АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-4138/2021

25 октября 2022 года

г. Хабаровск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18 октября 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 25 октября 2022 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Головниной Е.Н.

судей Кучеренко С.О., Чумакова Е.С.

при участии:

от лиц, участвующих в деле, представители не явились, 

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Промышленно-строительная компания «Строй ДВ» ФИО1 

на определение Арбитражного суда Камчатского края от 27.05.2022, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 02.08.2022

по делу № А24-3947/2017

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Промышленно-строительная компания «Строй ДВ» ФИО1 

к ФИО2 

о привлечении к субсидиарной ответственности, взыскании убытков 

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Промышленно-строительная компания «Строй ДВ» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, адрес: 683000, 

<

...>) несостоятельным (банкротом) 

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО3, ФИО4

УСТАНОВИЛ:

Федеральная налоговая служба (далее – ФНС России, уполномоченный орган) обратилась в Арбитражный суд Камчатского края с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Промышленно-строительная компания «Строй ДВ» (далее – ООО «ПСК «Строй ДВ», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением от 30.08.2017 заявление уполномоченного органа принято, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «ПСК «Строй ДВ».

Определением от 23.10.2017 в отношении ООО «ПСК «Строй ДВ» введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим должником утвержден ФИО5.

Решением арбитражного суда от 12.02.2018 ООО «ПСК «Строй ДВ» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство; исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего ФИО5

Определением от 16.08.2019 ФИО5 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника. 

Определением от 11.09.2019 конкурсным управляющим должником утвержден арбитражный управляющий ФИО6. 

Определением от 05.04.2021 ФИО6 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего.

Определением суда от 18.05.2021 конкурсным управляющим должником утвержден ФИО1.

Срок конкурсного производства неоднократно продлевался, в настоящее время процедура является продленной до 25.01.2023 (определение от 26.09.2022).

В рамках дела о банкротстве конкурсный управляющий 08.09.2021 обратился в Арбитражный суд Камчатского края с заявлением, в котором просил: 

- привлечь к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО7, ФИО8 по неисполненным обязательствам должника и приостановить производство по данному требованию до окончания расчетов с кредиторами; 

- взыскать с ФИО2 в пользу ООО «ПСК «Строй ДВ» убытки в размере 9 079 166 руб.

Определениями от 14.10.2021 в отдельные производства выделены следующие требования конкурсного управляющего: 

- о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8 на основании статей 61.11 и 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве);  

- о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО7 на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве.

В рамках оставшегося требования судом первой инстанции рассмотрено заявление конкурсного управляющего к ФИО2 (далее – ответчик) о привлечении его к субсидиарной ответственности и взыскании убытков за совершение сделок должником с ФИО3 и ФИО4.

Определением от 14.10.2022 в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в настоящем обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО3 и ФИО4 (далее – третьи лица).

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 27.05.2022, оставленным без  изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 02.08.2022, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано со ссылкой на истечение давностного срока по заявленному требованию.

ФИО1 в кассационной жалобе просит определение Арбитражного суда Камчатского края от 27.05.2022, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 02.08.2022 отменить и вынести по делу новый судебный акт. Полагает, что обжалуемые судебные акты являются незаконными, необоснованными и немотивированными. Ссылается на допущенные судом первой инстанции процессуальные нарушения, выразившиеся в предоставлении ответчику возможности заявить о применении срока исковой давности по рассматриваемому требованию. Считает, что ФИО2 надлежащего ходатайства о пропуске срока исковой давности и применении последствий пропуска такого срока заявлено не было; обратил внимание, что указанному доводу не дана оценка апелляционным судом. По мнению заявителя кассационной жалобы, наименование документа, представленного ответчиком («ходатайство о пропуске срока исковой давности конкурсным управляющим ООО «Промышленно строительная компания «Строй ДВ»), не имеет решающего значения. Фактически последствия пропуска срока исковой давности были применены по заявлению третьих лиц, а не ответчика. Также считает, что действия суда, направленные на установление действительной воли участников процесса относительно совершения ими процессуальных действий в виде заявления о пропуске срока исковой давности, не входят в полномочиям суда, противоречат статье 9 АПК РФ. Кроме того, конкурсный управляющий полагает, что суды ошибочно пришли к выводу о необходимости исчисления срока исковой давности с даты введения в  отношении должника процедуры наблюдения (+ 1 месяц). Считает правильным исчислять срок исковой давности с даты признания сделок должника недействительным, поскольку конкурсному управляющему могло стать известно о порочности сделок и недоказанности оплаты по ним со стороны контрагентов должника только из судебного акта о признании сделок недействительными, отмечая, что у сторон судебного процесса отсутствуют полномочия самостоятельно определять и оценивать доказательства на предмет их законности, относимости и допустимости. Также считает, что статья 61.11 Закона о банкротстве, регулирующая вопросы привлечения к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов, в настоящем споре не применима, поскольку в нем рассматривается вопрос о взыскании убытков, а не привлечение к субсидиарной ответственности, и взыскиваемая сумма убытков не является существенной (9 079 166 руб.) в сравнении с общей суммой требований кредиторов должника (222 261 404,19 руб.).

