АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А01-2608/2022

г. Краснодар

30 июня 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 27 июня 2023  года

Полный текст постановления изготовлен 30 июня 2023  года

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Афониной Е.И., судей Артамкиной Е.В. и Коржинек Е.Л., при участии в судебном заседании от ответчика – ФИО1 – Гиш М.А. (доверенность от 29.06.2020), в отсутствие истца – ФИО2,  ответчиков:  общества с ограниченной ответственностью «Майкопская нерудная компания» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), ФИО3, третьего лица – Управления Федеральной налоговой службы России по Республике Адыгея, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения сведений в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу ФИО2 на решение Арбитражного суда Республики Адыгея от 28.12.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2023 по делу № А01-2608/2022, установил следующее. 

ФИО2 обратился в арбитражный суд с иском к ООО «Майкопская нерудная компания» (далее –  общество), ФИО1 и ФИО3 о признании недействительной сделки (оформлена приказом генерального директора общества от 20.03.2019 № 28) по восстановлению в правах вышедшего участника путем передачи обществом ФИО1 доли в уставном капитале в размере 28,9% номинальной стоимостью 29 601 300 рублей; признании недействительным решения общего собрания участников общества, оформленного протоколом от 30.04.2019 № 1; возложении на Управление ФНС России по Республике Адыгея (далее – управление) обязанности аннулировать в ЕГРЮЛ регистрационные записи ГРН от 18.04.2019 № 2190105050012, от 21.05.2019 № 2190105054808, от 30.07.2019 № 2190105068570, вынесенные в отношении общества (уточненные требования в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; далее – Кодекс).

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено управление. 

Решением суда от 28.12.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 22.03.2023, в удовлетворении иска отказано, в том числе по мотиву пропуска срока исковой давности. 

В кассационной жалобе ФИО2 просит отменить судебные акты. По мнению заявителя, вывод судов о том, что для восстановления ФИО1 в составе участников не требовалось решение общего собрания участников общества, не основан на нормах закона и положениях устава общества. Вопрос о восстановлении участника общества и передаче ему доли в уставном капитале относится к компетенции общего собрания участников общества либо единственного участника; судами не дана оценка недобросовестности действий  ФИО1  Срок исковой давности не пропущен, поскольку о наличии оснований для получения ответчиком спорной доли (приказе генерального директора) истец узнал только 24.09.2020 из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, протокол решения общего собрания участников общества от 30.04.2019 не подписан всеми участниками общества, поэтому истец полагал, что  ФИО1 участвует в общем  собрании как представитель второго участника ФИО3

В отзывах на жалобу ФИО1 и ФИО3 просят оставить без изменения обжалуемые судебные акты, считая их законными и обоснованными.

В суд кассационной инстанции поступило ходатайство представителя ФИО2 об отложении рассмотрения кассационной жалобы, мотивированное участием представителя в ином процессе.   

В судебном заседании объявлялся перерыв с 20.06.2023 до 14 часов 20 минут 27.06.2023. После перерыва судебное заседание было продолжено.

От представителя ФИО2 поступило ходатайство об отложении рассмотрения кассационной жалобы, мотивированное болезнью представителя.

От представителя ФИО1 поступило ходатайство о приобщении к делу дополнительных доказательств. 

            Рассмотрев указанные ходатайства, суд кассационной инстанции считает, что они не подлежат удовлетворению, поскольку в силу статьей 284 – 286 Кодекса арбитражный суд кассационной инстанции рассматривает дело в судебном заседании коллегиальным составом судей по правилам рассмотрения дела арбитражным судом первой инстанции, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными в главе 35 Кодекса, принятие и исследование новых доказательств в суде кассационной инстанции не допускается; неявка в судебное заседание арбитражного суда кассационной инстанции лица, подавшего кассационную жалобу, и других лиц, участвующих в деле, не может служить препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие, если они были надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства.

В судебном заседании представитель ФИО1 возражал против удовлетворения жалобы.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзывов, выслушав представителя ответчика, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа пришел к следующим выводам.

Как видно из материалов дела, общество зарегистрировано в ЕГРЮЛ за основным государственным номером 

<

***>. 

ФИО2 является участником общества с долей участия в уставном капитале общества в размере 0,6619%. 

Другими участниками общества являются ФИО1 с долей участия 97,2419% и ФИО3 с долей участия 2,0962%. 

По состоянию на 2014 год участниками  общества являлись ФИО4, ФИО5 и ФИО6 

Протоколом общего собрания участников общества от 29.10.2014 увеличен уставный капитал за счет вкладов третьих лиц: ФИО7 (в размере 829 600 рублей) и ФИО1 (29 601 300 рублей). 

