АРБИТРАЖНЫЙ СУД САМАРСКОЙ ОБЛАСТИ 443001, 

<

...>, тел. 

<

***> http://www.samara.arbitr.ru, e-mail: info@samara.arbitr.ru 

Именем Российской Федерации 

РЕШЕНИЕ

 

30 сентября 2025 года Дело № А55-21842/2025  

Резолютивная часть решения объявлена 18 сентября 2025 года. Полный текст решения изготовлен 30 сентября 2025 года.  

Арбитражный суд Самарской области в составе судьи Шестало С.С. при ведении протокола помощником судьи Луниной А.О., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску 

общества с ограниченной ответственностью «Правовая группа «Интеллектуальная собственность» (ИНН 

<

***>)  

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН 

<

***>)  

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав  

с участием в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора:  

1) общества с ограниченной ответственностью «ВИСТА» (ИНН 

<

***>); 2) ФИО2 

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Правовая группа «Интеллектуальная собственность» (истец, ООО «ПГ «Интеллектуальная собственность») обратилось в Арбитражный суд Самарской области с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ответчик, ИП ФИО1) о взыскании компенсации в размере 120 000 руб. за нарушение исключительных прав на литературные произведения: «Внимание! Единожды попробовав работать с родентицидом «Гремучая Смесь», дезинфекторы потом отказываются работать без него.», «Грызуны больше не вернутся», «Паразит не устоит», «Двойная защита от паразита»; за нарушение исключительных прав на произведения изобразительного искусства: «Шестерня два  

компонента», «Сыр», «Надкусанная таблетка», «Мертвая мышь», «Двойная галочка красно-синяя», «Логотип Гремучая Смесь»; за нарушение исключительных прав на средство индивидуализации - товарный знак № 561764, товарный знак № 620166; судебных издержек в размере 195 руб. 67 коп., стоимости спорного товара в размере 56 руб.  

Определением Арбитражного суда Самарской области от 25 июня 2025 года исковое заявление принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: общество с ограниченной ответственностью «ВИСТА»; ФИО2.  

Определением Арбитражного суда Самарской области от 13 августа 2025 года суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.  

Стороны в предварительное судебное заседание не явились, о месте и времени заседания извещены надлежащим образом в соответствии со статьями 122, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), в том числе публично путем размещения информации о движении дела на сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: https://samara.arbitr.ru/.  

Суд в порядке части 4 статьи 137 АПК РФ завершил предварительное судебное заседание и перешел к судебному разбирательству в данном судебном заседании, о чем судом вынесено протокольное определение, поскольку лицами, участвующими в деле соответствующих возражений заявлено не было (пункт 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 04 июня 2024 года № 12 «О подготовке дела к судебному разбирательству в арбитражном суде»).  

На основании части 3 статьи 156 АПК РФ суд рассматривает дело без участия в судебном заседании представителей сторон.  

Ответчик возражает относительно удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенным в отзыве.  

Третье лицо ФИО2 в отзыве на иск просил удовлетворить исковые требования в полном объеме.  

Исследовав материалы дела, суд исходит из следующих норм материального и процессуального права и обстоятельств дела.  

Как следует из материалов дела, истец является обладателем исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности:  

- литературное произведение - «Внимание! Единожды попробовав работать с  

родентицидом «Гремучая Смесь», дезинфекторы потом отказываются работать без него.» (правообладатель - ФИО2)  

- литературное произведение - «Грызуны больше не вернуться» (правообладатель - ФИО2)  

- литературное произведение - «Паразит не устоит» (правообладатель - ФИО2)  

- литературное произведение - «Двойная защита от паразита» (правообладатель - ФИО2)  

- произведение изобразительного искусства - «Шестерня два компонента» (правообладатель - ФИО2)  

- произведение изобразительного искусства - «Сыр» (правообладатель — ФИО2)  

- произведение изобразительного искусства - «Надкусанная таблетка» (правообладатель - ФИО2)  

- произведение изобразительного искусства - «Мертвая мышь» (правообладатель — ФИО2)  

- произведение изобразительного искусства - «Двойная галочка красно-синяя» (правообладатель - ФИО2)  

- произведение изобразительного искусства - «Логотип Гремучая Смесь» (правообладатель — ФИО2)  

- средство индивидуализации - товарный знак № 561764 (правообладатель - ООО «ВИСТА»)  

- средство индивидуализации - товарный знак № 620166 (правообладатель - ООО «ВИСТА»).  

