ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45 

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru. 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности определения 11АП-18417/2024, 11АП-18420/2024

Дело № А55-16777/2017

г. Самара

03 марта 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18.02.2025. Постановление в полном объеме изготовлено 03.03.2025.  

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего  

судьи Бессмертной О.А., судей Александрова А.И., Поповой Г.О.,  

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  

ФИО1, при участии в судебном заседании: 

от арбитражного управляющего ФИО2- представитель ФИО3,  

доверенность от 24.01.2025; 

от ФИО4- представитель ФИО5, доверенность от 23.08.2023; финансовый управляющий ФИО6- лично, паспорт,  

рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале № 2, 

апелляционную жалобу ФИО4, апелляционную жалобу финансового  

управляющего ФИО6 

на определение Арбитражного суда Самарской области от 05.12.2024 об отказе в  

удовлетворении жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО2  

Олега Анатольевича и взыскании убытков 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО7, ИНН  

631600247198, 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Самарской области от 08.08.2017 на основании заявления кредитора возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО7 (далее - должник, ФИО7).  

Определением Арбитражного суда Самарской области от 02.02.2018 (резолютивная часть объявлена 26.01.2018) в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина; финансовым управляющим утвержден ФИО2.  

Решением Арбитражного суда Самарской области от 27.08.2018 ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим должника утвержден ФИО2, член Некоммерческого партнерства СОАУ «Межрегиональный центр экспертов и профессиональных управляющих».  

Определением Арбитражного суда Самарской области от 29.01.2020 арбитражный управляющий ФИО2 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего должника.  

Определением Арбитражного суда Самарской области от 29.01.2020 ФИО6 утвержден финансовым управляющим должника.  

ФИО4 (заявитель по делу, кредитор) обратилась в Арбитражный суд Самарской области с жалобой, в которой просит:  

1. признать незаконным бездействие ФИО2, выразившееся в непринятии мер по оспариванию договора дарения судна от 22.06.2016 и договоров купли-продажи автомобиля от 25.11.2015 и пропуске срока исковой давности для оспаривания дарения судна от 22.06.2016 и договора купли-продажи автомобиля от 25.11.2015;  

2. взыскать с ФИО2 убытки, причиненные в результате незаконного бездействия, в размере 9 759 382,00 руб. в конкурсную массу.  

От заявителя к судебному заседанию 05.06.2023 поступило уточненное заявление, согласно которому ФИО4 просит:  

1.признать незаконным бездействие ФИО2, выразившиеся в непринятии мер по оспариванию договора купли-продажи 1532 обыкновенных акций от 14.12.2015 и пропуске срока исковой давности для оспаривания договора купли-продажи обыкновенных акций от 14.12.2015;  

2. взыскать с ФИО2 убытки, причиненные в результате незаконного бездействия, в размере 9 759 382,00 руб. в конкурсную массу.  

Данное уточнение принято судом в порядке статьи 49 АПК РФ. 

Определением Арбитражного суда Самарской области от 15.12.2023 жалоба ФИО4 (вх. № 157503 от 02.05.2023) на действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО2 удовлетворена, признано незаконным бездействие арбитражного управляющего ФИО2, выразившееся в непринятии мер к оспариванию договора купли-продажи 1532 обыкновенных именных акций (АО «СМЭТ») от 14.12.2015 и пропуске срока исковой давности для оспаривания указанного договора купли-продажи от 14.12.2015. Этим же судебным актом с арбитражного управляющего ФИО2 в конкурсную массу должника ФИО7 взысканы убытки в размере 9 759 382,00 руб.  

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.04.2024 определение суда первой инстанции от 15.12.2023 оставлено без изменения.  

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 02.07.2024 определение Арбитражного суда Самарской области от 15.12.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.04.2024 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Самарской области.  

Определением Арбитражного суда Самарской области от 05.12.2024 в удовлетворении жалобы отказано.  

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО4, финансовый управляющий ФИО6 обратились с апелляционными жалобами в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд.  

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2024 апелляционная жалоба ФИО4 принята к производству. Судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы назначено на 06.02.2025.  

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2025 апелляционная жалоба финансового управляющего ФИО6 принята к производству. Судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы назначено на 18.02.2025.  

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.02.2025 рассмотрение апелляционной жалобы ФИО4 отложено на 18.02.2025 в соответствии с пунктом 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции».  

Информация о принятии апелляционных жалоб к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.  

От арбитражного управляющего ФИО2 поступил отзыв на апелляционную жалобу, который приобщен к материалам дела в порядке статьи 262 АПК РФ.  

От Ассоциации СРО «МЦПУ» поступил отзыв на апелляционные жалобы, приобщенный к материалам дела в порядке статьи 262 АПК РФ.  

В судебном заседании апелляционного суда представитель ФИО4, финансовый управляющий ФИО6 доводы, изложенные в апелляционных жалобах, поддержали.  

 Представитель арбитражного управляющего ФИО2 возражал против доводов апелляционных жалоб, просил определение оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).  

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены или изменения судебного акта, принятого арбитражным судом первой инстанции.  

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

Согласно материалам дела, ФИО4 обратилась в Арбитражный суд Самарской области с жалобой, в которой просит:  

1. признать незаконным бездействие ФИО2, выразившееся в непринятии мер по оспариванию договора дарения судна от 22.06.2016 и договоров купли-продажи автомобиля от 25.11.2015 и пропуске срока исковой давности для оспаривания дарения судна от 22.06.2016 и договора купли-продажи автомобиля от 25.11.2015;  

2. взыскать с ФИО2 убытки, причиненные в результате незаконного бездействия, в размере 9 759 382,00 руб. в конкурсную массу.  