Внеочередным общим собранием участников общества от 19.11.2014 утверждены итоги увеличения уставного капитала общества до 102 490 900 рублей. 

Доли участников распределены в следующих размерах: ФИО4 –  11,2% (номинальной стоимостью 11 493 570 рублей), ФИО5 – 35,2% (номинальной стоимостью 36 066 030 рублей), ФИО6 –  23,9% (номинальной стоимостью 24 500 400 рублей), ФИО7 – 0,8% (номинальной стоимостью 829 600 рублей), ФИО1 – 28,9% (номинальной стоимостью 29 601 300 рублей). 

22 декабря 2014 года участники общества ФИО1, ФИО4, ФИО5 и ФИО6 заявили о выходе из состава участников и выплате действительной стоимости принадлежащих им долей. 

Общество произвело расчет стоимости долей вышедших участников (79 307 424 рубля) и сообщило о невозможности проведения выплат ввиду отрицательной разницы между стоимостью чистых активов и размером уставного капитала. С учетом финансовых возможностей юридического лица вышедшим участникам было предложено в 2015 году получить часть причитающихся средств (в общем размере 84 тыс. рублей), оставшаяся сумма могла быть выплачена по итогам 2016 финансового года.

На основании решения от 02.04.2015 единственного участника общества ФИО8 в состав участников приняты ФИО2 с долей 0,0023% и ФИО3 с долей 0,0075%. Определены доли участников: ФИО8 – 0,08094% (номинальной стоимостью 829 600 рублей), ФИО2 – 0,0023% (номинальной стоимостью 2400 рублей) и ФИО3 – 0,0075% (номинальной стоимостью 7600 рублей). Доля общества составляла 99,1808% номиналом 101 651 300 рублей. 

ФИО3, реализуя право преимущественной покупки, по договору от 09.04.2015 приобрела у ФИО7 0,6151% доли уставного капитала номинальной стоимостью 630 500 рублей. 

ФИО2 по договору купли-продажи от 09.04.2015 приобретел дополнительно 0,1943 доли уставного капитала номинальной стоимостью 199 100 рублей. 

Таким образом, ФИО2 стал собственником доли уставного капитала 0,1966% номинальной стоимостью 201 500 рублей; ФИО3 – 0,6226% номинальной стоимостью 638 100 рублей. 

В связи с невыплатой стоимости действительной доли уставного капитала, в письмах от 16.06.2015 и 30.10.2015 ФИО1 обращался к обществу с заявлениями о восстановлении в правах участника в связи с неисполнением обязанности по выплате действительной стоимости доли уставного капитала (т. 3, л. д. 44 – 45). 

30 мая 2016 года ФИО1 направил обществу претензию с требованием о восстановлении в правах участника общества с долей 28,9% уставного капитала (т. 3, л. д. 46-47). 

Протоколом очередного общего собрания участников общества от 25.12.2017 ФИО1 избран генеральным директором общества. 

Поскольку действительная стоимость доли участнику не была выплачена и не распределена, приказом генерального директора от 20.03.2019 № 28 ФИО1 восстановлен в корпоративных правах. Решения общего собрания по указанному вопросу не принималось. 

18 апреля 2019 года регистрирующим органом проведены соответствующие изменения (запись 2190105050012, т. 1, л. д. 79, выписка т. 1, л. д. 34 – 47). 

Протоколом годового общего собрания участников общества от 30.04.2019 с очным присутствием от ФИО2 представителя по доверенности ФИО9 (доверенность 01АА0617579 от 11.01.2019), от ФИО3 – ФИО10 по доверенности 01АА0634663 от 18.04.2019 и непосредственно ФИО1 утверждены решения, в том числе об уменьшении уставного капитала на величину номинальной стоимости доли, находящейся на балансе общества (на 72 050 тыс. рублей) со следующим распределением долей:  ФИО2 – 0,6619% номинальной стоимостью 201 500 рублей; ФИО3 – 2,0962% номинальной стоимостью 638 100 рублей; ФИО1 – 97,2419% номинальной стоимостью 29 601 300 рублей.

21 мая 2019 года регистрирующий орган внес запись № 2190105054808 о нахождении общества в процессе уменьшения уставного капитала (т. 1, л. д. 95). 

30 июля 2019 года в ЕГРЮЛ внесена запись № 2190105068570, отражающая изменение процентного соотношения долей участников на основании протокола от 30.04.2019. 