Исключительные права на вышеуказанные объекты интеллектуальной собственности принадлежат ФИО2 на основании договора авторского заказа № 015-2014, Акта от 01.10.2014 к договору авторского заказа № 015-2014, Приложение № 1 от 01.10.2014 к акту от 01.10.2014.  

Исключительные права на вышеуказанные объекты интеллектуальной собственности принадлежат ООО «ВИСТА» на основании: Свидетельства на товарный знак № 620166 Гремучая смесь, Свидетельства на товарный знак № 561764 Гремучая смесь.  

20.12.2024 между ФИО2 (Цедент 1), ООО «ВИСТА» (Цедент 2) ООО «Правовая группа «Интеллектуальная собственность» (Цессионарий) был заключен Договор уступки права (требования) № СМ-ВТ-ПГ/24 от 20.12.2024.  

Согласно указанному Договору, Цедент уступает, а Цессионарий принимает в полном объеме права требования (а также иные связанные требования) к лицам,  

нарушившим исключительные права Цедентов.  

По указанному Договору передаются как существующие на момент подписания договора права требования к нарушителям, так и права требования, которые возникнут после подписания договора, перечень которых конкретизируется Сторонами в Приложениях, являющихся неотъемлемой частью настоящего Договора.  

В соответствии с пунктом 106 Приложения 2 к Договору уступки СМ-ВТ-ПГ/24 от 20.12.2024 Цедентами были уступлены Цессионарию права требования к Ответчику за нарушение исключительных прав по описанным выше фактам нарушения исключительных прав.  

25.06.2024 в торговом павильоне, расположенном вблизи адресной таблички: 

<

...> по договору розничной купли-продажи был реализован товар «Отрава для крыс».  

Истец, указывая на то, что ответчик незаконно использовал товарный знак и произведения изобразительного искусства (рисунки) путем предложения к продаже и реализации товара с нанесенными на него обозначениями, сходными до степени смешения с произведениями изобразительного искусства, принадлежащими истцу, направил ответчику претензию с требованием прекратить дальнейшее нарушение прав истца и добровольно уплатить компенсацию за нарушение прав на товарный знак и авторских прав.  

Требования, изложенные в претензии, ответчиком оставлены без удовлетворения, что послужило основанием для обращения истца с настоящим иском в суд.  

Возражая относительно удовлетворения заявленных требований, ИП ФИО1 в отзыве на иск указал, что истцом не доказаны факт совершения нарушения правонарушения и характер допущенного нарушения, степень вины ответчика, обоснование размера и расчета компенсации, срок использования результата интеллектуальной деятельности, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права истца, вероятные убытки правообладателя; указал, что Договор уступки права (требования) № СМ-ВТ-ПГ/24 от 20.12.2024 является ничтожным, поскольку заключен в обход требований Указа Президента РФ от 27 мая 2022 года № 322 «О временном порядке исполнения обязательств перед некоторыми правообладателями» (далее – Указ № 322). Просит в иске отказать, а в случае удовлетворения исковых требований просит снизить размер компенсации до 55 000 руб.  

Пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации  

(правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.  

Пунктом 1 статьи 1270 ГК РФ предусмотрено, что автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 ГК РФ в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 этой статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.  

В соответствии со статьей 1477 ГК РФ товарный знак – обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, на который признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.  

В силу статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.  

Согласно части 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.  

В абзаце пятом пункта 162 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 года № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10) указано, что установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том  

числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.  