К судебному заседанию в суде первой инстанции от 05.06.2023 поступило уточненное заявление, согласно которому ФИО4 просит:  

1. признать незаконным бездействие ФИО2, выразившиеся в непринятии мер по оспариванию договора купли-продажи 1532 обыкновенных акций от 14.12.2015 и пропуске срока исковой давности для оспаривания договора купли-продажи обыкновенных акций от 14.12.2015;  

2. взыскать с ФИО2 убытки, причиненные в результате незаконного бездействия, в размере 9 759 382,00 руб. в конкурсную массу.  

Определением Арбитражного суда Самарской области от 24.11.2023 данное уточнение было принято судом с учетом положений ст.49 АПК РФ.  

Определением Арбитражного суда Самарской области от 15.12.2023 жалоба ФИО4 (вх. № 157503 от 02.05.2023) на действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО2 удовлетворена, признано незаконным бездействие арбитражного управляющего ФИО2, выразившееся в непринятии мер к оспариванию договора купли-продажи 1532 обыкновенных именных акций (АО «СМЭТ») от 14.12.2015 и пропуске срока исковой давности для оспаривания указанного договора купли-продажи от 14.12.2015. Этим же судебным актом с арбитражного управляющего ФИО2 в конкурсную массу должника ФИО7 взысканы убытки в размере 9 759 382,00 руб.  

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.04.2024 определение суда первой инстанции от 15.12.2023 оставлено без изменения.  

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 02.07.2024 определение Арбитражного суда Самарской области от 15.12.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.04.2024 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Самарской области.  

Суд кассационной инстанции признал неверным вывод судов первой и апелляционной инстанций о начале исчисления для заявителей срока давности на обжалование действий конкурсного управляющего и взыскания убытков с даты принятия судом первой инстанции определения об отказе в признании спорного договора недействительной сделкой. Принятие судебного акта по результатам оспаривания сделки в настоящем случае является констатацией истечения сроков исковой давности оспаривания сделки, но не датой потенциальной или реальной осведомленности кредиторов о нарушении их прав непринятием конкурсным управляющим мер по оспариванию сделки (то есть о совокупности следующих обстоятельств: факте заключения сделки, наличии оснований для ее оспаривания, бездействии конкурсного управляющего).  

Кроме того, суд кассационной инстанции указал, что суды не дали оценку доводам арбитражного управляющего применительно к тому, когда кредитор узнал о пропуске финансовым управляющем срока давности на обращение в суд с заявлением об оспаривание спорной сделки.  

Также Арбитражным судом Поволжского округа указано, что размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности (пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела первого части первой Гражданского кодекса Российской Федерации"); также обращено внимание нижестоящих судов на то, что судебное оспаривание сделок должника является одним из механизмов пополнения конкурсной массы, для взыскания с конкурсного управляющего убытков в связи с непринятием им мер по оспариванию сделок, несмотря на наличие вступившего в законную силу судебного акта, в котором содержится вывод о пропуске срока исковой давности по требованию о признании сделок должника недействительными, следует оценить вероятность признания спорных сделок недействительными в случае подачи заявления в пределах срока исковой давности; а также реальное пополнение конкурсной массы должника в случае его удовлетворения (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2022 N 302- ЭС21-29794).  

Таким образом, исходя из вышеизложенных разъяснений, суды должны достоверно определять, в том числе, и размер убытка.  

В силу части 2 статьи 288 АПК РФ выводы и указания суда кассационной инстанции являются обязательными для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело.  

Во исполнение указаний суда кассационной инстанции Арбитражный суд Самарской области проверил и оценил доводы ФИО2, а также Ассоциации СРО  

«МЦПУ» относительно пропуска срока исковой давности на подачу заявления о взыскании убытков в конкурсную массу должника с целью определения начала течения срока исковой давности, установил, что срок на предъявление убытков ФИО2 истек 27.08.2022 (через три года после истечения срока на оспаривание сделки), поскольку кредитор обратился с рассматриваемым заявлением 02.05.2023, то есть после истечения срока исковой давности для предъявления данного требования бывшему арбитражному управляющему должника.  

Повторно рассмотрев материалы дела, доводы апелляционной жалобы в порядке главы 34 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в связи со следующим.  

В обоснование заявленных требований кредитор ФИО4 ссылался на следующие обстоятельства.  

В рамках настоящего дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО7 финансовый управляющий ФИО6 обращался в суд с заявлением (вх.195747 от 18.09.2020) об оспаривании сделки должника - признании недействительным договора купли-продажи б/н от 14.12.2015, заключенного между должником и ФИО8, а также применить последствия недействительности сделки, взыскать с ФИО8 в конкурсную массу ФИО7 денежные средства в размере 9 759 382 руб.  

В ходе судебного разбирательства по оспариванию указанной сделки определением суда от 23.08.2021 была назначена оценочная экспертиза, на разрешение эксперта был поставлен вопрос: «Какова рыночная стоимость 1532 обыкновенных именных акций с государственным регистрационным номером 1-01-03565-Е АО «СМЭТ» (ИНН 

<

***>) на дату 14.12.2015 с учетом стоимости всего имущества АО «СМЭТ, в том числе стоимости забалансового имущества»?». По результатам проведения указанной экспертизы в материалы дела ООО «Агентство оценки «Гранд Истейт» было представлено заключение эксперта № 2021.11-176 от 10.03.2022, согласно которому рыночная стоимость проданных акций составила 9 759 382 руб.  

Определением Арбитражного суда Самарской области от 13.10.2022 в удовлетворении указанного заявления финансового управляющего об оспаривании договора купли-продажи б/н акций от 14.12.2015 было отказано, в связи с пропуском срока исковой давности; при этом суд пришел к выводу о доказанности обстоятельств совершения сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и в результате ее совершения был причине вред имущественным правам кредиторов должника, поскольку в результате совершения сделки безвозмездно из конкурсной массы должника выбыло имущество, денежные средства от реализации которого могли быть направлены на расчеты с кредиторами, что привело к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. При этом судом было установлено, что ФИО8 (контрагент по спорной сделке) является супругой должника, в связи с чем, признана судом фактически аффилированной должнику; на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности и недостаточности имущества.  

