ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45,

http://www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А65-23414/2019

г. Самара

18 марта 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 16 марта 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 18 марта 2021 года.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Поповой Г.О.,

судей Александрова А.И., Гольдштейна Д.К.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

без участия представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о месте и времени судебного разбирательства

рассмотрев в открытом судебном заседании 09 - 16 марта 2021 года, в помещении суда, в зале №1 

апелляционные жалобы конкурсного управляющего ФИО2, ФИО3 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.01.2021 по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о взыскании убытков с бывшего руководителя ФИО3

в рамках дела № А65-23414/2019 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Газмонтажавтоматика», г.Казань, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.02.2019 общество с ограниченной ответственностью (ООО) «КазаньСтройТрансГаз» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) (далее по тексту - должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.03.2020 конкурсным управляющим утвержден ФИО2

В Арбитражный суд Республики Татарстан 06.05.2020 поступило заявление конкурсного управляющего должника о взыскании с бывшего руководителя должника ФИО3 (далее - ответчик) убытков в размере 2 719 419,78 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.09.2020 в качестве третьего лица, не заявляющих самостоятельных требований, привлечено общество с ограниченной ответственностью (ООО) «Компания Альбатрос».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.01.2021 заявление удовлетворено частично, с бывшего руководителя ФИО3 в пользу ООО «Газмонтажавтоматика» (ОГРН 

<

***>) взыскана сумма убытков в размере 992 919,78 рубля, в остальной части требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом конкурсный управляющий ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, просит изменить определение суда в части отказа и принять новый судебный акт об удовлетворения заявления конкурсного управляющего должником. В обоснование доводов заявитель указал на то, суд первой инстанции неправомерно сделал вывод о наличии доказательств подтверждающих реальность выполнения работ по договору подряда №П-28 от 25.05.2016.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2021 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 09.03.2021.

ФИО3 также обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.01.2021, в которой просит в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказать.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.02.2021 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 09.03.2021.

Информация о принятии апелляционных жалоб к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

В судебном заседании 09.03.2021, в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв до 12 часов 30 минут 16.03.2021. Сведения о месте и времени продолжения судебного заседания были размещены на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru и на доске объявлений в здании суда.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд полагает, что имеются основания для отмены определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.01.2021 в части отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО2, в связи со следующим.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Решением №1 от 29.01.2010 единственный учредитель должника ФИО3 избрал на должность генерального директора ФИО3

Из заявления материалов дела следует, что в результате анализа сделок должника конкурсным управляющим выявлены операции по перечислению должником денежных средств на общую сумму 2 719 419,78 рублей без предоставления встречного обеспечения.

В соответствии с копией выписки по счету должника, осуществлены перечисления денежных средств в адрес ООО «Компания Альбатрос» платежными поручениями от 23.11.2016 и 25.11.2016 всего на сумму 650 000 рублей, ООО «Газстрой+» платежными поручениями от 26.07.2016 и 02.09.2016 всего на сумму 550 000 рублей, ООО «Колос» на сумму 15 577, 50 рубля, ООО «Венге-Лайн» на сумму 327 342, 28 рублей.

В отсутствие документов, подтверждающих целевое использование руководителем денежных средств, их выдача привела к утрате имущества ООО «Газмонтажавтоматика» в виде денежных средств, в связи с чем конкурсный управляющий обратился с заявлением о взыскании убытков с бывшего руководителя должника ФИО3

В соответствии с п. 1 ст. 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

Пунктом 2 ст. 61.20 Закона о банкротстве предусмотрено, что требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами.

Указанные нормы также отражены в пункте 68 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", которым предусмотрено, что согласно пунктам 1 и 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве со дня введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства помимо иных лиц правом на предъявление от имени должника требования о возмещении убытков, причиненных должнику членами его органов и лицами, определяющими действия должника (далее - директор), по корпоративным основаниям (статья 53.1 ГК РФ, статья 71 Закона об акционерных обществах, статья 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью) наделяются конкурсные кредиторы, уполномоченный орган, работники должника, в том числе бывшие, их представитель.

Соответствующее требование подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве. Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно п. 4 ст. 4 Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

В то же время, учитывая, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности). 

Данная правовая позиция отражена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.08.2018 №308-ЭС17-6757(2,3) по делу №А22-941/2006.

По смыслу пункта 1 статьи 4 ГК РФ действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом. В связи с этим, положения Закона о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Закона №266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона №266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона №266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ правила о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами при рассмотрении соответствующих заявлений, поданных с 01.07.2017, независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве. 

Поскольку заявление подано конкурсным управляющим в суд 05.05.2020, его рассмотрение производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ.