Как указано в пункте 13 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденного Информационным письмом от 13 декабря 2007 года № 122, вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта, и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.  

Как следует из Определения Верховного Суда Российской Федерации от 13 сентября 2016 года № 305-ЭС16-7224, вопросы о наличии у истца исключительного права и нарушении ответчиком этого исключительного права являются вопросами факта, которые устанавливаются судами первой и апелляционной инстанций в пределах полномочий, предоставленных им Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, на основании исследования и оценки представленных сторонами в обоснование своих требований и возражений доказательств.  

Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия (пункт 14.4.2 Приказа Роспатента от 05 марта 2003 года № 32 «О правилах составления, подачи и рассмотрения заявки на регистрацию товарного знака и знака обслуживания», далее - Правила № 32).  

В соответствии с пунктом 5.2 Методических рекомендаций по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство, утвержденных приказом Роспатента от 31 декабря 2009 года № 197 (далее - Методические рекомендации), сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков: внешняя форма; наличие или отсутствие симметрии; смысловое значение; вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и т.д.); сочетание цветов и тонов. Перечисленные признаки могут учитываться как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.  

Согласно пункту 5.2.1 Методических рекомендаций при определении сходства изобразительных и объемных обозначений наиболее важным является первое впечатление, получаемое при их сравнении. Именно оно наиболее близко к восприятию товарных знаков потребителями, которые уже приобретали такой товар. Поэтому, если при первом впечатлении сравниваемые обозначения представляются сходными, а последующий анализ выявит отличие обозначений за счет расхождения отдельных элементов, то при оценке сходства обозначений целесообразно руководствоваться первым  

впечатлением. Сходство изображений состоит во внешнем виде и смысловом значении. Незначительные различия в форме и сочетании цветов не влияют на общее восприятие изображения данного товара как сходного до степени смешения с зарегистрированными товарными знаками (пункт 14.4.2 Правил № 32).  

Угроза смешения имеет место, если один товарный знак воспринимается за другой или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же товарном знаке, но полагает, что оба товарных знаков принадлежат одному и тому же предприятию. Такая угроза зависит от нескольких обстоятельств: во-первых, от различительной способности знаков, от сходства противопоставляемых знаков, от оценки однородности обозначенных знаком товаров и услуг.  

При сопоставлении товарных знаков с точки зрения их графического и визуального сходства должно быть учтено основное правило, согласно которому вывод делается на основе восприятия не отдельных элементов, а товарных знаков в целом (общего впечатления). Для признания сходства товарных знаков достаточно уже самой опасности, а не реального смешения товарных знаков в глазах потребителей.  

Обозначение является сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. При определении сходства словесных обозначений они сравниваются: со словесными обозначениями; с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.  

При установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному производителю. Для установления однородности товаров принимается во внимание род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товара, круг потребителей и другие признаки.  

Обозначение считается тождественным с другим обозначением, если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.  

Как указано выше, авторство ООО «Правовая группа «Интеллектуальная собственность» на товарные знаки и на произведения изобразительного искусства, подтверждается приобщенными к материалам дела Свидетельствами на товарные знаки № 561764, № 620166 Гремучая смесь, договором авторского заказа № 015-2014, Актом от 01.10.2014 к договору авторского заказа № 015-2014, Приложением № 1 от 01.10.2014 к акту от 01.10.2014.  

В нарушение статьи 65 АПК РФ доказательства, подтверждающие факт принадлежности права ответчика на товарный знак и на произведения изобразительного  

искусства, в материалы дела не представлены, как не представлены и доказательства, опровергающие авторство истца. Тем более на такие обстоятельства ответчик не ссылается.  

Как установлено судом, факт реализации указанного товара подтверждается кассовым чеком от 25.06.2024, самим приобретенным товаром, а также видеосъемкой, составленной истцом в порядке статей 12 и 14 ГК РФ в целях самозащиты гражданских прав.  

