суд первой инстанции правильно отметил, что для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес. 

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Таким образом, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. 

При этом в соответствии с пунктом 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Суд апелляционной инстанции, ссылаясь на правовую позицию, содержавшуюся в  постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 № 6526/10, согласно которой заключение сделки, направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов, имеющей целью, в частности, уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения имущества третьим лицам, является злоупотреблением гражданскими правами, пришел к выводу, что в рассматриваемом случае, учитывая отчуждение Обществом имущества по существенно заниженной стоимости, стороны сделки действовали при злоупотреблении правом.

В тоже время в  указанном постановлении от  02.11.2010 Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации рассмотрена ситуация, когда контролирующими должника лицами совершена совокупность действий которая привела к существенному уменьшению активов должника.

Кроме того, впоследствии как Высший Арбитражный Суд Российской Федерации, так и Верховный суд Российской Федерации, неоднократно указывали на то, что квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

Вопрос о допустимости оспаривания таких сделок, действий на основании статей 10 и 168 ГК РФ неоднократно рассматривался Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1), от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 и др.).

Вопреки выводам суда апелляционной инстанции, заключение договора на заведомо невыгодных для должника условиях в целях причинения вреда его кредиторам соответствует признакам   подозрительной сделки, установленным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем вывод суда первой инстанции о невозможности оспаривания рассматриваемого договора на основании статей 10 и 168 ГК РФ правомерен.

Суд апелляционной инстанции при рассмотрении настоящего спора пришел к выводу о том, что спорный автомобиль был реализован должником по существенно заниженной стоимости, что, с чем с учетом правовой позиции, содержащейся в определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2016 № 308- ЭС16-11018, свидетельствует о его заключении с целью вывода ликвидного имущества должника и осведомленности ФИО3 об этом, поскольку отчуждение имущества по очевидно заниженной стоимости должно порождать у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнения относительно правомерности отчуждения. 

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции пришел к выводам о том, что  фактически заключение сделки при рассматриваемых условиях (занижение стоимости автомобиля более чем в два раза) выходит за пределы обычных экономических отношений и в результате ее заключения финансовое состояние должника существенно ухудшено, в связи с чем признал оспариваемый договор недействительной сделкой на основании статьи 10 ГК РФ.

Вместе с тем, как уже было указано, все названные обстоятельства соответствуют диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем оспаривание рассматриваемого договора именно по данным основаниям в порядке статей 10 и 168 ГК РФ недопустимо и фактически привело в настоящем случае к  обходу периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Определение Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2016 № 308-ЭС16-11018, на которое ссылался суд апелляционной инстанции, содержит правовую позицию относительно возможного порядка  установления одного из признаков, подлежащих доказыванию при оспаривании сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, - осведомленности контрагента должника о нарушении прав и законных интересов кредиторов последнего. 

При таких обстоятельствах у суда апелляционной инстанции не имелось оснований для отмены определения суда первой инстанции от 31.01.2023, который пришел к правильному выводу о том, что изложенные конкурсным управляющим доводы не выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, которая не может быть применена в данном случае, поскольку оспариваемая сделка заключена за пределами периода подозрительности, в связи с чем рассматриваемый договор не может быть оспорен на основании статей 10 и 168 ГК РФ. 

С учетом изложенного постановление суда апелляционной инстанции от 08.06.2023 подлежит отмене, а определение суда первой инстанции от 31.01.2023 – оставлению без изменения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л :

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.06.2023 по делу № А56-91482/2021 отменить.

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.01.2023 по тому же делу оставить без изменения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Сфера» в пользу ФИО3 3000 руб. в возмещение расходов на уплату государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы.

 

Председательствующий

В.В. Мирошниченко

Судьи

 

Е.В. Зарочинцева

А.В. Яковец