В этой связи, кредитор полагал, что должнику были причинены убытки на заявленную сумму по вине бывшего арбитражного управляющего должника ФИО2  

Как было указано выше, определением Арбитражного суда Самарской области от 15.12.2023 жалоба ФИО4 на действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО2 была удовлетворена, с арбитражного управляющего ФИО2 в конкурсную массу должника ФИО7 взысканы убытки в размере 9 759 382,00 руб.  

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 02.07.2024 определение Арбитражного суда Самарской области от 15.12.2023 и постановление  

Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.04.2024 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Самарской области.  

При новом рассмотрении обособленного спора суд первой инстанции, выполняя указания суда кассационной инстанции, пришел к следующим выводам.  

В соответствии со статьей 60 Закона о банкротстве кредиторы вправе обращаться в арбитражный суд с жалобами о нарушении их прав и интересов, в том числе и на действия (бездействие) арбитражных управляющих.  

Согласно пункту 4 статье 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.  

Оценка действий арбитражного управляющего на предмет добросовестности и разумности их совершения производится судом с учетом целей процедуры банкротства, интересов должника и конкурсных кредиторов.  

В пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" разъяснено, что с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим, а также о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами, могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве.  

В пункте 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) определено, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).  

Предусмотренная приведенными нормами права ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно только при доказанности совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, наличия и размера понесенных убытков, а также причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками.  

Соответственно, заявитель в обоснование требования о возмещении убытков должен доказать наличие всех перечисленных элементов юридического состава ответственности. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава данного гражданско-правового правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.  

Как разъяснено в абз. 1 п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ).  

Согласно пункту 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.  

В силу п. 11 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного суда РФ от 22.05.2012 № 150 под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий конкурсного управляющего,  

при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков.  

В силу статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1082 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.  

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно подчеркивал, что обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину (постановления от 15 июля 2009 года N 13-П и от 7 апреля 2015 года N 7-П; определения от 4 октября 2012 года N 1833-О, от 15 января 2016 года N 4-О, от 19 июля 2016 года N 1580-О и др.). Тем самым предполагается, что привлечение физического лица к ответственности за деликт в каждом случае требует установления судом состава гражданского правонарушения, - иное означало бы необоснованное смешение различных видов юридической ответственности, нарушение принципов справедливости, соразмерности и правовой определенности вопреки требованиям статей 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1 - 3), 49 (часть 1), 54 (часть 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации. (ПОСТАНОВЛЕНИЕ от 8 декабря 2017 г. N 39-П).  

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 11 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150, под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего.  

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.  

Согласно пункту 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.  

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 15.02.2016 № 3-П по делу «О проверке конституционности положений части 9 статьи 3 Федерального закона «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации», институт исковой давности имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, способствовать соблюдению договоров, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов; применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав.  

Исследовав материалы дела, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что в рамках рассматриваемого обособленного спора срок исковой давности на предъявление требования о взыскании убытков с ФИО2 следует исчислять с даты, когда заявителю стало известно о фактической невозможности возврата актива должника в его конкурсную массу.  

Вступившим в законную силу определением арбитражного суда от 13.10.2022 установлена юридическая невозможность возврата актива должника в конкурсную массу.  

При этом истечение срока исковой давности на оспаривание сделки и бесперспективность такого требования являлись очевидными задолго до указанного момента.  

Суд первой инстанции пришел к выводу, что в данном случае истечение срока исковой давности следует исчислять из фактической невозможности возврата актива в конкурсную массу, которая возникла до вступления в законную силу судебного акта об отказе в удовлетворении заявления об оспаривании сделки и обусловлена объективным знанием ответчика (супруги должника) о пропуске срока исковой давности на предъявление к ней требования о признании недействительным договора купли-продажи от 14.12.2015.  

Так, ФИО8 являлась супругой должника, информация о движении дела о банкротстве публикуется в открытом доступе, в связи с чем, ответчик знала об истечении срока исковой давности на оспаривание сделки еще до предъявления к ней соответствующего требования.  

В судебном заседании 06.11.2024 судом также были исследованы и оглашены материалы дела по рассмотренному обособленному спору по оспоренной сделке (договору купли-продажи от 14.12.2015, заявление были подано в арбитражный суд финансовым управляющим ФИО6 18.09.2020).  

Так, должником было сделано заявление о пропуске срока исковой давности для оспаривания сделки по проданным акциям еще 09.12.2020, ответчиком ФИО8 было сделано заявление о пропуске срока исковой давности на оспаривание сделки в судебном заседании 27.04.2022, при этом также было отмечено, что кредитор ФИО4 обладала информацией об оспариваемой сделке еще 04.05.2017 и указанные сведения были сообщены финансовому управляющему, данные факты также были ранее установлены постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2020 по делу № А55-16777/2017 (вынесенного по результатам рассмотрения жалобы ФИО4 на действия (бездействия) финансового управляющего ФИО2 и ходатайство об отстранении его от исполнения обязанностей финансового управляющего должника).  

Таким образом, кредитор ФИО4 обладала сведениями о совершенной сделке по продаже акций еще 04.05.2017, о чем свидетельствует материалы обособленных споров дела № А55-16777/2017, в т.ч. по жалобе ФИО4 на бездействие ФИО2, связанное с неполучением сведений по сделке по отчуждению акции должника (вх. от 29.11.2018) и не оспаривается представителем кредитора.  