В то же время обстоятельства, указанные конкурсным управляющим в качестве свидетельствующих о наличии оснований для взыскания убытков, имели место в период с 23.11.2016 по 22.12.2016, то есть до вступления в силу Закона №266-ФЗ (30.07.2017), которым признана утратившей силу ст. 10 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 4 статьи 32 Федерального закона "Об обществах   с   ограниченной   ответственностью"   руководство   текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества.

Порядок деятельности единоличного исполнительного органа общества и принятия им решений устанавливается уставом общества, внутренними документами общества, а также договором, заключенным между обществом и лицом, осуществляющим функции его единоличного исполнительного органа (пункт 4 статьи 40 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", при определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.).

В соответствии с пунктами 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ ответственность за убытки, причиненные обществу виновными действиями, несут перед обществом: лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени; члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании; лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 данной статьи.

В силу пункта 3 статьи 53 ГК РФ и пунктов 1 и 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон №14-ФЗ) лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно, оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу. При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

В силу положений статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

При этом возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, и ее применение возможно при наличии определенных условий. В предмет доказывания по спорам о возмещении убытков включается совокупность следующих обстоятельств: наличие убытков и их размер, противоправность действий (бездействия) лица, причинившего убытки, причинная связь между его противоправными действиями (бездействием) ответчика и возникшими убытками, вина ответчика в причинении убытков.

Доказывание указанных обстоятельств в соответствии с положениями статьи 65 АПК РФ относится на заявителя. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" даны разъяснений о том, что в силу п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством (п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица").

Согласно пунктам 1, 2, 3 ст. 44 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" единоличный исполнительный орган общества должен действовать  в интересах  общества добросовестно и разумно. Единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу виновными действиями (бездействием). При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Не несут ответственность за убытки, причиненные юридическому лицу, те члены коллегиальных органов юридического лица, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение убытков, или, действуя добросовестно (статья 1 ГК РФ), не принимал участия в голосовании (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, пункт 2 статьи 71 Закона об акционерных обществах, пункт 2 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Кроме того, надлежит принимать во внимание ограниченные возможности членов коллегиальных органов юридического лица по доступу к информации о юридическом лице, на основании которой они принимают решения.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу.

По общему правилу, право требовать убытков в связи с тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, принадлежит юридическому лицу или его участникам. В данном случае интерес в защите активов должника реализуется конкурсным кредитором.

В соответствии с пунктом 3 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

В соответствии с пунктом 4 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" по смыслу взаимосвязанных положений абзаца второго статьи 2, пункта 2 статьи 3, пунктов 1 и 3 статьи 61.10 Закона о банкротстве для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее - объективное банкротство).

Указанные положения законодательства не исключают возможность привлечения контролирующего лица к иной ответственности за действия, совершенные за пределами названного трехлетнего периода, например, к ответственности, предусмотренной законодательством о юридических лицах (статья 53.1 ГК РФ, статья 71 Федерального закона от 26 декабря 1995 года №208-ФЗ "Об акционерных обществах" (далее - Закон об акционерных обществах), статья 44 Федерального закона от 8 февраля 1998 года №14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью) и т.д.).

Само по себе участие в органах должника не свидетельствует о наличии статуса контролирующего его лица. Исключение из этого правила закреплено в подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, установивших круг лиц, в отношении которых действует опровержимая презумпция того, что именно они определяли действия должника.

В соответствии с подпунктами 1 и 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

Оценка требований и возражений сторон осуществляется судом с учетом положений статей 9 и 65 АПК РФ о бремени доказывания исходя из принципа состязательности, согласно которому риск наступления последствий несовершения соответствующих процессуальных действий несут лица, участвующие в деле.

Исходя из разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.).

Согласно письму ФНС России от 24.07.2015 №ЕД-4-2/13005@, под "фирмой-однодневкой" в самом общем смысле понимается юридическое лицо, не обладающее фактической самостоятельностью, созданное без цели ведения предпринимательской деятельности, как правило, не представляющее налоговую отчетность, зарегистрированное по адресу массовой регистрации.

Суть схемы с участием "фирм-однодневок" сводится к искусственному включению их в цепочку хозяйственных связей. При этом противоправная цель достигается в результате согласованных противоправных действий налогоплательщика и подконтрольной ему "фирмы-однодневки", которая является формально обособленной от налогоплательщика, что часто, как показывает практика, фактически не соответствует действительности.

Согласно разъяснениям, содержащимися в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10, 168 ГК РФ, в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о включении в реестр требований кредиторов).

ФИО3, возражая против удовлетворения заявления конкурсного управляющего, представил в материалы дела копии договоров, заключенных должником с контрагентами, товарные накладные, акты выполненных работ в подтверждение исполнения обязательств, а также счета – фактуры, акты сверки.