На кассовом чеке со всей очевидностью усматривается наименование индивидуального предпринимателя – ФИО1, место расчетов: магазин «Чистый дом», чек на сумму 251 руб., выданный 25.06.2024 в 16:25, и другие данные, позволяющие идентифицировать ответчика.  

О фальсификации чеков в порядке статьи 161 АПК РФ ответчиком не заявлено.  

Принимая во внимание, что ответчик возражений не заявил, опровергающих доказательств, в том числе свидетельствующих о погашении заявленного долга, не представил, суд руководствуется позицией Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении № 8127/13 от 15 октября 2013 года по делу № А46-12382/2012, согласно которой суд не вправе исполнять обязанность ответчика по опровержению доказательств, представленных другой стороной, поскольку это нарушает фундаментальные принципы арбитражного процесса, такие как состязательность и равноправие сторон (часть 1 статьи 9, часть 1 статьи 65, часть 3.1 и 5 статьи 70 АПК РФ).  

Несмотря на то, что ответчик просит отказать в иске, суд учитывает, что ответчиком заявлено ходатайство о снижении размера компенсации, что не может не свидетельствовать о противоречивости его процессуального поведения.  

Довод ответчика об отсутствии видеозаписи покупки товара также подлежит отклонению судом, поскольку в рамках судебного разбирательства истец предоставил диски формата DVD-R, содержащие видеозаписи процесса реализации спорного товара. На видеозаписи четко фиксируется момент изъятия товара со стеллажей торгового оборудования и его последующая передача покупателю. В момент осуществления  

расчетно-кассовых операций 

25.06.2024

 на кассовом терминале контрольному покупателю 

сформирован чек, содержащий реквизиты индивидуального предпринимателя ФИО1, что служит документальным подтверждением факта продажи товара. После продажи чек практически сразу показан на видеозаписи.  

Данный материальный носитель исследован судом при рассмотрении дела. 

Содержащаяся на представленном истце диске видеозаписи позволяет с достоверностью определить обстоятельства, при которых покупка была произведена.  

В силу пункта 55 Постановления № 10 факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи.  

Ведение видеозаписи (в том числе и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статьям 12 и 14 ГК РФ и корреспондирует норме части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.  

Суд оценивает доказательства в своей совокупности. 

Ответчик документально не опроверг обстоятельства, зафиксированные представленной в материалы данного дела видеосъемкой, и не доказал, что продажа от имени ответчика осуществлялась иным лицом (предпринимателем, юридическим лицом, либо иным лицом). О фальсификации названых доказательств ответчиком не заявлено (статьи 9, 161 АПК РФ).  

При этом ИП ФИО1 в силу статьи 41 АПК РФ не был лишен возможности самостоятельно или через представителя ознакомиться с материалами дела, тем более что данные видеозаписи представлены в суд в июле 2025 года, в заседание суда ответчик не явился.  

При визуальном сравнении изображений зарегистрированного товарного знака истца с изображениями, используемыми на упаковке реализованного ответчиком товаре, суд считает возможным установить визуальное сходство - графическое изображение (вид рисунков) идентично, изображение товаров полностью совпадает.  

При визуальном сравнении товара, изображений, нанесенных на упаковку, и товарных знаков, зарегистрированных по свидетельствам № 620166 Гремучая смесь, № 561764 Гремучая смесь, усматривается визуальное сходство, позволяющее ассоциировать сравниваемые объекты один с другим и сделать вывод об их сходстве до степени смешения.  

Визуальное восприятие надписи, нанесенной на упаковку, отражает сходство до степени смешения с товарными знаками № 620166, № 561764.  

Таким образом, факт размещения на спорном товаре, а именно: на упаковке отравы для крыс, изображений, схожих до степени смешения, с товарными знаками судом  

установлен.  

Ответчик полагает, что сделка по уступке прав требования, заключенная между ООО «Правовая группа «Интеллектуальная собственность» и ФИО2 совершена с целью обхода требований Указа № 322 и в действиях сторон сделки имеется умысел, направленный против публичных интересов, в связи с чем данная сделка ничтожна (статья 10, пункт 2 статьи 168 ГК РФ).  