Также ФИО4 было известно и о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности для оспаривания указанной сделки, поскольку данный кредитор является заявителем по делу о банкротстве и активным участником дела № А5516777/2017, обеспечивая явку своих представителей в заседания суда по всем рассматриваемым спорам.  

В судебных заседаниях 09.12.2020 и 27.04.2022, в которых были сделаны заявления о пропуске срока исковой давности (соответственно, должником и ответчиком по оспариваемой сделке ФИО8), согласно протоколам судебных заседаний присутствовали представители ФИО4 - ФИО9 (в заседании 09.12.2020) и ФИО10 (в заседании 27.04.2022), соответственно, ФИО4 не могла не знать о пропуске срока на оспаривание сделки и дальнейшую невозможность возврата актива должника в конкурсную массу и, как следствие, возможность обращения с заявлением о предъявлении убытков к арбитражному управляющему.  

Согласно п.1 ст.213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований  

кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.  

Соответственно, кредитор ФИО4, зная о совершении спорной сделки по реализации акций должником, начале и окончании течения срока исковой давности для оспаривания сделок должника, имела права на обращение в арбитражный суд с заявлением об оспариваемой сделки самостоятельно в установленный для этого процессуальным законодательством срок, между тем, кредитором ФИО4 этого сделано не было.  

При этом относительно реальной возможности пополнения конкурсной массы за счет оспаривания сделки, в случае подачи финансовым управляющим должника заявления в срок, арбитражный суд отмечает, что на момент истечения годичного срока на оспаривание сделки, 20.08.2019, АО «СМЭТ» было преобразовано в ООО «СМЭТ» (14.03.2018) и согласно выписке из ЕГРЮЛ, владельцем доли данного общества в размере 8,15 % являлась ФИО11 (дочь должника), т.е. ответчик на тот момент уже реализовал часть доли общества и пополнение конкурсной массы должника за счет акций АО «СМЭТ» было бы физически невозможно.  

Срок исковой давности на предъявление требования о признании недействительным договора купли-продажи составляет один год и начинает течь не позднее даты утверждения финансового управляющего должника в процедуре реализации имущества (не позднее 27.08.2018), следовательно, срок исковой давности по требованию об оспаривании сделки истек 27.08.2019 - с этого момента к финансовому управляющему и могли быть предъявлены требования о взыскании убытков, причиненных пропуском срока исковой давности на оспаривание сделки.  

ФИО2 заявлено о пропуске срока исковой давности рассматриваемого заявления ФИО4  

Согласно ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.  

Принцип состязательности арбитражного процесса закреплен в ч. 2 ст. 9 АПК РФ, гарантирующей каждому лицу, участвующему в деле, право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. При этом установлено, что лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.  

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. При этом законодатель связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было узнать, то есть имело фактическую и юридическую возможность узнать о нарушении права.  

Таким образом, срок на предъявление убытков ФИО2 истек 27.08.2022 (через 3 года после истечения срока на оспаривание сделки), кредитор обратился с рассматриваемым заявлением 02.05.2023, т.е. после истечения срока исковой давности для предъявления данного требования бывшему арбитражному управляющему должника.  

В соответствии с п. 2 ст. 199 ГК РФ, истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.  

Согласно разъяснениям, данным в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43, истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац 2 пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд  

вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.  

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к выводу о пропуске заявителем срока исковой давности на предъявление требования о взыскании убытков с ФИО2, что в связи с чем, суд считает необходимым в удовлетворении заявленных требований отказать.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в обоснование жалобы (с учетом заявленных уточнений) ФИО4 ссылается на незаконность бездействия ФИО2, выразившееся в непринятии мер по оспариванию договора купли-продажи 1532 обыкновенных акций от 14.12.2015 и пропуске срока исковой давности для оспаривания договора купли-продажи обыкновенных акций от 14.12.2015.  

Так, определением арбитражного суда от 13.10.2022, вступившим в законную силу на основании постановления Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.01.2023, установлена юридическая невозможность возврата актива должника в конкурсную массу. Заявление финансового управляющего ФИО6 об оспаривании договора купли-продажи обыкновенных именных акций от 14.12.2015 оставлено без удовлетворения.  

По мнению ФИО4, срок исковой давности для взыскания убытков с ФИО2 необходимо исчислять с 15.03.2022 г., т.е. с даты, когда ФИО4 могла узнать о наличии оснований для оспаривания сделки по продаже акций, о рыночной стоимости акций, о размере убытков, причиненных конкурсной массе и, соответственно, о пропуске финансовым управляющим ФИО2 срока на оспаривание сделки.  

Однако судом первой инстанции установлено, что истечение срока исковой давности на оспаривание сделки и бесперспективность такого требования являлись очевидными задолго до указанного момента.  

Истечение срока исковой давности следует исчислять из фактической невозможности возврата актива в конкурсную массу, которая возникла до вступления в законную силу судебного акта об отказе в удовлетворении заявления об оспаривании сделки и обусловлена объективным знанием ответчика (супруги должника) о пропуске срока исковой давности на предъявление к ней требования о признании недействительным договора купли-продажи от 14.12.2015.  

Так, ФИО8 являлась супругой должника, информация о движении дела о банкротстве публикуется в открытом доступе, в связи с чем, ответчик знала об истечении срока исковой давности на оспаривание сделки еще до предъявления к ней соответствующего требования.  

В судебном заседании от 06.11.2024 судом первой инстанции были исследованы материалы дела по рассмотренному обособленному спору по оспоренной сделке (договору купли-продажи от 14.12.2015, заявление были подано в арбитражный суд финансовым управляющим ФИО6 18.09.2020).  