Ссылаясь на нарушение порядка восстановления в корпоративных правах ФИО1 и незаконность решения общего собрания от 30.04.2019, ФИО2 обратился в суд с иском. 

Отказывая в иске, суды исходили из следующего.

В соответствии со статьей 26 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) и статьей 94 Гражданского кодекса участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества.

Согласно пункту 6.1 статьи 23 Закона № 14-ФЗ в случае выхода участника из общества в соответствии со статьей 26 данного Закона его доля переходит к обществу. При этом общество обязано выплатить вышедшему из общества участнику общества действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дате перехода к обществу доли вышедшего из общества участника общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости либо в случае неполной оплаты им доли в уставном капитале общества действительную стоимость оплаченной части доли.

Общество обязано выплатить участнику действительную стоимость его доли или части доли в уставном капитале общества либо выдать ему в натуре имущество такой же стоимости в течение трех месяцев со дня возникновения соответствующей обязанности, если иной срок или порядок выплаты действительной стоимости доли или части доли не предусмотрен уставом общества.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 7 статьи 23 Закона № 14-ФЗ (в редакции, действовавшей в спорный период) доля или часть доли переходит к обществу с даты получения обществом заявления участника общества о выходе из общества, если право на выход из общества участника предусмотрено уставом общества.

В силу абзаца четвертого пункта 8 статьи 23 Закона № 14-ФЗ общество не вправе выплачивать действительную стоимость доли или части доли в уставном капитале общества либо выдавать в натуре имущество такой же стоимости, если на момент этих выплаты или выдачи имущества в натуре оно отвечает признакам несостоятельности (банкротства) в соответствии с Федеральным законом о несостоятельности (банкротстве) либо в результате этих выплаты или выдачи имущества в натуре указанные признаки появятся у общества.

В письме, направленном вышедшим участникам, общество ссылалось на наличие предусмотренных пунктом 8 статьи 23 Закона № 14-ФЗ обстоятельств, при которых оно не вправе выплачивать действительную стоимость доли или части доли в уставном капитале общества либо выдавать в натуре имущество такой же стоимости. 

Данные обстоятельства подтверждаются также и текстом постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 24.09.2020 по заявлению ФИО2 по факту злоупотребления полномочиями руководителя ООО «Майкопская нерудная компания», из которого усматривается, что по предварительному исследованию № 77 от 15.07.2020 установлены признаки неплатежеспособности общества в случае выплаты ФИО1 причитающейся доли.

В случаях, предусмотренных пунктами 2 и 6.1 статьи 23 Закона № 14-ФЗ, если в соответствии с требованиями данного Закона № 14-ФЗ общество не вправе выплачивать действительную стоимость доли в уставном капитале общества либо выдавать в натуре имущество такой же стоимости, общество на основании заявления в письменной форме, поданного не позднее чем в течение трех месяцев со дня истечения срока выплаты действительной стоимости доли лицом, доля которого перешла к обществу, обязано восстановить его как участника общества и передать ему соответствующую долю в уставном капитале общества (абзац пятый пункта 8 статьи 23 Закона № 14-ФЗ).

В материалы дела представлены заявления ФИО1 о восстановлении его в качестве участника общества, полученные обществом 16.06.2015 (вх. № 243) и 30.10.2015 (вх. № 489; т. 3, л. д. 44 – 45). 

Оценив представленные в дело доказательства в их совокупности в порядке статьи 71 Кодекса, учитывая, что заявление ФИО1 о выходе его из состава участников получено 22.12.2014 , обязанность по выплате действительной стоимости доли в установленный законом срок обществом не исполнена, а из имеющихся в деле доказательств видно, что ФИО1 в установленном порядке и в установленный законом срок обратился к обществу (в письменной форме, не позднее чем в течение трех месяцев со дня истечения срока выплаты действительной стоимости доли) о восстановлении его как участника общества и передать ему соответствующую долю в уставном капитале общества, то в силу положений Закона № 14-ФЗ общество  обязано восстановить его как участника общества и передать ему соответствующую долю в уставном капитале общества.

Вопреки доводам заявителя, для восстановления ФИО1 в составе участников не требовалось решение общего собрания участников общества.

Суды обоснованно указали, что для реализации права на восстановление в правах участников, предусмотренного пунктом 8 статьи 23 Закона № 14-ФЗ, требуется письменное волеизъявление вышедших участников, в свою очередь, у общества имеется именно обязанность восстановить участника в правах по его заявлению, не поставленная в зависимость от воли иных участников, единоличного исполнительного органа общества. Вывод о невозможности выплаты действительной стоимости доли вследствие возникновения в случае ее выплаты признаков банкротства, сделан судом на основании имеющихся в материалах дела доказательств, ходатайство о назначении судебной экспертизы, в том числе бухгалтерской, не заявлено.