Отклоняя данный довод ответчика, суд исходит из следующего. ФИО2 является гражданином Республики Украина. 

Распоряжением Правительства Российской Федерации от 05.03.2022 № 430-р утвержден перечень иностранных государств, совершающих недружественные действия в отношении Российской Федерации, граждан Российской Федерации или российских юридических лиц, в отношении которых применяются меры воздействия (противодействия), установленные Указом Президента Российской Федерации от 23.04.2021 N 243 «О применении мер воздействия (противодействия) на недружественные действия иностранных государств», в число которых вошла Республика Украина.  

Запрещены денежные переводы из России за рубеж в адрес юридических/физических лиц из недружественных стран.  

Между тем, положения настоящего Указа Президента Российской Федерации от 05.03.2022 № 95 не применяются к правообладателям, названным в подпункте «а» пункта 1 настоящего Указа и надлежащим образом исполняющим свои обязанности по договорам, заключенным с должниками (подпункт «в» пункта 17 названного Указа).  

Согласно условиям договора уступки права (требования) № СМ-ВТ-ПГ/24 от 20.12.2024 и Приложения № 2 к указанному договору, ФИО2 и ООО «ВИСТА» передали истцу право требования, в том числе в отношении следующего выявленного факта нарушения:  

- № 1111: N 106; внутренний номер дела: 2018613; наименование нарушителя - ИП ФИО1, ИНН: 

<

***>; адрес закупки: 

<

...>; дата закупки - 25 июня 2024 г.  

Таким образом, согласно право требования выплаты компенсации и понесенных судебных издержек, возникших в связи с нарушением исключительных прав со стороны ответчика, перешло в полном объеме от ФИО2 и ООО «ВИСТА» к истцу.  

В подтверждение наличия возможности применения исключения, предусмотренного подпунктом «в» пункта 17 Указа N 322, иностранным правообладателем могут быть представлены документы, свидетельствующие продолжении деятельности на территории Российской Федерации, в том числе сведения о наличии действующих  

договоров, предусматривающих использование результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации на территории Российской Федерации, и их исполнении, о ввозе и реализации на территории Российской Федерации оригинальной продукции с согласия правообладателя.  

При рассмотрении доводов ответчика суд учитывает, что с 2012 года ФИО2 зарегистрирован в ФНС РФ в качестве налогоплательщика, с присвоением ИНН 

<

***>, непрерывно проживает на территории Российской Федерации в селе Шопино Белгородской области, о чем есть штамп в представленном виде на жительство иностранного гражданина. Денежные переводы, налоговые платежи ФИО2 осуществляет с расчетного счета, открытого в Белгородском отделении ПАО «Сбербанк» (реквизиты счета представлены в материалы дела).  

Тем более, правообладателем товарных знаков согласно свидетельствам № 561764, 620166 является ООО «ВИСТА», а не ФИО2  

Ответчиком, в свою очередь, могут представляться доказательства несоответствия цедента положениям подпунктом «в» пункта 17 Указа N 322.  

Аналогичная позиция высказана Судом по интеллектуальным правам в постановлении N С01-2538/2024 от 02.06.2025 г. по делу N А45-22754/2023.  

С учетом того, что ФИО2 является единственным учредителем и генеральным директором Истца использование интеллектуальной собственности осуществляется ООО «ВИСТА» с согласия и под непосредственным контролем правообладателя.  

Ответчик не представил каких-либо доказательств, опровергающих указанные обстоятельства, в частности не представил доказательств того, что ФИО2 или ООО «ВИСТА» необоснованно отказали ему в приобретении оригинальной продукции ООО «ВИСТА» в РФ на обычных рыночных условиях.  

Учитывая изложенное суд приходит к выводу о том, что в рассматриваемом деле для истца не требуется обязательное открытие специального счета типа "О", поскольку к нему подлежат применению положения пункта 17 Указа Президента Российской Федерации от 27.05.2022 г. N 322, следовательно, заключение договора цессии не направлено на обход требований Указа, правовых оснований считать сделку по уступке требования ничтожной не имеется.  