Так, должником было сделано заявление о пропуске срока исковой давности для оспаривания сделки по проданным акциям еще 09.12.2020, ответчиком ФИО8 было сделано заявление о пропуске срока исковой давности на оспаривание сделки в судебном заседании 27.04.2022, при этом также было отмечено, что кредитор ФИО4 обладала информацией об оспариваемой сделке еще 04.05.2017 и указанные сведения были сообщены финансовому управляющему, данные факты также были ранее установлены постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2020 по делу № А55-16777/2017 (вынесенного по результатам рассмотрения жалобы ФИО4 на действия (бездействия) финансового управляющего ФИО2 и ходатайство об отстранении его от исполнения обязанностей финансового управляющего должника).  

Таким образом, кредитор ФИО4 обладала сведениями о совершенной сделке по продаже акций еще 04.05.2017, о чем свидетельствует материалы обособленных  

споров дела № А55-16777/2017, в т.ч. по жалобе Мазурмович на бездействие ФИО2, связанное с неполучением сведений по сделке по отчуждению акции должника (вх. от 29.11.2018).  

Также ФИО4 было известно и о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности для оспаривания указанной сделки – данный кредитор является заявителем по делу о банкротстве и активным участником дела № А55-16777/2017, обеспечивая явку своих представителей в заседания суда по всем рассматриваемым спорам.  

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.  

Соответственно, кредитор ФИО4, зная о совершении спорной сделки по реализации акций должником, начале и окончании течения срока исковой давности для оспаривания сделок должника, имела права на обращение в арбитражный суд с заявлением об оспариваемой сделки самостоятельно в установленный для этого процессуальным законодательством срок, между тем, кредитором ФИО4 этого сделано не было.  

Суд первой инстанции пришел к верному выводу, что срок на предъявление убытков ФИО2 истек 27.08.2022 (через 3 года после истечения срока на оспаривание сделки (27.08.2019)), кредитор обратился с рассматриваемым заявлением 02.05.2023, т.е. после истечения срока исковой давности для предъявления данного требования бывшему арбитражному управляющему должника.  

Оценив в совокупности приведенные сторонами доводы и представленные доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции считает правомерным вывод суда первой инстанции о том, что правовые основания для привлечения арбитражного управляющего к ответственности в виде взыскания с него убытков за ненадлежащее исполнение возложенных на него обязанностей финансового управляющего, отсутствуют.  

Обращаясь с апелляционной жалобой, ФИО4 ссылается на то, что судом первой инстанции неверно определено начало течения сроков исковой давности для взыскания убытков, полагая, что в рассматриваемом случае о начале исчисления срока давности на обжалование действий для заявителей срока давности на обжалование действий ответчика с даты принятия судом первой инстанции определения об отказе в признании спорного договора недействительной сделкой.  

Доводы апеллянта о начале исчисления срока давности подлежит отклонению. 

В рассматриваемом обособленном споре принятие судебного акта по результатам оспаривания сделки является исключительно констатацией истечения сроков исковой давности оспаривания сделки, а не датой потенциальной или реальной осведомленности кредиторов о нарушении их прав непринятием конкурсным управляющим мер но оспариванию сделки (то есть о совокупности следующих обстоятельств, факте заключения сделки, наличии оснований для ей оспаривания, бездействии конкурсного управляющего), о чем указано судом кассационной инстанции.  

Судом первой инстанции верно установлено, что срок давности на предъявление требования о признании недействительным договора купли-продажи составляет один год и начинает течь не позднее даты утверждения финансового управляющего должника в процедуре реализации имущества.  

Ответчик утвержден в качестве финансового управляющего 27.08.2018, следовательно, срок исковой давности по требованию об оспаривании сделки истек 27.08.2019, именно с 28.08.2019 к финансовому управляющему могли быть предъявлены требования о взыскании убытков, причиненных пропуском срока исковой давности на оспаривание сделки.  

Таким образом, судом первой инстанции правильно определен срок на обжалование действий ответчика, который истек 27.08.2022. Вместе с тем апеллянт обратился со своим заявлением только 02.05.2023, то есть спустя продолжительное время после истечения срока исковой давности для предъявления данного требования бывшему арбитражному управляющему должника.  

Судом первой инстанции установлена осведомленность кредитора, поскольку в судебных заседаниях 09.12.2020 и 27.04.2022, в которых были сделаны заявления о пропуске срока исковой давности (соответственно должником и ответчиком по оспариваемой сделке ФИО8), согласно протоколам судебных заседаний присутствовали представители ФИО4 - ФИО9 (в заседании 09.12.2020) и ФИО10 (в заседании 27.04.2022), соответственно, ФИО4 не могла не знать о пропуске срока на оспаривание сделки и дальнейшую невозможность возврата актива должника в конкурсную массу и, как следствие, возможность обращения с заявлением о предъявлении убытков к арбитражному управляющему.  

Обращаясь с апелляционной жалобой, финансовый управляющий имуществом должника ФИО6, выражает несогласие с выводом суда первой инстанции о том, что с 27.08.2019 ФИО4 могла обращаться с заявлением о взыскании убытков с ФИО2, поскольку кредитор не зная ни цену продажи акций, ни рыночную стоимость акций.  

Довод финансового управляющего ФИО6 подлежит отклонению как несостоятельные.  

При рассмотрении заявления финансового управляющего ФИО6 об оспаривании сделки (вх.195747 от 18.09.2020) по делу № А55-16777/2017 о несостоятельности (банкротстве) ФИО7 суд, отказывая в удовлетворении требования финансового управляющего ФИО6 о признании недействительным договора купли-продажи акций от 14.12.2015 по причине пропуска срока исковой давности на оспаривание сделки, суд пришел к выводу, что финансовый управляющий ФИО2 мог и должен был узнать о совершении должником оспариваемой сделки в любом случае не позднее 27.08.2018; у суда первой инстанции отсутствуют основания для удовлетворения требований финансового управляющего должника и признания оспариваемой сделки недействительной в связи с пропуском срока исковой давности.  