ФИО3, ФИО4 в отзывах на кассационную жалобу просят оставить постановление от 02.08.2022 без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения. По мнению третьих лиц, довод конкурсного управляющего о том, что ответчиком фактически не заявлено о применении срока давности, опровергается материалами дела, в частности ходатайством ответчика, о чем указано в постановлении апелляционного суда. Довод конкурсного управляющего о том, что третьи лица заявляли ходатайство о пропуске срока исковой давности, находят ошибочным, поскольку третьи лица направляли в материалы дела свое мнение о пропуске срока заявителем, на что имели процессуальное право. Считают, что судом первой инстанции не допущено процессуальных нарушений. Неверное понимание конкурсным управляющим порядка исчисления сроков привело к необоснованным доводам о моменте, когда ему стало известно о наличии оснований для обращения в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности. Поддерживают выводы суда апелляционной инстанции в части применения последствий пропуска срока исковой давности.

Иные отзывы на кассационную жалобу не представлены.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе путем размещения соответствующей информации на сайте арбитражного суда в сети «Интернет», своих представителей для участия в судебном заседании суда кассационной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Проверив законность определения от 27.05.2022 и постановления от 02.08.2022, с учетом и в пределах доводов кассационной жалобы, изучив материалы дела, Арбитражный суд Дальневосточного округа  приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 АПК РФ дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Судами установлено, что функции единоличного исполнительного органа ООО «ПСК «Строй ДВ» выполняли: 

- в периоды: с 22.08.2008 до 01.11.2016 и с 27.12.2016 до 27.02.2017 – ФИО2; 

- в период с 01.11.2016 до 27.12.2016 – ФИО7; 

- в период с 27.02.2017 до даты введения в отношении ООО «ПСК «Строй ДВ» процедуры конкурсного производства – ФИО8. 

Согласно рассмотренным в настоящем обособленном споре требованиям, в вину ответчику вменяется причинение убытков, обусловленных совершением в период осуществления ответчиком полномочий единоличного исполнительного органа должника сделок по отчуждению имущества, заключенных между должником с ФИО3 (12.09.2016), с ФИО4 (18.04.2016, 30.05.2016, 31.08.2016, 12.09.2016), которые (сделки) привели к невозможности продолжения осуществления должником уставной деятельности и к отсутствию у должника активов, за счет которых могли быть удовлетворены требования кредиторов. 

Названные сделки совершены в период действия Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее – Закон № 134-ФЗ; вступил в силу 30.06.2013).  

Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (статья 15 ГК РФ).

По правилам статьи 15 ГК РФ возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, и ее применение возможно при наличии определенных условий. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинно-следственную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.  

Сделки, с которыми заявитель связывает возникновение негативных последствий для должника, совершены в период действия Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее – Закон № 134-ФЗ; вступил в силу 30.06.2013).  

В период действия этой редакции круг лиц, на которых может быть возложена ответственность по обязательствам должника, основания и порядок привлечения к такой ответственности ранее были установлены статьей 10 Закона о банкротстве. 

На дату возбуждения дела о банкротстве должника и рассмотрения настоящего заявления статья 10 Закона о банкротстве утратила силу на основании Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ), вступившего в действие 30.07.2017.

Законом № 266-ФЗ в Закон о банкротстве введена глава III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве» (статьи 61.10-61.22).

Согласно пункту 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы. 

В силу пункта 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным главой III.2 Закона о банкротстве.

Требование, предусмотренное пунктом 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами (пункт 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.16 Закона о банкротстве заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным главой III.2 Закона о банкротстве, подлежат рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

В пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ, действовавшей на момент совершения сделок должником с третьими лицами) закреплено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии, в том числе следующего обстоятельства: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Аналогичные положения закреплены в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в ныне действующей редакции.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62), лицо, входящее в состав органов юридического лица, в частности, единоличный исполнительный орган – директор, генеральный директор и т.д., обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.  