При таких обстоятельствах правообладатель уступил права требования к ответчику истцу на основании договора цессии, в связи с чем, истец обладает правом на предъявление настоящего иска к ответчику в рассматриваемом споре.  

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании  

имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (части 1, 2 статьи 71 АПК РФ).  

При таких обстоятельствах, исходя из предмета и основания заявленного иска, представленных в материалы дела доказательств, суд приходит к выводу о том, что совершенная уступка требования не совершена с целью обхода требований закона, доводы ответчика несостоятельны.  

По смыслу положений статей 1252, 1301, 1515 ГК РФ размер компенсации определяется за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.  

В случае неправомерного использования объектов авторского права - изображений (рисунков) персонажа, в частности путем реализации товара с нанесенным на нем изображением, защите подлежит исключительное право на каждый объект авторского права и средства индивидуализации.  

Незаконное размещение нескольких разных как изображений произведения изобразительного искусства, так и товарных знаков на одном материальном носителе является нарушением исключительных прав на каждое изображение и на каждый товарный знак.  

В силу пункта 32 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав от 23.09.2015, компенсация взыскивается за нарушение прав на каждый товарный знак и за каждое изображение произведения изобразительного искусства.  

Оценив представленные в дело доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд приходит к выводу о том, что истцом доказан факт нарушения ответчиком исключительных прав ООО «Правовая группа «Интеллектуальная собственность» на товарные знаки № 620166, № 561764, на литературные произведения: «Внимание! Единожды попробовав работать с родентицидом «Гремучая Смесь», дезинфекторы потом отказываются работать без него.», «Грызуны больше не вернутся», «Паразит не устоит», «Двойная защита от паразита»; на произведения изобразительного искусства: «Шестерня два компонента», «Сыр», «Надкусанная таблетка», «Мертвая мышь», «Двойная галочка красно-синяя», «Логотип Гремучая Смесь».  

Доказательств, свидетельствующих о наличии у ответчика права на реализацию в предпринимательских целях спорной продукции, в деле не имеется. Осуществляя ее продажу без согласия правообладателя, ответчик нарушил исключительные права  

последнего.  

В силу пункта 3.2 Постановления Конституционного Суда РФ от 13 декабря 2016 года № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края» меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное при осуществлении предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если только он не докажет, что нарушение произошло вследствие непреодолимой силы, т.е. чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств (пункт 3 статьи 1250 ГК РФ). Таких обстоятельств ИП ФИО1 не представлено.  

Следовательно, положения ГК РФ предусматривают принцип презюмируемости вины, опровержение которой лежит на ответчике.  

Таким образом, материалами дела подтверждено, что ответчиком допущено нарушение исключительных прав истца, что предоставляет истцу право, в соответствии со статьями 1252 и 1515 ГК РФ, требовать компенсации за нарушение исключительных авторских прав в размере от 10 тысяч рублей до 5 миллионов рублей, определяемой по усмотрению суда, исходя из характера нарушения. Указанная мера применяется по выбору правообладателя вместо возмещения убытков.  

Согласно исковому заявлению истец, руководствуясь положениями статей 1252 и 1301 ГК РФ, просит взыскать с ответчика компенсацию за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 620166, № 561764 (10 000 руб. х 2), на литературные произведения: «Внимание! Единожды попробовав работать с родентицидом «Гремучая Смесь», дезинфекторы потом отказываются работать без него.», «Грызуны больше не вернутся», «Паразит не устоит», «Двойная защита от паразита»; на произведения изобразительного искусства: «Шестерня два компонента», «Сыр», «Надкусанная таблетка», «Мертвая мышь», «Двойная галочка красно-синяя», «Логотип Гремучая Смесь» (10 000 руб. х 10), в общем размере 120 000 руб.  

Согласно положениями абзаца 2 пункта 3 статьи 1252 ГК РФ размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик  

вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).  