Удовлетворяя частично заявленные требования, суд первой инстанции руководствовался следующим.

Из представленных документов следует, что между ООО «Газмонтажавтоматика» и ООО «Компания Альбатрос» заключен договор поставки №139/16 от 01.11.02016, ООО «Газмонтажавтоматика» и ООО «Венге-лайн» заключен договор поставки товара № 52 от 15.10.2016, ООО «Газмонтажавтоматика» и ООО «Колос» заключен договор поставки товаров №87 от 09.09.2016, ООО «Газмонтажавтоматика» и ООО «Газстрой+» заключен договор подряда на выполнение работ №П-28 от 25.05.2016.

В обоснование поставки представлены счета-фактуры №142 от 23.11.2016, №147 от 25.11.2016, №52 от 15.10.2016, №2112 от 21.12.2016, №87 от 09.09.2016, №8810 от 14.09.2016. 

При этом, товарные накладные либо универсальные передаточные документы в качестве доказательств поставки ответчиком не представлены.

При этом в отношении юридических лиц, контрагентов по сделкам, согласно общедоступным сведениям, в том числе содержащихся в ЕГРЮЛ внесены следующие сведения: 

- ООО «Компания Альбатрос» создано 29.03.2016, при этом 23.03.2018 внесены сведения о недостоверности сведений, 24.02.2021 принято решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ;

- ООО «Венге-лайн» создано 12.01.2016, при этом 03.04.2018 внесены сведения о недостоверности сведений, 26.12.2019 недействующее общество исключено из ЕГРЮЛ;

- ООО «Колос» создано 26.04.2010, при этом 23.07.2019 внесены сведения о недостоверности сведений, 20.12.2019 недействующее общество исключено из ЕГРЮЛ;

- ООО «Газстрой+» создано 22.09.2014, при этом 18.10.2018 внесены сведения о прекращении деятельности юридического лица, в связи с исключением из ЕГРЮЛ на основании п. 2 ст. 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 №129-ФЗ.

В соответствии с п. 1, п. 3 ст. 9, п. 8 ст. 3 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ "О бухгалтерском учете" первичным учетным документом оформляется каждый факт хозяйственной жизни. Первичный учетный документ должен быть составлен при совершении факта хозяйственной жизни, а если это не представляется возможным - непосредственно после его окончания. 

Факт хозяйственной жизни - это сделка, событие, операция, которые оказывают или способны оказать влияние на финансовое положение экономического субъекта, финансовый результат его деятельности и (или) движение денежных средств. 

Счет-фактура же является документом, служащим основанием для принятия покупателем предъявленных продавцом товаров (работ, услуг), имущественных прав (включая комиссионера, агента, которые осуществляют реализацию товаров (работ, услуг), имущественных прав от своего имени) сумм налога к вычету в порядке, предусмотренном настоящей главой (п. 1 ст. 169 НК РФ).

Между тем в материалы дела не представлены первичные бухгалтерские документы в виде товарных накладных либо универсальных передаточных документов, подтверждающих реальность поставки товара ООО «Компания Альбатрос», ООО «Венге-лайн», ООО «Колос» в адрес ООО «Газмонтажавтоматика».

В материалах дела отсутствуют относимые, допустимые, достоверные доказательства (ст. 71 АПК РФ), подтверждающие реальность заключения и исполнения договоров поставки №139/16 от 01.11.2016, №52 от 15.10.2016, №87 от 09.09.2016, на основании которых перечислена денежная сумма в общем размере 992 919,78 рубля.

С учетом изложенного, суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о наличии оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего в указанной части, и взыскании с бывшего руководителя должника убытков.

При отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в части причинения убытков в результате перечисления денежных средств по договору подряда на выполнение работ №П-28 от 25.05.2016, заключенного с ООО «Газстрой+», суд первой инстанции исходил из того, что ФИО3 в материалы обособленного спора представлены акты выполненных работ от 30.06.2016, от 30.09.2016, справки о стоимости выполненных работ (форма КС-3) от 30.06.2016, от 30.09.2016, счет фактура №137 от 30.06.2016, №159 от 30.09.2016

С учетом представленных документов, суд первой инстанции сделал вывод о том, что правоотношения по данному договору являются состоявшимися и не имеется оснований для возложения на ответчика ответственности в виде убытков, признав факт добросовестности исполнения обязательств.

Судебная коллегия не может согласиться  с  выводом суда первой инстанции о том, что реальность исполнения договора подряда на выполнение работ №П-28 от 25.05.2016 подтверждается представленными документами.

Из представленного в материалы дела договора подряда на выполнение работ №П-28 от 25.05.2016 заключенного должником (заказчик) и ООО «Газстрой+» (подрядчик) следует, что подрядчик обязуется за свой риск выполнить по заданию заказчика с использованием своих материалов или материалов заказчика, а заказчик бязуется принять и оплатить строительно-монтажные работы.