Опровергая доводы о пропуске срока исковой давности, финансовый управляющий при рассмотрении в суде первой инстанции и ФИО12, как в суде первой инстанции, так и в суде апелляционной инстанции, ссылались на то, что финансовыми управляющими ФИО2 и ФИО6 принимались исчерпывающие меры по получению сведений о наличии договора купли-продажи акций, однако должник умышленно скрыл данные сведения с целью сокрытия имущества.  

Суд первой инстанции, отклоняя указанные доводы и отказывая в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной в связи с пропуском срока давности, исходил из следующего.  

В соответствии с постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2020 по делу № А55-16777/2020 по жалобе на действия (бездействие) финансового управляющего ФИО2, ФИО4 указывала, и финансовый управляющий не опроверг, что в ходе рассмотрения настоящего дела о банкротстве заявителем представлены копии материалов гражданского дела N 2-2290/17 по иску ФИО4 к ФИО7, из которых усматривается наличие у должника акций и их продажа должником в 2015 году, что подтверждается представленными в материалы  

указанного обособленного спора копией протокола судебного заседания от 04.05.2017 и письмом Самарского филиала АО "Регистраторское общество "Статус".  

При этом судом первой инстанции установлено, что финансовый управляющий не принял надлежащих мер по выявлению акций, принадлежащих должнику. Запросы относительно сведений об имуществе должника (направленные в адрес должника и его супруги), на которые финансовый управляющий ссылался в ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции, не свидетельствуют о принятии мер по выявлению сведений о наличии у должника акций.  

Кроме того, сам по себе запрос вышеуказанных сведений у должника, членов его семьи и регистрирующих органов при указанных выше обстоятельствах достаточной мерой признан быть не может. При этом запрос в АО "Регистраторское общество "Статус" направлен финансовым управляющим только 21.10.2019, а в суд с заявлением об истребовании сведений об имуществе должника (договоров купли-продажи акций) финансовый управляющий обратился 31.10.2019, то есть указанные действия совершены после принятия к производству апелляционных жалоб на определение Арбитражного суда Самарской области от 16.08.2019, принятое по жалобе ФИО4  

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2020 признано незаконным бездействие финансового управляющего ФИО2, выразившееся в неполучении сведений о сделке, совершенной должником по отчуждению акций.  

Судом первой инстанции установлено, что из материалов дела и информации, размещенной в электронной картотеке арбитражных дел (kad.arbitr.ru) следует, что определением Арбитражного суда Самарской области от 02.02.2018 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО2, который, впоследствии, решением Арбитражного суда Самарской области от 27.08.2018 также утвержден финансовым управляющим и в процедуре реализации имущества должника, в которой исполнял соответствующие обязанности до 29.01.2020 (общий срок исполнения ФИО2 обязанностей финансового управляющего имуществом должника составил 2 года), 29.10.2020 финансовым управляющим утвержден ФИО6  

Таким образом, течение срока исковой давности следует исчислять с момента, когда ФИО2, как первоначально утвержденный в деле о банкротстве должника финансовый управляющий должен был узнать о нарушенном праве.  

В рассматриваемом споре оснований для иной оценки обстоятельств осведомленности финансового управляющего ФИО2 о совершении сделки купли-продажи акций не имеется.  

Суд первой инстанции отметил, что финансовый управляющий ФИО2, действуя разумно и добросовестно, об оспариваемом договоре купли-продажи также мог и должен был узнать, своевременно запросив сведения и первичные документы, явившиеся основанием для изменения записи о собственнике спорного имущества, что и было сделано следующим финансовым управляющим ФИО6  

Следовательно, финансовый управляющий ФИО2 мог и должен был узнать о совершении должником оспариваемой сделки в любом случае не позднее 27.08.2018 (с даты его утверждения финансовым управляющим в процедуре реализации имущества должника).  

Между тем с заявлением о признании сделки недействительной финансовый управляющий должника обратился лишь 17.09.2020, то есть с пропуском годичного срока исковой давности.  

При этом суд первой инстанции отметил, что ссылка на ответ должника от 19.10.2018 финансовому управляющему ФИО2, согласно которому не содержится сведений о совершении сделки по купли-продажи акций, не может служить основанием для отказа в применении срока исковой давности, поскольку ранее кредитор ФИО4 сообщила ФИО2 о наличии спорной сделки.  

Кроме того факт бездействия по получению соответствующих документов о реализации акций установлен в рамках другого обособленного спора по настоящему делу (постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2020).  

Таким образом, суд первой инстанции, учитывая вышеизложенное, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований финансового управляющего должника и признания оспариваемой сделки недействительной в связи с пропуском срока исковой давности.  

Суды апелляционной и кассационной инстанции согласились с указанными выводами.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).  

Согласно разъяснениям, данным в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление Пленума N 63), наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).  

Вместе с тем, согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11 и определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 306- ЭС15-20034, в указанных разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.  

В пункте 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве установлено, что заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных этим Федеральным законом.  

Исходя из разъяснений, данных в пункте 32 постановления Пленума N 63, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ). Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения.  

По правилам пункта 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.  

Как разъяснено в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока  

исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.  

Доводы о том, что полные сведения о сделке, ее предмете, условиях, обстоятельствах и участниках были фактически получены финансовым управляющим по истечении годичного срока исковой давности - 18.09.2020, судами первой и апелляционной инстанции правомерно отклонены ввиду следующего.  

Судами правомерно отмечено, что в ходе рассмотрения настоящего дела о банкротстве, заявителем были представлены копии материалов гражданского дела N 2- 2290/17 по иску ФИО4 к ФИО7, согласно которым усматривается наличие у должника акций и их продажа должником в 2015 году, что подтверждается представленным в материалы обособленного спора по жалобе ФИО4 на действия (бездействие) финансового управляющего ФИО2 копией протокола судебного заседания от 04.05.2017 и письмом Самарского филиала АО "Регистраторское общество "Статус".  