В ходе рассмотрения настоящего обособленного спора в суде первой инстанции ФИО2, возражая по предъявленным конкурсным управляющим требованиям, заявил о пропуске срока исковой давности.

В силу положений статьи 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. 

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ (пункт 1 статьи 196 Кодекса). 

Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. 

В пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – Постановление № 43) разъяснено, что согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 65 АПК РФ несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности. 

Поскольку требование о возмещении убытков, причиненных должнику членами его органов и лицами, определяющими действия должника, подается от имени должника, срок исковой давности исчисляется с момента, когда должник, например, в лице нового директора, не связанного (прямо или опосредованно) с допустившим нарушение директором, или арбитражного управляющего, утвержденного после прекращения полномочий допустившего нарушение директора, получил реальную возможность узнать о допущенном бывшим директором нарушении либо когда о нарушении узнал или должен был узнать не связанный (прямо или опосредованно) с привлекаемым к ответственности директором участник (учредитель), имевший возможность прекратить полномочия директора, допустившего нарушение. Соответствующие  разъяснения приведены в абзаце втором пункта 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), в пункте 10 Постановления № 62.

В пункте 58 Постановления № 53 также разъяснено, что сроки, указанные в абзаце первом пункта 5 и абзаце первом пункта 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве, являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи 197 ГК РФ), начало течения которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц). При этом данные сроки ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или со дня завершения конкурсного производства и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия).

Срок исковой давности арбитражному управляющему, кредиторам, являющимся юридическими лицами или предпринимателями, может быть восстановлен лишь в исключительных случаях, когда они действительно были лишены возможности своевременно обратиться в суд по независящим от них причинам. При этом не подлежат восстановлению предельные объективные трехлетний и десятилетний сроки, исчисляемые со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или завершения конкурсного производства, совершения неправомерных действий (бездействия), причинивших вред кредиторам и влекущих субсидиарную ответственность (абзацы второй и третий пункта 62 Постановления № 53).

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца – физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (пункт 15 Постановления № 43).

Суд первой инстанции, оценив и исследовав материалы дела, заявление ответчика о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности, руководствуясь вышеназванными нормами и разъяснениями, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных конкурсным управляющим ФИО1 требований в связи с пропуском срока исковой давности. 

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции, признал их правильными, соответствующим обстоятельствам дела и нормам права, признал правомерным отказ суда первой инстанции в удовлетворении заявления конкурсного управляющего по мотиву пропуска срока исковой давности.

Суд апелляционной инстанции также указал, что указанный в абзаце четвертом пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве срок является специальным сроком исковой давности (пункт 1 статьи 197 ГК РФ), который в любом случае не может превышать трех лет со дня признания должника банкротом.

Выводы судов двух инстанций об истечении срока исковой давности по заявленному конкурсным управляющим требованиям основаны на следующем.

Первая процедура банкротства – наблюдение, введена в отношении должника определением суда от 23.10.2017; решением суда от 12.02.2018 ООО «ПСК «Строй ДВ» признано несостоятельным (банкротом) с открытием в отношении него процедуры конкурсного производства; ФИО1 утвержден конкурсным управляющим должником определением от 18.05.2021 (13.05.2021 объявлена резолютивная часть определения). 

В соответствии с пунктом 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве утвержденные арбитражным судом арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих.  

Обращение с настоящим заявлением, поступившим в суд первой инстанции 08.09.2021, мотивировано выявлением конкурсным управляющим сделок по отчуждению принадлежащего должнику имущества – транспортных средств и самоходной техники. 

При этом сведения об отчуждении должником данных транспортных средств и самоходной техники приложены к заявлению уполномоченного органа о признании должника несостоятельным (банкротом), поступившему в суд 25.07.2017, что подтверждается материалами дела и конкурсным управляющим не оспорено при рассмотрении заявления в суде первой инстанции, обжаловании судебного акта в апелляционной инстанции.

В этой связи суды первой и апелляционной инстанции обоснованно указали, что с даты введения в отношении должника процедуры наблюдения и утверждения временного управляющего последний получил реальную возможность проанализировать сведения и документы в отношении должника, в том числе относящиеся к указанным выше сделкам должника.