В соответствии с пунктом 62 Постановления № 10 размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, лишь по своей инициативе.  

ИП ФИО1, возражая против удовлетворения исковых требований в части размера компенсации, просил снизить размер компенсации до 55 000 руб.  

Рассматривая вопрос о снижении размера заявленной ко взысканию компенсации, суд исходит из нижеследующего.  

В силу статьи 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения; 3) в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.  

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ, предусматривающей ответственность за незаконное использование товарного знака, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.  

Пункт 3 статьи 1252 ГК РФ во взаимосвязи с другими положениями данного Кодекса, включая его статьи 1301, 1311 и 1515, закрепляет в числе прочего правила, которыми должен руководствоваться суд при определении размера компенсации в случае, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации: в таких случаях размер компенсации  

определяется судом - в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости - за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации; если же права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации может быть снижен судом ниже пределов, установленных данным Кодексом.  

Согласно разъяснению, изложенному в пункте 36 Обзора от 23 сентября 2015 года, компенсация в соответствии с подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ за незаконное использование исключительных прав при введении в оборот товаров взыскивается за каждый случай нарушения. При этом одним случаем нарушения является одна сделка купли-продажи (оформленная одним чеком) независимо от количества проданных товаров либо несколько последовательных сделок купли-продажи товара (оформленных отдельными чеками).  

Основаниями для снижения компенсации являются требования разумности и справедливости, характера допущенного нарушения, отсутствие многократности реализации товара в розничной торговле, принадлежность исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности одному правообладателю, а также нарушения этих прав одним действием ответчика (определение Верховного Суда РФ от 23 марта 2017 года № 309-ЭС17-1455).  

Судом установлено, что все результаты интеллектуальной деятельности, за которые ООО «Правовая группа «Интеллектуальная собственность» испрашивается компенсация, принадлежат последнему, что следует из текста иска и представленных доказательств.  

В связи с тем, что товарные знаки № 620166, № 561764, литературные произведения («Внимание! Единожды попробовав работать с родентицидом «Гремучая Смесь», дезинфекторы потом отказываются работать без него.», «Грызуны больше не вернутся», «Паразит не устоит», «Двойная защита от паразита», произведения изобразительного искусства («Шестерня два компонента», «Сыр», «Надкусанная таблетка», «Мертвая мышь», «Двойная галочка красно-синяя», «Логотип Гремучая Смесь») принадлежат одному правообладателю, суд приходит к выводу, что в данном случае возможно применить положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ.  

При этом судом принято во внимание имущественное положение ответчика, а также факт отнесения ИП к категории «микропредприятия» и значительный размер компенсации, заявленный истцом.  

Как указано выше, истец размер компенсации определил в размере 10 000 руб. за  

каждое нарушение исключительного права.  

Таким образом, с учетом положений абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ указанная сумма может быть уменьшена не более чем на 50%.  

Тем более, вопрос о снижении размера компенсации находится в исключительной компетенции суда, и такая компенсация может быть уменьшена лишь в исключительных случаях.  

С учетом заявления ответчика о снижении заявленной суммы компенсации, учитывая, что ответчик является индивидуальным предпринимателем (физическим лицом), фактическую стоимость приобретенного товара, отсутствия доказательств несения ущерба, суд считает возможным снизить сумму заявленной истцом компенсации до суммы ниже минимально предусмотренной законодательством, из расчета: 5 000 руб. за товарные знаки № 620166, № 561764, и по 5 000 руб. за каждое литературное произведение («Внимание! Единожды попробовав работать с родентицидом «Гремучая Смесь», дезинфекторы потом отказываются работать без него.», «Грызуны больше не вернутся», «Паразит не устоит», «Двойная защита от паразита», и по 5 000 руб. за каждое произведение изобразительного искусства («Шестерня два компонента», «Сыр», «Надкусанная таблетка», «Мертвая мышь», «Двойная галочка красно-синяя», «Логотип Гремучая Смесь»).  