Кроме того, в отношении всех заявленных требований, в том числе о признании недействительными решений очередного общего собрания участников общества от 30.04.2019,  суды указали на пропуск истцом срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в иске (статьи 196, 199 и 200 Гражданского кодекса).

Согласно подпункту 3 пункта 3 статьи 67.1 Гражданского кодекса принятие общим собранием участников хозяйственного общества решения и состав участников общества, присутствовавших при его принятии, подтверждаются в отношении общества с ограниченной ответственностью путем нотариального удостоверения, если иной способ (подписание протокола всеми участниками или частью участников; с использованием технических средств, позволяющих достоверно установить факт принятия решения; иным способом, не противоречащим закону) не предусмотрен уставом такого общества либо решением общего собрания участников общества, принятым участниками общества единогласно. 

Из протокола от 30.04.2019 следует, что первым вопросом повестки было обсуждение порядка удостоверения решений и состава участников. Единогласным решением собравшихся определено, что решения, принятые на общем собрании, следует подтверждать бюллетенями для голосования, полученными каждым из участников, зарегистрированных в журнале прибывших лиц. Представленной копией журнала регистрации засвидетельствовано участие представителя ФИО2 ФИО9  

Таким образом, представитель ФИО2 ФИО9 участвовал в собрании от 30.04.2019, общим решением участников установлен иной способ удостоверения результатов годового собрания, не противоречащий закону.

Факт проведения собрания участников общества при участии представителя ФИО2 подтвержден материалами дела и истцом не оспаривался. 

Кроме того, истец сам инициировал возбуждение уголовного дела в отношении ФИО1 по данным фактам (материалы проверки содержат дату от 23.07.2019).

Из пояснений ФИО2, отраженных в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела, также следует, что с начала 2019 года ему стало известно о том, что на очередном собрании общества решением была уменьшена доля уставного капитала с 102 490 900 рублей до 30 440 900 рублей, в собрании участвовал его представитель. 

Из пояснений ФИО9, отраженных в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела, следует, что он участвовал в очередном собрании общества в 2019 году, на собрании  уставный капитал был уменьшен. Данная информация была донесена до ФИО2 и он посчитал, что уменьшение произведено незаконно, доли уставного капитала, которые были погашены должны были быть распределены между участниками, часть должна принадлежать ему, также ФИО2 посчитал, что ФИО1 незаконно вошел обратно в состав участников, в связи с чем дал указание написать заявление в правоохранительные органы (т. 3, л. д. 59). 

В силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. 

Принимая во внимание установленные обстоятельства, заявление ответчиков о применении срока исковой давности, сделанные в суде первой инстанции, суды пришли к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в связи с пропуском истцом срока на обращение в суд для оспаривания восстановления ФИО1 в правах участника общества, распределения долей участников и уменьшения уставного капитала общества.

Доводы истца о том, что он не знал о восстановлении ФИО1 в правах участника общества с 30.04.2019, обоснованно отклонены, поскольку в протоколе общего собрания участников от 30.04.2019 отражен состав присутствующих участников общества и размер принадлежащих им долей, в частности, указано, что ФИО1 принадлежит доля 28,9 %. Доказательств того, что какая-либо информация, документация о деятельности общества и принимаемых корпоративных решениях была недоступна участнику для ознакомления, скрывалась от него, не представлено. Напротив, все сведения своевременно внесены обществом в ЕГРЮЛ, информация о восстановлении ФИО1 в составе участников общества внесена в ЕГРЮЛ 18.04.2019, однако в арбитражный суд с иском ФИО2 обратился только 05.08.2022, в  связи с чем трехлетний срок исковой давности  пропущен.

Доводы кассационной жалобы были предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций и направлены на переоценку исследованных судами доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции, установленных в статье 286 и части 2 статьи 287 Кодекса.

Основания для отмены либо изменения судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводом отсутствуют. 

Руководствуясь статьями 284 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

в удовлетворении ходатайства ФИО2 об отложении рассмотрения кассационной жалобы отказать. В удовлетворении ходатайства  ФИО1 о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств отказать.

Решение Арбитражного суда Республики Адыгея от 28.12.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2023 по делу № А01-2608/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий                                                                                    Е.И. Афонина

Судьи                                                                                                                              Е.В. Артамкина      

                                                                                                                             Е.Л. Коржинек