При установленном суды двух инстанций пришли к выводу о том, что в данном случае течение общего срока исковой давности исчисляется с даты введения в отношении должника процедуры наблюдения и утверждения временного управляющего с учетом месяца на анализ сведений и документов, следовательно, на дату обращения конкурсного управляющего в суд с настоящим заявлением о привлечении ответчика к ответственности – 08.09.2021 предусмотренный законодательством трехлетний срок исковой давности истек – 23.11.2020. 

Судами также отмечено, что срок исковой давности по заявленному 08.09.2021 требованию истек и в случае его исчисления с даты признания должника банкротом – с 12.02.2018.

Суд округа поддерживает выводы судов первой и апелляционной инстанций о пропуске конкурсным управляющим ООО «ПСК «Строй ДВ» ФИО9 срока исковой давности по заявлению к ФИО2 о привлечении его к субсидиарной ответственности и взыскании убытков за совершение сделок должника с ФИО3 и ФИО4, поскольку конкурсное производство в отношении должника, как уже указывалось, открыто 12.02.2018, а рассматриваемое заявление подано в суд 08.09.2021. То есть исчисляемый в соответствии с абзацем пятым пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ давностный срок – три года с момента когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом, - в данном случае пропущен. В рассматриваемом споре начало исчисления сроков давности: субъективного (с момента, когда полномочное лицо узнало) и объективного (с даты открытия конкурсного производства) совпадают, поскольку арбитражный управляющий (учитывая преемственность сменяющих друг друга управляющих) с даты открытия конкурсного производства имел возможность подать соответствующее заявление, располагая в процедуре наблюдения необходимым пакетом документов. Общий трехлетний срок исковой давности, установленный статьей 196 ГК РФ и применимый к взысканию убытков, также пропущен при исчислении его с даты открытия конкурсного производства – то есть с даты, когда конкурсный управляющий имел полномочие заявить соответствующее требование (пункт 3 статьи 129 Закона о банкротстве).

Суд округа также поддерживает вывод апелляционного суда о том, что пропущенный конкурсным управляющим предельный срок исковой давности не подлежал восстановлению судом первой инстанции. поскольку оспаривание сделок, совершение которых вменяется в вину ответчику, не является обязательным условием для привлечения бывшего руководителя должника к ответственности, то есть не препятствовало подаче заявления о привлечении ответчика к ответственности, в связи с чем названное заявителем обстоятельство не может является основанием для восстановления пропущенного срока. Также не может быть отнесено к исключительным обстоятельствам, влекущим восстановление срока исковой давности, утверждение ФИО1 конкурсным управляющим должником 13.05.2021, принимая во внимание то, что арбитражные управляющий являются процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющий. Наличие иных исключительных обстоятельств и уважительных причин, объективно препятствовавших арбитражным управляющим должником своевременно обратиться в суд с заявлением о привлечении ответчика к ответственности, судом при рассмотрении дела не установлено.

Таким образом, ввиду неустановления исключительности и уважительности причин пропуска срока, отказ в его восстановлении согласуется с разъяснениями пункта 62 Постановления № 53.

Доводу конкурсного управляющего о том, что срок исковой давности подлежит исчислению с даты вынесения судом первой инстанции определений от 02.06.2021 о признании указанных заявителем сделок недействительными, дана оценка апелляционным судом, по итогам которой он признан ошибочным. 

Из материалов дела следует, что в рамках обособленных споров по настоящему делу о банкротстве оспорены следующие договоры:

1) договор купли-продажи транспортного средства от 12.09.2016, заключенный между ФИО3 и ООО «ПСК «Строй ДВ», применены последствия недействительности сделки;

2) договоры, заключенные между ФИО4 и ООО «ПСК «Строй ДВ»:

- договор купли-продажи транспортного средства от 18.04.2016, 

- договор купли-продажи самоходной машины от 30.05.2016,

- договор купли-продажи транспортного средства от 31.08.2016, 

- договор купли-продажи транспортного средства от 12.09.2016,

применены последствия недействительности сделок.

В признании этих договоров недействительными сделками отказано по результатам пересмотра споров в апелляционном суде (постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 08.06.2021, оставленное без изменения постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 20.08.2021, постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 24.09.2021). 

Суд округа соглашается с выводами апелляционного суда, который, сославшись на положения статей 61.11, 61.20 Закона о банкротстве, правильно указал, что наличие вступивших в законную силу судебных актов о признании сделок недействительными либо об отказе в признании сделок недействительными не является обязательным условием для привлечения бывшего руководителя должника к ответственности.  