Кроме того, данное обстоятельство также подтверждается определением Ленинского районного суда г. Самары по делу N 2-2290/17 от 31.07.2017, которым гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО7, ФИО8 о выделе доли должника в совместном имуществе и обращении на нее взыскания для погашения задолженности оставлено без рассмотрения.  

Судами первой и апелляционной инстанций также отмечено, что финансовый управляющий знал о существовании акций должника не только со слов кредитора и из представленных копий вышеуказанных документов, но и из материалов дела Ленинского районного суда г. Самары лично, в связи с тем, что финансовым управляющим было осуществлено ознакомление с указанными материалами, что подтверждается отметкой и подписью.  

Кроме того, суд округа, отклоняя довод ФИО12, отмечает, что согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении акционерного общества "Самарамашэлектроторг" держателем реестра акционеров акционерного общества является АО "Регистраторское общество "Статус" (дата внесения в ЕГРЮЛ записи 03.03.2016), следовательно, финансовый управляющий еще в 2018 году согласно общедоступным источникам информации мог запросить необходимые сведения о сделке у держателя реестра.  

При таких обстоятельствах, суды правомерно отказали в удовлетворении заявления финансового управляющего в связи с пропуском срока исковой давности (постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 25.04.2023 N Ф06-41755/2018 по делу N А5516777/2017).  

В апелляционной жалобе финансовый управляющий ссылается на то, что после поступления необходимых финансовых документов АО «СМЭТ» была назначена и проведена судебная оценочная экспертиза рыночной стоимости акций на момент продажи их должником, т.к. на дату 14.12.2015, соответствующее экспертное заключение поступило в суд 15.03.2022, таким образом, срок давности на взыскание с ФИО2 убытков должен исчисляться с 15.03.2022, то есть с даты поступления заключения, составленного в рамках проведения судебной оценочной экспертизы.  

 С учетом изложенного, нельзя признать обоснованным довод о том, что срок исковой давности на оспаривание сделки по отчуждению акций начал течь в отсутствие знания ФИО2 о реальной стоимости таких акций, а срок исковой давности на взыскание с ФИО2 убытков не начал течь в отсутствие знания у кредиторов и ФИО6 о реальной стоимости акций, поскольку указанный подход ставит ФИО2 в неравное положение по отношению к кредиторам ФИО7 и ФИО6, что приводит к нарушению общеправового принципа равенства.  

Кроме того, если признать, что срок исковой давности на взыскание убытков не мог начать течь в отсутствие знания о реальной стоимости акций (размере убытков), то равным образом необходимо признать, что и срок исковой давности на оспаривание  

сделки не должен был начинать течь до тех пор, пока ФИО2 не получил бы соответствующие сведения о реальной стоимости акций.  

Однако, как отмечено выше, определением Арбитражного суда Самарской области от 13.10.2022 установлено и сторонами не оспорено, что срок исковой давности на оспаривание сделки истек 27.08.2019, а значит, до получения кем-либо информации о реальной стоимости акций.  

Следовательно, поскольку ФИО2 в период исполнения обязанностей финансового управляющего знал о порочности сделки по отчуждению акций и о причинении ей вреда конкурсной массе, то по истечении срока исковой давности на оспаривание сделки кредиторы и ФИО6 знали о причинении ФИО2 убытков конкурсной массе. При этом такое знание объективно существовало и вне зависимости от наличия сведений о стоимости акций.  

А значит, срок исковой давности на взыскание с ФИО2 убытков необходимо исчислять с момента пропуска им срока исковой давности на оспаривание сделки – с 27.08.2019.  

Вопреки позиции апеллянтов ФИО13 и ФИО6 имели возможность предъявить требование о взыскании с ФИО2 убытков и в отсутствие знания о реальной стоимости акций.  

Согласно ч. 7 ст. 49 АПК РФ истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.  

Судом первой инстанции установлено, что и ФИО2, и ФИО4, и ФИО6 знали о порочности и вредоносности сделки по отчуждению акций еще до поступления в материалы дела заключения эксперта о реальной стоимости отчужденных акций, в связи с чем ФИО4 и ФИО6 имели возможность обратиться с заявлением о взыскании с ФИО2 убытков в любом размере вместе с ходатайством об истребовании документов о финансовом состоянии АО «СМЭТ» на дату отчуждения акций и ходатайством о проведении судебной оценочной экспертизы, как это и было сделано в рамках обособленного спора об оспаривании сделки по отчуждению акций.  

После получения соответствующих документов и сведений заявители имели бы возможность уточнить размер убытков, взыскиваемых с ФИО2  

Однако перечисленные процессуальные действия ФИО4 и ФИО6 совершены не были.  

Согласно ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.  

Принцип состязательности арбитражного процесса закреплен в ч. 2 ст. 9 АПК РФ, гарантирующей каждому лицу, участвующему в деле, право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. При этом установлено, что лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.  

Также согласно позиции представителя ФИО4 ФИО5 и доказательств, предоставленных в материалы дела финансовым управляющим ФИО6, фактический переход права собственности на с акции АО «СМЭТ» от должника к его супруге ФИО14 произошел не 14.12.2015г., а 16.12.2015г. в момент внесения передаточной записи в реестре акционеров АО «СМЭТ», что судом первой и апелляционной инстанции во внимание принято не было, а финансовым управляющим ФИО6 не оспорено.  