Цена договора установлена пунктом 2.1 договора подряда и составляла 3 205 885 руб.

Стороны согласовали в пункте 2.2 договора подряда, что цена является предварительной. Окончательная цена договора определяется проектно-сметной документацией, представленной подрядчиком.

Правоотношения сторон по договору подряда 30.08.2017 регулируются положениями главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

При отсутствии соответствующих указаний в законе или договоре оплата работ производится в соответствии со статьей 711 ГК РФ (пункт 1 статьи 746 ГК РФ).

Если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик в соответствии с пунктом 1 статьи 711 ГК РФ обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок либо с согласия заказчика досрочно.

Основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ является сдача результата работ заказчику (статьи 711, 746 ГК РФ).

В силу пункта 4 статьи 753 ГК РФ сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами.

Односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными.

Пунктом 6 статьи 753 ГК РФ установлено право заказчика отказаться от приемки результата работ только в случае обнаружения недостатков, которые исключают возможность его использования для указанной в договоре строительного подряда цели и не могут быть устранены подрядчиком или заказчиком.

Исходя из разъяснений Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 8 Информационного письма от 24.01.2000 года №51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда» (далее - Информационное письмо №51) в силу положений статьей 702, 711, 720, 740, 753 ГК РФ основанием для возникновения обязательства по оплате выполненных работ является сдача результата работ заказчику, по результатам которой составляется акт о приемке выполненных работ с указанием их видов и стоимости по форме КС-2.

При этом форма КС-3 предназначена для расчетов с заказчиком за выполненные работы и заполняется на основании Акта о приемке выполненных работ (форма КС-2).

В стоимость выполненных работ и затрат включается стоимость строительно-монтажных работ, предусмотренных сметой, а также прочие затраты, не включаемые в единичные расценки на строительные работы и в ценники на монтажные работы.

Стандарты доказывания в деле о банкротстве являются более строгими, чем в условиях не осложненного процедурой банкротства состязательного процесса. Арбитражный суд вправе и должен устанавливать реальность положенных в основу оспариваемой сделки хозяйственных отношений, проверять действительность и объем совершенного по такой сделке экономического предоставления должнику, предлагая всем заинтересованным лицам представить достаточные и взаимно не противоречивые доказательства.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В материалы дела не представлено доказательств фактического выполнения ООО "Газстрой+" работ по договору подряда на выполнение работ №П-28 от 25.05.2016, поскольку в материалы дела не представлено задание заказчика, проектно-сметная документация подрядчика. 

Кроме того не представлены документы по приобретению, доставке на объект, использования строительных и иных материалов в процессе выполнения работ по договору.

Из представленных унифицированных форм №КС-2, №КС-3 не усматривается содержание, виды, объемы выполненных работ, а также стоимость.

Кроме того, акты не содержат сведений о видах работ, объекте выполнения.

Из совокупности представленных в материалы дела доказательств, суд апелляционной инстанции приходит  к  выводу, что  в материалы дела не  представлены доказательства реальности исполнения договора подряда на выполнение работ №П-28 от 25.05.2016, поскольку не представлены документальные подтверждения произведенных работ, указанных в договоре подряда, наличие материально-технической базы для производства работ и т.д.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в п. 10 Постановления от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснил, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы.

Следовательно, между ООО "Газстрой+" и должником создан формальный документооборот с целью создания видимости реальных отношений из договора подряда.

Однако, наличие правоотношений подряда между сторонами не подтверждено, поскольку не представлено документов, подтверждающих приобретения материалов, инструментов, заключение трудовых договоров с работниками, а также иных документов финансово-хозяйственной деятельности, подтверждающих реальность данных правоотношений.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости отмены определения суда первой инстанции, в силу п. 1 ч. 1 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с принятием нового судебного акта об удовлетворении заявления конкурсного управляющего в заявленном размере, и взыскании с бывшего руководителя ООО «Газмонтажавтоматика» ФИО3 в пользу ООО «Газмонтажавтоматика» (ОГРН 

<

***>) сумму убытков в размере 2 719 419,78 рубля.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы ФИО3.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд       

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.01.2021 по делу № А65-23414/2019 отменить в части отказа в удовлетворении заявления, принять новый судебный акт, изложив резолютивную часть в следующей редакции:

"Взыскать с бывшего руководителя ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Газмонтажавтоматика» (ОГРН 

<

***>) сумму убытков в размере 2 719 419, 78 рубля.".

В удовлетворении апелляционной жалобы ФИО3 отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                       Г.О. Попова

Судьи                       А.И. Александров

                                                                                                                      Д.К. Гольдштейн