Довод кассационной жалобы о неприменимости при рассмотрении настоящего заявления статьи 61.11 Закона о банкротстве судом округа отклоняется на основании следующего.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 4 ГК РФ акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

По отношениям, возникшим до введения в действие акта гражданского законодательства, он применяется к правам и обязанностям, возникшим после введения его в действие. Отношения сторон по договору, заключенному до введения в действие акта гражданского законодательства, регулируются в соответствии со статьей 422 ГК РФ (пункт 2 статьи 4 ГК РФ).

Как указано ранее, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением 08.09.2021, то есть после введения главы III.2 в Закон о банкротстве. Следовательно, суды двух инстанций обоснованно ссылались на положения главы III.2 Закона о банкротстве в мотивировочной части обжалуемых судебных актов, в том числе на статью 61.11 Закона о банкротстве, поскольку при рассмотрении заявленного конкурсным управляющим требования о возмещении должнику убытков подлежат применению правила рассмотрения, предусмотренные названной главой, что согласуется с положениями со статьи 61.20 Закона о банкротстве, статьей 4 Закона № 266-ФЗ.

Как установил апелляционный суд, сделки, заключенные между должником и ФИО3 (12.09.2016), ФИО4 (18.04.2016, 30.05.2016, 31.08.2016, 12.09.2016) совершены в период действия Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, соответственно суд апелляционный инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора обоснованно применил положения пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве  в редакции Закона № 134-ФЗ, действовавшей на момент совершения сделок должником с третьими лицами, касающегося ответственности контролирующих должника лиц за причинение вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника.

При этом порядок рассмотрения заявленных требований определен в соответствии с Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Рассматриваемый довод кассационной жалобы не влияет на выводы судов по поводу обоснованности применения срока исковой давности и последствий пропуска такого срока.

Довод ФИО1 о том, что фактически последствия пропуска срока исковой давности были применены по заявлению третьих лиц, а не ответчика, судом округа не принимается, поскольку суды двух инстанций, изучив ходатайство ФИО2 от 10.05.2022, расценили его как заявление о пропуске срока исковой давности. 

Кроме того, вопреки доводам конкурсного управляющего, судом апелляционной инстанции дана оценка доводу ФИО1 о том, что ответчиком фактически не заявлено о применении срока исковой давности. Так, апелляционный суд правильно установил, что материалам дела подтверждается подача ФИО2 в суд первой инстанции ходатайства от 10.05.2022, поименованного как ходатайство о пропуске срока исковой давности конкурсным управляющим.

Также дана оценка доводам конкурсного управляющего по поводу допущенных судом первой инстанции процессуальных нарушений, выразившиеся в предоставлении ответчику возможности заявить о применении срока исковой давности по заявленному конкурсным управляющим требованию. Как установил суд апелляционной инстанции, судом первой инстанции не допущено нарушений арбитражного процесса; при рассмотрении настоящего спора действия суда были направлены на установление действительной воли ответчика, с учетом представленных ответчиком возражений и пояснений.

Оснований для иной оценки у суда округа не имеется.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы полагает, что вывод судов первой и апелляционной инстанций об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в связи с пропуском срока исковой давности сделан на основании исследования и совокупной оценки приведенных доводов и доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, соответствует установленным фактическим обстоятельствам данного дела и имеющимся доказательствам, основан на верном применении норм материального и процессуального права.

По своей сути доводы, приведенные конкурсным управляющим в кассационной жалобе, не опровергают выводы судов первой и апелляционной инстанций, а сводятся к несогласию с оценкой установленных судами фактических обстоятельств дела. Иная оценка доказательств и установленных судом фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Мнение заявителя о том, что приведенные доводы и доказательства следовало оценить иным образом, а также иное толкование заявителем положений законодательства не свидетельствует о наличии в принятых по спору судебных актах нарушений норм права, повлиявших на исход судебного разбирательства, или допущенной судебной ошибке.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ основанием для безусловной отмены судебных актов, при разрешении спора не допущено.

Учитывая изложенное, кассационная жалоба удовлетворению не подлежит. Определение и постановление следует оставить в силе.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Камчатского края от 27.05.2022, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 02.08.2022 по делу № А24-3947/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                           Е.Н. Головнина                   

Судьи                                                                                    С.О. Кучеренко         

 

Е.С. Чумаков