При указанных обстоятельствах требования истца подлежат частичному удовлетворению.  

Таким образом, суд полагает возможным частично удовлетворить ходатайство ответчика о снижении размера компенсации, поскольку компенсация в заявленном истцом размере является чрезмерной, не соответствует требованию справедливого судебного разбирательства, а также принципу соразмерности гражданско-правовой ответственности и, тем самым, приводит к осуществлению прав истца с нарушением прав и свобод ответчика сверх меры, в какой это необходимо в целях защиты.  

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, размер предъявленной к взысканию суммы компенсации, учитывая характер допущенного нарушения, длительность неправомерного использования товарного знака и авторских прав на литературные произведения, произведение изобразительного искусства, а также степень вины нарушителя, вероятные убытки правообладателя, суд пришел к выводу о том, что компенсация в размере 5 000 руб. за допущенное ответчиком нарушение исключительных прав на товарные знаки согласно Свидетельствам № 561764, 620166 в размере 10 000 руб. (за 2 нарушения), компенсацию за нарушение исключительных прав на произведения в размере 50 000 руб. (за 10 нарушений), всего – 60 000 руб., отвечает  

юридической природе института компенсации. В остальной части ходатайства ИП ФИО1 о снижении размера компенсации не может быть удовлетворено.  

В силу части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.  

В случаях, когда законом либо договором предусмотрен претензионный или иной обязательный досудебный порядок урегулирования спора, расходы, вызванные соблюдением такого порядка, признаются судебными издержками и подлежат возмещению исходя из того, что у истца отсутствовала возможность реализовать право на обращение в суд без несения таких издержек (пункт 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).  

Истец заявил требование о взыскании с ответчика почтовых расходы на отправку претензии и копии искового заявления, представив соответствующую опись Почты России на сумму 195 руб. 67 коп., а также стоимости приобретенного спорного товара в размере 56 руб.  

Так, при обращении в суд с исковым заявлением истец уплатил государственную пошлину в размере 11 000 руб. (платежное поручение от № 1224 от 02.06.2025).  

Как разъяснено в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» при неполном (частичном) удовлетворении имущественных требований, подлежащих оценке, судебные издержки присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику - пропорционально той части исковых требований, в удовлетворении которых отказано.  

На этом основана и правовая позиция, изложенная в пункте 48 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23 сентября 2015 года, в котором прямо отмечено, что при взыскании компенсации за незаконное использование результатов интеллектуальной деятельности судебные расходы на оплату государственной пошлины относятся на истца пропорционально размеру необоснованно заявленной им компенсации.  

Таким образом, при определении судом иного размера компенсации государственная пошлина определяется исходя из размера фактически удовлетворенных судом требований на основании пропорции по правилам статьи 110 АПК РФ, а при снижении размера компенсации ниже низшего предела – государственная пошлина подлежит взысканию в том объеме, который причитался в случае если бы снижения компенсации не было, что имеет место в настоящем случае.  

Ввиду частичного удовлетворения заявленных исковых требований, расходы по оплате государственной пошлины в размере 11 000 руб., судебные издержки в размере 195 руб. 67 коп., расходы на приобретение товара в размере 56 руб. относятся к издержкам истца и подлежат возмещению за счет ответчика, ИП ФИО1  

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 180-181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить частично. 

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Правовая группа «Интеллектуальная собственность» (ИНН 

<

***>) компенсацию за нарушение исключительных прав на товарные знаки согласно Свидетельствам № 561764, 620166 в размере 10 000 руб. (за 2 нарушения), компенсацию за нарушение исключительных прав на произведения в размере 50 000 руб. (за 10 нарушений), всего взыскать – 60 000 руб., судебные издержки в размере 195 руб. 67 коп., расходы на приобретение товара в размере 56 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 11 000 руб.  

В остальной части в иске отказать. 

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд, г. Самара в течение месяца со дня его принятия с направлением апелляционной жалобы через Арбитражный суд Самарской области.  

Судья / С.С. Шестало