Именно данное обстоятельство нашло прямое отражение в Постановлении арбитражного суда Поволжского округа от 02.07.2024г., где суд соглашаясь с позицией  

арбитражного управляющего ФИО2 указывает, что фактическая невозможность возврата актива в конкурсную массу должника возникла до вступления в законную силу судебного акта об отказе в удовлетворении заявления об оспаривании сделки.  

Суды, не дали оценку данным доводам арбитражного управляющего применительно к тому, когда кредитор узнал о пропуске финансовым управляющем срока давности на обращение в суд с заявлением об оспаривание спорной сделки.  

Таким образом, истцом ФИО4 пропущен установленный действующим законодательством срок для обращения в суд заявлением о признании незаконным бездействия ФИО2 и взыскании в конкурсную массу убытков.  

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ на истца возлагается бремя доказывания наличия уважительных причин пропуска срока для обращения в суд.  

В нарушение указанного требования процессуального закона ФИО4 уважительных причин пропуска срока исковой давности до настоящего времени не представлено. Оснований для восстановления срока для обращения в суд за защитой нарушенного права не установлено.  

Кроме того, суд апелляционной инстанции, выполняя указание суда кассационной инстанции о том, что следует оценить вероятность признания спорных сделок недействительными в случае подачи заявления в пределах срока исковой давности, а также реальное пополнение конкурсной массы должника в случае его удовлетворения, приходит к следующим выводам.  

Отсутствие судебной перспективы оспаривания сделки и, соответственно, пополнения конкурсной массы с акциями АО «СМЭТ» подтверждается наличием брачного договора между должником и его супругой ФИО14 от 05.05.2009, удостоверенным нотариусом ФИО15 № 63-01/882185.  

Указанный договор, не оспоренный и не признанный недействительным, устанавливающий раздельный режим собственности супругов.  

Согласно п. 5 брачного договора: "ФИО8 принадлежит имущество, приобретенное в будущем и оформленное на ее имя, будет являться собственностью ФИО8 в том числе - имущество, полученное в дар или в порядке наследования". "ФИО8 не отвечает по долгам супруга".  

Указанный брачный договор приобщен в материалы дела, оригинал которого представлялся на обозрение суда в ходе рассмотрения заявления об истребовании доказательств в суде первой инстанции, копия имеется в материалах дела N А5516777/2017 (определение Арбитражного суда Самарской области от 14.03.2023, оставленный без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2023 N 11АП-5160/2023 по делу N А55-16777/2017).  

Следовательно, при условии наличия соответствующих сведений от регистрирующих органов, оспаривание сделки в отношении имущества, приобретенного супругой должника, не может служить основанием полагать, что имелась высокая вероятность удовлетворения требований о признании сделки недействительной (согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2022 N 302-ЭС21-29794 по делу N А33-8678/2016).  

Необходимость принятия во внимание именно фактической, а не юридической невозможности возврата актива, соответствует также и сложившейся судебной практике Верховного Суда Российской Федерации.  

Так, суды принимают во внимание факты, которые не подтверждены вступившим в законную силу судебным актом, однако, несмотря на это, имеют юридическое значение.  

В Обзоре судебной практики по вопросам участия арбитражного управляющего в деле о банкротстве" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 11.10.2023) указано, «в деле о банкротстве предприятия арбитражный суд, рассмотрев жалобу на бездействие конкурсного управляющего в отношении дебиторской задолженности, счел  

убедительными его доводы о том, что предъявление исков не привело бы к положительному результату в связи со следующим... в отношении требований ко второму дебитору с высокой степенью вероятности ответчик заявил бы об истечении срока исковой давности, который действительно истек, и этого было бы достаточно для отказа в удовлетворении иска» (пункт 15.2 Обзора);  

В пункте 16 Обзор указано, что «суд принял во внимание высокую вероятность признания сделок недействительными в случае их своевременного оспаривания и несостоятельность доводов конкурсного управляющего о его неосведомленности о пороках сделок».  

Приведенные выдержки выводов Верховного Суда Российской Федерации свидетельствует о том, что наличие вступившего в законную силу судебного акта является необязательным для того, чтобы сделать вывод о бесперспективности иска или, наоборот, о высокой вероятности удовлетворения требования. Следовательно, Верховный Суд Российской Федерации допускает возможность руководствоваться подобными вероятностными категориями в судебной практике.  

Также и применительно к настоящему обособленному спору, для определения даты начала исчисления срока исковой давности на взыскание убытков с ФИО2 совершенно не обязательно ожидать вступления в законную силу судебного акта, которым должно быть отказано в удовлетворении требования об оспаривании сделки об отчуждении акций, поскольку для любого разумного лица является очевидным тот факт, что ответчик по денежному требованию при наличии возможности заявит возражение о пропуске срока исковой давности по такому требованию.  

Таким образом, суд апелляционной инстанции полагает выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, доводы, приведенные в апелляционной жалобе, подлежат отклонению, так как выводов судов не опровергают, не свидетельствуют о допущении судом нарушений норм материального и (или) процессуального права и не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку, по сути, сводятся к несогласию заявителей жалоб с произведенной судами оценкой обстоятельств спора, исследованных доказательств и сделанных на их основании выводов; доводы заявителей апелляционной жалобы тождественны доводам, являвшимся предметом исследования суда первой инстанции, получивших надлежащую правовую оценку.  

 Несогласие заявителей апелляционных жалоб с оценкой, установленных по делу обстоятельств, не может являться основанием для отмены судебного акта.  

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.  

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалоб и удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.  

Расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы возлагаются на ФИО4 на основании статьи 110 АПК РФ.  

Расходы за подачу апелляционной жалобы финансовым управляющим ФИО6 не подлежат взысканию с ФИО7 в силу положений подпункта 4 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации.  

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 05.12.2024 по делу № А5516777/2017 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий О.А. Бессмертная  

Судьи А.И. Александров  

 Г.О. Попова